Отзывы на книги автора «Николай Лесков»

Проза Лескова всегда очень красива. Язык, безупречный, многообразный, живописный, как положено настоящей классике. И как всегда у Лескова, много поиска бога, смысла в высшем его понимании.
Состав сборника "Праведники" в разных источниках варьируется очень сильно, поэтому сразу перечислю рассказы, вошедшие в аудиокнигу в озвучке замечательного актёра Ивана Краско: "Однодум", "Кадетский монастырь", "Пигмей", "Томление духа" и "На краю света". Мой фаворит среди них, безусловно, "Кадетский монастырь". Я собиралась плакать несметное количество раз за это не слишком длинное произведение. Прямо как его персонаж эконом Бобров, который, по кадетскому разумению, был плакса и слезомойка, но любили его мальчишки беспредельно. Так же, как и директора, как и доктора - настоящих праведников, хотя по жизни они не были священнослужителями, проповедниками или богоискателями. Скорее - просто педагогами, но с очень большой буквы П. Представьте себе, каково должно быть уважение к директору, чтобы кадеты больше всего на свете боялись не телесных наказаний (которые в те времена не были ничем исключительным, только вот в кадетском училище при директоре Перском не были приняты), а того, что прикоснётся он пальцем ко лбу и, глядя в глаза, скажет: дурной кадет... Или вот уже упомянутый Бобров, каждого кадета называющий мошенником, из своих денег всем мальчишкам из бедных семей при выпуске в полк дарил серебряную столовую ложку и четыре чайных - а то зайдут друзья на чай, так чтоб было - и несколько смен белья. Или доктор, отказывающийся строжайше от частных визитов, хотя зовут его очень часто, потому что он - отличный педиатр: на мне здоровье 1300 детей, я с визитами не езжу...
Ещё очень понравился эпизод из "Томленья духа": "мятежный" домашний учитель, восстановивший справедливость ценой собственного места, таким образом строит беседу с мальчиками при прощании, что её содержание останется в памяти на всю жизнь и будет действеннее наказания, которое они, вероятно, заслужили.
Слово божье и старание жить по совести - вот что необходимо для того, чтобы быть праведником. Не таким, которого вознесут и будут прославлять, а таким, который будет жить в мире с собой и Богом...

Откуда-то кто-то возьмётся и покажет, где Бог...

Вот и познакомилась я с лесковым. И результат вполне положительный. Хотя русофильством от него веет неслабо, конечно. Наверное, даже с перебором. Этой книге, пожалуй, поставила бы высший балл, кабы не невнятный, смазанный финал или даже незаконченность, потому что в конце размещены отрывки из неслучившегося продолжения. Жаль, потому что читать о семействе протазановых было интересно. Причем, название забавное, ибо большая часть книги вовсе не о крушении фамилии, а о самом расцвете ее. И основной перс - женщина. Во как.

Княгиня у лескова образовалась вовсе не из знати, а красавица-бесприданница, вышедшая замуж по большой любви. И от нее в результате вышло куда как больше пользы, чем от всяких родовитых господ того века. Хотя временами все ж таки доносились некие элементы чисто барского самодурства из ее будуара и бравирование чисто русскостью, содержание своего мини-двора из приближенных (очень колоритных, кстати), высокомерие и надменность. Ибо лично я, например, не вижу ничего худого в вольтерьянцах, а лесков со своей княгиней морщили носы. Нда.
То есть в иностранных мыслях и опыте, безусловно, есть много хорошего и полезного. И люди бывают разные независимо от нации. И лесков с княгиней вроде как и не поносили все западное, но ментальное хмыканье так и слышалось.

Впрочем, даже и так княгиня была много лучше всяких фарисеев из высшего света, включая даже свою родню. Потому как реально думала и заботилась о своих (и не только) крепостных, в отличие от тех, кто бегал по монастырям и раскидывался монетой, чтобы украсить иконы и всякие святыни. Ибо прежде всего надо думать о голодающих и бедствующих живых людях, особенно, ежели они - рабы, то есть люди подневольные и бесправные.

Вот княгиня и пострадала за эту свою неправильность, неудобность. Ибо в свете развели сплетни, козни и, как в свое время поместили в институт дочь, так и отняли сыновей, ибо вдова. Нет мужской руки в хозяйстве. Но все ж таки она и сама виновата. К дочери, помещенной в казенное заведение, охладела и получила в ответочку равнодушие, если не больше, нелюбовь. И всю дорогу старалась возместить материально. Но ничего не исправишь деньгами, известно же от века.
С сыновьями тоже чего-то мудрила-мудрила, перебирала кандидатов в наставники, а потом то ли запугали ее, то ли не пойми что. Как-то лесков невнятно написал. В общем, растеряла всю силу духа и махнула рукой.
Примерно так же, то есть еще больше никак, относился к воспитанию отпрысков ее старший сын.

При этом оба - мать и сын просто неистово заботились в меру сил и возможностей о народе и прочих сословиях. Ну вот реально были очень хорошие люди. А собственных детей спустили в одно небезызвестное место в туалете. Никак не можно такое творить, особенно, дворянам. Чем выше летаешь, тем больше спрос. Так что своих отпрысков надо серьезно пестовать, чтобы не случилось такой вот захудалости рода из книги лескова.

Вот и познакомилась я с лесковым. И результат вполне положительный. Хотя русофильством от него веет неслабо, конечно. Наверное, даже с перебором. Этой книге, пожалуй, поставила бы высший балл, кабы не невнятный, смазанный финал или даже незаконченность, потому что в конце размещены отрывки из неслучившегося продолжения. Жаль, потому что читать о семействе протазановых было интересно. Причем, название забавное, ибо большая часть книги вовсе не о крушении фамилии, а о самом расцвете ее. И основной перс - женщина. Во как.

Княгиня у лескова образовалась вовсе не из знати, а красавица-бесприданница, вышедшая замуж по большой любви. И от нее в результате вышло куда как больше пользы, чем от всяких родовитых господ того века. Хотя временами все ж таки доносились некие элементы чисто барского самодурства из ее будуара и бравирование чисто русскостью, содержание своего мини-двора из приближенных (очень колоритных, кстати), высокомерие и надменность. Ибо лично я, например, не вижу ничего худого в вольтерьянцах, а лесков со своей княгиней морщили носы. Нда.
То есть в иностранных мыслях и опыте, безусловно, есть много хорошего и полезного. И люди бывают разные независимо от нации. И лесков с княгиней вроде как и не поносили все западное, но ментальное хмыканье так и слышалось.

Впрочем, даже и так княгиня была много лучше всяких фарисеев из высшего света, включая даже свою родню. Потому как реально думала и заботилась о своих (и не только) крепостных, в отличие от тех, кто бегал по монастырям и раскидывался монетой, чтобы украсить иконы и всякие святыни. Ибо прежде всего надо думать о голодающих и бедствующих живых людях, особенно, ежели они - рабы, то есть люди подневольные и бесправные.

Вот княгиня и пострадала за эту свою неправильность, неудобность. Ибо в свете развели сплетни, козни и, как в свое время поместили в институт дочь, так и отняли сыновей, ибо вдова. Нет мужской руки в хозяйстве. Но все ж таки она и сама виновата. К дочери, помещенной в казенное заведение, охладела и получила в ответочку равнодушие, если не больше, нелюбовь. И всю дорогу старалась возместить материально. Но ничего не исправишь деньгами, известно же от века.
С сыновьями тоже чего-то мудрила-мудрила, перебирала кандидатов в наставники, а потом то ли запугали ее, то ли не пойми что. Как-то лесков невнятно написал. В общем, растеряла всю силу духа и махнула рукой.
Примерно так же, то есть еще больше никак, относился к воспитанию отпрысков ее старший сын.

При этом оба - мать и сын просто неистово заботились в меру сил и возможностей о народе и прочих сословиях. Ну вот реально были очень хорошие люди. А собственных детей спустили в одно небезызвестное место в туалете. Никак не можно такое творить, особенно, дворянам. Чем выше летаешь, тем больше спрос. Так что своих отпрысков надо серьезно пестовать, чтобы не случилось такой вот захудалости рода из книги лескова.

Яркими, сказочными красками написана история жизни очарованного странника. Жизни, которой хватило бы на десять странников, но всё досталось одному. Видимо, это такой собирательный образ.

Автор считает его праведником. Сам герой считает себя грешником. Кто же он на самом деле? Его посылы и стремления светлы и богоугодны, но его импульсивные (а иногда и спланированные) действия часто богомерзки.

С одной стороны, пьянство, азарт, жестокость по отношению к животным и некоторым людям, полное безразличие к своим женам и детям, воровство, убийства. С другой стороны, крепкая вера в бога, патриотизм, храбрость, милосердие, жертвенность, смирение.

Ангельское милосердие и дьявольская жестокость могут ужиться вместе только если у человека нет внутреннего стержня, и он легко может склониться в любую из сторон. С другой стороны, герой твердо верит в бога — обычно это очень твердый, несгибаемый стержень.

Может быть это такая широкая русская душа? Не могу судить. В чем она заключается? Если в непонятном томлении и страсти, то тогда, пожалуй, и так. Имя, да, трижды русское — Иван Северьянович Флягин. (Четвертое измерение русскости добавляет имя человека, рассказавший мне эту историю — Клюквин :))

Чем, кем он очарован? Богом? В любом случае, вера его вне религии. Вообще, по православию автор прошелся неликоприятно. Миссионеры в степях отказались его спасать, так как их цель — обращать неразумных татар в христианскую веру, а не помогать своим православным братьям. Да и в других случаях православие не выглядит у Лескова привлекательным.

Очарован людьми? Не исключено. Один маг его очаровал буквально, да и влияние на него цыганки не обошлось без каких-то потусторонних чар.

Но скорее всего он очарован именно своей дорогой. С жадностью он встречает всё новые повороты на своем тернистом пути, зачастую ища их сам.

Он прежде всего странник и этим уж и очарован. И здесь как никогда кстати можно вспомнить мотив лошадей — единственное, что сопровождает его на всём долгом пути. В начале своего повествования Голован рассказывает об укрощенном им когда-то с помощью особой хитрости диком коне. Рассказчик укротил его мистическим страхом, физической болью, а затем лаской.

Не это ли портрет и самого героя? Дикий, необузданный конь, которого никто не может приручить. Ни бог, ни царь и не герой. В его жизни было много мистического страха, много боли и много ласки. Но при этом не нашлось силы, которая бы смогла укротить его необузданный страстный бег. Так он и скачет по дорогам до сих пор. Ещё и на войну собирается на старости лет.

Может быть в этой страстности и заключается та самая русская душа? И цыганка тогда полюбилась ему именно за свою дикость. Не знаю, душа Голована для меня потемки.

Но конь, хоть и умное животное, но всё же не чета человеку. Так и Иван Северьянович в своих рассуждениях иногда напоминает неразумного ребенка. И тогда его мощная богатырская сущность скукоживается до какого-то карикатурного солдата Швейка. То ли идиот, то ли мудрец. Что ни сделает — всё не так. Хочет как лучше, а получается как всегда. То ли праведный странник, гордо ступающий по Земле Русской, то ли неприкаянный скиталец, безропотно воспринимающий удары судьбы.

Можно сравнить героя и с Големом, чья сила и желание послужить своему Богу не соответствовали возможностям и самой природе.

Ведь не зря же рассказчик всё-таки ушел в монастырь с мыслью:

Что больше повиноваться, то человеку спокойнее жить

Да, коням, Швейкам и Големам лучше только повиноваться, не проявляя никакой инициативы. Впрочем, и это не всегда спасает окружающих их людей от бед.

Короче, запутал меня автор. Снова, как и в "железной воле", он предстал передо мной Шахерезадой, плавно плетущей кружева своих экзотических сказок. Но морали на этот раз я не понял.

Для меня произведения Николая Лескова – это если не встреча с Богом, то хотя бы с ангелом или кем-то из святых. Это произведение представляет собой так называемый святочный рассказ (хотя по объему ближе к повести).
Во время непогоды на постоялом дворе укрывается много путников. В доме душно, жарко, плохо спится. Один из постояльцев замечает, что человека водит ангел, как и его самого когда-то. Путники просят рассказать эту историю. Имя рассказчика – Марк, он старовер, а по профессии – каменщик. Как-то артель строила мост в районе Днепра под управлением англичанина Якова Яковлевича. У работников много икон, особа почитаема из них та, что изображает ангела. Однако случилось так, что к старообрядцам приходят жандармы и забирают все иконы, а на изображении ангела ставят сургучную печать. Старообрядцы решают выкрасть икону с ангелом и подменить ее. Марк и юноша Левонтий отправляются на поиски художника, способного сделать копию. Долго ли, коротко ли, но они находят изографа Севастьяна и приводят в артель. Икона была написана, и надо бы печать поставить, да рука не поднимается. Словом, церковные власти узнали о попытке обмана, но возвращают в артель подлинную икону.
Образ ангельского лика, на который наложена сургучная печать, глубоко символичен. Так все хорошее в человеческой душе «запечатано» суетностью, эгоизмом, пороками. «Распечатать» душу возможно только через любовь к ближнему, о которой говорил Христос. И важно помнить об этом не только по Великим праздникам, но и каждый день.

Ну, даже и не знаю, чем так не угодил всяким революционерствующим слоям интеллигентствующего населения России Николай Лесков в этом своём романе. Хотя, на самом деле, конечно, понимаю, но понимаю уже с позиции человека второй половины века XX — первой четверти века XXI, пусть не на практике, но в теории изучавшего механизмы создания революционных партий и их практических действий по развитию революционных процессов и преобразований в обществе. И с этих позиций судя, вся описанная в романе шатия-братия с её а-ля коммунарско-социалистическими идеями и неловкими и жалкими попытками практики коммунарской жизни представляется как раз всем тем, что чётко и недвусмысленно уничижительно и категорично критически характеризовал один из главных героев романа Райнер, и что, в принципе, понимал в этой белоярцевской компашке и не принимал доктор Розанов. Потому что ничем иным, кроме как маниловского толка болтовнёй вокруг и около революционно-социалистического и коммунарского дела все эти горе-теоретики и горе-практики не занимались. Причём некоторые идеалисты занимались пустопорожней говорильней, а другие, не мудрствуя лукаво, старались оседлать эти входящие в моду движухи, негласно «короноваться» и снимать пенку удовлетворения личных амбиций, а то ещё и собственной похоти, склоняя женщин к свободным отношениям и к «служению» определённого рода. И конечно представители так называемой «прогрессивной» интеллигенции того периода болезненно воспринимали такую неприглядную картинку, которой обрисовал и заодно охарактеризовал такого рода «социалистов» и «борцов» за гражданские свободы Лесков — мало кто захочет узнавать самого себя в деятелях подобного рода.

Но вот если смотреть на написанное с позиций дня сегодняшнего, так это книга скорее призывающая к социальным реформам, остерегающая власть имущих от сохранения статус-кво, ибо попытки такого искусственного сохранения наоборот будут только провоцировать социально-реформаторские настроения и движения. И в этом смысле роман оказывается чуть ли не современен.

Ну, а помимо всего прочего это просто исторический роман, довольно живописно знакомящий читателя с реалиями 50-х — начала 60-х годов века XIX.

Прочитав несколько новогодних рассказов малоизвестных авторов из недавно приобретённого сборника "Новогодние рассказы о чуде", тему Рождества я всё-таки решила продолжить у классиков. И у Лескова оказалось немало святочных историй. И что любопытно - данный рассказ, который в школе изучают дети, что у многих вызвало недоумение на грани возмущения, тоже о чуде, только о рождественском. О чуде преображения души зверя в душу человека. Так что, новогодние литературные чудеса у меня продолжаются, правда под разными углами восприятия.

С большим опасением и, можно сказать, недоверчивым трепетом я начинала перелистывать первые страницы этой истории, видя название "Зверь"и зная манеру классиков оголять больное и жестокое. Всё думала - неужели сейчас будет тургеневское "Муму"? И да, я почти правильно интуитивно угадала - первоначальные события развивались именно в таком русле. Дружба крепостного и животного в логове деспота помещика, коих по тем временам было немало. Впрочем, их всегда хватает, только рабства крепостного сейчас нет, слава богу, и можно убежать от жестокости, спасая друга. А раньше нельзя было - либо смерть, либо жизнь хоть такая - в страхе и терпении.

Никогда не перестаю удивляться - почему людям всегда интересны были гладиаторские бои, рыцарские турниры, боксёрские ринги, где соперники калечат друг друга, а иногда добивают до смерти, что для толпы самое пикантное и кровожадное. Я не люблю даже цирк и больше не хожу в зоопарки, а уж смотреть как затравливают до смерти "провинившееся" несчастное и беззащитное животное? Что, это разве приносит удовольствие? Он что, этот зверь, обидел каждого из созерцающих или у всех присутствующих в глубине души дремлет кровожадный маньяк, которому этим представлением вливают дозу кайфа? Ну странно, в самом деле. Что-то мне не верится, что в нашей скрытой природе столько жестокости. Может у некоторых, как этот деспотичный тиран - главный "зверь" в теле человека в рассказе. А остальные? Тоже такие же, только трусливее? Ну как понять тогда такое удовольствие от созерцания жестокости?

Притянул ли Лесков за уши счастливый и лучезарный финал, где добро восторжествовало, а зло не только не наказано, а просто исчезло, превратившись в великодушие и раскаянье? Возможно, но я ему благодарна. Чудеса иногда бывают. И чужое благородство и настоящая дружба, как и любовь, иногда растапливают жестокость в душе. Возможно, душа этого зверя только и ждала такого случая. Легко сказать - я не верю, потому что люди не меняются. Но ведь не всегда. Пути Господни неисповедимы, как и наши внутренние миры. Бывает, что успешные бизнесмены бросают столицы и уезжают в глушь, чтобы выращивать капусту, а отъявленные негодяи уходят в монастыри, уверуя в Бога и преобразившись внутренне, после какой-то точки, до которой дошли и решили повернуть от тьмы к свету. Так что, рождественскому чуду быть! А этот рассказ великого классика чудесен и незабываем!

Есть дома, где, по общему мнению нечисто, то есть, где замечают те или другие проявления какой-то нечистой или по крайней мере непонятной силы.

Петербург, Павловский дворец. Тот самый дворец, о котором ходит много разных слухов, шепотом пересказывается друг другу море жутких историй и не меньше новых придумывается. Дворец, где неоднократно слышали голос умершего Петра Великого, где являлись тени и привидения, которые говорили что-то страшное и вдобавок еще сбывающееся. А позже там разместили кадетов, и они, конечно, не упускали случая пошалить и придумать страшилки для новеньких. Главным атрибутом служили белые простыни, но не забывали мальчишки и о жутчайших звуках, пугающих "молодых и зелёных". И продолжалось всё это до того, как произошел случай, который сразу отбил у всех охоту к пуганьям и шалостям. Один из кадетов стал новым призраком замка.

Некоторое время спустя, поздней осенью, в ноябре 1860 года, произошло еще одно печальное событие - в Инженерном замке умер начальник этого заведения, генерал Ламновский. Кадетам он очень не нравился, они всячески подшучивали над ним, пародировали (конечно же, за его спиной) и периодически устраивали похороны еще живого Ламновского. Генерал приходил в бешенство, грозя мальчишкам наказаниями, его ненавидели и боялись и, уж конечно, нерадивые кадеты считали, что с таким "носом" ничего случиться не может. Тем неожиданнее для всех стала новость о его кончине.

Известно, что в сумерках в душах обнаруживается какая-то особенная чувствительность - возникает новый мир, затмевающий тот, который был при свете: хорошо знакомые предметы обычных форм становятся чем-то прихотливым, непонятным и, наконец, даже страшным.

А тем временем наступил день настоящих похорон Ламновского. По обычаям, которые тогда существовали, у гроба, сменяя друг друга должны постоянно дежурить четверо кадетов... Тут и произошла страшная история, перепугавшая насмерть тех, кто долгое время пугал других.

Здесь ходит некто такой, кого вы не видите и видеть не можете, а в нем и есть сила, с которою не сладишь. Это серый человек, - он не в полночь встает, а в сумерки.

Одного из кадетов словно "черт дернул" напоследок подшутить над генералом. Да, именно в сумерки, при свечах, когда покойник лежал в своем гробу. Что сказать... "Шалость" не удалась, ибо уже четверо стали свидетелями того, как в гробу целовались две смерти...

В русском языке есть устойчивый фразеологизм "подковать блоху", означающий проявить мастерство, необыкновенную выдумку в каком-то деле. После прочтения данного сказа это выражение невольно приобретает дополнительные краски и уже устойчиво ассоциируется с Левшой, оказавшимся тем самым талантливым мастером, сумевшим превзойти иностранных умельцев в своём искусстве, но именно на Родине, по горькой иронии, канувшем в небытие, что непременно наталкивает на размышления в духе "что хотел сказать автор....".

На мой взгляд, автору весьма удачно удалось на таком небольшом объёме и в немного непривычной форме сказа, напоминающего притчу, обыграть многие важные и существенные вещи. Порой восторг, преклонение перед всем иностранным, присущее русскому человеку и обесценивание собственных умений, знаний, красот, всего, что нами создано и что может быть.
Порой не достаёт национальной гордости на всех уровнях, отчего и гибнет талант в расцвете сил и умений вместо того, чтобы быть поддержанным. И это до сих пор, на мой взгляд, является проблемой.

Любовь Левши к своей Отчизне и преданность ей в какой-то момент становятся залогом его трагедии, отчего невероятно грустно и печально. Проблема маленького человека, его боль не находят должного отклика у власть предержащих, что не может радовать, увы...

На всём протяжении сказа хорошо схвачена и передана национальная атмосфера, определённые характерные черты, весьма узнаваемые поведенческие реакции и слова на многих уровнях, во многом создан образ настоящего русского человека, любящего свою Родину, желающего ей добра и стремящегося её прославить своим трудом и мастерством.
И что главное, во многом произведение не потеряло своей актуальности, на мой взгляд....увы...

В русском языке есть устойчивый фразеологизм "подковать блоху", означающий проявить мастерство, необыкновенную выдумку в каком-то деле. После прочтения данного сказа это выражение невольно приобретает дополнительные краски и уже устойчиво ассоциируется с Левшой, оказавшимся тем самым талантливым мастером, сумевшим превзойти иностранных умельцев в своём искусстве, но именно на Родине, по горькой иронии, канувшем в небытие, что непременно наталкивает на размышления в духе "что хотел сказать автор....".

На мой взгляд, автору весьма удачно удалось на таком небольшом объёме и в немного непривычной форме сказа, напоминающего притчу, обыграть многие важные и существенные вещи. Порой восторг, преклонение перед всем иностранным, присущее русскому человеку и обесценивание собственных умений, знаний, красот, всего, что нами создано и что может быть.
Порой не достаёт национальной гордости на всех уровнях, отчего и гибнет талант в расцвете сил и умений вместо того, чтобы быть поддержанным. И это до сих пор, на мой взгляд, является проблемой.

Любовь Левши к своей Отчизне и преданность ей в какой-то момент становятся залогом его трагедии, отчего невероятно грустно и печально. Проблема маленького человека, его боль не находят должного отклика у власть предержащих, что не может радовать, увы...

На всём протяжении сказа хорошо схвачена и передана национальная атмосфера, определённые характерные черты, весьма узнаваемые поведенческие реакции и слова на многих уровнях, во многом создан образ настоящего русского человека, любящего свою Родину, желающего ей добра и стремящегося её прославить своим трудом и мастерством.
И что главное, во многом произведение не потеряло своей актуальности, на мой взгляд....увы...