Книга или автор
4,1
288 читателей оценили
362 печ. страниц
2014 год
16+
Оцените книгу

О книге

Города Ёбург нет на карте. В Советском Союзе был закрытый промышленный город-гигант Свердловск, в России он превратился в хайтековский мегаполис Екатеринбург, а Ёбург – промежуточная стадия между советской и российской формациями.

В новой книге Алексея Иванова «Ёбург» – сто новелл о Екатеринбурге на сломе истории: сюжеты о реальных людях, которые не сдавались обстоятельствам и упрямо строили будущее. Эпоха перемен порождала героев и титанов, и многих из них вся страна знала по именам. Екатеринбург никогда не «выпадал из истории», всегда решал за себя сам, а потому на все жгучие вопросы эпохи дал свои собственные яркие ответы. И это произошло во времена Ёбурга.

Читайте онлайн полную версию книги «Ёбург» автора Алексея Иванова на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Ёбург» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Дата написания: 2014

Год издания: 2014

ISBN (EAN): 9785170844708

Объем: 651.8 тыс. знаков

Купить книгу

  1. letsstophistory
    letsstophistory
    Оценил книгу

    В этой книге самые важные первые и последние страницы.
    Лучше даже начать с названия. "Ёбург", да, так называли и называют город местные. Любой, кто утверждает обратное или не знает о чём говорит, или лукавит.
    Страница с благодарностями станет определяющей для всей книги.

    За поддержку в создании этой книги автор благодарит Константина Погребинского и Игоря Завадского, учредителей компании "Малышева-73".
    Господа!
    Ваша бескорыстная помощь была таким сильным и свободным жестом, что уже на старте проекта я убедился: итог, который будет оглашен на финише, - чистая правда!

    И на следующей странице

    И ещё. Спасибо Иннокентию Шеремету — это он указал дорогу в Екатеринбург. Спасибо Алексею Бадаеву — это он помог мне выйти в путь. Спасибо Юлии Зайцевой — это она прокладывала маршруты. Спасибо Анне Матвеевой за яркие истории. Спасибо Дмитирию Карасюку за веру в эту книгу.

    Здесь и должны были первые предчувствия ощутимее кольнуть, но не кольнули. Если вы вдруг выросли не в Свердловске-Екатеринбурге, то, думаю, стоит некоторые имена пояснить.
    Иннокентий Шеремет — по книге, рыцарь-журналист без страха и упрёка, по мнению горожанина (то есть меня), странный упырь все 90е поливавший с экрана жижей на 50% состоящей из смакования подробностей чернухи (например, как и в каком порядке один перепитый бомж расчленял другого и насиловал ли труп до или после), на 50% из прославления губернатора Росселя и "опускания" мэра и его оппонента Чернецкого. В книга местами написана как минимум под влиянием Шеремета: Россель там в каждой главе с его участием называется исключительно "Лев" или "Старый Лев" именно с заглавных.

    Так вот многоопытный и лукавый Россель, верноподданически уступая , расправился со столичным варягом, словно Тузик с грелкой

    Дмитрий Карасюк — бывший пресс-секретарь ОПС "Уралмаш".

    Затем Иванов кратко описывает всё, что было до девяностых, надо отдать ему должное, приятно и с любовью. Иронично и печально проходится по девяностым. Всё летит к чертям на двухтысячных. Читая их всё чаще возвращался я к благодарностям в начале, долго гнал их, а потом повествование стало логичным развёртыванием Большого Авторского "Спасибо".
    Вкратце, о городе я узнал следующее:
    - Точечная застройка — это хорошо! Ну это же благо! Нужно же бизнесу развиваться! Вы думаете, что если ходите по пустырю, то он ничей? Как бы не так! Его давно кто-то купил, просто до вчерашнего дня забывал построить там дом. Так что нечего возмущаться, трясти кулачонками и всякими нормами строительства, теперь умный и сметливый бизнесмен построит вместо детской площадки что-то действительно нужное.
    - Храм-на-крови (в народе "спас-на-бюджете" ) — это просто великолепно. Построили его, между прочим, всем миром на добровольные пожертвования, а не на деньги налогоплательщиков и отмаливающих былое ребят из девяностых. Архитектура же его поистине замечательна, ну просто чудо.
    - Снос памятников архитектуры — это тоже хорошо! Милый мой гражданин, неужели ты думаешь, что памятники архитектуры получают такой статус потому, что имеют какую-то ценность? Они получают такой статус из-за войны двух городских контор и только. Если замечательным господам из "Малышева-73" нужно построить на месте охраняемого архитектурного объекта очередной торговый центр, то противиться этому, ну чистое самодурство. А если замечательный владелец высоток "Антей" и "Высоцкий" должен для возведения радости Екатеринбурга, небоскрёба "Высоцкий" (в народе "стакан"), снести памятник архитектуры и детскую поликлинику, неужели ты не поддержишь его в порыве гордости за город и страну?!

    Оказывается, что все животные равны, но некоторые равнее. Все до условного честного коммерсанта захватывали завод незаконно и грязно, а он вырвал его из рук неумехи-владельца и сделал лучшим. За власть боролись сплошь дрянь и подлецы, а победил единственный хороший и правильный. Фраеров кидали и стреляли все, но вот были те, кто это делал из высоких побуждений и как-то даже по-мужски, и почему бы их за это не уважать.

    Когда брался за "Ёбург", даже пока спрашивал его в магазинах думалось: "Хороший писатель написал о моём городе! Ни о Нью-Йорке, ни о Москве, ни о Питере! А ведь и правда мы стоим того, чтобы и у нас были свои задокументированные легенды, мифы, истории. Молодец он, что рассмотрел среди всей грязи хоть что-то хорошее". Вот и получается, что рассмотрел, но люди порядка Неизвестного, Крапивина, Рыжего, у него идут вместе с политиками и в меру честными бизнесменами. К первым-то ничего не прилипнет, да вот куда вторым такая честь?
    Надеюсь, Иванов достаточно заработает на издании этой книги. Вроде писал о стольких достойных людях, а пример взял с других. У меня больше рука не поднимется купить книгу его авторства, может и не у меня одного. Печально не то, что написана ещё одна ода деньгам и власти, уж сколько корпоративных гимнов и красивых биографий наклепали мастера искусств, печально, что вдоволь потешаясь над политтехнологами девяностых, Иванов ушёл от них в ремесле, но не в порядочности, а прикрыл и благодеятелей, и себя моим городом. Ёбруг заслужил куда большего.

  2. raccoon-poloskoon
    raccoon-poloskoon
    Оценил книгу

    Москва – столица России. Красная площадь там, метро, Фаланстер, вообще много книжных, все куда-то бегут зачем-то. Если поднапрячься – могу рассказать ещё что-нибудь.

    Питер – неофициальная культурная столица, город на Неве, основанный Петром I. Говорят, там очень круто. Я не была, не знаю, но очень хочу. Опять же, если захотите – могу вытащить из подкорки мозга несколько фактов из школьного курса истории, разнообразной прочитанной за жизнь литературы, ну и ещё чего-нибудь, и рассказать ещё что-то о Питере.

    Ростов-на-Дону – могу долго рассказывать. Могу провести экскурсию.

    А что я знала о Екатеринбурге? Ну… это где-то на Урале. И всё. Ага, а Красноярск – это где-то в России, а Владивосток – это тоже где-то в России, только вообще хрен знает где (не бейте меня, у меня топографический кретинизм и неизвестно за что пятерка по географии в школе была).

    Короче, всем остальным городам не повезло, я так о них ничего и не узнаю пока, а Екатеринбургу, он же Свердловск, он же Ёбург, он же Жора, он же Гоша, он же Гога, повезло – о нём написал Алексей Иванов. А Иванов, как выяснилось, не только мастер художественной прозы, он ещё и неплохой публицист.

    «Ёбург» Иванова – это своеобразный учебник истории России конца СССР – 90-e – современность, рассмотренной в пределах отдельно взятого города. Я чудовищно далека от Екатеринбурга – и в прямом смысле, и в переносном, - потому мне очень сложно судить, что у Иванова – правда, а что – вымысел, о чем рассказано объективно, а в какой истории слишком много чьей-то однобокой точки зрения. Одно знаю точно – читалось довольно легко, несмотря на то, что книга не маленькая. Было интересно. Было познавательно.

    В книге много ностальгии по 90-м. Возникает ощущение, что Иванов видит в этом периоде нашей истории некий романтизм что ли и стремится это видение донести до читателя. «Ёбург» пестрит бандитскими разборками и криминальными войнами. Всё это – на мрачном фоне инфляции, кризисов и безысходности «лихого времени». Колорит получится что надо, за это пятерка! Но я до сих пор не знаю, как относиться к языку, с помощью которого этот колорит создан. С одной стороны, сленг и жаргонизмы, характерные для «того мира» - это хорошо, это способствует лучшему восприятию духа времени, созданию «правильной» атмосферы. С другой – всё хорошо в меру. А на мой взгляд, Иванов здесь палку перегнул. Меня почти не отпускало ощущение, что я читаю какую-то «Желтую газету».

    Каждая часть книги – это определенный период истории Екатеринбурга. Главы в рамках части раскрывают нам эти периоды в разных ракурсах: описание политической ситуации, криминальной составляющей, общественной жизни и культурной среды. Вот эти рассказы о художниках, писателях, музыкантах, режиссерах и других творческих личностях, более или менее знаменитых в разных масштабах – на мой взгляд, одна из самых сильных сторон «Ёбурга». Присутствует также и своеобразное «переливание из пустого в порожнее». И я так до конца и не поняла – то ли автор действительно по нескольку раз возвращался к одному и тому же, то ли разные вещи у него получились настолько похоже описанными, что у меня постоянно возникало ощущение «а что, разве раньше об этом он уже не писал?».

    Иванов очень интересно рассказывает читателю истории. Он говорит с нами на одном языке. Но я даже не знаю, хотела бы я, чтобы о Ростове-на-Дону написали что-то подобное… Да, пожалуй, да. Потому что, не смотря на все минусы и противоречия «Ёбурга», удался хороший рассказ о Екатеринбурге – не официально-энциклопедический, а простой и понятный рядовому жителю любого другого города.

  3. KahreFuturism
    KahreFuturism
    Оценил книгу

    До прочтения мой ассоциативный ряд с городом начинался где-то на "Смысловых галлюцинациях" и "Наутилусе Помпилиусе", а заканчивался Ельциным и Уралмашем. Сквозные знания абсолютно разрозненного характера.

    Сборник рассказов принадлежит к жанру публицистика, но несмотря на это стилистически они оформлены так, что страницы проглатываются одна за одной. Я уже готовилась прокладывать себе дорогу через текст, вооружилась чистыми листами и ручкой для заметок, но художественная подоплёка рассказов делает процесс чтения размеренным и плавным, сцепляя звенья-рассказы в одну взаимосвязанную цепочку.

    Автор затрагивает практически все сферы жизни города, начиная с конца 19-го века и заканчивая началом 21-го: социальную, историческую, культурную, национальную, политическую и др. стороны. Сборник не разбит на разделы с одноимёнными названиями, указанными выше, что вновь призвано сделать чтение более комфортным. Представить пятьдесят-шестьдесят страниц от строки до строки посвящённым деятельности губернатора Свердловской области Э.Э. Росселя - читать не захочется из-за громоздкости текста.

    Вместо этого сборник поделён на главы, сменяющие друг друга по временному развитию и открывающие город каждый раз с немного другой стороны. Из-за этого многие фамилии мелькают каждые три-четыре главы, поэтому внимательным всё же быть придётся, но книга к этому и располагает.

    Особенно понравился пласт, отведенный изобразительному искусству, в котором и о народном творчестве художников-самоучек, отображавшему мироощущение жителей города, которое сегодня хранится в Музее наивного искусства.
    Занимательно было читать историю о Старике Букашкине - художнике, фотографе, поэте, прозаике, искусствоведе, музыканте, философе и инженере-энергетике по совместительству.
    Здесь же и о выставке на Вольных почтах, М. Брусиловском, В. Воловиче и многих других.
    Но в книге не только о прекрасном - А. Иванов пишет и о гангстерских войнах, рейдерстве, наркотиках и пр. Хочется отметить, как язык автора стилистически принимает форму "сосуда", о котором идёт речь.

    Вот об искусстве:

    От гражданского пафоса Геннадий Мосин потихоньку сместился к народному эпосу. Он воспринимал мир мощно и цельно и на полотнах туго вколачивал цвет в объёмы, будто набивал мешки цементом, пока формы не начинали переливаться оттенками, словно от усилия покрывались испариной. [...] Они [работы] отзвучивали долгим глубинным эхом, как неуспокоенный колокол после набата.

    Вот о жизни:

    А жизнь была мрачноватая, хотя и плясали ламбаду. Магазины пустели, но везде выстраивались очереди. Какие-то странные люди всюду чем-то торговали прямо с рук. Откуда-то появилась наркота. На улицах загремели автоматы братвы. Волей-неволей горсовет вводил всё новые талоны: на мыло и крупу, на масло и колбасу… Городом овладевало предчувствие катастрофы: 24 мая в Свердловске раскупили 90 тонн макарон, хотя обычная норма была 16 тонн.

    Жаргонного слова автор тоже не боится, за что многие почему-то кидаются тапками в его сторону, что мне остаётся непонятным - за чёрствыми учебниками по истории в другом направлении.

    Сборник снабжён обширными фотоматериалами, что облегчает работу воображению в ваянии образов неизвестных людей и проспектов. Возможно, потому, что сам автор является свидетелем описываемых событий, или учёба по специальности «искусствоведение» внесла свою лепту, или потому что у А. Иванова просто получается писать обо всём и так, что не оторваться. Его стиль узнаётся сразу - отстранённый, местами ироничный, ёмкий, грубовато-шершавый, понятный, о чём бы там ни было.

    Будет книга о далёком Юпитере, написанная им - я тоже куплю.

  1. семиметровое распятие; бронзовые бюсты покойных, а перед каждым бюстом – свой личный вечный огонь.
    30 августа 2014
  2. Черчилль говорил: «Кто в молодости не был революционером, тот лишён сердца, кто в зрелости не стал консерватором, тот лишён ума».
    16 сентября 2014
  3. Структура детского произведения должна соответствовать детскому способу взаимодействия с миром. У детей особое восприятие мира, свои поведенческие практики. И Владислав Крапивин определил четыре самых важных детских стратегии. Первая: дети не видят большой разницы между игрой, литературой и жизнью, они по ролям переигрывают литературные сюжеты и пытаются победить в жизни, как в дворовом состязании. Вторая: осваивая мир, дети придумывают ему новые законы, чтобы добиться первенства не борьбой, а простым изменением правил. Третья: дети верят в возможность чудесных превращений судьбы от маленького воздействия, от поворота ключика в замке, и потому обычные вещи у них могут стать волшебными – сверхценными артефактами. И четвёртая: дети ищут убежище от неправильного мира.
    16 сентября 2014