«Чтец» читать онлайн книгу 📙 автора Бернхарда Шлинка на MyBook.ru
Чтец

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

4.49 
(1 824 оценки)

Чтец

156 печатных страниц

2015 год

18+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге

Феноменальный успех романа современного немецкого писателя Бернхарда Шлинка «Чтец» (1995) сопоставим разве что с популярностью вышедшего двадцатью годами ранее романа Патрика Зюскинда «Парфюмер». «Чтец» переведен на тридцать девять языков мира, книга стала международным бестселлером и собрала целый букет престижных литературных премий в Европе и Америке.

Внезапно вспыхнувший роман между пятнадцатилетним подростком, мальчиком из профессорской семьи, и зрелой женщиной так же внезапно оборвался, когда она без предупреждения исчезла из города. Через восемь лет он, теперь уже студент выпускного курса юридического факультета, снова увидел ее – среди бывших надзирательниц женского концлагеря на процессе против нацистских преступников. Но это не единственная тайна, которая открылась герою романа Бернхарда Шлинка «Чтец».

читайте онлайн полную версию книги «Чтец» автора Бернхард Шлинк на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Чтец» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 1995Объем: 282583
Год издания: 2015
ISBN (EAN): 9785389100336
Переводчик: Борис Хлебников
Правообладатель
1 894 книги

Поделиться

Aedicula

Оценил книгу

   "Я хотел понять и вместе с тем осудить преступление Ханны... Когда я осуждал его так, как оно должно было быть осуждено, во мне не оставалось места для понимания. Но одновременно с этим, я хотел понять Ханну: не понять ее, означало снова предать ее"

   Учитывая, что тема не из легких и автор мог бы успешно выжать впечатляющий литраж слез из растроганных читателей, Шлинк все же не пользуется этим, сохраняя в повествовании выдержанную дистанцию к проявлениям эмоций и к описанию самых впечатляющих сцен. Такая манера не парализует читательский мозг от впечатлений и не препятствует собственному анализу, а предоставляет читателю просторное, легкое чтение.

   В аннотации заявлено, что книга "о любви" между 15-летним мальчиком и 36-летней женщиной. Только если то, что было между Михаэлем и Ханной можно назвать формой любви, хотя по сути, это было больше похоже на потребность. Но книга намного сложней - она еще и о долге. Перед государством, обществом, своими жертвами, перед собой... и перед друг другом.

   Ханна делает то, что должна - она помогает Михаэлю в начале книги, не потому, что ей стало его жаль или она переживала за него, нет, она поступила так, как должен поступить каждый сознательный человек с больным ребенком - помочь ему, возможно, убрать за ним и благополучно передать в родительские руки.
   С другой стороны, Ханна предстает перед нами как бывшая надзирательница СС в концлагере, где когда-то также добросовестно выполняла свою работу. С бесчувственностью она отправляла заключенных в газовые камеры, от мысли о чем невольно содрогаешься, настолько это чудовищно, на что Ханна может спросить совершенно откровенно: "А вы бы на моем месте поступили бы иначе?". И тут в душе происходит нечто совершенно противоестественное - ее начинаешь понимать. Люди выполняющие приказ и люди подлежащие выполнению приказа - первый всегда может занять место второго в случае ослушания, поэтому, если хочешь жить - придется убивать. В ее сравнении с лошадью было действительно нечто общее и отнюдь не внешнее - разве боевая лошадь, несущая своего всадника в бой, ненавидит его противника? Нет, конечно, она также выполняет свою работу.

Палач не действует по приказу. Он просто выполняет свою работу, он не питает ненависти к тем, кого казнит, он не мстит им, не убивает их только потому, что они стоят ему поперек дороги, угрожают или нападают на него. Его жертвы ему совершенно безразличны. Они ему настолько безразличны, что он может не убивать их точно также, как и убивать.

  Итого, роман рассматривает такие темы:
   В первой части уделяется внимание "вопросу частности жизни": при наличии предосудительной связи, есть ли смысл искать в себе силы, чтобы признаться окружающим в ней?

   Во второй части на первый план выходит "проблема выбора": стоит ли самостоятельно спасать жизнь человеку, если тот сам имеет для этого все возможности, но сознательно не применяет их?! Нужно ли в таком случае сохранять право за человеком продолжать хранить свои секреты, если это может повлечь трагичные для него последствия?

Помнишь, как будучи мальчиком, ты не редко злился, когда мама лучше тебя знала, что тебе можно, а что нет? (...) Но что касается взрослых - тут я решительно не вижу никакого оправдания тем случаям, когда одни люди ставят то, что они считают подходящим для других, выше того, что эти другие считают подходящим для себя.
- Даже тогда, когда другие были позже только рады этому?
- Речь здесь не идет о радости, а о достоинстве и свободе. Уже мальчиком ты ощущал эту разницу. Тебе было совсем не по нутру, что мама всегда права.

   И третье, хотя возможно, не последнее - "ответственность". Готовы ли вы отвечать за чьи-то поступки, отвечать за их последствия, если не имея выбора, выполняли приказ? Тема ответственности очень широко раскрыта в этом романе, ведь Ханна - показатель женщины ни капли не боящейся ответственности, она готова нести ответ за любые свои поступки... чего нельзя сказать о Михаэле.

   Автор же не оправдывает и не выбеляет своих героев, а предоставляет факты их жизни, а в чем они были правы, в чем виноваты, расскажут сами. Нам их тоже уже не судить, время уже всех рассудило, поэтому у нас дело за малым - делаем выводы.

30 января 2013
LiveLib

Поделиться

Medulla

Оценил книгу

Сложная, многослойная история о вине, стыде и ответственности, написанная ясно и просто, без ложного пафоса, заламывания рук, истерик и осуждения, с попыткой понять и переосмыслить историю своей страны, чудовищные жертвы Холокоста, концлагерей. Бернхард Шлинк делает попытку найти равновесие между осуждением и приятием черных страниц истории, найти баланс, чтобы можно было дальше жить в той стране, что сожгла в печах миллионы людей, ответить на вопрос: что делать, если те люди, что приспосабливались, молчали, охраняли, отправляли на смерть - твои родственники и любимые, близкие люди. Как уложить в голове то, что рядом с тобой они нежные, добрые и заботящиеся о тебе, а в другой, словно параллельной вселенной – они убийцы, даже если лично не отправляли на смерть людей, однако своим молчанием они становились соучастниками, а те, кто охранял в лагерях просто выполняли свою работу. Как принять это? Возможно ли это принять? Или личные проблемы всегда будут важнее проблем мирового масштаба, и частная судьба и отношения с одной-единственной женщиной, её скорбная судьба главнее неприглядных страниц мировой истории? Ведь существует вопрос о юридической и моральной ответственности, и между ними не всегда можно поставить знак равенства, как в случае с Ханной и остальными осужденными надзирательницами. Можно посадить в тюрьму пожизненно, но если не произойдет переосмысления, то всё напрасно.

Вообще, отношения Ханны и Михаэля – это аналогия на связь между двумя поколениями немцев, моральная пропасть между новым поколением ''сыновей'' и теми, кто приспосабливался с условиям той жизни: либо совершал преступления во времена нацизма, Либо был их молчаливым, не протестующим свидетелем, либо терпимо отнесся к преступникам после 1945 года. Шлинк не делает однозначных выводов, он предлагает вместе с читателем поразмышлять о способности любить человека/нацию, который/которая была замешана в военных и человеческих преступлениях: возможно ли это, возможно ли испытывая чувство стыда (а эротизм в связи Ханны и Михаэля, как аллюзия на этот стыд ), не принимая, любить человека/нацию. Вопросы очень непростые, сложные, однозначного ответа на них нет. Но самое главное, что личные проблемы всегда будут для человека важнее всех мировых трагедий и преступлений. Ханна считает более позорным разглашение тайны о ее неграмотности, чем прошлое надзирательницы, чем смерть заключенных в церкви, чем тот факт, что она отправляла женщин в Аушвиц на явную смерть – личная трагедия важнее чужих трагедий. Это её личные комплексы. Михаэля же больше всего мучает комплекс предателя - он за весь роман трижды предал Ханну, каждый раз отворачиваясь от нее, предавая, и эта навязчивая идея для него, лично для него, важнее всех трагедий мира, хотя он, как и все его послевоенное поколение, пытается разобраться в чувстве стыда за нацию. Это не роман о связи взрослой женщины и юного мальчика - это роман о связи двух поколений.

Мне бы очень хотелось, чтобы и мы наконец-то разобрались в своей истории, приняли ее, чтобы больше не повторились эти чудовищные преступления больше никогда. Разобраться в себе, как это предлагает сделать Бернхард Шлинк.

А что бы вы сделали на моем месте?

18 февраля 2013
LiveLib

Поделиться

SvetSofia

Оценил книгу

По-моему, это произведение напрочь перечеркнуло мое собственное мнение о том, что я люблю читать, а что не люблю... Оно оставило лишь один критерий по-настоящему привлекательной литературы для меня - пронзительность. Да, бывают шикарно закрученные сюжеты, бывают книги, написанные восхитительным языком, бывают глубоко психологичные истории, бывают истории, полностью погружающие в себя, истории с великолепным философским подтекстом... А есть "Чтец". И я не смогу разложить по полочкам то, что мне понравилось в этой книге, а что - нет. Это - шедевр. Мощная, живая, тяжелая, удивительная по силе воздействия на мысли история... След от нее в душе - думаю, навсегда... Она глубокая, трогательная, сильная, жесткая, обжигающая и невероятно удивительная в плане огромного спектра чувств...

Сюжет.
Германия 50-х годов прошлого века. Мальчик 15-ти лет и женщина 36-ти лет. Любовь. Расставание. Много лет спустя: женщина - на скамье подсудимых, она обвиняется в том, что, будучи в годы войны надзирательницей, обрекла на смерть две сотни женщин... И только он - ее бывший возлюбленный, догадывается о причине того поступка, понимает, что она невиновна...

Я не хочу раскрывать весь сюжет, но поверьте, он и сам по себе заслуживает внимания. Но прелесть этой книги - не в сюжете все-таки. Первая часть - о любви. Любви людей, которых разделяет не столько разница в возрасте, сколько разница в мировосприятии и воспитании... Он - мальчик из интеллигентной семьи, она - взрослая женщина, ставшая активным участником преступлений нацизма. И в то же время - ничего не разделяет. Пожалуй, столь трогательной истории отношений мужчины и женщины я еще не читала...Любовь - такая, какая есть. Вторая часть - размышления и анализ прошлого. О войне, концлагерях. О послевоенной Германии, о проблемах "второго поколения". О любви, которая осталась столь недосказанной.

И мои аплодисменты Шлинку за его лаконичный стиль повествования. Сухой? Да. Временами циничный и излишне натуралистичный? Да. И в то же время - всю душу наизнанку выворачивающий... Именно так должны писаться шедевры, на мой взгляд - книги, которые заставляют задуматься, но автора в них не чувствуется вообще, никаких его размышлений и выводов. Это дорогого стоит. Проблемы выбора, преступления и наказания, конфликта поколений
Потрясающая книга о жизни...

В первой части этой книги мальчик часто читает своей любимой вслух книги... выбирает интересные произведения, они звучат для нее его голосом... родным, самым любимым, самым нужным и желанным... Это напомнило мне чтение книг вместе с моим любимым, и это очень сближает, несмотря на расстояние в тысячу километров... Я читаю что-то по-настоящему интересное мне для него... И любой конфликт отступает на второй план, становится неважным... Я читаю...

Это потрясающее произведение. Естественно, я его рекомендую.

16 апреля 2020
LiveLib

Поделиться

Пытался убедить себя в собственной невинности, с какой дети любят своих родителей. Но любовь к родителям – это единственная любовь, за которую не несешь ответственности.
24 марта 2022

Поделиться

Когда мы занимались любовью, мне почудилось, будто ей хочется заставить меня почувствовать нечто такое, что превзошло бы все до сих пор испытанное мною и чего бы я уже не вынес. Она отдавалась мне так, как никогда прежде. Не самозабвенно, до конца она никогда не забывалась. Но было такое чувство, будто она хочет, чтобы мы вместе утонули в этом омуте.
21 марта 2022

Поделиться

Когда моя ладонь коснулась ее лодыжки, я почувствовал подрагивание мышц. Это напомнило мне, как подрагивает телом лошадь, чтобы прогнать мух. – Ты похожа на лошадь. – На лошадь? Отпрянув, она села и уставилась на меня. В глазах был едва ли не ужас. – Тебе не нравится? Я ведь сказал это потому, что тебя так приятно трогать, кожа у тебя нежная и гладкая, а тело крепкое и сильное. И потом у тебя мышцы на лодыжке подергиваются. Ханна посмотрела на собственную лодыжку. – Лошадь?.. – Она покачала головой. – Даже не знаю, что сказать. Это было совсем не в ее духе. Обычно у нее все бывало очень определенным – либо одобрение, либо осуждение. Разглядев ужас в ее взгляде, я приготовился, если понадобится, тотчас взять свои слова назад, во всем раскаяться и попросить прощения. Но сначала попробовал примирить ее с мыслью о лошади. – Я мог бы назвать тебя скакуньей или кобылкой, сказать «шеваль», «эквин» или Буцефальчик. Я ведь не думаю при этом о лошадиной челюсти, конском черепе или о чем-нибудь, что тебе бы не понравилось, я думаю о чем-то хорошем, теплом, нежном и сильном. Ты не похожа на кошку или тигрицу, в них есть что-то злое, а ты не такая. Она откинулась на спину, положила руки под голову. Теперь сел и я, посмотрел на нее. Ее взгляд был устремлен в пустоту. Через некоторое время Ханна повернулась ко мне. Она сказала с какой-то неизвестной мне прежде сердечностью: – Пожалуй, мне нравится, что ты называешь меня лошадью или как там еще… Ты объяснишь мне потом те слова?
21 марта 2022

Поделиться

Автор книги

Переводчик

Другие книги переводчика

Подборки с этой книгой