Книга или автор
Сердце Пармы

Сердце Пармы

Сердце Пармы
4,4
324 читателя оценили
540 печ. страниц
2013 год
16+
Оцените книгу

О книге

XV век от Рождества Христова, почти семь тысяч лет от Сотворения мира… Московское княжество, укрепляясь, приценивается к богатствам соседей, ближних и дальних. Русь медленно наступает на Урал. А на Урале – не дикие народцы, на Урале – лесные языческие княжества, древний таёжный мир, дивный и жуткий для пришельцев. Здесь не верят в спасение праведной души, здесь молятся суровым богам судьбы. Одолеет ли православный крест чащобную нечисть вечной пармы – хвойного океана? Покорит ли эту сумрачную вселенную чужак Иисус Христос? Станут ли здешние жители русскими? И станут ли русские – здешними? Роман Алексея Иванова «Сердце пармы» о том, как люди и народы, обретая родину, обретают судьбу.

Читайте онлайн полную версию книги «Сердце Пармы» автора Алексея Иванова на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Сердце Пармы» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Дата написания: 2000

Год издания: 2013

ISBN (EAN): 9785170791248

Дата поступления: 30 марта 2020

Объем: 973.7 тыс. знаков

Купить книгу

  1. countymayo
    countymayo
    Оценил книгу

    Не упрекайте, пожалуйста, в предвзятости; клянусь, что подступала к "блокбастеру десятилетия" с открытой душой, даже цитатки выписывала бережно. И не в моём характере одолевать шестьсот страниц кромешной чуши только для того, чтобы возвестить - кромешная чушь, камарады!
    "Сердце Пармы" - это не чушь. "Сердце Пармы" - это петля и яма.
    Но давайте начнём с самого начала, с первых страниц, которые поражают неподготовленного всяческими вагирйомами, хонтуями да пурихумами. Последних милостиво расшифровали. Жертвы. У манси известны жертвоприношения животных: собак, например. Приносились ли человеческие жертвы? В литературе упоминаний не нашлось как-то. Но создателя «Сердца Пармы» сие не волнует. Его вогуличи так профессионально вырывают живые сердца, что могут поделиться опытом с самими жрецами майя. Распинают, печень пожирают, каждое третье убийство в романе ритуальное. И плевать, как там было на самом деле, резали, не резали! Без человеческих жертвоприношений весь интерес пропадёт ведь!
    Как отрадно, что Алексей Иванов не пишет о Великой Отечественной. Представьте: эсэсовцы пожирают печень Василия Тёркина. А вдруг наоборот?
    Иванов не просто обращается с источниками вольно. В погоне за эффектностью он полностью игнорирует источники. Хороший пример – образ епископа Великопермского. Православие чтит священномученика Питирима: милости сокровище, архиереев украшение. Русская история помнит образованного, интеллигентного политического диссидента, оказавшегося в Югре не по своей воле, но нашедшего там непочатый край труда. В романе Питирим – сексуально озабоченный пьянчужка (по созвучию Питирим-пить?), абсолютный профан, неуч, трус и вор, стакнувшийся с уголовниками. Последний крик этого горе-пастыря – с модным сладострастием отчаяния «Проклинаю-у!» Согласно Питиримову житию, написанному, кстати, по горячим следам, старец сказал: Лучше мне единому умрети, вам же всем жити. Разницу ощущаете?
    Над сценой замерзания распятого епископа я безудержно хохотала. День памяти св. Питирима в святцах – 19 августа, по новому стилю – 1 сентября. Замёрз. В тайге. Первого сентября. Да за кого меня принимают в этой гостинице?
    А ведь Питирима можно было скормить комарам и гнусу! Какая садо-мазо-возможность упущена!
    Тут мне, конечно, возразят, что писатель в своих персонажах волен, что житие – не последняя инстанция правды и т.д., и т.п. Тогда зачем сценарий к фильму Тарантино величать историческим романом? Это Иванов историк по специальности, это он источниковедение проходил, не я! В его задачу входит придать событиям хоть минимальное правдообразие. Поняла бы, если Питирима и его преемника Иону смешивал бы с грязью советский борзописец, демонстрируя продажность, никчемность служителей культа. А Иванов похож на портретиста-самоучку, подавшегося в карикатуру: криво, грубо, непохоже, зато бросается в глаза.
    Кривизна и грубость характеризуют сам язык «Сердца Пармы». Трудно поверить, что в XV веке употреблялись слова «инвентарь» (во втором издании догадливо исправлено на «хозяйственный припас»), «малохольный», «взбодриться», «ломануться», Откуда в Зауралье скифские акинаки? Откуда греческие ламии? На каждую точно пойманную деталь приходится мешок невероятного балласта. Ну неужто Венец, будь он хоть трижды царский приближённый, мог назвать княгиню – княгиню! - в лицо ведьмой и попросить у неё колдовской помощи? Или вот: «Роды ничуть не испортили Тичерть, она даже стала ещё тоньше и прозрачнее»… Тонкость-звонкость-прозрачность, как бы сказать, не входили в идеал красавицы при Иване Третьем. За «шаманов-смертников верхом на боевых лосях» вообще выговор с занесением. Отменю тогда, когда более чем столетние опыты по объездке сохатых увенчаются успехом. Ну, а после огнедышащего дракона Гондыра стало явственно: г-н Иванов готовился не по тем учебникам. Гондыр по-коми-пермяцки медведь.

    Так что хваленая этнографичность познавательна только для тех, кто впервые услыхал "парма", "хонтуй", "хумляльт". Не относясь к таковым, хочу задать вопрос. Без обид: зачем всё это было? С какой целью очернили, огадили порядочных людей, целые народы и религии? Чтобы воспеть оды собиранию Земли Русской, читай, истреблению злобных дикаришек? Возвеличить ход истории, согласно которому многодостойный шаман-пам обязан уступить место ничтожному Питириму? Или, как пишет литкритик журнала "Афиша", перед нами вправду роман о бремени русского человека?
    Hесите бремя белых,
    И лучших сыновей
    Hа тяжкий труд пошлите
    За тридевять морей;
    Hа службу к покоренным
    Угрюмым племенам,
    Hа службу к полудетям,
    А может быть – чертям.

    Несите бремя... русских?! Или, как пишет Иванов, все душевные болезни лечатся любовью к родине.
    Главное, чтобы любовь к родине сама не становилась душевною болезнью.
    Услужливый медведь (гондыр?) опаснее врага.

  2. Anastasia246
    Anastasia246
    Оценил книгу

    "Говорят, судьба не дает выбора. Это неправда. Судьба дает выбор, но настоящий выбор только один. Я принимаю судьбу - я принимаю завтрашнее поражение. Но я принимаю судьбу с достоинством, поэтому завтра я принимаю бой".

    Настоящий, необычайно подробный и увлекательный исторический роман для тех, кто хочет глубже погрузиться в эпоху 15-го века и атмосферу Перми Великой: войны с вогулами, новгородцами, московитами, несколько попыток крещения исконных народов этой суровой земли - пермяков. Очень "плотный" текст, насыщенный историческими деталями и приметами времени (ясак, кан, тамга, острог, городище, мольбище, ушкуйники....), несомненно, пробудит интерес к истории нашей страны и малой родины, а яркий сюжет с необычными, порой трагическими поворотами заставит попереживать за героев, отношение к которым не будет застывшим: с каждой главой Михаил, Полюд, Асыка, Тичерть, Калина, Ветлан, Бисерка, Пёстрый, Вольга, Иона и многие-многие другие станут чуть-чуть ближе и чуть более непонятнее. Кто-то меркнет звездочкой в книге один раз, кого-то мы встречаем чаще - но невозможно забыть этих людей, волею судьбы оказавшихся здесь, в это тяжелое, страшное, фантастическое время в парме. Судьбы их много раз переплетутся, чтобы написать - кровью - очередную строчку истории земли пермской...

    Но это гораздо больше, чем исторический роман. Нет, здесь не будет как таковой любовной линии (линия Михаила - Тиче больше смахивает на противостояние, чем на любовь...). Зато будет путешествие в мир пермских богов, ведь кто только не пытался покрестить Пермь: Стефан, Питирим, Иона...Это мир древних преданий, легенд, суеверий, мифов, мир древних, могущественных и опасных сил. Здесь есть женщины-ведьмы-бессмертные, вечно молодые ламии, которые, подобно сиренам, околдовывают мужчин; здесь есть бессмертные воины, которые никогда не умрут и никогда не состарятся, пока не завершат начатое дело, предписанное им высшими силами; здесь есть Золотая Баба - древний истукан, который приносит несчастья; идолов здесь много, много обрядов, ритуалов, жертвоприношений. Много смертей и много несчастий...

    История княжения Михаила Пермского начинается именно с такой беды: с пожарища в Усть-Выме, когда погиб его отец, Ермолай; на таинственном острове смерти вогулов погибнет и другой близкий Михаилу человек; женитьба на ламии не принесет счастья - разве ж можно удержать огонь в руках, обожжет...

    Вся жизнь как служение своей земле, своей родине, своим людям. А ради чего все было? Была ли жизнь счастливой? А что такое счастье - если бы знать...Судьбу не выбирают и от судьбы не уйти, даже не пытайся....Потому и роман часто горек: это драма человека, который всегда пытался спасти всех, а вот спас ли себя?...

    спойлер
    - Почему ты меня ненавидишь? - устало спросил Михаил. - Ты убил моего отца, сгубил брата, отнял жену. Разве тебе мало?
    свернуть

    Не в первый раз уже я читаю этот потрясающий роман Алексея Иванова и меня всегда удивляет, как автору удалось соединить в одной книге так много всего, соединить, казалось бы, несоединимое...

    А язык!...Как же великолепно написан этот роман! Это же песня, напев, это описания красот нашего края, это завораживающе красиво: леса, реки, солнце. Ты счет времени теряешь, когда оказываешься в этой книге. Где-то есть другой (остальной) мир и есть парма, древняя, неприступная (сколько длилась осада Чердыни! Но ведь не сдались!), сказочная. И даже колдовство в этом произведении не кажется чем-то фэнтезийным или нереальным: оно сливается с этой землей, с кровью этих людей и кажется вполне естественным (мол, так и должно быть), а потому объяснимым, но всегда было и всегда будет...

  3. Tarakosha
    Tarakosha
    Оценил книгу

    Прочитав у Алексея Иванова раз, два и три романа, я уже примерно представляла чего ждать от автора, приступая к данному произведению. Как минимум, отличная атмосфера дел минувших и преданий старины глубокой обеспечена, а скорее всего еще и интересная самобытная история должна присутствовать. Автор не обманул ожиданий, не разочаровал ни капельки, а только убедил, что нужно и дальше читать его произведения.

    Начало немного охлаждает читательский пыл непривычным слуху и глазу текстом, обильно сдобренным этнической лексикой и старославянскими оборотами речи. Складывается ощущение, что ты заплутаешь в парме, из которой не всегда есть возможность вернуться. Она одновременно манит и предостерегает, чтобы праздно любопытные зря не шатались. Но спустя пару-тройку страниц наверное сама генетическая память поможет все понимать интуитивно и проникнуться величием истории, текст польется широкой и полноводной рекой, полной трагедий, крови и боли.

    Еще одна страница российской истории, страница, посвященная тому как из малых народов и разрозненных территорий на протяжении длительного времени складывалась огромное государство. Как предавалось огню и мечу все прежнее, имевшее ценность и значимость. Уже тогда, как и потом, человеческая жизнь сама по себе в масштабах даже не истории, а страны, не имела большого значения. С непокорными разговор короткий - покорись или на кол садись. Прежде всего нужды центра (читай, Москвы), потом уже все остальные.

    Объединение, оправданное геополитическими целями, несло ассимиляцию коренным народам и зачастую упадок или гибель их самобытной культуры, частью которой являлось язычество. Христианская религия в то время стала частью масштабного процесса собирания земель, той идеей, руководствуясь которой на местах и должны уже были князья убедить народ в необходимости единства не только в силе, но и в вере для противостояния внешнему врагу. Народ, объединенный не только территорией, но и господствующей религией, имеет больше шансов для сохранения собственного генофонда.
    Проводником государственной воли и приходится стать пермскому князю Михаилу, понявшему, что исход предречен и лучше сохранить жизни людские и стать частью большой страны, чем бесславно сгинуть навсегда.

    У Алексея Иванова получилась отличная масштабная картина, в которой смешались сон и явь, мифы и реальность, история и домыслы, раскрашенная яркими красками самобытности пермяцких народов, их красивой и суровой природы, необычными сейчас, а тогда вполне уместными культами, где золотая баба и дерево были равно священными и почитаемыми, а христианские храмы еще только начинали появляться.

    Не стоит ждать от автора легкого чтения, но то, что оно будет интересным и насыщенным, безусловно. Не равнодушным отношением к героям -тоже да. Среди множества главных лиц обязательно отыщется одно, за судьбу которого будешь переживать. И хотя исход всей истории предсказуем для нас, живущих много лет спустя, эти страницы, буквально написанные кровью , и спустя годы не теряют значимости.

  1. Бессмертен любой, кто не доделал своего дела.
    28 октября 2016
  2. Хозяин не тот, кто с державой, а тот, кто с поживой.
    19 января 2017
  3. е эту любовь – ты удивишься, насколько проще тебе станет жить и как ясен сделается мир.
    18 июня 2020

Интересные факты

Из авторского комментария: «Сердце пармы» («парма» — с маленькой буквы, так как это названия типа леса вроде «тайги», «рощи», «дубравы», «колка» и т.п.)».

В 2006 году был основан Центр культурных проектов «Сердце Пармы», который организовал одноимённый фестиваль. Фестиваль прошёл в Чердынском районе Пермского края в 2006, 2007, 2008 и 2009 годах. Основная идея фестиваля (по словам его организаторов) «полное погружение участников в атмосферу XV века». Идейной основой фестиваля стал роман «Сердце Пармы».

В рамках фестиваля проводились ролевые игры по мотивам романа, состязания лучников, выступления фольклорных коллективов, экскурсии по историческим местам, катание на лошадях, водные прогулки на катамаранах и лодках, выставки народных ремёсел и т. д.

В 2010 году Иванов отказался от проведения фестиваля. Однако фестиваль продолжает ежегодно проходить с 2010 года под названием «Зов Пармы». Филолог, защитивший кандидатскую диссертацию по творчеству А. Иванова, А. С. Подлесных отметила, что хотя популярность фестиваля обусловлена популярностью романа «Сердце Пармы», но «Зов Пармы» стал определять привлекательность Чердыни с других сторон[.