Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Камера обскура

Камера обскура
Слушать
Читайте в приложениях:
Книга доступна в стандартной подписке
1956 уже добавило
Оценка читателей
4.53

«Камера обскура» (1931, опубл. 1932–1933) – пятый русский роман Владимира Набокова и второй из трех его романов на «немецкую» тему. Берлинский искусствовед Бруно Кречмар, увлекшись бездарной шестнадцатилетней актриской Магдой Петерс, тайной любовницей художника Роберта Горна, бросает семью и вовлекается в глумливый околоартистический круг, не подозревая, что последствия этой пошлой интрижки окажутся для него роковыми. Расхожее выражение «любовь слепа» реализуется у Набокова в форме криминального сюжета о страсти, измене, ревности и мести, а физическая слепота, поражающая героя в финале, становится наказанием за духовную слепоту, за искаженное видение мира, за измену доброте, человечности и истинной красоте. Самый кинематографический, по мнению критиков, роман Набокова впоследствии был радикально переработан автором для англоязычного издания, озаглавленного «Смех в темноте» (1938).

Лучшие рецензии
Mavka_lisova
Mavka_lisova
Оценка:
741

Есть фразы, за которые я готова убить.
Не спорить, не приводить аргументы, не вспоминать примеры из жизни.
А просто взять и уе... крепко врезать.

Например, заявления типа: “от хороших жен не уходят” или “мужика нельзя увести, он не собачка цепная”. Дескать, если мужчина уходит из семьи – это его самостоятельный выбор. Значит, и так было не все в порядке, значит, и жена виновата: недоглядела, недолюбила, мало котлет пожарила. А любовница здесь вовсе ни при чем. Она просто мимо проходила, под руку подвернусь, силком не тянула, не-виноватая-я-он-сам-пришел.

Как же хочется врезать!..
Потому что, не стоит обманываться, такие, как Магда существуют, и подобные случаи – не редкость. Конечно, они происходят с мужчинами определенного, тюфякого-сопливого типа, и можно долго разглагольствовать о том, что нафиг вообще такой мужик нужен. Но кто мы такие, чтобы рассказывать безропотной, но мудрой Аннелизе, какой мужчина ей нужен, а какой – нет? Кто вообще может постичь этот секрет мироздания: зачем, почему, каким непостижимым образом двое людей сходятся, становятся одним целым, и соединяют свои черты в новосотворенном человеке?

Да, брак Кречмара с Аннелизе может показаться скучным, пресным и бесцветным. Но, опять же, кто дал право решать? Жена, довольная мирной жизнью, занималась воспитанием дочери. Муж втихомолку грезил о других женщинах и новых впечатлениях. Такое сплошь и рядом. И это была бы типичная история развода и разведение рук “се ля ви”.

Но истинная трагедия в том, что семья разрушилась не под напором яростных чувств или чужой расчетливой воли, а вследствие банального каприза. Магда действовала импульсивно и необдуманно, не было в её поступках даже эгоистичного внутренного оправдания “я достойна”. Нет, всего лишь ленивое, вальяжное “мне хооооочется”. Хочется шоколадку, хочется модные пластинки, хочется новые платья, хочется этого мужчину, да, у него жена и ребенок, но что ж поделаешь, кто ж тогда купит мне шоколадку, пластинку и платья, логично?

Признаться, я всегда завидовала подобным девушкам. Тем, кто сызмальства, чисто интуитивно безошибочно выбирают себе жертву, умеет хватко обкрутить её и высосать все соки. Не криками и требованиями, а невинным закатыванием глазок, сладкими слезками, пролитыми в нужный момент, обиженно вздернутым носиком в момент другой. Девушкам, которые свято верят в ценность своего единственного капитала (того, что под юбкой), и целью жизни ставят выгодное его (в него) вложение.

Но Набоков не был бы тонким психологом, если бы не показал обратную сторону медали. Ведь на каждую такую Магду обязательно найдется свой Роберт Горн. Есть подлость глупая, разнузданная, а есть продуманное, осознанное зло. И даже умных, достойных женщин такой тип может облапошить на раз, а уж изнеженных капризуль трескает на завтрак.

Вот и шагает вместе сладкая троица: тупое жвачное животное, маленькая паразитка, и настоящий клыкастый хищник. И не жаль ни капли ни Кречмара, который в итоге оказался в самой жопе пищевой цепочки. Ни Магду, которую Горн кинет при первом удобном случае, и которая, уж не сомневайтесь, окончит свои дни на панели, безносой двадцатилетней старухой.

Истинное горе в этой истории осталось за кулисами. Нам показали только ложь, подлость, трусость, малодушие. И тем горче понимать, что за обедами в ресторанах, за праздными путешествиями, где-то далеко-далеко, в другой вселенной, есть заплаканная Аннелизе, одинокая могилка и бесконечная печаль. Этот роман о них. Об их трагедии. Остальные недостойны ни строчки.

Читать полностью
igori199200
igori199200
Оценка:
430
Камера-обскура - оптическое устройство, куда проникает свет через очень маленькое отверстие в одной из стенок, высвечивая на противоположной стене перевернутое изображение предметов, наводящихся снаружи перед отверстием. (Энциклопедический словарь).

Мысль о том, что никто не знает реальности, хоть и не нова, но насколько точна! Мы все смотрим на эту реальность через оптический прибор восприятия, находясь в темной комнате своего «я». И какой бы прозрачной ни была линза, искажение присутствует. А мы принимает изображение линзы за реальность и уверены, что это единственная правда…
"Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно", - написал когда-то апостол Павел. И действительно, кто-то смотрит на реальность через бинокль, а изображение слишком увеличено в ущерб частностям. У другого бинокль в душе перевернулся - и, наоборот, уменьшает реальность. У третьего линзу покрыла копоть, и теперь действительность - в темном налете, без единого светлого пятна. Еще для кого-то она раскрашена в красивый свет. Есть и те, у кого линза была почти хрустальна, играла радугой в преломлении, но оказалась слишком хрупка - и ничего теперь разобрать нельзя, кроме трещин. И, наконец, есть те, у кого в груди - камера-обскура, а реальность не просто искажена, а уменьшена и перевернута. Они смеются в темноте, не понимая трагизма перевернутого мира...
Кречмар. Магда. Горн. Вот они, главные лица этой истории. Стоят в темноте на сцене, ждут, пока свет прожектора осветит их, и можно будет выйти к публике, обнажиться до последней гнилинки, сокрытой в каждом.
Итак, свет освещает искусствоведа Кречмара. Любите и жалуйте! Променял жену на бездарную актерку, став заложником собственной страсти. Слабоволен, труслив, гнусен.
Следующей поток света выхватывает из сумрака Магду. Старшая "сестра" будущей Лолиты. Бездушная девица и просто шлюха, решившая выжать как можно больше денег из мужчины, ослепленного страстью к ней.
И еще один столб света. Художник Горн, на поклон залу! Автор трогательной свинки Чиппи. Человек, оставивший в нищете больную мать, любящий пакостить людям и прикидывающийся гомосексуалом для того, чтобы скрыть от приятеля, что спит с его любовницей. И просто - наиподлейшая душонка...
Когда начинаешь читать роман Набокова, кажется, что попадаешь в паноптикум уродов. Все герои вызывают омерзение. О, как им прочишь сартровский ад! И настолько выпукло изображены они в своем уродстве! Но оттого непонятнее чувство внутри, что ты не можешь ни на минуту разлучиться с романом, что хочешь возвращаться в сети его метафор, образов, языковых деликатесов, очарован каждой строчкой и каждым поворотом сюжета да понимаешь – роман прекрасен. На всем протяжении чтении книги не мог отделаться от впечатления, что я смотрю фильм. Мастерски срежиссированный, вдоволь запутанный, с легким налетом арт-хауса. Шикарен Набоков! Не успеешь оглянуться, и ты попал в сотканную им литературную паутины, из которой не выбраться вплоть до рокового финала...
А если задуматься... такие ли они уроды? Не загубленная ли душа у Магды? Бедные родители, брат - почти уголовник, первый возлюбленный бросил... изломалась душа. Линзу внутри изъела ржавчина. И Магдины рыдания о Горне в темноте подъезда - не рыдания ли это о себе самой, загубленной, навсегда потерянной? А Кречмар? Ставший марионеткой своей страсти и бросивший жизнь под ноги неблагодарной девицы. В конце веришь в его искренность, а душа его изливается вдруг нежностью. Кречмару готов все простить и жалеешь эту душу, сделавшую камеру-обскуру своим окошком в мир. И смех в темноте превратится в рыдания, которые никто не услышит. А еще есть могилка на кладбище... А еще есть брошенная жена, которая слезами пытается наполнить ванну воспоминаний. Партии сливаются в единую многоголосицу. Ломанной конструкцией она повисает внутри тебя, и ты содрогаешься…
Роман оказался непохожим на все, что я читал у Набокова до этого (а это был уже пятый его роман, читаемый мной), и в этой непохожести - особенный шарм. Изумительно красиво и талантливо написанный роман, запечатлевший всю мерзость человеческих душ и при этом оставшийся прекрасным. Искусно поставленная кинолента…
Машина на извилистом шоссе. Женщина, собирающая травы, смотрит ей вслед. Дирижабль отбрасывает тень. Два велосипедиста едут рядом. И совсем, совсем скоро человек останется в темноте. Навсегда. И смеха не будет. И камера-обскура не сможет отразить ничего, кроме крика... все в той же темноте, которую больше не разодрать руками.

Читать полностью
fish_out_of_water...
fish_out_of_water...
Оценка:
116

Из такой банальной темы только Набоков мог сделать шедевр. Сюжет - классическая уловка бульварного чтива: жил-бил мужик, тихий и невзрачный, жил с женой и ребенком, в общем, простая такая семья. И вот однажды у мужика появляется любовница - простая такая любовница, каблучки-макияж, красное платьице и самый разгар молодости - и он решает оставить семью, предавшись минутной страсти. Простой такой сюжет. Однако каков язык, какова форма! Набоков не был бы Набоковым если бы не его гениальное мастерство написания совершенного текста. Нет в его тексте ничего лишнего. Каждое слово знает свое место. И нельзя его так просто взять и поменять местом с другим - иначе будет не Набоков совсем. Каждое предложение красиво отточено, и когда читаешь "Камеру обскура" удивляешься насколько красивой может быть книга с такими ужасными персонажи и поступками.

Но если говорить еще о чем-то, кроме красоты набоковского слога, то стоит говорить об ощущениях. Они были немного неприятными. Хотя, зачем скромничать - за последнее время ничто не было мне так противно. Знаете, такое чувство, будто я побывала на шоу уродов. Цирковой шатер с кучей мелких уродцев, и глава этих уродцев стоит в центре наблюдая как остальные крутятся вокруг него. Имя этого главного урода - Магда Петерс. И вроде бы смотришь на этих уродов, и понимаешь, что должен смеяться над ними - ведь шоу же, а в горле стоит ком, потому что над таким не смеются. Такое хочется только жалеть, но даже и на это у тебя не хватит силы воли, потому что к таким уродам даже страшно подойти, как бы жестоко с твоей стороны это не было. И не знаешь, удастся ли с ними вообще поговорить как с обычными людьми. Да и нужна ли эта жалость - ведь если они не такие как мы, это не значит, что они несчастливы. Совсем даже наоборот - они принимают свои недуги как данность и знают как пользоваться этим. Недуг Магды в том, что ей пришлось быстро повзрослеть. Ее недуг в том, что уже ее первая любовь превратила ее в шлюху. Недуг Кречмара - его слепота. Причем далеко не физическая, он был слеп за много месяцев до аварии.

А вообще эта книга великолепна. Но не для тех, кто не любит трепать себе нервы. Мне она лично потрепала их немало, начиная с того, что затронула ненавистную мне тему - измену. И измена здесь даже не как предательство. Измена выступает тут в гораздо худшем обличии. Измена в книге - это детская игрушка, с которой играют взрослые люди. Они готовы капризничать, реветь и ломать другие игрушки, лишь бы поиграть с нею. А в итоге страдают другие взрослые. И так во всем мире и каждый день.

Взрослые, будьте взрослыми, а не эгоистичными детьми.
Люди, будьте людьми, а не уродами.

Читать полностью
Лучшая цитата
Образование было у него пестрое, ум – хваткий и проницательный, тяга к разыгрыванию ближних – непреодолимая.
1 В мои цитаты Удалить из цитат
Интересные факты
«Камера обскура», 1933 г., единственный роман Набокова, написанный в расчете на экранизацию

«Камера обскура», 1936 г., первый роман Набокова, переведенный на английский язык. Из-за плохого качества перевода Уинифред Рой Набоков решил сам перевести свой следующий роман, «Отчаяние», что стало важнейшим шагом к решению начать писать по-английски