«Бюро проверки» читать онлайн книгу 📙 автора Александра Архангельского на MyBook.ru
image
Бюро проверки

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

4.03 
(229 оценок)

Бюро проверки

306 печатных страниц

2020 год

18+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге

Александр Архангельский – прозаик, телеведущий, публицист. Автор книг «Музей революции», «Цена отсечения», «1962. Послание к Тимофею» и других. В его прозе история отдельных героев всегда разворачивается на фоне знакомых примет времени.

Новый роман «Бюро проверки» – это и детектив, и история взросления, и портрет эпохи, и завязка сегодняшних противоречий. 1980 год. Загадочная телеграмма заставляет аспиранта Алексея Ноговицына вернуться из стройотряда. Действие романа занимает всего девять дней, и в этот короткий промежуток умещается всё: история любви, религиозные метания, просмотры запрещенных фильмов и допросы в КГБ. Всё, что происходит с героем, – не случайно. Кто-то проверяет его на прочность…

3-е издание, исправленное и дополненное

читайте онлайн полную версию книги «Бюро проверки» автора Александр Архангельский на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Бюро проверки» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 2018Объем: 552133
Год издания: 2020Дата поступления: 7 июня 2018
ISBN (EAN): 9785171207540
Правообладатель
10 823 книги

Поделиться

Kseniya_Ustinova

Оценил книгу

Архангельский представляется мне археологом, который нашел пласт 80-ых годов прошлого века и очень тщательно щеточкой начал обрабатывать окаменелость. На мой взгляд, главное, что должно быть в читателе, чтобы книга «сработала» - это жизненный опыт в сознательном возрасте в 80-ые, либо интерес к этому периоду. Идет мощная волна ностальгирования по эпохе, по вопросам, которые тогда задавались, по темам, которые тогда волновали.

Александр Архангельский старше моих родителей, я то и вовсе родилась в 1990 году, к тому же эпохой не интересовалась и представляю ее смутно. Точнее вообще не представляю. Поэтому «эффект ностальгии» на мне не работает. Я могу лишь отметить, что в описательных частях очень понравился язык автора, я прямо наслаждалась этими абзацами, иногда целыми страницами, которые «обволакивали одеялом атмосферы». И места эти действительно прекрасны сами по себе, но в рамках романа выглядят чужеродно. Одно дело «Петровы в гриппе», когда вся история написана одним языком – неважно, интерьер это или диалоги. И совсем другое, когда герои существуют отдельно, сюжет отдельно, а атмосфера отдельно.

Мне было очень сложно следить за событиями. Я вообще тяжело читаю детективы, поэтому приемы этого жанра меня серьезно стопорили. Это нагнетание девяти дней, которые происходят «сейчас» и сюжеты трехлетней давности, которые это сейчас должны объяснить, воспринимались мной очень сумбурным действием. За всем этим пытаться понять и прочувствовать героя уже не получается возможным. Тем более герой крайне инфантилен, податлив, как из глины каждый лепит из него что хочет, при том что никто ничего не хочет и вообще Высоцкий умер.

Этот роман вполне могла написать, скажем, Маринина, в главные герои вывели бы Мусю, и все заиграло бы новыми красками: динамика была бы на уровне, целостности вышло бы больше, характеров.

Сразу вспоминается фраза Анны Наринской из встречи «Дискуссия: Как вести разговор о книгах», о том, что современно русского писателя можно разве что похвалить за старание.
В этой книге чувствуется старание, но старание это вышло излишним. Сильное влияние редакции, многочисленные переписывания сюжета, смещения акцентов, наполнение элементами. Герой потерялся, детектив не детектив, все написано разным языком. А читатель я, увы, неподходящего возраста.

4 июля 2018
LiveLib

Поделиться

Manowar76

Оценил книгу

Почему решил прочитать: дочитал трилогию Леки , решил начать "Имя розы" . С утра прочитал только предисловие, а днём наткнулся на новость, что "Бюро проверки" взяло второе место БОЛЬШОЙ КНИГИ-2018. "Памяти памяти" , занявшую первое место, я читать не буду, "Июнь" Быкова , взявший бронзу, я прочитал сразу после выхода, а "Бюро проверки" после вкусной рецензии Юзефович, собирался прочитать давно. А тут такой повод. (Книга прочитана в декабре 2018 г.)
В итоге: ладно и складно описана Москва времён Олимпиады-80. Очень много подробностей и примет времени. Собственно, они для автора однозначно важнее, чем неспешный сюжет.
Думается, лучше Юзефович про роман и не напишешь.
Всем, кто хочет прочувствовать, как жилось интеллигентному студенту в позднем СССР, читать обязательно, как и тем, кто хочет поностальгировать.
Чтобы не быть голословным, начиная со второй части романа, я решил выписать несколько десятков примет времени. Надо учитывать, что атмосферу автор создавал в первой части романа, во второй части больше внимания уделено сюжету, эпистолярному жанру и даже снам.
Смешные пионерские флажки и похоронные бумажные цветочки в толпе, согнанной для встречи делегации из Индии;
ларёчки с пивом;
огромный синий почтовый ящик с выпуклыми буквами "Почта СССР";
парторги и комсорги;
междугородние звонки, которые в ручную коммутировали телефонистки;
совхозы;
профессорские шапочки;
пятирублёвые купюры;
крепдешиновые платья;
кассетные магнитофоны с Джо Дассеном;
запах струганного хозяйственного мыла в ванной;
шампуни "Ивушка", "Края-Кря", "Берёзка";
дамский кошелёчек с золотыми перекрещенными шпуньками;
двушки для телефона-автомата;
открытки с многоцветным фото Первомая;
олимпийская марка с толстопопой копьеметательницей;
запонка из глинистого янтаря;
заседания комитета комсомола;
УЗИ по большому блату в НИИ акушерства;
радиорубки;
справки для приобретения машины из-за границы;
мясной отдел на рынке, под плакатом с контурным изображением улыбчивой свиньи;
банки югославской ветчины с аппетитным окороком на крышке;
жёлтые банки с пивом "Золотое кольцо",
зеленая бутылка "Цинандали", покоцанный синий бидон со свекольником;
стройотряды;
брезентовые рюкзаки;
"Солнцедар";
торт из кулинарии ресторана "Прага";
Первый отдел при деканате;
блокнотик в красной лакированной обложке с золотыми правдинскими буквами " Делегату профсоюзной конференции";
бакинский кондиционер на окошко;
доносы;
подпольная религиозная литература;
кровать железная никелерованная, с шишечками;
спекулянты, торгующие записями Высоцкого и Никитиных, книгами Булгакова;
статуя Дзержинского;
Дукатская "Прима", настоящая махорка, горлодёр;
дефицитный торт "Птичье молоко", конфеты "Белочка", "Трюфель" и "Мишка на Севере";
портрет печального Ленина, бордовый вымпел с жёлтыми кистями;
интернациональный долг, война в Афганистане;
подшивки журналов "Коммунист", " Вопросы философии", " Новый мир";
тёмная тесная столовая, где пахло кислой тушёной капустой, хлоркой, желудёвым кофе и мясной подливой;
Гипсовая фигура Ленина и красная ковровая дорожка в вестибюле института;
переплётчик, как уважаемая профессия
и так далее.
Сюжет у книги слабый, нитевидный. Да и какой сюжет может быть у обычной жизни обычного парня с факультета философии. Девять дней - от начала Олимпиады до смерти Высоцкого. Богоискательство, любовь, застой, КГБ. Концовочка смазанная, но бытописательству это простительно.
8(ОЧЕНЬ ХОРОШО)

Олимпиада-1980

Очередь к могиле Высоцкого

17 сентября 2020
LiveLib

Поделиться

DollakUngallant

Оценил книгу

"Я жил одним, а верил в другое,
и полюса расходились всё дальше"

«Чем точнее попадешь, тем оглушительней».
Кажется такой девиз у боксеров.
Но так же с этой книжкой сложилось у меня. С оглушительной точностью в ней переданы приметы времени. Знаки, приметы, явления, признаки и симптомы жаркого олимпийского лета далекого 1980 года в Москве. Из каких-то таких хранилищ памяти они извлечены Архангельским в абсолютно не поврежденном состоянии. Многие читатели отмечают этот факт.
Запах горькой дешевой «Примы».
Пахнущая краской телефонная будка.
Накрахмаленный милиционер в будке на перекрестке.
Прозрачные конусы соков в отделе бакалеи.
Газета «За рубежом».
Ах черт возьми, как метко!

И многое в книге вызывает чудесное, простите, интеллектуальное волнение от строчки к строчке:
и это сумалеевское:
«культура начинается с дистанции»,
и вовремя упомянутое Окуджавы:
«И поручиком в отставке сам себя воображал»,
и: «механическая пишущая машинка с маленькими круглыми клавишами, которые росли на длинных ножках, как поздние опята».

При гениально переданных приметах и свойствах времени А. Архангельский создает абсолютно не типичный для того период нашей истории образ Алексея Ноговицына православного воцерковленного верующего студента, затем аспиранта философского факультета.

В жизни Алексея есть загадочное ясновидение его духовника о. Артемия. Завораживающая загадка предвидения будущих событий в жизни Алексея и страны, которые делает невидимый духовный православный наставник.
Нам всем тогда кто-то незримый говорил, что мы не так живем…
Нам не всегда удавалось расслышать.
Впрочем, когда, в какие времена русский человек чувствовал уверенность, что живет правильно, по совести и в соответствии с Божьим замыслом?
Ноговицын упорный и стойкий в вере своей человек, которому предстоит стать образцом для будущих поколений. Он не совершит яркого подвига, он просто останется честным человеком в условиях тогдашней чудовищно лживой жизни.
Он выдержит тяжелое испытание для чести и совести, Ноговицын откажется давать показания на своего учителя. За это будет отчислен из университета и уйдет в армию, на советско-афганскую войну.
Алексей оказался настоящим человеком, мужчиной, солдатом будущей армии преображения.
Я имел счастье знать таких людей.

22 сентября 2018
LiveLib

Поделиться

Мы живём или перед войной, или после войны.
22 июня 2020

Поделиться

В остальном всё было тесно и убого; самодельный стол из ДСП, пластиковая серая панель, годами не белённый потолок; в стены въелся скользкий запах тёмного хозяйственного мыла. Вот уж кто настоящий нищеброд, с особенным сочувствием подумал я. И почему-то пожалел не батюшку, а собственную маму. Пашет, пашет всю свою раздробленную жизнь, и такой ничтожный результат…
26 марта 2020

Поделиться

В электричках в то время уже не топили; мы всю недолгую дорогу согревались чаем из китайского побитого термоса, мутно-голубого, с алой розой и огромным зелёным листочком. Хозяйственная Вика Криворожко разложила на коленях бутерброды с пошехонским сыром, любительской варёной колбасой, кружком солёного огурчика и курчавой веточкой петрушки: угощайтесь, ребзя, не стесняйтесь. Разлапистый Андрюша Семикозов с провинциальной гордостью цитировал латинские пословицы: как гласит древнеримская мудрость… древние недаром говорили, что… Женственно ранимый Егор Бай (которого в глаза и за глаза называли ебаем) сообщил, что меняет фамилию. – Чью возьмёшь? – невинным голосом спросила Мура Канторович. Бай не почуял подвоха. – Бабкину возьму, она у нас была Донская. – Хорошее дело, – ответила Мура, – будешь Ебаем-Донским. Все засмеялись. У Егора навернулись слёзы. Только невнятная Аня Насонова осуждающе мотнула головой. Как нехорошо, Мария, как нехорошо.
24 марта 2020

Поделиться

Автор книги

Подборки с этой книгой