Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Новая жизнь

Новая жизнь
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
453 уже добавили
Оценка читателей
3.5

Орхан Памук – известный турецкий писатель, обладатель многочисленных национальных и международных премий, в числе которых Нобелевская премия по литературе. В центре самого загадочного романа писателя «Новая жизнь» – таинственная Книга, которая выбирает читателя самостоятельно и лишает его всех привычных жизненных ориентиров, возбуждая непреодолимую страсть к путешествию и поиски другой, более истинной реальности. Прочитав Книгу, студент Осман отправляется в путешествие по Турции. Пересаживаясь с автобуса на автобус, бродя по пустынным пыльным дорогам, отдыхая в заброшенных на край мира кафе, он движется вперед, «вот-вот ожидая познать тайну скрытой, никем не познанной геометрии, именуемой жизнью».

Лучшие рецензии
Psyhea
Psyhea
Оценка:
86

Первую четверть книги я недоумевала, что за бред несет автор, вторую – мне было откровенно скучно, третью – читала с неожиданным интересом, на четвертой – предсказуемо загрустила. Надо сказать, что принимая во внимание аннотацию обещающую нам книгу о «Великой книге», ждешь от повествования гораздо больше копания в книгах, чем перемещения в пространстве и времени. Однако, в «Новой жизни» - книга лишь точка отсчета, начало пути до конца которого могут дойти лишь немногие.

Мне понравилось в книге несколько вещей. Первое - это всепроникающая неразрывная взаимосвязь всего со всем. Жизнь движется по спирали, то, что вы когда-то оставили позади или оттолкнули от себя, рано или поздно вернется в вашу жизнь и даст о себе знать.

Подобно многим разочаровавшимся людям, некогда очертя голову бросившимся в то бушующее море, что зовется Жизнью, я сравнивал различные фантазии и образы прочитанного, и я замечал, что книги тайно перешептывались друг с другом, раскрывая тайны; и, выстраивая эти тайны по порядку, я находил между ними новые связи и, гордясь запутанностью созданной мною сетью этих связей, продолжал терпеливо работать, как человек, решивший вырыть иглой колодец, пытаясь этой работой искупить свою оторванность от жизни.

Второй интересный момент – это идея вытеснения привычного и памятного - новым обезличенным. Последнее время я как-то особенно остро реагирую на это явление, будь то реальная жизнь или книжная. Дело в том, что за последние 15 лет наш город изменился практически до неузнаваемости. На месте деревьев – торговые центры, на месте игровых площадок – стоянки для автомобилей, жилые дома и небоскребы взлетают один выше другого. И это я еще живу в достаточно благополучном спальном районе, где новые постройки появляются нечасто и понемногу. Я смотрю на улицу, по которой ходила в школу и не узнаю ее. Из каждого дома торчит от двух до шести крылечек различных магазинов. Как мы жили без них 10 лет назад? Загадка… Я не могу не разделить тоску главного героя по уходящему, ускользающему сквозь пальцы миру… Миру детства, таинственному и притягательному в своей очаровательной простоте.
В свое время, я с удовольствием посещала предмет «История культуры» в университете, где, в частности, мы обсуждали появление культуры массового потребления в начале 20 века. И, если честно, будущие историки были сильно шокированы услышанным и первый раз за все обучение задумались только ли благо несет прогресс. Наверное, частично и по вышеприведенной причине я стараюсь держаться умеренного консерватизма в своей жизни. Вот только с точки зрения данной позиции очень грустно смотреть на меняющийся со скоростью мысли мир.
Слегка развивая дальше тему прогресса, я могу предположить, что книги в будущем окончательно станут электронными. Бумажные перестанут выпускаться и превратятся в настоящие артефакты, обитающие в мрачных пыльных музейных залах и квартирах некоторых счастливчиков. Это, конечно, достаточно далекое будущее, но подразумеваемое прогрессом….
Прислушайтесь на секунду к доктору Нарину и его нелепому КонтрЗаговору. Он старается сохранить вещи, драгоценные вещи с историей и характером, на смену которым уже тянутся конвейером одноразовые штампы. Так ли уж это глупо и бессмысленно?) А может он просто мечтатель, как и многие из нас?))

«Новая жизнь» - одна из тех книг, которые автор, вполне возможно задумал как откровение, сюжет балансирует на грани претенциозной скуки, обыгрывает темы жизни и смерти, любви и времени, иногда принимает наставнический и увещевающий тон. Могу предположить, что для более менее полного осмысления книги необходимо прочитать ее несколько раз.

Для меня это первая книга у автора, с уверенностью не утверждаю, но очень надеюсь, что это не лучшее его произведение. Потому что для Нобелевской премии, на мой взгляд, книга явно не дотягивает. Туману гораздо больше, чем смысла. Хотя не могу сказать, что мне так уж и не понравилось. Периодически совершаю поездки из города в город на машине, автобусе или поезде и разделяю легкую меланхолию, оторванность от реальности и отрешенность героев книги.

Кстати, во время прочтения книги почему-то подумалось, что несчастная Книга, которая так воздействует на людей не что иное, как страшная и ужасная книга, которую должен был написать Мартин по заказу злого духа в книге «Игра ангела». Вполне возможно навеяло атмосферой и первоначальным описанием того, какие впечатления возникли у главного героя от чтения.

P.S. Что-то мне подсказывает, что ближайшие лет десять я буду садиться в автобусах на задние места, от греха подальше… по крайней мере на территории России и Турции.

Читать полностью
olastr
olastr
Оценка:
47

Добро пожаловать в мир грез Орхана Памука. Рассказом о Стамбуле эту книгу не назовешь, но без города её тоже не было бы. Он здесь – необходимый фон, связывающий довольно разрозненные главы. Семейные истории здесь чередуются с описаниями города, которые, в свою очередь разбавлены культурологическими очерками, где автор разбирает воспоминания известных западных путешественников, в разное время посетивших Стамбул, а также рассказывает о турецких писателях и журналистах, писавших о городе.

По сути, Орхан Памук показывает определенный срез стамбульского общества времен своего детства. Прочитав эту книгу, можно узнать что-то о жизни большой обеспеченной семьи. Не факт, что подлинное, ведь сам автор признается, что некоторые его истории отрицаются и мамой, и братом писателя, как бы он с ними не спорил. Все это, как нельзя лучше подчеркивает зыбкость воспоминаний, зыбкость истории, зыбкость наших оценок.

Особое место в книге занимает печаль. Это слово вошло в мое сознание еще до того, как первый появилось на страницах книги – Памук умеет создавать настроение. Потом оно повторяется многократно, автор посвящает целую главу исследованию, что значит «печаль» для турков и в чем разница между турецким «хюзюн» и западным словом «меланхолия». Для Орхана Памука печаль – это состояние души жителей Стамбула, владеющая ими помимо их воли.

«Нет, эта убивающая волю печаль просто живет здесь, на стамбульских улицах, и избежать ее невозможно».

Так ли это? Печаль живет по преимуществу в умах людей, ее порождающих. Не знаю, существует ли где-нибудь такой Стамбул, черно-белый, печальный, с покосившимися старыми домикам и пронзительными криками чаек. Стамбул, в котором туман смешивается с дымом и чувством поражения и утраты. Стамбул старых кладбищ, нищих и бродячих собак. Это все слишком печально, чтобы быть правдой. Мы постоянно проецируем наши чувства на все окружающее и окрашиваем места в цвета наших эмоций. Орхан Памук слишком любил черно-белые фильмы, старые гравюры и фотографии, слишком был привержен собственной тоске. Впрочем, мне ли, никогда не бывшей в Стамбуле, судить об это?… Но слишком уж монолитен этот образ, чтобы быть подлинным.

Дальше...

Не могла бы существовать эта книга и без Босфора. Юному Памуку нравится рисовать пароходы, идущие по Босфору; считать их, тая страх; смаковать случающиеся время от времени катастрофы. Босфор его детства полон ужасающих советских военных кораблей и горящих танкеров. Но горят не только танкеры, а также и многочисленные заброшенные виллы на берегах пролива. Такое ощущение, что Босфор постоянно озаряется огнями пожарищ. Или это опять воображение?

Когда нет пожаров, можно развлечься другого рода катастрофами – рассказами об утонувших в Босфоре машинах. И снова череда, если можно так выразиться, «душераздирающих» описаний. Мне кажется, что Памук смакует описания несчастий и преувеличивает их масштаб. Невольно я начинаю размышлять о личности автора. До этого я читала одну его книгу, и она оставила довольно странное ощущение. Ощущение какой-то сюрреальной безысходности. Это книга «Новая жизнь» , которая, несмотря на оптимистическое название, пронизана ощущением катастрофы. Герой книги постоянно перемещается на автобусах, а они неизменно попадают в аварии – искореженный металл, мертвые тела. Помню и тогда я размышляла на тему вероятности того, что аварии случаются с такой частотой. Но это было художественное произведение, и автор вполне мог позволить себе некоторые преувеличения. Читая эту книгу воспоминаний, я снова попала в ту же атмосферу, но уже в якобы реальном Стамбуле.

Мне кажется, что Орхану Памуку нравится выращивать монстров в своем сознании. Это очень удачно, что он направил свое воображение в литературу и плодит виртуальные серии смертей, а не реальные. А еще при чтении у меня возникли ассоциации с другим известным автором, японцем Мисимой. Детские воспоминания Памука чем-то навеяли «Исповедь маски» – та же привязанность автора к матери, то же возбуждение при мысли об истерзанном теле…

Но вернемся к Стамбулу. Подобно Орхану Памуку я перескакиваю с одного на другое. Хочется отметить еще одну особенность книги – это постоянное рефлексирование о проблеме востока и запада. Автор то и дело сверяет свой образ Стамбула с впечатлениями западных знаменитых путешественников, он посвящает целые главы Жерару Нервалю и Теофилю Готье, пребыванию художника и архитектора Меллинга в Стамбуле, гравюры которого стали для Памука источником вдохновения. В определенной мере, такой подход оправдан, автор сам поясняет, что обращаться к западным описаниям приходится, так как его соотечественники не оставили ничего, они просто жили и не очень-то смотрели по сторонам. Стамбул Памука смотрит на себя чужими глазами, и он больше погружен в прошлое, чем в настоящее. Он навсегда остался черно-белым.

Подводя итог, могу сказать, что книга меня заинтересовала, хотя я и отнеслась к ней с некоторым недоверием. Я так и не могу разобраться в своем отношении к этому автору. Он чем-то привлекателен, но в то же время отталкивает своей специфической с упоением взращиваемой печалью. Тот, кто хочет красивых описаний, архитектурных особенностей города, его истории, будет разочарован. Это, скорее, рассказ о становлении личности автора, о том, как он подошел к тому, чтобы стать писателем (на этом книга и завершается). Понравится «Стамбул. Город воспоминаний» и тому, кому свойственно меланхоличное и трагическое отношение к жизни. Прекрасный повод разбередить раны под протяжные гудки проходящих по Босфору судов.

Читать полностью
alsoda
alsoda
Оценка:
19

Орхан Памук - писатель, настолько мне духовно близкий, что написать вдумчивый спокойный отзыв - для меня задача заведомо невозможная.

Любимые книги чаще всего не поражают разум - они воздействуют на чувства, задевая в душе невидимые струны, в том числе (и чаще всего) те, о существовании которых ты не подозревал. Строка следует за строкой, одна страница сменяется другой, внутри звенят неведомые ноты, душа путешествует...

Ангел, именно я был тем, кто глубокой ночью крался, растворившись в уличной тьме, трусливо убегая из родного дома, как из чужого. И я был тем, кто чужими глазами смотрел с улицы на светлые окна своей комнаты и плакал от одиночества и ощущения впустую потраченной жизни. И я был тем, кто бежал, бежал, бежал к новой жизни, взволнованно слушая эхо своих шагов, разносившееся в тишине.

Все рано или поздно начинают мечтать о несбыточном: о любви, более великой, чем сама Вселенная, о жизни, не связанной со привычными лицами, улицами, городами, о новых книгах, что открывают двери в новый мир... мир...

Говорят, в давние времена существовал такой мир, где прикосновение было прикосновением, аромат — ароматом, а звук — звуком. Звездочка, скажи, может ли то время, тот мир показаться этому?

Можно сесть в автобус, поезд, самолет, можно уехать далеко, порвав с прошлым и будущим, искать другой мир, другую жизнь в мраке ночей и при свете дней, ехать не останавливаясь, стремиться не боясь, но и не зная куда, где обретается несбыточное, где родина подлинности, откуда приходят книги и куда они исчезает... Где находится то место, та точка пересечения миров, где все становится историей, где время равнодушно отбирает ощущения, оставляя взамен лишь старые вещи и горечь невозвращения...

Я внимал зову безмолвия, зову, подобного которому никогда не слыхал, и спрашивал себя: для чего все это — автобусы, города, ночи? Для чего все эти дороги, мосты, лица? Зачем это одиночество, нападавшее по ночам, точно стая хищных птиц? Зачем бесконечные пустые слова, зачем время, у которого нет возврата? Я слышу, как что-то потрескивает во Вселенной и как тикают мои часы. Время — тишина трех измерений, сказала книга. И я сказал себе: я умираю, так и не поняв, что такое эти три измерения, так и не постигнув жизнь, мир и книгу, я больше никогда не увижу тебя, Джанан.

Смерть - порог иного мира, любовь - сладкая боль, одиночество - путешествие, время - обман, книга - новая жизнь. Каждая книга - новая жизнь.

Читать полностью
Лучшая цитата
Если человеку нравится то, что он пишет, если он доволен своей жизнью, он не должен упускать шанс и писать столько, сколько может.
1 В мои цитаты Удалить из цитат
Оглавление
Другие книги подборки «Главные книги сентября 2015 »