«Миссис Дэллоуэй» читать онлайн книгу 📙 автора Вирджинии Вулф на MyBook.ru
image
Миссис Дэллоуэй

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Стандарт

4.12 
(217 оценок)

Миссис Дэллоуэй

186 печатных страниц

Время чтения ≈ 5ч

2011 год

16+

По подписке
229 руб.

Доступ к классике и бестселлерам от 1 месяца

Оцените книгу
О книге

Одно из самых изысканных литературных произведений ХХ века. Шедевр «золотого века» английского модернизма, впервые опубликованный в 1925 г. Роман, входящий в список «100 лучших книг ХХ века», по версии Times.

На поверхности в «Миссис Дэллоуэй» происходит очень немногое – немолодая светская дама готовится к приему гостей, мужчина, который когда-то в юности любил ее, возвращается в Лондон после долгой отлучки, молодой ветеран Первой мировой все глубже погружается в черную трясину «военного синдрома». Однако содержание романа далеко не ограничивается ни его сюжетом, ни даже блистательностью изощренной формы, – здесь важно не то, что персонажи говорят или делают, а то, что при этом думают и чувствуют…


В формате a4.pdf сохранен издательский макет книги.

читайте онлайн полную версию книги «Миссис Дэллоуэй» автора Вирджиния Вулф на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Миссис Дэллоуэй» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 
1 января 1925
Объем: 
336072
Год издания: 
2011
Дата поступления: 
10 июля 2020
ISBN (EAN): 
9785171156961
Переводчик: 
Елена Суриц
Время на чтение: 
5 ч.
Правообладатель
10 320 книг

Anastasia246

Оценил книгу

Книги, подобно людям, порой открываются с неожиданной стороны; раскрываются не сразу, а постепенно; обдают холодом при первой встрече, зато потом становятся верными друзьями..."Миссис Дэллоуэй" с первых строк и с первой же страницы очаровывает своим языком - тонким, изящным слогом, витиеватыми (но не вычурными!) фразами; затем - атмосферой, такой же воздушной и лёгкой, как язык. На читателей обрушивается поток сознания главной героини (кто это, думаю, понятно из заглавия книги), но ощущение как в тумане - ничего не понятно, действия почти не происходит; это созерцание красоты жизни, это воспоминания о прошлом. Настоящее слишком зыбко, неопределенно...

В настоящем - пришедшая на смену молодости зрелость (Клариссе Дэллоуэй 51 год), муж, добрый, верный, но совершенно лишенный амбиций, Ричард, 18-летняя дочь Элизабет с ее надеждами и порывами юности, подруга дочери, чересчур религиозная мисс Килман, леди Брутн, чересчур активная для женщины, влюбленная (по слухам) в Ричарда....Жизнь вроде бы налажена, но отчего так часто мыслями она уносится в далекое (лет тридцать назад) прошлое, дни беспечной юности, наполненные первой любовью, первыми радостями и первыми разочарованиями...

И - надо ж такому случиться - прошлое порою склонно материализовываться, неожиданно и, пожалуй, что и неприятно...(Как же мне нравится строчка из стихотворения Андрея Вознесенского: "Не возвращайтесь к былым возлюбленным, Былых возлюбленных на свете нет...". Вот действительно мудрые слова...) В жизни нашей героини неожиданно возникает 53-летний Питер Уолш, приехавший из Индии. Кларисса когда-то отказала Питеру и вышла замуж за Ричарда...Вроде бы жизнь сложилась удачно, но отчего так "сердце растревожено", отчего она смотрит на мужа словно другими глазами, отчего сомнения одолевают своей назойливостью, отчего она ходит сама не своя и ее так безмерно раздражают люди....И даже приемы, полные влиятельных людей, ее уже не радуют...

И вот наконец-то появляется что-то похожее на действие, но это не важно: ты уже захвачен переплетениями этих судеб, переживаниями героев (Питер тоже переживает, по-своему...) и удивительными совпадениями в жизни (вот как, как судьба сводит и влюбляет настолько непохожих людей...)

"Женщинам вообще, подумал он, не понять, что такое любовь. Им не понять, что значит она для мужчины".

Еще одна прекрасная линия в книге (и тоже о любви, правда. очень своеобразной): отношения двух супругов. Септимуса и Реции. Он вернулся с войны с одним "увечьем": он ничего не чувствует; не чувствует страданий своей молодой жены, окружающих людей, он равнодушен к миру (да и к себе тоже, если честно; хотя его часто обвиняют в эгоизме, эгоизма там совсем нет, есть лишь глобальная разочарованность во всем). Жена очень хочет родить ребеночка (они женаты уже пять лет), а он нет. Насмотревшись на ужасы на войне, он не хочет приводить светлое и чистое существо в этот грязный мир. И нам, читателям, это сразу становится понятно, но вот жене же не объяснишь, молодой женщине, совсем девушке, которой природой заложено быть матерью...

"Жена плакала, а он ничего не чувствовал; только каждый раз, когда она всхлипывала - тихо, горько, отчаянно - он ещё чуть-чуть глубже проваливался в пропасть". (Вот разве ничего не чувствующий мужчина будет так переживать из-за женских слез? Мне почему-то наоборот в глаза сразу бросилась сверхчувствительность его натуры, хоть он это и упорно отрицает: "Стоит зазеваться и человеческая природа тебя одолеет. Беспощадна человеческая природа"...Словно хочет казаться грубее, холоднее, отстраненнее, нежели он есть на самом деле; но ведь суть не скроешь...)

И это грустно, щемящее повествование, когда человек не может объяснить свою позицию, он слишком добр, он готов уступить, он хочет снова стать нормальным. Но что значит быть нормальным в глазах общества? Быть как все? Где же уникальность и неповторимость каждой человеческой личности? И Септимуса начинают лечить (видимо, от депрессии, невроза, эгоизма...) А по мне, так это совершенно нормальный адекватный мужчина, чересчур много повидавший в жизни, причем повидавший плохого и трагического. Картина мира у каждого своя. Кому-то повезло больше, кому-то чуточку меньше, но это же не повод обвинять другого человека в ненормальности!

Неприятно поразил в этой книге образ мисс Килман. Автор хочет выставить ее читателям как истую христианку, защищающую добродетель, но разве может быть действительно верующий человек быть таким озлобленным?...

Удивила и порадовала Элизабет: похоже, ум и чувство прекрасного ей перешли от матери) Молодая симпатичная, она ужасно ненавидит комплименты и ценит больше внутреннее, а не внешнее; она также, как и мать, умеет радоваться жизни и замечать ее красоту, ценить ее мгновения (редкий дар)

"У нее дар, чисто женский дар создавать вокруг себя свой собственный мир, где бы она ни оказалась".

Прекрасный роман; возможно, не совсем простое чтение поначалу, но только лишь поначалу) Книга, которая (кто знает:) научит воспринимать красоту настоящего и избавит от желания постоянно возвращаться мыслями в прошлое - зачем это делать, если в мире столько интересного (мест, людей, книг, музыки, неожиданных встреч и еще менее ожидаемых поступков, странных и удивительных признаний, волшебных открытий), и даже не только во внешнем мире, сколько еще неразгаданных чудес в нас самих, в нашем внутреннем мире, всего-то и надо - порой остановиться в этом беге жизни и задуматься о чем-то важном, сокровенном...

5/5, для меня открытие Вирджинии Вулф состоялось еще два года назад - это был роман "Орландо". И я уж думала, что ничто не может меня более поразить из ее творчества (настолько это был необычный роман:), но, видимо, ошибалась: книга "Миссис Дэллоуэй" меня поразила своей красотой и глубиной....

25 марта 2020
LiveLib

Поделиться

Jusinda

Оценил книгу

Она уверяла, что Хью Уитбред, именно Хью (вон он там, старый друг, занят беседой с португальским послом) поцеловал ее в курительной в наказание, когда она потребовала избирательного права для женщин, вот тебе и «неужто», он же пошляк, сказала она.

Ох.
Что же это вообще такое было?

Невыносимо трудно читать первые страниц 20-30, слова вьются, вьются замысловатыми кружевами, строчки запутываются и цепляются друг за друга, от нагромождения повторов и тяжеловесности текста начинает ощутимо кружиться голова, и думаешь – да боже мой, да зачем же я это читаю…

И вдруг.

Неожиданно, без предупреждения, словно окно распахнули в душной комнате – больше нет книги, нет текста, нет тяжелых многоэтажных предложений. Это как картины Моне – вблизи невразумительные цветные пятна, а отойдешь на десять шагов… И вот же, прямо здесь, вокруг меня – Бонд-стрит, шумный послевоенный Лондон... «Ранний, утренний воздух; как шлепок волны; шепоток волны; чистый, знобящий и полный сюрпризов». Что-то вот-вот случится! Цветочные магазины - шпорник, душистый горошек, сирень и гвоздики, бездна гвоздик, розы; ирисы. Разноцветная толпа - шляпки, перчатки, лимонные, серые, а кто в том автомобиле виднеется за занавеской, не королева ли едет за покупками? И аэроплан кружит в небе, все кружит и кружит, выписывая непонятные буквы дымным следом….

….А у Клариссы сегодня прием, и она будет встречать гостей, стоя на лестнице. И старый друг Питер приехал из Индии, почему она тогда не пошла за него замуж? Теперь ей уже за пятьдесят, а он на шесть месяцев старше и влюблен не в нее, но все по-прежнему, она, хоть и постарела, все так же чинит платья, он все так же дурно воспитан. И они смотрят, смотрят друг на друга, словно

удар Биг-Бена, отбивающий полчаса, упал на них с особенной силой, будто рассеянный баловень стал играть без всякого смысла гантелями.

Но все уже закончилось, у нее муж и дочь, у него Дейзи - там, в Индии. И ничего не вышло бы хорошего, если бы они тогда поженились. Все закончилось, она поднялась на башню одна, а они собирают на солнышке куманику.

...И Питер идет по Уайтхоллу. Он еще не стар, не скис, не скукожился. Идет по Трафальгарской площади, идет по Риджентс-парку. Он идет, и от ударов Биг-Бена свинцовые круги разбегаются по воздуху. Смельчак, удалец, отважный пират, только вчера из Индии! Идет мимо несчастного Септимуса, который после войны видит жизнь словно через матовое стекло – ни вкусов, ни запахов, ни чувств. Только страх, страх, животный ужас от того, что он не способен больше чувствовать, что все краски жизни и эмоции остались там, в дымном окопе, рядом с неподвижным телом друга. «А теперь мы покончим с собой!...» А доктор говорит - с ним ничего серьезного.

…Питер идет дальше, вперед, по Мэрилебон-роуд. Он уж стар, ему уж за пятьдесят. Зачем ему жениться? Уйти бы на пенсию, уехать в Оксфорд и писать книжки. Но Лондон и слушать ничего не хочет, словно силком удерживая на своей пирушке.

И тут-то мир тебя настигает, поражает значительностью, давит восторгом, который вдруг прорывается и невыразимо облегчает все твои ссадины и раны. Это как озарение; как вспышка спички в крокусе.

Так и эта книга – настигает, поражает, давит … Ныряешь в нее и тонешь, и не выплыть, не вынырнуть.

Озарение.
Вспышка.
И свинцовые круги разбегаются по воздуху.

27 сентября 2012
LiveLib

Поделиться

Tarbaganchik

Оценил книгу

Злого зноя не страшись
И зимы свирепой бурь.

Атмосфера: прозрачности июньского дня, очарования молочного рассвета над полями, послевоенной пустоты и мнимого покоя, летнего угасающего вечера, благополучности Лондона, упущенной любви.

Цветы и цвета: шпорник, розы, гвоздики, ирисы, душистый горошек. И, конечно, белый, зелень буков, синяя пасма, прозрачность утренней свежести, лимонный, снежность кружевного белья.

Запахи: прохлады, летних трав, сонного первоцвета, городских улиц, новых перчаток, ночного воздуха в тиши поместья, пыли, прибитой дождем.

Ощущения: какофонии вечерних праздничных впечатлений, одиночества, угасающего летнего дня, окутывающего плечи, будто невесомая шаль, вечеров в деревне, непоправимых ошибок, громких комплиментов...

Так пронзительно и тонко, что хочется всё прочитанное спрятать, забыть и самой спрятаться. Или лететь, лететь, лететь вперед, погружаясь в новые ощущения. И все чувства обострены, все покровы сброшены. И легко после прочтения. И... больно.

Да. Да. Больно. Ведь миссис Дэллоуэй действительно скользит по июньскому дню: цветы, починить русалочье платье. А вечером прием. И ах, кто-то стучится в дверь в столь неподходящее для светских визитов время. Это Питер Уолш. Старина Питер, теперь влюбленный в другую, но все такой же. Он вновь понимает миссис Дэллоуэй без слов, критикует («Кларисса, зачем тебе эти приемы и брак с Ричардом?»), вновь играет ножиком. Это он, ее Питер, спустя бездну лет. Вернулся из Индии и прямиком к ней, чтоб увидеть ее, Клариссу.

Скоро вечер. Прием. И люди, люди, люди: бароны, графиня, премьер-министр и даже Салли (давняя подруга). И Питер пришел. Все-таки пришел. Ее друзья юности здесь. Всё опять всколыхнулось и завертелось в душе. Запело пройденное, ушедшее, отзвеневшее давними летними днями в Бартоне. И что со всем этим делать? Наверное, просто жить в свои пятьдесят лет.

А Питер Уолш один. Прием летит мимо него, едва касаясь своей праздной, буржуазной начинкой. Зачем Клариссе это нужно: этот поток разряженных людей, искусственные фразы, ее муж в конце концов. Но Питер уже не влюблен. Теперь не влюблен. Спустя долгие годы Питер не влюблен в его Клариссу. Но где она? Затерялась среди гостей? Подойдет ли к нему? Найдет его этим вечером?

И вот. Сердце сжалось. «Она всегда настигала его, везде его Кларисса». Он видит ее. И наплевать, всё сейчас в с ё р а в н о. Кроме этого, давнишнего, заветного, тайного. Того, что Питер знает, Питер чувствует. Так любить можно лишь однажды, лишь один непризрачный раз.

13 февраля 2013
LiveLib

Поделиться

старушка, одна-одинешенька, укладывается спать. Вот шторы задернула. Ударили часы. Тот молодой человек покончил с собой; но она не жалеет его; часы бьют – раз, два, три, – а она не жалеет его, хотя все продолжается. Вот! Старушка свет погасила! И дом погрузился во тьму, хотя все продолжается, повторила она снова, и всплыли слова: «Злого зноя не страшись». Надо вернуться. Но какой небывалый вечер! Чем-то она сродни ему – молодому человеку, который покончил с собой. Она рада, что он это сделал; взял и все выбросил, а они продолжают жить. Часы пробили. Свинцовые круги побежали по воздуху. Надо вернуться. Заняться гостями. Надо найти Салли и Питера. И она вышла из маленькой комнаты обратно в гостиную.
24 мая 2024

Поделиться

Нет большей радости, думала она, поправляя кресла, подпихивая на место выбившуюся из ряда книгу, чем, оставя победы юности позади, просто жить; замирая от счастья, смотреть, как встает солнце, как погасает день. Много раз в Бортоне, когда все были заняты болтовней, она уходила взглянуть на небо или видела его у других за плечами во время обеда; смотрела на него в Лондоне, в часы бессонницы. Она подошла к окну. В нем – хоть это глупая мысль – была и ее частица, в сельском, просторном небе, небе над Вестминстером. Она раздвинула шторы; выглянула. Ох, удивительно! – старушка из дома напротив смотрела прямо на нее! Она укладывалась спать. И небо. Она-то думала, оно глянет на нее, сумрачное, важное, в своей прощальной красе, а оно серыми, бедненькими штрихами длилось среди мчащихся, тающих туч. Таким она его еще не видела. Наверно, ветер поднялся. Та, в доме напротив, укладывалась спать.
24 мая 2024

Поделиться

А еще (она как раз сегодня утром почувствовала) этот ужас; надо сладить со всем, с жизнью, которую тебе вручили родители, вытерпеть, прожить ее до конца, спокойно пройти – а ты ни за что не сможешь; в глубине души у нее был этот страх;
24 мая 2024

Поделиться

Автор книги

Переводчик

Другие книги переводчика

Подборки с этой книгой