«Киномания» читать онлайн книгу 📙 автора Теодора Рошака на MyBook.ru
Киномания

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

4.32 
(34 оценки)

Киномания

863 печатные страницы

2017 год

18+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге

Студент кафедры киноведения, а впоследствии видный кинокритик Джонатан Гейтс становится одержим легендарным режиссером-экспрессионистом Максом Каслом, который снял несколько скандальных шедевров в 1920-е гг. в Германии и несколько фильмов ужасов уже в Голливуде, прежде чем исчезнуть без вести в 1941 г. Фильмы Касла производят странное, гипнотическое воздействие, порождают ощущение буквально осязаемого зла. И тайна их оказывается сопряжена с одной из самых загадочных страниц истории Средневековья.

«Киномания» – знаменитый конспирологический бестселлер, аналог, по выражению критиков, «Маятника Фуко» Умберто Эко – для любителей кино.

читайте онлайн полную версию книги «Киномания» автора Теодор Рошак на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Киномания» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация

Переводчик: 

Григорий Крылов

Дата написания: 

1 января 1991

Год издания: 

2017

ISBN (EAN): 

9785040890286

Дата поступления: 

10 декабря 2017

Объем: 

1554515

Правообладатель
17 994 книги

Поделиться

Arlett

Оценил книгу

Если представить чтение, как культ со своими заповедями, катехизисом, представлением о книжном рае и аде (куда попадут те, кто пишет лживые рецензии, осуждает других за бумажные, электронные или аудиокниги, врёт о прочитанном, мнёт страницы и плодит снобизм) и обязательной исповедью для очищения читательской душеньки, то вот, что я сказала бы на ней про «Киноманию». Как на духу.

Я совру, если скажу, что я легко осилила эти 800 страниц. Не легко. Это был марафон на месяц по резко пересеченной местности затейливого сюжета. Это была Долгая прогулка по книге. Это были километры строчек, через которые я летела как на крыльях, ползла из последних сил, засыпала от усталости и снова летела, поймав второе дыхание. Это путь, в который надо взять с собой 3D очки, если уж саллиранда (не спрашивайте) в природе не найти. На первых ста страницах я по уши влюбилась в эту книгу. Она, конечно, с придурью, характер сложный, никогда не знаешь, что будет на следующей странице - начнет нудеть, как некрасивая подруга в баре, ворчать, как артритный старикан, прикинется сумасшедшим или расскажет такую кулстори, за которую ты готов простить ей все на свете. Но самое интересное началось, когда я с ней рассталась, убрала на полку, и внезапно обнаружила, что все еще у нее на крючке. Думаю о ней, листаю, читаю случайные места и нахожу, что все они просто великолепны, и с каждый часом рельеф книги все лучше проступает перед моим внутренним взглядом.

Я совру, если скажу, что не понимаю, что «Киномания» глубже, сильнее, масштабнее, чем «Ночное кино». Что роман Мариши Пессл на его фоне выглядит старательной поделкой, возможно, даже, простигосподи, книжной попсой, но (раз уж я на исповеди, говорю как есть) «Ночное кино» я все равно люблю больше. Мировой заговор могущественных религиозных фанатиков и тамплиеры - для меня это уже слишком, хоть и нельзя воспринимать это всё так вот буквально, и на самом деле это никакой ни заговор, а вечное противостояние культуры и контркультуры, массового и авторского, вкуса и безвкусицы и вечная бойня людей в определении что есть что.

Я совру, если скажу, что буду перечитывать «Киноманию» (хотя понимаю, что одного раза для нее точно недостаточно), несмотря на то, что истории одержимости всегда меня волновали. Здесь одержимость высшей пробы. Одержимость в степени “искусство”, когда человек готов положить свою жизнь на изучение творчества другого. Этот человек называется профессор, это в порядке вещей, это его работа, его науный труд. Но мне почему-то стало дико страшно. Похоже на какую-то творческую импотенцию, когда сам не можешь ничего, кроме как разглядывать других и обсуждать их. 99,9% населения планеты именно этим и занимаются, но только в «Киномании» от этого стало по-настоящему тошно.

Я совру, если скажу, что пересмотрю все фильмы, о которых здесь упоминалось. Я не киноман, я просто поверхностный любитель, который не обращает внимание на режиссеров, а просто потребляет их готовый продукт, но эта книга реально может заменить какой-нибудь киноведческий курс лекций в институте. Если подойти к ней с энтузиазмом старательного ученика, она из интеллектуального триллера станет лучшей в мире энциклопедией кино. Если вы посмотрите и прочитаете всё, что упомянуто в 393 комментариях к роману, вам можно сразу давать звание киноакадемика.

Я совру, если скажу, что мне по силам пересказать сюжет так, как он того достоин. Так что просто «Камера! Мотор!»: «Впервые я увидел фильм Макса Касла в грязном подвале на западе Лос-Анджелеса...»

Поделиться

angelofmusic

Оценил книгу

Шум. Тёмный экран. Так начинаются почти все фильмы в книге. Образ, украденный из кубриковского "2001". Представьте тёмный экран. Спокойный шум океана. Дальше вы увидите нарезку. Только мысли. Сложатся они в цельную картину? Вряд ли. Их можно переставлять, делать свой монтаж рецофильма, смысла не станет больше. Когда-нибудь я сделаю такую рецензию, которую можно будет монтировать только так, как надо, рецензию-паззл. Но это не она. Эта содержит спойлеры. Не много,но содержит. Шум. Экран мигает.

... у него из всех щелей паучьими лапками прёт страх старика перед слишком активным, слишком агрессивным молодым поколением. Он не видит всего поколения, а потому ему кажется, что оно только та часть, кто громче всех кричит. Ему всё кажется, что им доставят удовольствие иные вещи, чем его поколению...

...ну-ка, ну-ка, кто тут у нас? Старое доброе клиповое мышление! Вот ты куда залезло. Нет, нет, вылезай. Бить по попе не буду, обещаю. Ну, что ты стоишь напротив меня и шмыгаешь носом. Да, понимаю, что ты не виновато. Что на западе твоими сторонниками остались только психи из разряда "исцели себя сам уриной и пуриной". Но здесь-то твоих адептов до сих пор до фига, потому что наши "учёные" из пурины и урины так и не видят выхода. Ну-ка, кто тебя придумал? Ах, злые продюсеры, которые сами выросли в шестидесятые и решили в 90-х устроить бликовое шоу. Ну-ка, давай, двигай булками и быстренько в ужастики про новое поколение, которое мир знает только по гуглу и википедии. В 90-е ты послужило страшилкой, тебя ещё на сотню лет хватит, пох, что никакого клипового мышления не существует. Не реви. Не реви. Не существует. А страшилка есть...

...через раз я читаю в книгах "ах, какими благочестивыми и замечательными были катары!". Разыграй Римская империя по-иному свои карты, мы бы вспоминали бы сейчас с таким же умилением про небольшую еврейскую ересь, охватившую часть жителей Рима, которые стали пользоваться знаком рыбы и прятаться в катакомбах. В принципе, если христианство из учения "возлюби ближнего своего, как самого себя", сумело устроить несколько крестовых походов и много-много сожжений на костре, почему все считают, что из учения "мир - это зло" не могло получиться чего-то настолько же зажигательного?
С другой стороны, вроде бы только самые отбитые клерикалы отрицают цивилизаторскую роль церкви. А уж поспорить с тем, что без скрипториев для нас античность была бы по мифологической отдалённости равна Атлантиде, надеюсь, побояться и они. Так что катары тоже бы нашли, чем заняться, если бы от стадий религиозности перешли бы к построению социологических институтов. Но чтобы учение не видоизменилось под тех, кто захватил бы верхушку? Серьёзно? Рошак откровенно издевается над нашими способностями доверять. Фанатиков-то полно, но фанатикам организацию пары месяцев не протащить, а умным подавай блаженство и не потом, после смерти, когда по обещаниям "не видел, но от такое, наверняка!", а сию секунду...

...помимо инерционности зрения, мы обладаем до фига стойкой бихейвористской инерционностью. Наша жизнь устроена так, а не иначе потому, что мы в любом случае устраиваем её себе так. Молодёжный период бунтарства, сравнимый с оргазмом, и медленный посткоитальный период наслаждения окружающим миром. Ещё нам нужны запреты. Обязательно в области секса. Любое сообщество, которое резко макают головой в вопрос "Зачем?", начинает слепо хвататься за сиську традиций и морали, боясь безжалостной логики разбора бывших ценностей и демонстрации их отжившей утилитарности. Коли наши деды имели крестьянок в сенях, так и мы обязаны быть должны! Ах да, ещё нужно нарушение этих табу. В одном Рошак прав - без стыда нет наслаждения. В чём радость минета, если женщина не считает, что её унизили подобной просьбой? В чём радость гомосексуального установления иерархии в группе, если "опущенный" получает наслаждение от акта? Когда в обществе закрыты другие способы получения наслаждений, общество пытается сперва насадить табу, а потом предоставить возможность избранным это табу нарушать. Иерархия, попадание в избранные, убийство времени, которое идиоты не представляют куда тратить. Сам же Рошак испуганно сжимает сиську, к которой прикован наручником, не понимая, что табу меняются со временем: "Но как же во времена моих молодых оргазмов мои табу были иными! Они были получше ваших!". Как каждый старик...

... потому что все хотят сюжет. Людям плевать на насилие. Людям плевать на секс. Они хотят выбраться из своих маленьких жалких жизней и переживать нечто прекрасное. Им по барабану, что это будет. Но они должны быть на экране. Они не будут насиловать грязную вонючую девчонку с буграми на голове, им нужны красавицы. Кино - это иллюзия. И этого не понимает Рошак. Люди не будут постоянно смотреть на грязь и смерть, потому что могут взять биту в руки и устроить сами вакханалию на улицах. Им нужно то, что им недоступно. Все...

... и эти теории кино, которые вагинально-коитально преподаёт Клер, в книге не приведены, потому что их не существует. Вернее, существуют многостраничные, тяжёлосделанные, многотерминовые труды. Их читают идиоты. Потому что цель этих трудов - объяснить, почему рэндом выдал именно это число. Никто не знает. Только идиоты между собой кивают головами, притворяясь, что в курсе. Будто их жизнь определена, а вовсе не является набором случайностей.
Нет секрета хорошо проработанных мизансцен, нет секретных посланий, нет хороших и плохих фильмов. Секрет искусства, включая кино, настолько прост, что вы никогда не услышите его в университетах. Вы услышите его миллион раз где-то ещё, но никогда не поверите, потому что он достанется вам задёшево. Потому что вам нужны многостраничные тома, объясняющие, почему ветер 5 июля 1835 года дул в восточную сторону, а потому над Парижем прошёл дождь, будто это объяснение откроет вам, почему именно этот дождь свёл двух влюблённых. Потому что вам нужны авторитеты, чтобы вы им поверили. Потому что вам нужен тёмный ритуал, который откроет истину. А она проста, как фантик от конфеты: чувствуй то, что ты хочешь показать. Чувствуй радость и она отразится в музыке, чувствуй страх и ты передашь его со страниц книги, чувствуй предощущение великой тайны - и твои зрители не смогут оторваться от кино.
Всё остальное - технические приёмы. Они для искусствоведов. Не для масс...

...худшим из которых является отсутствие проработки характеров. Это ухудшенный вариант Байетт. Потому что в "Обладать" она препарирует человека. А Рошак застыл, загипнотизированный стробическим мельканием фликера, испуганный грядущим поколением. Под сказками о клиповом сознании, об аморальности, которая, разумеется, больше, чем в иные десятилетия...

...не могу удержаться и всё ржу! Он предсказал хипстеров)))) Он предсказал любовь к плохому кино. Но где Рошак, а где пророчества))) Мог ли он представить, что очень плохие фильмы будут смотреть ухоженные метросексуалы с чистыми бородами и выщипанными бровями, чтобы после пойти пить смузи и обсуждать недостаточную классичность винтажного поп-арта? "План номер 9"! В самом деле, каким надо обладать снобистским менталитетом, чтобы им не восхищаться. Нет, это не просто памятник "Голливуду, каким он был", это памятник некоторым людям, которые жили и умерли. И тем ценны, как ценен каждый человек. Людям хочется смотреть на других людей. Наша главная потребность - это самоопределение, попытка понять, кто мы сами, что достигается только при сравнении себя с...

...которые хотят вывести людей из мирового кинотеатра. Посредством фильмов как иллюзии, они хотят вывести всех в мир без иллюзий, даже без такой иллюзии как жизнь. Ога. Разумеется, они будут показывать только смерть и боль, вместо того, чтобы поманить кого-то гуриями реальной жизни. Как, наверное, тяжело не верить в будущие удовольствия и вместо этого создавать новые страхи для человечества, страх перед насилием в кино...

...и самым странным является то, что Гитлера приближает не Пазолини. Не "Южный парк" и не "Фэмили гай". А сам Рошак. Опасны не те, кто снимают, а кто готов сжечь. Разве не Гитлер сжигал опасные фильмы Касла? Значит Гитлер совершал благое деяние? Неужели Рошак, которому на момент написания книги под шестьдесят, не понимает, что сатана приходит не с рогами, а с улыбкой избавителя на челе? Именно он обычно говорит, что готов избавить людей от зла, лишь бы они послушались его. Сожгли злые картины. Злые книги. Злых людей. Ведь для того, чтобы повсюду было добро, достаточно уничтожить всех плохих, так просто, верно?
Каркауэр - сифилитик. Зло - это не то, что входит в тебя, а то, что из тебя выходит. Гитлеровская Германия не погрузилась в хаос, откуда вообще взялась эта идиотская концепция? Напротив, германцам предложили традиции, устои, ту самую сиську морали. В Веймарской республике их заставляли повзрослеть. Вампиры, зомби, гипнотизёры - мир страшная штука, говорили фильмы. Будьте сильными, превзойдите чужую опасность. Фильм "Кабаре" 1972 года. Почему Рошак не упоминает его, хотя говорит про "Рокrи Хоррора", который только-только вписывается в конец повествования в свой год создания 1975-й? Эй, придурок, в 75-м ещё не было никакой традиции надевать кружевные чулки и каблуки и петь в зале вместе с героями мюзикла!
Рошак не говорит о "Кабаре", потому что это рушит его теорию. Потому что это противостоит купленному идиоту Каркауэру, которого так приятно читать, когда тебе под шестьдесят и хочется злиться против молодых, против либеральных политиков, против любого, чтобы не думать о предстоящем погружении в небытие. Германия не погрузилась в хаос, она уснула. Германцы прижались к голубоглазому усачу, как испуганные дети, которые не хотят взрослеть и не хотят помнить предостережение родителей не доверять незнакомцам. Они выковыривали из подошв туфель осколки стекла Хрустальной ночи и действительно не знали ничего про лагеря смерти. Потому что не хотели знать. Злые фильмы заставляли их повзрослеть. Потому что надо было увидеть нищету и своё поражение в прошедшей войне. Гомосексуальность "Не такого как все". Толпы рабов и беспечных богачей оккультного "Метрополиса". Подлых проституток-мандрагор "Альрауне". Намного лучше было погрузиться в грёзы арийского мифа и любоваться мускулами нового пантеона героев "Олимпии" - намного более красивого и менее известного творения Рифеншталь, чем "Триумф воли".
А Рошак не хочет взрослеть. Он не хочет смотреть. Ему нужна морщинистая сиська престарелых любовниц Джейка. Громадная мамочка, защищающая от мира, вместо сексуальной дамочки, мир сотворившей...

...наверное, он в обморок упал от гностической идеи о нереальности мира. Ну да, само собой, из всех гностиков он вытащил только катаров. Кого ещё? 91-й год - гугла ещё нет. Но ведь можно было и порыскать всё же. Хотя да, у него есть хорошие катары и плохие катары, так что Рошак не совсем идиот. Хотя всё равно не въезжаю, на каких пряниках держались бы подобные злые катары. Кто давал бы деньги такой церкви, чтобы они могли существовать веками? Кто стал бы слушать их заветы, как только шумно захлопывалась дверь за спиной? Агрессивные идеи чайлдфри - вот и всё, что они могут предложить, вместо денег и удовольствий, хотя бы и в загробном мире...

...хотя всё равно прекрасно. Это ожидание новых кусков загадки, переживание. Даже не так важно, насколько хороша загадка. И тем более, что даже плевать на проработанность. Каждый кусок падает вовремя. Фликер мелькает. Сколько бы ни было секса в книге, интересен не он. Интересна загадка. Интересны рассуждения про кино. Да, Рошак пишет слишком крупно, он чересчур силком впихивает своего вымышленного персонажа в жизнь исторических личностей. Будь персонаж реальным, его бы другие вспоминали с трудом. Но нам нравится страшная сказка. Нравится, что можно что-то такое найти в старых фильмах и остаётся только сожалеть, что сказка не изобретательней, что страшилка - чересчур в лоб и в мелькании кадров нельзя на самом деле поискать нечто...

...со всем этим сексом для размножения и теми, кто ему противостоит, странно, что катары не взяли на вооружение гомосексуальность. Мне кажется, Рошак сам падает в обморок. Ну, на хрен ты, старый пердун, попёрся тогда писать про секс, а? Геймафиясообщество представлено членом Чипси Голдштейна, неясные близнецы Рейнкинги, возбуждающие все мои фантазии о твинцестах, забыты где-то на первых страницах, а анальный секс, сгорая со стыда так, что полыхание видно в Альбукерке, Рошак описывает, как "спортивная поза" и "до того я думал, что мы уже попробовали всё".
При всём этом противостоянии секса анального и вагинального, к чему и свелась вся книга, не сумев по-настоящему развить тему о дуальности или монотеистичности мира, никто не рожает. Стоило ли бороться за размножение, когда ни один из вас...

...при том, что это великолепнейшая книга об иллюзиях. В разы лучше "Книги иллюзий" Остера. Фильм в фильме, иллюзия в царстве грёз. Добро пожаловать в царство грёз, Наоми Уоттс, говорит Дэвид Линч. Ненастоящий человек, новый персонаж в мире иллюзий. Макс Касл, как тёмное веретено, вокруг которого накручивается шлейф смыслов. Тёмное оккультное кино веймарской республики. Искажённые декорации доктора Калигари. Танец Бриггиты Хельм. Чтобы нам захотелось уничтожить мир, требуется чуть больше, чем видеть насилие на экране. Требуется не видеть его. Выковыривать кровавые капли из подошв башмаков и на полной искренности кричать: "Присыпаны пеплом!". Снова заснуть, снова сжигать, снова ограничить тот ряд теней, который проходит в нашей тёмной пещере разума.
Соблазн существует. Он в ограниченных снах, не в многообразии знаний. Нельзя отказываться от теней в нашей пещере. Надо смотреть на все. На самые жуткие. Чтобы иметь потом силы отвернуться от стены пещеры и посмотреть наружу в реальность...

Экран мигает. Медленный музыкальный проигрыш какой-то лирической мелодии. Видно, как на экране сворачивается небо и перед тем, как экран погаснет, зритель может попытаться разглядеть что-то важное. Что-то безразмерно важное в той иллюзии, которую называет своей жизнью.

Поделиться

FemaleCrocodile

Оценил книгу

— Сколько до конца света осталось?
— Не знаю, мы не празднуем.
Устное народное.

Взвесив все про эт контра — а именно этим я и занималась в процессе весьма противоречивого чтения и ещё чуть-чуть послечтения, проведенного в бурных дискуссиях (каждый не дурак о кино высказаться, чай, не проблема Римана) - вывод таков: это крутая книга. Почти необъяснимо крутая. Если кто-то ещё в состоянии воспринимать всерьёз байку про шмеля, который, неграмотная насекомая, летает якобы вопреки всем известным законам аэродинамики, здравого смысла и правилам хорошего тона, то вот Рошак со своим 800-страничным экскурсом в кинематографические дебри прошлого века, да еще и увенчанным сушёными лаврами «конспирологический триллер» - этот самый шмель и есть. Мало того, что летает, но и смотрится весьма внушительно, и жужжит солидно — такого не станешь травить инсектицидами, суетливо размахивать мухобойкой, да и слово дурное сказать — язык не повернётся.

Начну, пожалуй, с главного «но», оно же первый миф, оно же Главный спойлер (в исконном значении «портить»), который запросто ловится повсеместно, начиная с обложки и аннотации, и от которого я тоже никого оберегать не намерена, ибо нефиг — это то, что в самой сердцевине книги имеет место тайная лажа, древнее знание и его бесчеловечно и весьма серьёзно настроенные адепты, жизнь положившие на приближение окончательного «это конец, Света!», используя агрессивное воздействие волшебной силы кино на и без того удачно склонных к саморазрушению сапиенсов. Не знаю уж какой процент читателей отпугнёт подобная реклама, при массовом трепетном внимании к теории заговора-то, — но меня поначалу эта информация ощутимо напрягла: источники заведомо нудящей мигрени по умолчанию непривлекательны, у меня и телевизора-то нету никакого поэтому. А тут, говорят, разгул катаров, альбигойцев и прочих «манихейцев» (так в тексте —редактор, должно быть, не наигрался в индейцев и ковбойцев когда-то) И хоть в результате и оказалось, что они тут вообще не самые главные, а так, покурить вышли из мрака, но нервничать и метаться по буеракам сомнений заставляли вплоть до самого финала: какая же оценка выпадет: 1? ( что, серьёзно?) 2? (да, похоже на то...) 3? (хотя, если с этого ракурса глянуть..) 4? (фух, показалось) 5? (вот это поворот) 6.0? (когда у меня ещё был телевизор, я видела фигурное катание — местами похоже)....Ведь при манипуляциях с подобными тугоплавкими материями и балансировании над декоративной пропастью экзальтированного безумия достаточно было пары неловких движений, чтобы превратить «Киноманию» в кинофобию: парафренный синдром с фантастическим бредом величия - в твердом переплете и с утвержденным возрастным ограничением 18+. ("Читает весь мир"...А вы не преувеличиваете?..) И можно эффектно ставить точку-диагноз: delirium manihaeismum. Всамделишный, кстати, бред. Может, даже заразный.

Хорошая же новость в том, что подозрения на литпаталогию не подтвердились. И даже когда, приглядываясь к автору, среди прочих его профессиональных тем и увлечений обнаруживаешь какую-нибудь эко-психологию ("О! привет, Умберто! Нет, тебе показалось, сейчас вот не про тебя.") - тут только eyebrow flash и хмыкнуть от повеявшей ньюэйдживщины, но настоящих опасений это не вызывает и сути дела не меняет. Ведь Flicker - это не нарратив на маниакально-серьёзных щах, туповатый, но с претензией на ущербную окончательную истину, не упёртая борьба света и тьмы, никакая не "-мания" - это просто принцип существования кино. И книга эта для тех, кто просто любит кино, а не свои приобретённые непосильным интеллектуальным трудом и особо утончённым вкусом представления о нём. И не важно, какие формы эта любовь принимает. В кино всё и должно быть такое, киношное. Если не иллюминаты какие-нибудь за всё в ответе, то кто? Кто лучше сыграет роль самого киногеничного зла в составе группы лиц по предварительному сговору, если не неизвестно откуда эксгумированная, но сразу в мировом масштабе, тайная и древняя организация с нарядной атрибутикой и чётко поставленными целями? Законы жанра ясно говорят: случайные люди со средним бюджетом и посредственные в остальном не годятся на роль качественных злодеев. То ли дело «Сиротки бури», пусть и отсылающие на волне свободных ассоциаций к другим полюбленным камерой книжным персонажам:
- Новая партия старушек?
- Это сироты!..
- А, тяжёлое наследие царского режима…

Интриги и расследования, на которых, вроде как, строится сюжет, собственно, и подтверждают декоративно-прикладную функцию заявленных «движущих сил». Потому как ничего на них не строится, на самом-то деле. Главный персонаж — пытливый кинолюб Джонатан Гейтс (я буду настаивать, что главный именно он и его взросление, медленная эволюция от рядового потребителя попкорна и зрелищ к запертому на острове неизбежного одиночества обладателю грустного высшего знания, а вовсе не демоническая тень пророка В-movies Макса Касла, за которой он гонится в процессе), информацию черпает из нарочито ненадёжных источников: то в усмерть укуренный обалдуй-киномеханик подкинет свежую идейку об истинной диспозиции добра и зла, то съехавший с катушек неврастеничный карлик-оператор намекнёт, что кино - это не просто кино, корявых штрихов добавит посещение в психбольнице впавшего в маразм старика с энурезом или застолье с загримированным под Мастрояни прожорливым монахом без гроша за душой. Не знаю, как кому, но мне это путешествие культурного героя на край ночи видится в отчётливо ироническом ключе: чего стоят одни только разборки между «настоящими» и «ненастоящими» катарами из Малибу. («Ненастоящие» кино не смотрят, даже мультиков опасаются - если вдруг понадобится отличить, имейте в виду.)

Тех, кто мог бы действительно оказаться полезен в его исследованиях — современников, очевидцев и т. д. - Д. Гейтс (я не успела вовремя отключить волны ассоциаций и он всю дорогу навязчиво рифмовался то, внезапно, с Долорес Гейз, то, попроще, с Дороти из «Волшебника страны Оз») легкомысленно игнорирует, пока они не закончатся естественным образом. Зато оформить командировку через океан, чтоб ничего не понять из лекции о теории кино от французского «семиотического poseur» (как читается, так и переводится, я считаю: позёр и во Франции позёр, но в примечаниях говорят: «сумасшедший», так тому и быть) — милое дело. Довольно язвительная глава, кстати, с ощутимыми шпильками по поводу франкоцентричности современного интеллектуального мира и попытками разрушить стереотип «американская культура — это супермаркет». Поддерживаю. Мне вот тоже кажется, что эта самая -центричность существует только в представлении левых франкоговорящих граждан Франции, занятость которых обеспечивается их нативным языком. Равно как интеллектуальный мир - это небольшое в масштабах человечества сообщество этих ситуайенов, со своими формами организации. Что можно кратко выразить гениальным стихом Бродского: «между прочим, все мы дрочим. " Чем, в конце-то концов, неомарксисты, которые не платят за свой кофе, хуже альбигойцев? У них тоже есть волшебные артефакты для обнажения истинной природы вещей.

Обнажение — важное слово, от него попляшем к ещё более важному. Это она — царица полей и двигатель прогресса — Порнография. Мысль, что любое кино — это порно, а уж любое порно — кино наверняка, пусть и не в столь упрощённом виде, прослеживается довольно отчётливо и в целом мне близка (к слову, ничего дурного я в этом не вижу, дорогие книжники и фарисеи). Недаром все проводники героя по кругам целлулоидного инферно — это какие-то недоделанные полупроводники, а всё самое важное он узнаёт совершенно другим способом. Тут и дивная Клер, кинокритик и умница, взявшая в ученики нашего героя, во время секса читает, словно ex cathedra, лекцию о символике фильмов Эйзенштейна, вживляя в подкорку своему студенту еще и хороший вкус. (Просто отличная идея - это насколько востребованными были бы тематические научпоп лекции в таком формате, еще и с броским названием типа "sex cathedra"! Устройство Солнечной системы за 8 минут! Стандартный, кстати, хронометраж для порнороликов из "классических" 70-х) И мафусаиловских лет «природная красавица» Ольга, бывшая звезда Голливуда, весьма натуралистично учит, как наслаждаться мирскими радостями без неприятных последствий для этого самого мира. И, не помню как зовут, юная француженка, сбежавшая от многомудрого карабаса-нейросемиотика (sic!) возвращает наивный и чистый взгляд на кино, из постели при этом почти не вылезая. Нормальное такое познание в библейском смысле слова. А сворачивание с естественного пути в вязкое болото «тайного знания» настоящих посвященных оборачивается, натурально, импотенцией. Конец фильма. Но не рецензии, надежды почти никакой.

Остался ещё миф, более-менее полезный — Энциклопедия. Вот как прочитаете «Киноманию», так сразу всё-всё про кино и узнаете, даже то, чего не хотели или боялись спрашивать — ведь в книге же беспрестанно мелькают кадры из миллиона пылящихся ныне в спецхранилищах шедевров и не очень, ныне покойные режиссёры то и дело рассказывают о своих творческих методах, предварительно хватив коньяку с прозорливыми критиками, имеющими тоже давно упокоившихся, но вполне реальных прототипов, операторы делятся секретами утраченного мастерства, а старлетки — такими способами попасть на экран, за которые теперь модно сажать. Довольно нелепо отвергать просветительский пафос книги, а тем более подозревать автора в нарочитом и необоснованном неймдроппинге ради сомнительной цели продвижения собственных идей— ведь наверняка отыщутся те, кого этот увесистый апокриф вдохновит на поиски по трекерам картин, допустим, Фрица Ланга, причин бешеной популярности довольно стрёмной Джейн Мэнсфилд, а может и «Гражданина Кейна» кто ещё не видел никогда по семейным обстоятельствам. Готовые формулировки для поддержания светской беседы на должном уровне — прилагаются в ассортименте. Но станет ли кино вам ближе и понятнее, почувствуете ли вы тот скрытый нерв, который так сильно тревожит Рошака в бесконечной смене кадров, в иллюзорной мерцающей битве света и тени? Которые только свет, и только тень - больше ничего. И тут становится тихо. Слишком тихо, как говаривал Джон Уэйн.

Поделиться

Искусство в том и состоит, чтобы прятать. Неужели вы еще не поняли? Художник всегда работает под поверхностью. Только так можно воздействовать на людские умы – когда они об этом не догадываются.
11 декабря 2020

Поделиться

сидел спиной ко мне около ямы, слегка раскачиваясь на пятках.
9 декабря 2020

Поделиться

Сейчас семьдесят шестой год. Когда я здесь появился, был июль. – Но тут я задумался: когда же это было, может, много месяцев назад. – Возможно, теперь уже семьдесят седьмой.
8 декабря 2020

Поделиться

Переводчик

Другие книги переводчика

Подборки с этой книгой