Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Призраки

Призраки
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
4319 уже добавили
Оценка читателей
3.95

Невероятная, страшная и смешная история, которую каждый рассказывает по-своему.

Двадцать три «человека искусства», которые приняли заманчивое предложение на три месяца отрешиться от мирской суеты и создать шедевры – а попали в ад!

Полуразрушенный подземный готический театр, в котором нет ни электричества, ни отопления…

Еда на исходе…

Помощи ждать неоткуда…

Выживает сильнейший!

Лучшие рецензии
SinInGrin
SinInGrin
Оценка:
369

Все-таки Паланик навсегда останется для меня лучшим подростковым автором.

Нет, автором не для хороших мальчиков и девочек, верящих в волшебство - для таких пишет Роулинг.
Нет, не для мечтательных подростков, ищущих любовь и мистику в каждом новом одокласснике - эту нишу уже заняла Майер.
Не для интенсивно рефлексирующих тихонь, плачущих под The Smiths, и мучающихся от собственной уникальности - такое уже накропал Чбоски.
Не для вечно несвободных бунтарей, желающих все разрушить и изменить, но в конце почему-то так и остающихся на собственных диванах в своем доме, продолжая невыносимо мучиться от фальши - тут уже всех поражал Сэлинджер.

Нет, для других.
Для не очень хороших мальчиков и девочек. Для мальчиков и девочек, которым Санта не прятал в рождественские чулки желанные подарки. Потому что они плохо себя вели. Потому что они расстраивали родителей и учителей. Поэтому год за годом они находили в чулках угольки. И каждый из них однажды сложил такой уголек себе в грудь в виде медленно тлеющего отчаяния. В виде прожигающей грудь правды. Потому что они поняли все и приняли себя такими, какие они есть. И стало им ясно, что уже ничего не изменить, и не будут они ничего менять. И из спасения есть только бутылка вина, которую можно выпить, чтобы вино затушило маленький уголек в груди на какое-то время. Затушило маленький жгучий пожар. Хотя бы совсем на чуть-чуть.

И "Призраки" очень показательный роман.
Люди привыкли объяснять свои глупости и отвратительные поступки. У меня депрессия - говорят они. Экономический кризис на носу, что ты хочешь? - говорят они. Я много работаю - говорят они. Ты вообще смотришь новости, видел ситуацию в мире? - говорят они. Я воспитываю детей, храню домашний очаг, мало сплю, плохо ем. Плохая экология, разломы земной коры, гмо, градусники со ртутью, квартира не по фен-шуй.
Нет, я переспал с твоей женой не потому что я предатель и свинья, а потому что - экология, кризис и фен-шуй. А с работы меня уволили не потому что я ленивый идиот, а потому что - неблагоприятный гороскоп и новости.

А подросткам оправдать свои глупости нечем. И для них, для тех, кому хочется себя оправдать, но нет возможности - пришел Чак.
Вечно смущенно улыбающийся Чак. Будто он сам в чем-то виноват. И, конечно же, он виноват. Мы все, конечно же, виноваты.
И тогда Чак решил создать мир, в котором глупости - это нормально. И ты - подросток, не оправдывающий ожиданий, желающий несбыточного, многого не умеющий и делающий глупости - тоже совершенно нормальный. Потому что бывают и похлеще.

Все эти кишки, голые девушки с обрезанными ресницами, люди кричащие из сарая своим будущим палачам слова успокоения, люди топящие валиум в пиве, люди топящие свою жизнь в пиве, люди просто топящие свою жизнь - все это на самом деле мы.
Мы - делающие дурацкие вещи. Мы - не знающие как выбраться из своего же дерьма. Мы - заточившие сами себя в бункер. Мы - те писатели, рассказывающие эти истории. Мы ждем спасения. Это наша юность.

И уже очень скоро, буквально на днях, сюда придут люди. Они нас спасут. Люди нас выслушают. И полюбят. В один прекрасный, солнечный день, уже очень скоро, нас полюбит весь мир.

Мы - ждем этого по сей день. Мы верим. Мы все еще ждем подарков от Санты.
Мы врем себе и надеемся.
А пока несите пиво и валиум.

Читать полностью
Lenisan
Lenisan
Оценка:
119
Вроде распорол тряпичную куклу, а внутри:
Настоящие потроха, настоящие лёгкие, живое сердце и кровь.
Много горячей и липкой крови.

Сколько же мне было лет, когда я впервые прочитала "Призраков"? Восемнадцать, девятнадцать? С тех пор перечитывала три или четыре раза, и хотя первое впечатление было всё-таки самым сильным, и с каждым разом я всё меньше подхожу по возрасту на роль идеального читателя, "Призраки" так и остались одной из любимых книг. Таких, которые с первой страницы каким-то образом дают понять: это - целиком и полностью твоё.

Судя по "Призракам", щедрость - отличительная черта Паланика. Книга состоит из 23 самостоятельных рассказов, почти такого же количества прилагающихся к ним стихотворений (которые в русском переводе тоже можно считать рассказами) и одной большой истории, которая связывает всё воедино и извивается между этими многочисленными вставками. В сущности, более прижимистый писатель чуть не из каждого такого рассказа мог бы сотворить затянутый нудный роман, выжать тему по максимуму, а Паланик беспечно сыплет один неожиданный сюжет за другим, захватывающие ситуации, "парад уродов", идеи, которые не новы, но блестяще поданы и обязательно найдут благодарную почву в душе того самого идеального читателя, который чуть помоложе, чем я. За такой щедростью чувствуешь талант, который не экономит ни силы, ни мысли, потому что у него ещё очень много в запасе.

Восемнадцать человек (аннотации пишут специально обученные мартышки, простим им неумение считать), оказавшихся запертыми на три месяца в заброшенном театре, рассказывают друг другу жуткие истории - утрированные, конечно, подчеркнуто остросюжетные, изобилующие тем, что принято именовать "грязью". Хотя рассказы эти очень различны, сводятся они к одному и тому же: мы любим страдать, и большую часть страданий создаём себе сами. Жертвы самих себя, своей скуки и своего страха. Персонажи, с самого начала наделённые вместо имён нелепыми прозвищами, всё меньше и меньше походят на настоящих людей, они и боли-то будто не чувствуют, куклы, призраки, манекены. Мотив превращения людей в вещи - тоже один из основных в романе. Продать себя повыгоднее, всю свою жизнь превратить в товар - здравствуй, великая американская мечта! "Каждый раз, когда я смотрюсь в зеркало - это тайное маркетинговое исследование". Не зря же отрывок, вынесенный мной в эпиграф к рецензии, повторяется дважды, в самом начале и в самом конце; интересно, можно ли считать финал истории знаком того, что борьба с этой повальной дегуманизацией обречена на провал... Как бы то ни было, брызнувшая на тебя кровь немного отрезвляет.

Что ещё меня завораживает в "Призраках", о чём обязательно хочется упомянуть - это фигура рассказчика. Главная история, связывающая остальные рассказы воедино, рассказывается от первого лица множественного числа. Мы. Более того, если подсчитать количество представленных персонажей - 17 (без миссис Кларк и мистера Уиттиера, ясное дело, они по другую сторону баррикады), и количество частей, на которые они собираются делить вырученный гонорар - 18, то становится понятно, что кого-то нам не показали. Этот кто-то и есть рассказчик, всю историю остающийся в тени, ни раз не сказавший "я", всегда согласный с остальными, имеющий с ними одни чувства, одни интересы. То есть он действительно говорит за всех, это коллективное "мы", рассказчиком с тем же успехом может быть вся группа этих людей одновременно. У них такие разные истории, а вот индивидуальность стёрта напрочь, они одинаковые, в сущности; и тут недалеко до понимания, что под "мы" подразумеваются не только Граф Клеветник и Мисс Апчхи, но и всё наше общество, и каждый читатель. Вот так и не вспомню, попадались ли мне прежде книги, написанные не просто от первого лица множественного числа, но ещё и от такого... безликого лица? В любом случае, мне нравится этот приём, как и остальные удачные находки, время от времени попадающиеся в романе - например, то, как перекликаются истории. В рассказе миссис Кларк, например, встречаются отголоски историй Мисс Америки, Товарища Злыдни и Директрисы Отказ, и это только на первый беглый взгляд.

Люблю эту книгу.

Читать полностью
daos
daos
Оценка:
81

Эта книга заставила меня испытывать к ней отвращение после нескольких десятков прочтенных страниц. Потом я стал ее ненавидеть. Интересоваться и умирать от любопытства (moar stories, moar!). Где-то после двухсот листов я уже начал ругать ее. Да-да, Паланик незаметно для меня самого вытягивал из меня обращенные к книге слова. Я уже говорил с ней, беседовал и спорил.
Истории людей, которые негласно договорились рассказывать кое-что из своей жизни. Это не просто кофейный треп, это те самые потаенные кусочки жизни, которые каждый из нас пытается изо всех сил забыть, но память (подлая вещь!) постоянно воссоздает перед внутренним взором картинки из прошлого. И чем нелепее, причудливей и отвратительнее история, тем автор больше и больше заставляет в нее верить. Позднее ты уже не задаешься вопросом, где выдумка и действительность, ты принимаешь каждую историю как свершившееся, как бывшее, потому что твои воспоминания, некогда загнанные очень глубоко, начинают копошиться в своих темных углах и постепенно вылезать на свет. Их оказывается много у любого, даже у ничем не примечательного человека.
Что такое вина? Грех? То, что вступает в конфликт с внутренним императивом?
Это то, что преследует нас всю жизнь, как опытного убийцу преследует последний взгляд его невиновной жертвы.Ты можешь быть порочен, наслаждаться своей безнаказанностью и бесчувственностью, отвергать цивилизованность, но что-то из прошлого (у каждого это что-то свое и только свое) будет приходить к тебе по ночам и лишать тебя сна. Зачем нам это? Нам это нужно. Пока у тебя есть, за что себя винить и всячески нас собой издеваться, у тебя есть надежда, что когда-то тебя спасут из твоего персонального ада. Полюбят.
Вина бывает разной. Внутренняя неудержимая боль превосходит всё, что то можешь перенести. Отрезанные пальцы? Мелочь. Все нарушенные табу, которые ввергают тебя в пучину незавершающегося раскаяния еще глубже? A petty thing. Время и защитные механизмы психики только разглаживают твои самые острые прегрешения, их детали, а твоя боль растет с каждым прожитым годом.
У каждого есть и символ его вины, свой любимый шрам на теле или никчемная для всех остальных вещь. Это вещественное подтверждение реальности наших страданий, того, что их источник был, остался где-то в прошлом. Наше прошлое может оказаться (и оказывается!) страшнее любого настоящего.
А теперь я задвину эту книгу на самую дальнюю полку, чтобы уже никогда больше к ней не прикоснуться. Под ее обложкой Зло и Гнев и Ужас.

Читать полностью
Лучшая цитата
– Даже если ты вдруг решил, что сегодня ты будешь пить кофе неправильно … из грязного ботинка… все равно это будет правильно, потому что ты сам это выбрал. И сам так решил.
3 В мои цитаты Удалить из цитат
Оглавление