«За рекой, в тени деревьев» читать онлайн книгу 📙 автора Эрнеста Хемингуэя на MyBook.ru
За рекой, в тени деревьев

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

4.26 
(87 оценок)

За рекой, в тени деревьев

198 печатных страниц

2016 год

16+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге

Осенняя Венеция. Холодная, но при этом не менее величественная и прекрасная…

Что влечет сюда главного героя – пожилого полковника Ричарда Кантуэлла, защищавшего этот город во время войны?

Воспоминания о былом. Тоска по ушедшей молодости. Попытка освободиться от ошибок прошлого. И… настоящая и единственная любовь к совсем еще юной девушке…

читайте онлайн полную версию книги «За рекой, в тени деревьев» автора Эрнест Хемингуэй на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «За рекой, в тени деревьев» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 1950Объем: 356742
Год издания: 2016Дата поступления: 29 апреля 2022
ISBN (EAN): 9785171002558
Переводчик: Елена Голышева
Правообладатель
1 847 книг

Поделиться

lerch_f

Оценил книгу

Книга со мной как-то не состыковалась. Даже не знаю как напишу о ней. Слишком гнетущее, слишком она уж с первой странички пропитана плохим концом.

При всем при этом написана она замечательным языком, слова переплетаются во фразы и предложения и нас на лодке уносит за реку, в тень деревьев, где мы вместе с главным героем можем думать о любви, о настоящей и последней. Так глупо, что самой настоящей и самой сильной должна становиться именно последняя любовь? Неужто вся остальная жизнь была только во имя войны?

Все то же потерянное поколение, пропитанное болью прожитых лет, отданных бессмысленной бойне, и оставившей неизгладимые следы на душе и на теле.

Отдельного упоминания заслуживает Венеция, место где происходят события. Хочу в Венецию, но не с драмой. Не могу себя никак погрузить в ощущения книги, все время выталкивает меня, как пробку из воды. Прошу прощения, за столь непоэтичное сравнение, но тому были причины.

Хемингуэй хорош, даже при всем моем внутреннем сопротивление тому, что происходило в книге, все равно мне понравилось. Щемяще все это. И великолепная Венеция. Хочу любить сердцем, укрывшысь пледом в гондоле, проплывая под бесконечными мостами. И не думать о конце.

12 февраля 2014
LiveLib

Поделиться

Godefrua

Оценил книгу

Многословная агония старого солдата, не знающего слов любви, способна порядком утомить. Не то что бы «не верю», можно и поверить, но уж больно на одной ноте и про одно и то же. Все становится понятно, по прочтении трети романа, остальные две трети, он многословит, что бы закрепить материал.

Сюжет замешан на Венеции, воспоминаниях старого (50 лет) вояки и любовного чувства. С Венецией все в порядке, она совершенно отличается от самой себя во впечатлениях разных людей, тем более, если ознакомиться с ней не в течении 1-3 дней, а прожить в ней чуть дольше. Я верю в Венецию Хемингуэйя, хоть она и отличается от моей.
Стоит свернуть с основных маршрутов лабиринтов ее улиц и каналов, зайти в нее не со стороны парадной лагуны, а простых остановок-причалов Арсенала или кладбищенской стороны, изучить со скуки маршруты ваппарето и привыкнуть к заброшенным островкам, покрытым камышом, она перестанет удивлять своим несоответствием привычному виду с картинки календаря, перестанет притворяться туристической декорацией, обдаст неуютом. Венеция способна утомить. В ней есть ощущение замкнутого пространства, в котором много персонажей, от которых не знаешь чего ожидать. Золоченная ветхая роскошь, камуфлирующая в карнавальную бутафорию. Своей бутафорией она вводит в заблуждение и отвлекает. Венеция Хемингуэйя невероятно холодная и сырая. Сырость каналов и вина, которое постоянно, как топливо вливается в главного героя. Кажется, что держится он только на нем. Как умирающий на поддерживающем лекарстве. И даже не «как». А на лекарстве.

Что для Хемингуэйя, человека, неравнодушного к литературе, Венеция? Отелло -храбрый воин и ревнивый муж. Данте, который «прекрасно пишет», но которого автор еще прочтет. д.Аннунцио и его вдохновенные речи.

Прямолинейность, солдафонская брутальность главного героя смогла ужиться с Венецией благодаря воспоминаниям событий, прожитых здесь. Событий, полных ужасов войны. И любви к венецианке. Непривычно читать о той войне, как профессии, видимо, я привыкла к другой традиции повествования о ней. Любовь же к венецианке, графине, почти принцессе почему-то вызывает у меня неверие. Они такие разные. Тысячи «я тебя люблю» не делают их любовь правдоподобней. И если мотив любви старого воина посредством вдалбливавания нам его мировоззрения мы можем понять: почему бы и не влюбиться в прекрасную даму доблестному рыцарю? Все ж таки, были упомянуты Данте и д.Аннунцио. Но что с того прекрасной даме? Льстит быть возлюбленной седовласого героя-воина? А может, она студентка психологического факультета и у нее курсовая на тему «как помочь выговориться пациенту, принимавшему участие в военных действиях и уменьшить его боль?». У автора, конечно же ничего на это не указывает, но когда я так думаю, мне почему-то становится все понятнее.

5 марта 2019
LiveLib

Поделиться

wondersnow

Оценил книгу

«Ну что же, завтра постараюсь вести себя хорошо; начну с самого рассвета».

Какой же властью над человеком обладает магия нового дня... Так легко, глядя на медленное угасание дня, дать себе зарок, что отныне всё будет по-другому, что как только первые рассветные лучи коснутся твоей земли, изменится всё, в том числе и ты сам. Сладкая ложь, коей так легко себя успокаивать, ничего при этом не делая. Разумеется, кто-то остаётся верен себе и своей клятве и действительно что-то меняет, но будем честны, таких людей – единицы.

Ричард Кантуэлл явно к ним не относится. Прогуливаясь по волшебным улочкам прекрасной Венеции, этот стареющий человек, который уже предчувствовал свою скорую кончину, на первый взгляд изо всех сил старался отпустить прошлое и стать «другим» человеком, но на самом деле это только иллюзия. «Отчего я такой ублюдок, отчего я не могу бросить своё военное ремесло и быть добрым и хорошим, каким мне хочется быть?», – вопрошал он каждое утро, когда, не сдержав обещаний, вновь становился злым и высокомерным, срываясь на окружающих и оскорбляя их. Можно долго разглагольствовать о потерянном поколении и это будет к месту, но мне почему-то совсем не хочется этого делать. Полковник не вызывал у меня симпатий, но наблюдать за ним и его размышлениями было печально, ибо хоть он постоянно и напоминал самому себе о своём истинном возрасте, на деле он до сих пор пребывал в прошлом, где он, резвый и дерзкий двадцатилетний юноша, вершил дела на фронте и в тылу. И вот он – уже полковник, а не генерал – остался не у дел, у него никого и ничего нет, чем же ему заняться? Он горячо восхищался своим любимым городом («Мы подъезжаем к моему городу. Господи, какой это город!»), любил искусство, книги и природные красоты («Почему всегда сжимается сердце, когда видишь, как вдоль берега движется парус?»), но даже в такие душевные моменты все его думы были отданы войне, воспоминаниям о ней и мыслям о том, как он мог бы переиграть тот или иной ход. «Я ни о чём не буду думать, ни о чём», – и он и правда мог ни о чём не думать, но мысли о его «проклятом» ремесле всегда были с ним.

Были они с ним и в те моменты, когда рядом была его «Единственная, самая лучшая, самая последняя и настоящая любовь». Я не люблю судить чужие чувства, дело это неблагодарное, так как любовь бывает разной, но отношения Ричарда и Ренаты были столь странными, что вызывали лишь неприязнь. Стоит начать с того, что полковник, бредя прошлым, испытывал симпатию только к тем людям, которые прошли войну, остальные вызывали лишь раздражение, о чём он сам неоднократно упоминал. Понимая, что смерть уже близко, он привязался к молодой девушке, которая прям-таки умоляла его при каждой встрече рассказать что-нибудь о том, как он захватывал какой-нибудь город, а ему только это и надо было. Любовь? Ну, для кого как. Что касается Ренаты, то она, наивная и доверчивая, искренне интересовалась былыми заслугами Ричарда, ибо одно дело читать книгу с сухими сводками и совсем другое – слушать речи человека, который был на месте действа и знавал именитых людей. Несмотря на то, что меня безмерно раздражали эти их постоянные признания в любви и это отвратительное обращение «дочка», я понимала, почему же они так хватались друг за друга; признаю, в этом было что-то глубоко трагичное. Они оба знали, что это их последняя встреча, и потому Рената пыталась хотя бы немного облегчить закоренелую боль Ричарда, уговаривая его рассказать ей о самых непростых моментах, проще говоря, исповедаться. «Ошибки – вот что не даёт мне покоя. Но какого чёрта о них вспоминать! От этого никому ещё легче не было. Да только иной раз мысли к тебе как привяжутся... Привяжутся так, что не отвяжешься», – наблюдая за тем, как он осуждает и высмеивает командиров и писателей, которые «ни черта не смыслят в войне в отличии от него», отчётливо понимаешь, что у него было не три ошибки, как он сам неоднократно говорил, а куда больше, просто всю свою вину за них он на протяжении всей жизни скидывал на чужие плечи. Ведь так куда проще, не так ли. Вот только под конец своего жизненного пути всё равно обо всём вспомнишь.

Мне совершенно не понравилась история этого человека. При этом слог Эрнеста Хемингуэя пришёлся мне по душе, как и внутренние споры героя с самим собой и мастерски составленные диалоги, потому, отбросив всю неприязнь, признаю, что это очень ладный текст, в который, несмотря на отсутствие тёплых чувств к героям, приятно погружаться с головой, благо за окном златая осень с её проливными дождями, такая погода весьма располагает к книгам подобного толка, которые в очередной раз доказывают, что прежде чем начинать «новую жизнь», неплохо бы для начала разобраться со старой.

«Вспомни, как прекрасно держались люди. Вспомни добрых друзей и вспомни погибших. Вспомни многое, ещё разок вспомни самых лучших друзей и самых лучших ребят, которых ты знал. Не злись и не валяй дурака. И нечего тебе всё кивать на солдатское ремесло. Хватит».
5 сентября 2021
LiveLib

Поделиться

нашел там тело святого Марка и вывез его, спрятав под свиными тушами, чтобы мусульманские таможенники не нашли. Он тоже был из Торчелло. Этот парень привез тело в Венецию, и теперь святой Марк – их покровитель, и они построили ему собор. Но к тому времени они уже торговали с далекими восточными странами, и архитектура у них стала, на мой взгляд, слишком византийской. Никогда они не строили лучше, чем в самом начале, в Торчелло. Вот оно, Торчелло.
28 апреля 2021

Поделиться

Манжен, Мажино и Гамелен. Выбирайте по своему вкусу, господа! Три школы военной мысли. Первая: дам-ка я им в морду. Вторая: спрячусь за эту штуковину, хоть она у меня и левого фланга не прикрывает. Третья: суну голову в песок, как страус, и понадеюсь на военную мощь Франции, а потом пущусь наутек. Пуститься наутек – это еще деликатно сказано. Впрочем, – подумал он, – справедливости ради не стоит слишком упрощать. Вспомни хороших ребят из Сопротивления, вспомни Фоша – он ведь и воевал, и сколачивал армию; вспомни, как прекрасно держались люди. Вспомни добрых друзей и вспомни погибших. Вспомни многое, еще разок вспомни самых лучших друзей и самых лучших ребят, которых ты знал. Не злись и не валяй дурака. И нечего тебе все кивать на солдатское ремесло. Хватит, – сказал он себе. – Ты ведь поехал развлекаться».
28 апреля 2021

Поделиться

«Наверно, – думал он, – я тогда потерял веру в бессмертие. Что ж, в своем роде это немалая потеря».
28 апреля 2021

Поделиться

Автор книги

Переводчик

Подборки с этой книгой