Хрустальный мир

3,9
14 читателей оценили
23 печ. страниц
2008 год
Оцените книгу

Отзывы на книгу «Хрустальный мир»

  1. ivan2543
    Оценил книгу

    После прочтения рассказа остается ощущение, что белые проиграли противостояние, потому что много употребляли и слишком много думали. Это, конечно, крайне упрощенный, но отчасти верный взгляд на причины поражения монархистов. Жалкими какими-то показал Пелевин юнкеров – сидят на наркоте, несут какую околофилософскую околесицу. Как-то неудивительно, что их «хрустальный мир» так быстро рухнул под ударами мира нового – железного, злого, молодого. Ведь на самом деле все эти миры существовали только в их воображении – мир-то, он один, реальный, меняются только эпохи, и когда они меняются – действовать надо решительно, не решаться действовать, а действовать и решать, иначе неудивительно, что все становится похожим на хрусталь и рушится в одночасье.

    Но все же этот взгляд примитивен. По обе стороны баррикад хватало и прожектёров, и людей действия – иначе бы не дошло дело до Гражданской войны.

    Понятное дело, в первую очередь, «Хрустальный мир» — пародия. Попытка показать события детских рассказиков о Ленине и революции глазами противоборствующей, контрреволюционной стороны, да еще и в декадентско-наркотическом стиле. И все же конечная цель написания рассказа совершенно не ясна. Если она вообще была.

    Достоинства произведения:

    удачная стилизация под прозу Серебряного века;

    атмосферность.

    Недостатки:

    не ясна идея произведения;

    слишком пафосно для пародии, слишком гротескно для серьезного произведения.

    Итог: написано здорово, но в целом – уныло в обоих смыслах.

    Рецензия написана 09.11.2011.

  1. Виктор Олегович Пелевин Хрустальный мир   Вот – третий на пути. О милый друг мой, ты ль В измятом картузе над взором оловянным?   А. Блок Каждый, кому 24 октября 1917 года доводилось нюхать кокаин на безлюдных и бесчеловечных петроградских проспектах, знает, что человек вовсе не царь природы. Царь природы не складывал бы ладонь в подобие индийской мудры, пытаясь защитить от промозглого ветра крохотную стартовую площадку на ногте большого пальца. Царь природы не придерживал бы другой рукой норовящий упасть на глаза край башлыка. И уж до чего бы точно никогда не дошел царь природы, так это до унизительной необходимости держать зубами вонючие кожаные поводья, каждую секунду ожидая от тупой русской лошади давно уже предсказанного Дмитрием Сергеевичем Мережковским великого хамства. – И как тебе не надоест только, Юрий? Уже пятый раз за сегодня нюхаешь, – сказал Николай, с тоской догадываясь, что товарищ и на этот раз не предложит угоститься. Юрий спрятал перламутровую коробочку в карман шинели, секунду подумал и вдруг сильно ударил лошадь сапогами по бокам. – Х‑х‑х‑а! За ним повсюду всадник медный! – закричал он и с тяжело-звонким грохотом унесся вдаль по пустой и темной Шпалерной. Затем, как-то убедив свою лошадь затормозить и повернуть обратно, он поскакал к Николаю – по пути рубанул аптечную вывеску невидимой шашкой и даже попытался поднять лошадь на дыбы, но та в ответ на его усилия присела на задние ноги и стала пятиться через всю улицу к кондитерской витрине, заклеенной одинаковыми желтыми рекламами лимонада: усатый герой с георгиевскими крестами на груди, чуть пригибаясь, чтобы не попасть под осколки только что разорвавшегося в небе шрапнельного снаряда, пьет из высокого бокала под взглядами двух приблизительно нарисованных красавиц сестер милосердия. Николай с кем-то уже обсуждал идиотизм и пошлость этого плаката, висевшего по всему городу вперемешку с эсеровскими и большевистскими листовками; сейчас он почему-то вспомнил брошюру Петра Успенского о четвертом измерении
    3 июня 2018
  2. Он оказался усатым мужиком средних лет, в кожаном картузе и блестящих сапогах – типичным сознательным пролетарием. Перед собой пролетарий толкал вместительную желтую тележку с надписями «Лимонадъ» на боках, а на переднем борту тележки был тот самый рекламный плакат, который бесил Николая даже и в приподнятом состоянии духа, – сейчас же он показался всей мировой мерзостью, собранной на листе бумаги.
    14 января 2014
  3. сказал, что только я могу его остановить, но смогу ли – никому не известно. Даже ему. Штейнер мне даже гравюру показывал в одной древней книге, где будто бы про меня говорится. Там были два таких, знаешь, длинноволосых, в одной руке
    14 января 2014