Отзывы на книги автора «Виктор Пелевин»

У меня была привычка читать вслух, и то, что она меня не слушала, никогда меня не задевало. Единственное, что я позволял себе – это чуть выделять некоторые места интонацией:
«Ее нельзя было назвать скрытной, но длительное знакомство или тесная душевная близость были необходимы, чтобы узнать, как до сих пор проходила ее жизнь, что она любит, чего она не любит, что ее интересует, что ей кажется ценным в людях, с которыми она сталкивается. Мне не приходилось слышать от нее высказываний, которые бы ее лично характеризовали, хотя я говорил с ней на самые разные темы, она обычно молча слушала. За много недель я узнал о ней чуть больше, чем в первые дни. Вместе с тем у нее не было никаких причин скрывать от меня что бы то ни было, это было просто следствие ее природной сдержанности, которая не могла не казаться мне странной. Когда я ее спрашивал о чем-нибудь, она не хотела отвечать, и я этому неизменно удивлялся…»

Дальше...

В пыльной Москве старый дом в два витражных окошка
Он был построен в какой-то там –надцатый век.
Рядом жила ослепительно-черная Кошка
Кошка, которую очень любил Человек.

Нет, не друзья. Кошка просто его замечала –.
Чуточку щурилась, будто смотрела на свет
Сердце стучало… Ах, как ее сердце мурчало!
Если, при встрече, он тихо шептал ей: «Привет»

Нет, не друзья. Кошка просто ему позволяла
Гладить себя. На колени садилась сама.
В парке однажды она с Человеком гуляла
Он вдруг упал. Ну а Кошка сошла вдруг с ума.

Выла соседка, сирена… Неслась неотложка.
Что же такое творилось у всех в голове?
Кошка молчала. Она не была его кошкой.
Просто так вышло, что… то был ее Человек.

Кошка ждала. Не спала, не пила и не ела.
Кротко ждала, когда в окнах появится свет.
Просто сидела. И даже слегка поседела.
Он ведь вернется, и тихо шепнет ей: «Привет»

В пыльной Москве старый дом в два витражных окошка
Минус семь жизней. И минус еще один век.
Он улыбнулся: «Ты правда ждала меня, Кошка?»
«Кошки не ждут…Глупый, глупый ты мой Человек»

Микрозарисовка о том, что есть наша жизнь. Без истории создания и публикации данная страничка текста смотрится довольно дико.
5(СРЕДНЕ)

Принца Госплана читала 100500 раз. Обожаю.
Небольшая повесть абсурдная до невозможности.
Программист Саша Лапин очень любит играть  в компьютерные игры, особенно в бродилку Prince of Persia. Саша погружается в игру и ему кажется, что он и есть Принц, которому нужно спасти Принцессу. Полный улёт от реальности. Всё вокруг также живут в мире игр - танчики, самолётики , аркады и другое. Работа как то сама собой делается пока все играют. Поиграл, поставил на паузу, подписал документы, подготовил сводку,  снова поиграл...

Пелевин умеет стирать границы, максимально точно показывает, как тяжело переключаться между мирами, когда картинка меняется быстро, в ритме калейдоскопа событий. События инертны и невозможно моментально выйти из игры и перейти в реальность.
Кто хоть раз играл в гонки поймёт меня. Когда после игры садишься за руль и выезжаешь на дорогу, кажется, что точно также у тебя много жизней и ты начинаешь просачиваться между машинами на гиперскорости, забывая, что ты уже не в игре.

Только Пелевин показывает, что не все ребутнутся. Так один из героев, погибнув в игре, в реальности тоже умирает.

«Потом впереди медленно поднялась вверх дверь четвертого уровня, и Саша шагнул в оказавшийся за ней вагон метрополитена».

Пелевин проводит тонкую грань между фундаментом социализма в виде  Госплана и переменчивостью перестройки - Игрой. Но я никогда не ищу политический подтекст в книгах и скипаю эти моменты.

Повести более 30 лет, она и сейчас актуальна. Все больше идёт погружение в виртуальный мир и уход от реальности.
Грустно немного, но это наша реальность.

Почему: прочитал отзыв, решил перечитать
В итоге: сюр эпохи позднего застоя. Метафора последней советской эпохи.
Ближе к концу рассказа главный герой оказавшись на перекрёстке, встречает похожих на ангелов дружинников Михаила и Гаврилу, выпивает с ними водки, потом несётся куда-то ввысь. Вроде бы всё прозрачно - героя сбили, его приняли ангелы. Но потом почему-то герой уже в возрасте, у него жена и дочь, взрослые скучные проблемы...
С одной стороны концовка со взрослой жизнью лишняя, с другой - возможно в тот момент на перекрёстке душа покинула тело, а тело осталось жить, уже не просыпаясь.
Короче, сплошная неясность, как и должно быт в сюрреализме.
Написано замечательно, хорошим литературным языком.
Изображение
9(ОТЛИЧНО)

Вы помните момент в «Мастере и Маргарите», когда Воланд делает из головы Берлиоза кубок, говоря, что ему воздастся по вере его и он уходит в небытие? Невольно вспоминала я эту сцену, закончив читать этот рассказ.
Поначалу в рассказе ничто не предвещает обычного Пелевина. Есть Любочка и завод, где работает она и еще куча народу времен позднего социализма. Они все также работают, пьют водку, малюют лозунги к праздникам, мечтают устроить личную жизнь, в общем обычные серые будни маленького человека. Но сегодня Любочка чувствует не просто обычную тоску, которую вызывает надоевшая бесперспективная работа и грубый начальник, она видит, что что-то не так, всякие мелочи и странности. Но она от них отмахивается, ведь так хочется верить, что это просто плохой день, что еще есть шанс начать жить какой-то другой, настоящей жизнью. Пока не осознает, что жизнь в общем уже кончилась.
Рассказ немного жуткий, но не кровью и кишками, или бегающими мертвецами, а именно своей безысходностью. Очень точно передает Пелевин ощущение омертвелости – люди, безуспешно имитирующие жизнь, завод (я много лет работала на производстве и часто ощущала какую-то инфернальность, присущую таким местам – люди, обслуживающие грохочущие механизмы, этот запах пыли и химии, пропитывающий одежду, кожу и волосы) – тут же вспомнился и Солженицын – «Крестьяне с землей, с природой общаются, оттуда нравственное берут. Интеллигенты - с высшей работой мысли. А эти - всю жизнь в мертвых стенах мертвыми станками мертвые вещи делают - откуда им что придет?» И хотя я всегда внутренне не соглашалась с этой фразой – нельзя так запросто целый пласт населения оскорбить и записать в тупые роботы, но все же есть в ней и часть правды. Дополняется это ощущение конца и мертвой уже тогда идеологией, которая все еще пыталась имитировать жизнь, не понимая, что уже обречена. Год написания не оставляет остатков сомнения, что не смерть Любочки описывается в рассказе. Но открытая концовка оставляет невысказанный вопрос – а что же дальше, за всеми этими мытарствами?

Роман знакомит нас с двумя интересными персонажами. Олигарх Федя, занимающий свои низы в списке Forbes, который к своим годам уже перепробовал все прелести жизни, и Таня - его бывшая школьная симпатия, первая красавица, очарование которой уже давно ушло вместе с девяностыми и со всеми её ухажерами. Что же связывает этих двух героев? Конечно поиски. Поиски того самого счастья, где оно не может быть по определению.

«Тайные виды на гору Фудзи» - тонкое и интеллектуальное произведение, где лихо закрученный сюжет приправлен талантливыми и атмосферными описаниями духовных инсайтов. 

Это своего рода сатира на современные тренды вперемешку со здравым анализом сегодняшнего дня.

Необычный рассказ и тем не менее в пелевинском духе. И сказать-то про него ничего нельзя...
В общем, даже если вы не любите Пелевина - прочитайте. Если не знаете, что это за зверь - прочитайте. За одно и со стилем автора познакомитесь. Если любите - тут уж вообще никаких вопросов.
Ощущение, что прочитала два рассказа. Только если начать перечитывать - второй рассказ куда-то испаряется. Или первый? В общем, попробуйте.

Книгу Пелевин свою продавал,
Никто за неё цены не давал,
Хоть многим была книга нужна,
Но, видно, не нравилась людям она.

- Писатель, продашь нам книгу свою?
- Продам. Я с утра с ней на рынке стою!

- Не много ли просишь, творец, за неё?
- Да где наживаться! Вернуть бы свое!

- Уж больно твоя книжонка худа!
- Не пишется что-то. Прямо беда!

- Есть новые мысли? Тайну раскрой.
- По правде сказать, нет ни одной.

Весь день на базаре творец торговал,
Никто за книжонку цены не давал.

Один паренёк пожалел старика:
- Олегыч, рука у тебя нелегка,
Я возле книги твоей постою,
Авось и продам скукотищу твою.

Идет покупатель с тугим кошельком,
И вот уж торгуется он с пареньком:

- Книгу продашь?
- Покупай, коль богат.
Книга, гляди, не книга, а клад!

- Да так ли! Уж выглядит больно худой!
- Объём невелик, но дизайн-то какой!

- Есть новые мысли? Тайну раскрой.
- Прочтешь - офигеешь! Утратишь покой.

Пелевин взглянул на книгу свою:
Зачем, "Цукербрины", я вас продаю? -
Книжку свою не продам никому -
Новые мысли нужны самому!

Пелевина я люблю, но этот рассказ можно считать исключением, который подтверждает правило. Такой типичный рассказ для начала 90-х, которые пачками ходили по сети фидонет. Не знаю, как его воспримут современные читатели, я слегка поностальгировал и вспомнил свои часы, проведенные за "Принцем Персии".

Кроме ностальгии и среза истории ценности никакой нет. Пелевенский стиль еще не выработан, никакой философии нет, чистое созерцание. Не помню правда, чтобы в то время было такое сильное увлечение танковыми симуляторами, а вот эскадрильи пилотов, любителей Марио и прочие игрушки легко узнаваемы. Вообще в книге я искал виртуальную реальность, но как таковой ее тоже нет. Скорее тут галлюцинации уставшего организма на почве переизбытка информации. Сам помню, как после суток игры в Quake пришел в институт и осторожно передвигался по коридорам, выглядывая из-за углов. Ну и показана тленность труда в госконторах.

У меня была привычка читать вслух, и то, что она меня не слушала, никогда меня не задевало. Единственное, что я позволял себе – это чуть выделять некоторые места интонацией:
«Ее нельзя было назвать скрытной, но длительное знакомство или тесная душевная близость были необходимы, чтобы узнать, как до сих пор проходила ее жизнь, что она любит, чего она не любит, что ее интересует, что ей кажется ценным в людях, с которыми она сталкивается. Мне не приходилось слышать от нее высказываний, которые бы ее лично характеризовали, хотя я говорил с ней на самые разные темы, она обычно молча слушала. За много недель я узнал о ней чуть больше, чем в первые дни. Вместе с тем у нее не было никаких причин скрывать от меня что бы то ни было, это было просто следствие ее природной сдержанности, которая не могла не казаться мне странной. Когда я ее спрашивал о чем-нибудь, она не хотела отвечать, и я этому неизменно удивлялся…»

Дальше...

В пыльной Москве старый дом в два витражных окошка
Он был построен в какой-то там –надцатый век.
Рядом жила ослепительно-черная Кошка
Кошка, которую очень любил Человек.

Нет, не друзья. Кошка просто его замечала –.
Чуточку щурилась, будто смотрела на свет
Сердце стучало… Ах, как ее сердце мурчало!
Если, при встрече, он тихо шептал ей: «Привет»

Нет, не друзья. Кошка просто ему позволяла
Гладить себя. На колени садилась сама.
В парке однажды она с Человеком гуляла
Он вдруг упал. Ну а Кошка сошла вдруг с ума.

Выла соседка, сирена… Неслась неотложка.
Что же такое творилось у всех в голове?
Кошка молчала. Она не была его кошкой.
Просто так вышло, что… то был ее Человек.

Кошка ждала. Не спала, не пила и не ела.
Кротко ждала, когда в окнах появится свет.
Просто сидела. И даже слегка поседела.
Он ведь вернется, и тихо шепнет ей: «Привет»

В пыльной Москве старый дом в два витражных окошка
Минус семь жизней. И минус еще один век.
Он улыбнулся: «Ты правда ждала меня, Кошка?»
«Кошки не ждут…Глупый, глупый ты мой Человек»