Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Русский дневник

Русский дневник
Читайте в приложениях:
Книга доступна в премиум-подписке
610 уже добавило
Оценка читателей
4.0

«Русский дневник» лауреата Пулитцеровской премии писателя Джона Стейнбека и известного военного фотографа Роберта Капы – это классика репортажа и путевых заметок. Сорокадневная поездка двух мастеров по Советскому Союзу в 1947 году была экспедицией любопытных. Капа и Стейнбек «хотели запечатлеть все, на что упадет глаз, и соорудить из наблюдений и размышлений некую структуру, которая послужила бы моделью наблюдаемой реальности». Структура, которую они выбрали для своей книги – а на самом деле доминирующая метафора «Русского дневника», – это портрет Советского Союза. Портрет в рамке. Они увидели и с неравнодушием запечатлели на бумаге и на пленке то, что Стейнбек назвал «большой другой стороной – частной жизнью русских людей». «Русский дневник» и поныне остается замечательным мемуарным и уникальным историческим документом.

Читать книгу «Русский дневник» очень удобно в нашей онлайн-библиотеке на сайте или в мобильном приложении IOS, Android или Windows. Надеемся, что это произведение придется вам по душе.

Лучшие рецензии и отзывы
CoffeeT
CoffeeT
Оценка:
88

Как же все-таки странно устроена жизнь – вокруг столько прекрасного, доброго и волшебного, но нет, твои ручки постоянно тянутся к чему-то сомнительному и неочевидному. И речь идет не только о выборе сосисок в продуктовом магазине (кстати, почему они столько стоят?), месте летнего отдыха (да не будет там дождей, я точно знаю) или будущей жены (кстати, почему они столько стоят?), но и, конечно, о книгах. Ну вот, скажите, неужели так мало скандинавов, которые трудятся на детективном поприще? Так почему же я читаю румынского мастера пера и конской кражи Чировици? (и почему все шутки про румынов получаются такие расистские?). Про фантастов я вообще не говорю – числа им нету, там от хороших до великих сотня мастеров. Но знаете, что мне протягивает дядька из службы доставки Озона? Египетского фантаста Рамеза Наама. И я как наяву возвращаюсь на пляжи Хургады, а усатый аниматор кричит «Давай, давай, выше руки, улыбайся, красивая, танцевайся». И ведь сам же все эти книги берешь в свои руки. Как бы, осознанно, никто тебя не заставляет. В общем, не знаю, как это работает.

Но если вышеприведенная история еще понятна (то есть не очень понятна, но уже принимается за аксиому в этом сложном и запутанном мире), то есть еще хорошо замаскированные алежименты. Их еще некоторые называют леокасты, но я чуши большой не слышал (хотя хорошо интернированный леокаст может быть любопытен). Это, грубо говоря, когда ты такой «хорошо-хорошо, Литература, сейчас ты мне сказала нет, но после пары коктейлей и моего коронного танца, посмотрим, как ты запоешь». И ты стараешься такой, просишь приставную лестницу в книжных магазинах, чтобы на пыльной и скрытой от света и человеческих глаз антресоли найти книгу, которую читали только родители автора, его лучший вымышленный друг и переводчик. Долгие часы ты проводишь подробный поиск везде, где только можешь. Твоя мама волнуется, жив ли ты, девушка пишет, что бросает тебя, друзья думают, что ты нашел девушку - но ты точно знаешь, что все это не зря. И вот ты находишь свой маленький литературный Грааль, малоизвестную, изданную малым тиражом (изданную ли вообще?) книгу Букеровского лауреата 1994 года. И вот сейчас из ниоткуда заиграет классическая музыка, а твои глаза станут свидетелями чего-то чудесного.

Нет.

К сожалению, даже если вы тратите очень много времени и усилий на поиск книги (сосисок, жены), то это вам не может гарантировать человеческое благополучие, радость, беззаботность и мир во всем мире. Это тоже работает как-то так, как никто не знает. Вы мне скажете, друг мой, обычно, если книга хорошая – то о ней и так говорят, а она не лежит на антресоли. Конечно, доля смысла в этом есть, пока я не вспоминаю, что дьявол придумал маркетинг и рекламу. Что автоматически наполняет информационное поле любителей хороших книг авторами, которые учились в одной известной румыно-египетской литературной школе. Это приводит нас к еще двум умозаключениям: 1) найти нового хорошего автора очень сложно 2) их нет. Это тоже относительная правда, конечно же – они есть, просто прячутся, ну либо знают, что вы все равно купите Глуховского, поэтому не пишут. Здесь мы по идее должны опять вернутся к феномену, почему мы иногда (часто, редко, всегда) покупаем неочевидные книги вместо, например, Стейнбека, но мы пойдем дальше. К магии.

Вот лежит новая книга Глуховского в магазине и манит тебя, манит. И ты уже тянешься, как бабах, и что-то происходит. И у тебя в руках «Русский дневник» Стейнбека. И ты думаешь, что это 45678-я по счету книга, которую ты хотел прочитать, что в институте ты читал «Гроздья гнева» и тебе было скучно, что, блин, все равно Глуховского так не сейчас, так потом читать (ДА НЕ ЗНАЮ Я, ЗАЧЕМ!!!). Но нет, таки Стейнбек. И вот вопрос – то ли, у нас, у глупых людишек, все-таки где-то просыпается чувство прекрасного, и мы находим что-то такое, от чего потом солнышко светит на пару часов больше. То ли опять же не знаю, очередная тайна века, открытый финал, закрытый шкаф, твинпикс.

Мне тут говорят, мол, пару слов о книге. Хорошо. Так, это первое. Очень хорошо. Все, что нужно знать. Стейнбек – все равно что непьющий сосед, который был моряком (или пилотом истребителя) и объехал весь свет, и теперь знает тысячу баек, которых постоянно рассказывает, искромётно шутя. Посмотрите, кому интересно, с какой формулировкой Стейнбеку дали Нобелевскую премию в 1962. Мягкий юмор – лучше не скажешь. Хотя, когда нобелевцы недавно поднимали архивы, оказалось, что получил американский романист свою премию только лишь потому, что фаворит – датская писательница Карен Бликсен – умерла за несколько месяцев до вручения. Ну это так, опять про злоказни (или наоборот, кому как) судьбы. "Русский дневник" очень сложно назвать выдающимся литературным произведением, но там очень вкусный, добрый и теплый язык, которым подкрепляется очень здоровая и адекватная идеология автора.

Нельзя не сказать и пары слов про друга и соратника по путешествую Стейнбека, фотографа Роберта Капу. Про него нужно знать немногое - это был мужчина с просто колоссальными cojones. Это даже не к тому, что он прошел целую кучу войн и отснял их изнутри, а скорее про то, что пока миллионы пытались оттуда свалить подальше, Капа лез туда сам. И даже тот факт, что его личная муза и придумавшая его псевдоним девушка была раздавлена танком, его не останавливал от новых войн и, очевидно, новых потерь. В фотографиях мне сложно ориентироваться, но сам дядька очень поразил, почитайте про него. И да, конечно же, он погиб на войне.

В общем, довольно о книгах. О чем это всё – в вашей жизни наверняка тоже много чего есть румынского и египетского (что румынским и египетским быть не должно). И вы, наверняка, не очень рады таким сюжетным перипетиям, это понятно. Но поверьте, тратить все свое время на что-то очень, как вам кажется, важное и нужное – это отчасти такой же румыно-египетский процесс. Потому что все, что на самом деле нужно, оно рядом. И один, по сути, случайный стейнбек доставит гораздо больше удовольствия, чем все эти пляски с бубнами.

Хотя это тоже, тот еще Бермудский треугольник.

Ваш CoffeeT

Читать полностью
Lihodey
Lihodey
Оценка:
66

Неожиданно был приятно удивлен дневниковыми заметками Джона Стейнбека о его поездке в 1947 году в СССР. Знаменитый американский классик не удовлетворился общепринятым мнением об СССР, как о сосредоточении всего мирового зла, навязанным западной пропагандой, и предпочел получить информацию из первых рук, лично посетив страну. Что из этого получилось – он отразил в издании своего дневника.
Стейнбек – это человек, умеющий фильтровать те потоки информации, что выдает правящая система. Он отправляется в путешествие по СССР с не предвзятыми взглядами и в своем дневнике старался отразить увиденное максимально объективно. За это ему большое спасибо. Не всегда получалось на 100% объективно, но здесь больше важно не предвзятое отношение и постоянное стремление автора понять другую страну, несмотря на языковой и культурный барьеры.

Самое сложное в мире для человека - просто наблюдать и принимать окружающее. Мы всегда искажаем картины нашими надеждами, ожиданиями и страхами.

Стейнбеку вместе со своим другом и фотографом Робертом Капой довелось побывать в Москве, Киеве, Сталинграде и Грузии. Турне получилось не самое легкое, автор не раз и не два сетует на то, что программа была крайне перенасыщенная, и не всегда это шло на пользу адекватному восприятию действительности.
Что хотелось бы особо отметить в отчетах Стейнбека?
Во-первых, это поразительная наблюдательность автора и умение сразу увидеть и понять суть многих вещей, совершенно прежде незнакомых и чуждых. Причем, он в равной степени замечал как отрицательные моменты, такие, например, как перегибы советской бюрократической системы, так и многие положительные моменты, взять хотя бы особенную веру советского народа в светлое будущее.

Если какой-либо народ и может из надежды извлекать энергию, то это именно русский народ.

Во-вторых, это потрясающее чувство юмора у автора. Признаюсь, даже не подозревал, что Стейнбек такой юморист. Временами (описание картины в гостиничном номере, заметки о сантехнике в тех же номерах, антипьеса для Симонова и др.), не удерживался и хохотал в полный голос. Относиться ко всем препонам и неурядицам, возникающим на пути, с изрядной долей юмора и самоиронии – это практически безупречная позиция рассказчика, вызывающая моментальную симпатию к нему со стороны читателя.
В-третьих это короткие, но очень емкие и атмосферные зарисовки увиденного. Благодаря им, буквально проникаешь сознанием во время послевоенного периода СССР. Автор всего в нескольких коротких предложениях описывает к примеру: пострадавшую от боев местность, или транспортный самолет-развалину, или используемые в поезде бельгийские вагоны производства 1912 года, или красочное авиа-шоу, или праздник 800-летия Москвы, но картинка складывается объемная и живая.
Текст дневника не лишен некоторой шероховатости, но это нисколько не портит положительное и светлое впечатление о книге. Ну, а за итоги "Русского дневника" так и хочется пожать Джону Стейнбеку руку:

Мы увидели, как и предполагали, что русские люди ― тоже люди, и, как и все остальные, они очень хорошие. Те, с кем мы встречались, ненавидят войну, они стремятся к тому, чего хотят все: жить хорошо, в безопасности и мире.
...Мы не делаем никаких выводов, кроме того, что русские люди такие же, как и все другие люди на земле. Безусловно, найдутся среди них плохие, но хороших намного больше.
Читать полностью
reader261352
reader261352
Оценка:
63

Мне никогда не приходило в голову провести отпуск в Афганистане, съездить на уикенд в Сирию или лично убедиться, так ли всё «не демократично» в Северной Корее. Ну потому что хотеть такого странно, глупо и вообще-то, я боюсь.

Конечно, я совершала много беспричинно безрассудных и откровенно тупых поступков. Обладаю рядом выдающихся качеств, но геройство к ним (аминь) не относится.

Понятно, что личности вроде Джона Стейнбека и Роберта Капы заставляют меня чувствовать бессмысленность существования, даже его ущербность. О чем тут рассуждать?! Люди эпического мужества!

Один – известный литератор, лауреат Нобелевской и Пулитцеровской премий, второй – бесстрашный военный фотограф.

Их "Русский дневник" - поразительная штука.Рассказ о событиях семидесятилетней давности читается как современный трэвелог.

1947 год, совсем недавно закончилась Вторая Мировая война, всего два года назад умер любимый Франклин Рузвельт, президентский пост занял непредсказуемый Гари Трумэн. США объяты страхами: не утихают разговоры о Холодной войне, «железном занавесе», сталинском режиме.

И вот Стейнбека вдруг посещает одиозная мысль - «Почему бы не съездить в СССР, посмотреть, как там у них на самом деле?! Захватить с собой Капу (парню, наверное, скучно), пусть человек пофотает, расслабится!».

Писательское окружение трепещет: «Что вы! Вас будут пытать! Вы не вернетесь! Там дети под советский гимн у радиоточки пьют водку на завтрак!».

Стейнбек и Капа никого не слушают, едут. За два месяца посещают Москву, Киев, Сталинград и Тбилиси, стараются лучше узнать людей и не замечать политики. И умудряются интересно и честно рассказать о закрытой чуждой стране.

Стейнбек аккуратно выстраивает рассказ как репортаж в лучших традициях документалистики, не оставляя даже маленькой щелочки для предвзятости и стереотипов. Открыто говорит, что нравится, удручает, поражает, пугает. Смотрит на людей не через правую или левую призму, а так как человек порой смотрит на человека.

У него всегда находятся простые и меткие слова для описания удивительной, страшной действительности. А еще он шутит, и хорошо шутит (ну ни так, как я).

А Роберт Капа? О нем достаточно знать то, что его любимую переехало танком. Танком, блин!

А он снова и снова возвращался в зону боевых действий, чтобы сделать несколько хороших кадров. Капа боялся не за жизнь, а за испорченные негативы. По истине, у дядьки самообладание впечатляющей крепости. В поездке в страну Советов он работал также увлеченно, на износ. Сделал 4 000 фотографий… и даже десятая их часть не попала в "Русский дневник"...

Пусть это звучит слегка высокопарно. Меа кульпа. Но я уверена, что благодаря таким как Стейнбек и Капа открывались новые континенты, исследовались неизвестные земли и появилась если не дружба то зачатки взаимопонимания между народами... Возможно, эти цели и должна преследовать журналистика-публицистика... Не всё же пугать и хайпить (привет вам, Дмитрий Киселев и Ирада Зейналова) ;)

Читать полностью
Лучшая цитата
В музее собрано все, что касается
В мои цитаты Удалить из цитат

Другие книги подборки «Новинки недели от 1 апреля»