Отзывы на книги автора «Николай Лесков»

Замечательный сборник из 23 рассказов, среди которых мне не понравилось шесть. Его открывает моя любимая "Ночь перед Рождеством" Гоголя. Затем идёт, уже знакомый по предыдущему сборнику, "Мальчик у Христа на ёлке" Достоевского, который оставил неоднозначное впечатление. После него нас ждут 14 рассказов Николая Лескова, из которых два: понравившийся мне "Неразменный рубль" и не зацепивший "Зверь", я читала в прошлом сборнике, из которого тут также присутствуют полюбившиеся мне: "Чудесный доктор" Куприна, "Ёлка" Чехова и "Ангелочек" Андреева. Так вот, из новых для меня рассказов Лескова, мне понравились:
"Запечатлённый ангел" - о том как ангел людей к церкви привёл;
"Жемчужное ожерелье" - в котором брат рассказчика жениться после двух недель знакомства;
"Привидение в Инженерном замке" - неожиданная страшилка, которая мне очень понравилась. Старинный замок с приведением и покойник. Что может быть лучше?
"Обман" - про похождения офицеров и то, как их обманули;
"Штопальщик" - презабавная история про большое счастье в новом году;
"Старый гений" - который помог старушке должника поймать и деньги с процентами вернуть;
"Пугало" - воспоминание о детстве, наполненном лешими, кикиморами и другими мифическими существами, а также о предубеждении;
"Фигура" - о добром Вигуре, который по совести жил.
Также мне понравились рассказы: "Бедный принц" Куприна - в котором мальчик сбежал из дома колядовать; и "Сапожник и нечистая сила" Чехова - о том, что не стоит завидовать, не зная чужих трудностей.

Как известно, под таким качеством как "простота" могут понимать разное. В плохом смысле, такое качество рассматривают как то, что способно сильно подводить людей. Как в известной русской поговорке: "простота хуже воровства".

Герой этого рассказа прост в хорошем смысле. Выглядя как безхитростный дурачок, он готов помогать всякому, с детства сирота, никогда не имел своей семьи. Понятно при этом, что им двигает глубокое религиозное, христианское чувство добра к другим.

Из самого рассказа непонятно, как он обрёл такую веру. Похоже также, что грамоте он был не обучен. Родом был из крепостных и помнил его автор ещё подростком, живущим на господском дворе.

А своё прозвище "дурачок" он получил из-за своего безотказного характера, готовности помогать всякому и при этом имел привычку не заботиться о своей выгоде.

При его неграмотности и отсутствии информации в рассказе о том, кем он был с ранних лет воспитан, совсем не ясно, откуда он приобрёл такие свойства своего характера.

Лично мне вспоминается в этой связи история из древнеиндийской Бхагавата-пураны о легендарном царе Бхарате. Там описываются несколько его жизней. В одной из них он был могущественным царём. Следуя благочестивой традиции, он в пожилом возрасте оставил царство и отправился в лес заниматься медитацией и йогой, чтобы достичь просветления. Но там он столкнулся с ситуацией, когда ему удалось спасти оленёнка, о котором он стал заботиться и сильно привязался к нему. Однажды, он обнаружил, что оленёнок ушел в неизвестном направлении ночью. Царь бросился искать его в лесу, но ночью не увидел края обрыва и упал с него, сломав себе шею и погибнув. Согласно закону перерождения, самсары, или реинкарнации, так как в момент смерти он думал об олене, он родился в следующей жизни в теле оленя, но благодаря его благочестию в теле оленя он помнил о своей прошлой жизни. Теперь в теле оленя он провел жизнь в гималайских лесах, рядом с жилищами йогов, питаясь остатками их еды. В следующей жизни он опять получил рождение в теле человека, в семье брахманов. Но при этом он хорошо помнил свои злоключения в прошлых жизнях. Поэтому в новой жизни он прикинулся дурачком, чтобы никто не мешал ему жить, сосредоточив своё сознание в медитации на Верховном Господе. Продолжение этой истории опишу позже, когда буду рецензировать ту часть Пураны, в которой эта история описана. Но история Лескова про мальчика-дурачка натолкнула меня на этот известный мне сюжет. Откуда берутся порой у людей те или иные неожиданные качества.

Миссионерство для христианства обыденное явление. Распространение христианства по миру происходило, в том числе и через миссионерство. Одной из задач главного героя повести, архиерея, было распространение православия среди коренных народов Сибири.

С самого начала произведения мы становимся участниками дискуссии по поводу неудач русского миссионерства по сравнению с чужеземным. Рассказчик-архиерей делает акцент, что сама эта деятельность должна основываться на тонкостях понимания Христа. И на примере картин, где изображен Христос, архиерей производит сравнение западного видения Христа и российского. Изображения Христа, которые любят в какой-либо стране, отображают понимание внутренней сути Его. Про понимание внутренних черт характера Христа, владыко рассказывает историю из своей службы. Суть которой в получении урока от местных дикарей по поводу веры в Бога и отношения к жизни.

Местное население было народом простым, незамысловатым и непосредственным. Например, возможность священниками прощать грехи раскаявшимся христианам, они воспринимали ка возможность грешить, а потом просто раскаяться. Поэтому к тем, кто крестился, у них не было веры, главы их коренных религий, отбирали у новокрещенных имущество и к ним были прочие притеснения. Бездумно насаждаемая вера вносила раскол и разлад в их веками сложившуюся жизнь.

Урок, полученный архиереем, был в том, что та вера и уклад жизни, сложившийся у местных аборигенов была очень близка к пониманию христианами Бога. А грубое вмешательство миссионеров оборачивало жизнь местного населения к саморазрушению. Что необходимо очень тонко подходить к миссионерству, упор делая на местные традиции, веру и на собственный пример воплощения христианских ценностей.

Архиерей собрался сам наведаться к местному населению и посмотреть, как ведется миссионерская деятельность на местах. Для этого он взял с собой замечательного старенького уже монаха, Кириака, который отказывался вести миссионерскую деятельность.
Произведения Лескова насыщены мудростью и символизмом. Например, когда архиерей пришел к Кириаку в его келью, то принес ему горшочек каши, тот ему предложил поесть этой каши с ним:

«– Ну, покушай у меня, владыко; твоим же добром да тебе же челом.»

Так и вышло при выполнении миссионерской миссии. Ехал владыко учить аборигенов христианству, а получил от них урок истинного христианского поведения.

Во время путешествия на собачьей упряжке, владыко пытался поучать своего проводника христианской премудрости и начал убеждаться в его неспособности к обучению. В дальнейшем случилась снежная буря, сани сломались и всё переменилось. Владыко впал в поведение недостойное христианина, а местный дикарь, по-простому, на основе своей веры, продемонстрировал христианское поведение.

Этот пример может показывать, что для настоящей веры необязательно принадлежать к какой-либо религии, особенно к официальной её части, сильно много там формализма, скрывающего истинную ценность веры.

Кириак, в это время, ехал на другой упряжке, с вновь крещенным, который во время снежной бури, забрал всю еду и бросил его. В итоге Кириак погиб, но из-за своей высокой репутации среди населения, местные жители стали почитать "кириакова Бога", уверовали в него и принимали христианство.

«Добрый народ у костей доброго старца возлюбил и понял бога, сотворившего сего добряка, и сам захотел служить богу, создавшему такое душевное «изящество».»

Название книги может говорить не столько о крае земли, сколько о пограничном состоянии света и тьмы, когда проявляется истинная вера человека.

Книга будет интересна людям интересующимся русским православием, русской историей и многонациональным народом России. Повествование ведется в виде сказа, с успокаивающим ритмом. Поэтому я получал отдых от прочтения.

Вот что по поводу миссионерства, среди коренных народов Востока, говорит митрополит Антоний Сурожский:

«В жизни старца Силуана, о котором некоторые из вас знают или читали, есть рассказ о том, как он обсуждал миссионерскую деятельность с одним из русских епископов, живших на Востоке. Этот епископ был очень прям, очень убежден и очень фанатичен. И Силуан его спросил: как же вы стараетесь убедить, обратить в христианство людей, которые вас окружают? Тот ему ответил: я иду в буддийское капище и обращаюсь ко всем присутствующим, говорю им: то, что вы видите, все эти статуи – это идолы, это камни, это дерево, это ничто; бросьте, разбейте, поверьте в истинного Бога!.. Силуан ему говорит: а что с вами тогда случается? Миссионер ему отвечает: эти бесчувственные, безумные люди меня выкидывают из храма и бьют!.. Силуан ему говорит: а знаете, что вы могли бы достичь лучших результатов, если бы вы пришли в их храм, посмотрели, с каким благоговением эти люди молятся, как они чтут свою веру, позвали бы нескольких из них посидеть на лестнице снаружи и сказали бы: расскажите мне о вашей вере... И каждый раз, когда то, что они говорят, давало бы к тому повод, вы могли бы им сказать: как прекрасно то, что вы только что сказали! Если б только к этому прибавить вот такую-то мысль, как это бы расцвело в полную красоту!.. И так вы внесли бы в их мировоззрение то тут, то там ту или другую мысль из Евангелия или из веры православной. Вы их не обратили бы сразу, но вы бы обогатили их тем, что Христос принес на землю...»

Миссионерство для христианства обыденное явление. Распространение христианства по миру происходило, в том числе и через миссионерство. Одной из задач главного героя повести, архиерея, было распространение православия среди коренных народов Сибири.

С самого начала произведения мы становимся участниками дискуссии по поводу неудач русского миссионерства по сравнению с чужеземным. Рассказчик-архиерей делает акцент, что сама эта деятельность должна основываться на тонкостях понимания Христа. И на примере картин, где изображен Христос, архиерей производит сравнение западного видения Христа и российского. Изображения Христа, которые любят в какой-либо стране, отображают понимание внутренней сути Его. Про понимание внутренних черт характера Христа, владыко рассказывает историю из своей службы. Суть которой в получении урока от местных дикарей по поводу веры в Бога и отношения к жизни.

Местное население было народом простым, незамысловатым и непосредственным. Например, возможность священниками прощать грехи раскаявшимся христианам, они воспринимали ка возможность грешить, а потом просто раскаяться. Поэтому к тем, кто крестился, у них не было веры, главы их коренных религий, отбирали у новокрещенных имущество и к ним были прочие притеснения. Бездумно насаждаемая вера вносила раскол и разлад в их веками сложившуюся жизнь.

Урок, полученный архиереем, был в том, что та вера и уклад жизни, сложившийся у местных аборигенов была очень близка к пониманию христианами Бога. А грубое вмешательство миссионеров оборачивало жизнь местного населения к саморазрушению. Что необходимо очень тонко подходить к миссионерству, упор делая на местные традиции, веру и на собственный пример воплощения христианских ценностей.

Архиерей собрался сам наведаться к местному населению и посмотреть, как ведется миссионерская деятельность на местах. Для этого он взял с собой замечательного старенького уже монаха, Кириака, который отказывался вести миссионерскую деятельность.
Произведения Лескова насыщены мудростью и символизмом. Например, когда архиерей пришел к Кириаку в его келью, то принес ему горшочек каши, тот ему предложил поесть этой каши с ним:

«– Ну, покушай у меня, владыко; твоим же добром да тебе же челом.»

Так и вышло при выполнении миссионерской миссии. Ехал владыко учить аборигенов христианству, а получил от них урок истинного христианского поведения.

Во время путешествия на собачьей упряжке, владыко пытался поучать своего проводника христианской премудрости и начал убеждаться в его неспособности к обучению. В дальнейшем случилась снежная буря, сани сломались и всё переменилось. Владыко впал в поведение недостойное христианина, а местный дикарь, по-простому, на основе своей веры, продемонстрировал христианское поведение.

Этот пример может показывать, что для настоящей веры необязательно принадлежать к какой-либо религии, особенно к официальной её части, сильно много там формализма, скрывающего истинную ценность веры.

Кириак, в это время, ехал на другой упряжке, с вновь крещенным, который во время снежной бури, забрал всю еду и бросил его. В итоге Кириак погиб, но из-за своей высокой репутации среди населения, местные жители стали почитать "кириакова Бога", уверовали в него и принимали христианство.

«Добрый народ у костей доброго старца возлюбил и понял бога, сотворившего сего добряка, и сам захотел служить богу, создавшему такое душевное «изящество».»

Название книги может говорить не столько о крае земли, сколько о пограничном состоянии света и тьмы, когда проявляется истинная вера человека.

Книга будет интересна людям интересующимся русским православием, русской историей и многонациональным народом России. Повествование ведется в виде сказа, с успокаивающим ритмом. Поэтому я получал отдых от прочтения.

Вот что по поводу миссионерства, среди коренных народов Востока, говорит митрополит Антоний Сурожский:

«В жизни старца Силуана, о котором некоторые из вас знают или читали, есть рассказ о том, как он обсуждал миссионерскую деятельность с одним из русских епископов, живших на Востоке. Этот епископ был очень прям, очень убежден и очень фанатичен. И Силуан его спросил: как же вы стараетесь убедить, обратить в христианство людей, которые вас окружают? Тот ему ответил: я иду в буддийское капище и обращаюсь ко всем присутствующим, говорю им: то, что вы видите, все эти статуи – это идолы, это камни, это дерево, это ничто; бросьте, разбейте, поверьте в истинного Бога!.. Силуан ему говорит: а что с вами тогда случается? Миссионер ему отвечает: эти бесчувственные, безумные люди меня выкидывают из храма и бьют!.. Силуан ему говорит: а знаете, что вы могли бы достичь лучших результатов, если бы вы пришли в их храм, посмотрели, с каким благоговением эти люди молятся, как они чтут свою веру, позвали бы нескольких из них посидеть на лестнице снаружи и сказали бы: расскажите мне о вашей вере... И каждый раз, когда то, что они говорят, давало бы к тому повод, вы могли бы им сказать: как прекрасно то, что вы только что сказали! Если б только к этому прибавить вот такую-то мысль, как это бы расцвело в полную красоту!.. И так вы внесли бы в их мировоззрение то тут, то там ту или другую мысль из Евангелия или из веры православной. Вы их не обратили бы сразу, но вы бы обогатили их тем, что Христос принес на землю...»

Вот это я понимаю удар - автор с первых же страниц укладывает читателя на лопатки. "Запечатленный ангел" - прекрасная возможность проверить себя как читателя на выдержку. Я грызла книгу, продиралась сквозь текст, словно через колючий терновник, но упорно лезла вперёд, делая частые передышки. Но я выбралась, дочитала до конца и, как ни странно, результат мне понравился. Во первых, чувствуешь себя героем, победившим чудо-юдо, а во-вторых, автор всё-таки награждает читателя интересным финалом.

В чем "фишка" этой повести? Язык, которым она написана. Девяносто пять процентов текста - это рассказ от первого лица, да не простого человека, а старовера второй половины 19 века. Лесков - гениальный стилист, он с щепетильной точностью воссоздал речь староверов. Здесь использованы не только историзмы и архаизмы, но и привычные слова и фразы часто исковерканы до неузнаваемости. Сами предложения построены абсолютно по-другому, непривычно нашему слуху. Иногда приходится перечитывать их не по одному разу, чтобы понять смысл сказанного. Я уж не говорю о том, что весь рассказ сочится "мифологией", если так можно выразиться, староверов - в книге огромное количество отсылок к священным писаниям и житиям святых. Если бы не многочисленные комментарии к тексту, можно просто потонуть под грузом этих деталей. Таким же "старовеским" языком даются описания, например, строительства моста или техники иконописи. Все это читать архисложно. Но, при определенном настрое, даже интересно. "Запечатленный ангел" - это уникальный памятник языку, который утрачен навсегда.

Не буду углубляться в сюжет, скажу только, что это история о том, как староверы, у которых отобрали их самую главную реликвию чудодейственную икону с ликом ангела, решились на авантюру - написать точно такую икону и подменить ею отобранную.

Прочитала повесть неделю назад и до сих пор "отхожу" от чтения. Как только закончила читать, первая мысль была "всё, больше Лескова читать не буду, он мне не по зубам". Сейчас, конечно, я немного передохнула и уже нацеливаюсь на другие повести автора.

Множество людей хорошо знают творчество Лескова по «Левше» (3000 +), по «Очарованному страннику» (2500 +) да по «Леди Макбет Мценского уезда» (5400 +), поменьше людей знакомы с его романами (тут счёт уже на десятки и в лучшем случае на сотни идёт), а всё остальное лесковское пользуется спросом лишь у единиц и порой десятков читателей. Хотя автор считался в определённые времена «самым русским писателем».

Дальше...

Прослушанный в формате аудиозаписи спектакля очерк, так же как и «Леди Макбет...», представляет собой своеобразный портрет определённого женского типа. По форме это рассказ главной героини очерка Домны Платоновны о каких-то примечательных событиях и происшествиях из своей собственной жизни, ну и о судьбах некоторых других женщин. В которых она принимала самое прямое и непосредственное участие. Знаете, есть такие дамочки, которых хлебом не корми, но дай возможность вмешаться в чью-то жизнь, изменить что-то в этой несвоей жизни так, как хотелось бы ей. А то и вовсе заняться элементарным сводничеством попавшей в непростую жизненную ситуацию женщины с богатеньким «папиком», который за услуги определённого рода готов взять её на тайное содержание.

Центральное место в первой части спектакля (пишу о спектакле, ибо разыгранная пьеса могла претерпеть некоторые изменения и отклонения от авторского лесковского текста) как раз и занимает рассказ этой самой Домны. П. О такого рода случае. Причём конечно же ситуация преподносится рассказчицей как пример покровительства по отношению к несчастной молодой женщине.

А затем автор и актёры рассказывают зрителям/читателям о том, как в дальнейшем сложилась судьба и этой дамы, и самой Домны Платоновны. Причём понятно, что концовка подводит нас к мысли, что всякое «добро» не остаётся без отплаты. Хотя не всё так однозначно и в судьбе самой Домны было всякой всячины.

Пара слов непосредственно о спектакле: в главной роли несравненная Вера Васильева (фильм «Девчата» и фильм-спектакль «Безумный день, или Женитьба Фигаро» помнят наверняка многие) и одно ощущение присутствия этой великолепной актрисы придаёт атмосфере спектакля невыразимое очарование. Тем более, что аудиозапись велась непосредственно из зала и потому слышны все зрительские реакции на происходящее на сцене. Кстати сказать, вроде бы есть и видеозапись именно этой спектакля «Воительница» (1988), надо бы посмотреть...

Только ленивый у нас не употребляет к месту и не к месту выражение "жить не по лжи". Но практически никто толком не понимает его внутренней сути. Кстати, Николай Семенович Лесков тоже до поры до времени не знал и не ведал, кто такие праведники. Хотя слово это слышал, наверное, куда чаще, чем мы слышим его сейчас. Все дело в том, что есть на Руси явление, которого более нет нигде. И называется оно старчество. Это не объяснить никакими словами. Живет себе человек и живет. Вроде ничем особым не отличается. И даже наоборот, выглядит для многих, как чудак-человек. Но только другим почему-то становится тепло рядом с ним. Вот и отправился писатель по всей необъятной Руси искать тех, кто слыхом не слыхивал о философе Канте, но для кого нравственный закон внутри себя непреложная истина.
Вот о таких людях и написаны рассказы, вошедшие и в этот сборник, и в большой лесковский цикл, ставший едва ли не главным в литературной судьбе писателя.
Не могу сказать, то все прочитанное было столь захватывающим. Лично мне где-то было маловато художественности рассказа, когда Лесков слишком уходит в публицистику. Местами встречаются такие религиозные дебри, в которых чувствуешь себя, как в трех соснах: вроде бы слова знакомые, а смысл ускользает, поскольку я отнюдь не знаток всех тонкостей Писания.
Высота помыслов многих героев рассказов этого цикла просто поражает. Никто их святыми не объявлял, но они и без этого поднялись на такую высоту нравственности, что ее просто невозможно постигнуть.
Именно таков простой солдат Измайловского полка Постников, совершивший подвиг и претерпевший из-за подлеца мучительную экзекуцию. Ни слова жалобы, никаких протестов: он же пост оставил. Вот и наказание пришло. Ах, как мастерски описывает Лесов метания часового меж двух выпавших на его долю моральных долгов: спасти человека или выполнить до конца солдатскую обязанность. И долг сердца оказывается выше. Солдат высок нравственно. Таковым и пребудет. А вот те, кто подлость совершают ради собственного благополучия или корысти ради? А тем Господь судья.
Вот она, главная мысль, ради чего и писал Лесков эти рассказы: жить по совести часто очень тяжело, но иначе нельзя.
Так живет Несмертный Голован, до самой гибели проживший в совершеннейшей чистоте рядом с любимой женщиной, поскольку замужем она. Не может свершить экзекуцию над невиновным герой рассказа Пигмей. Хотя и терзают его смутные сомнения, что может попасть впросак.
Хотя герои очерка "Инженеры-беессеребренники" могут вызвать некоторое раздражение. Мне показалось, что в своем безудержном и неколебимом рвении бессеребренничества они явно перегнули палку. По меньшей мере с точки зрения человека ХХI века. как по мне поведение этих людей весьма отдает занудством. И, как не вертите, но жить в обществе и быть от него свободным, нарочито противопоставлять себя окружающим, мягко говоря, не хорошо.
Наверное, следует сказать несколько слов об удивительном юморе Лескова. Рассказ Однодум я прочла несколько раньше ( рецензия), но как же я насмеялась, читая рассказ "На краю света". И как мастерски сочетает писатель смешное и трагическое!

Я в полусне еще хотел поправиться, но вижу, что меня опять кто-то пошатнул назад; а вокруг все воет... Что такое?— хочу посмотреть, но нечем смотреть — глаза не открываются. Зову своего дикаря:

— Эй ты, приятель! где ты?

А он на самое ухо кричит мне:

— Прочкнись, бачка,— прочкнись скорей! застынешь!

— Да что это,— я говорю,— не могу глаз открыть?

— Сейчас, бачка, откроешь.

И с этими словами — что бы вы думали?— взял да мне в глаза и плюнул и ну своим оленьим рукавом тереть.

— Что ты делаешь?
— Глаза тебе, бачка, протираю.

— Пошел ты, дурак...

— Нет, погоди, бачка,— не я дурак, а ты сейчас глядеть станешь.

И точно, как он провел мне своим оленьим рукавом по лицу, мои смерзшиеся веки оттаяли и открылись

Все! Я на сем умолкаю. И очень очень рекомендую всем: читайте Лескова! Наслаждайтесь его прекрасным русским языком, где-то не соглашайтесь, смейтесь и плачьте. Николай Семенович того стоит.

Яркими, сказочными красками написана история жизни очарованного странника. Жизни, которой хватило бы на десять странников, но всё досталось одному. Видимо, это такой собирательный образ.

Автор считает его праведником. Сам герой считает себя грешником. Кто же он на самом деле? Его посылы и стремления светлы и богоугодны, но его импульсивные (а иногда и спланированные) действия часто богомерзки.

С одной стороны, пьянство, азарт, жестокость по отношению к животным и некоторым людям, полное безразличие к своим женам и детям, воровство, убийства. С другой стороны, крепкая вера в бога, патриотизм, храбрость, милосердие, жертвенность, смирение.

Ангельское милосердие и дьявольская жестокость могут ужиться вместе только если у человека нет внутреннего стержня, и он легко может склониться в любую из сторон. С другой стороны, герой твердо верит в бога — обычно это очень твердый, несгибаемый стержень.

Может быть это такая широкая русская душа? Не могу судить. В чем она заключается? Если в непонятном томлении и страсти, то тогда, пожалуй, и так. Имя, да, трижды русское — Иван Северьянович Флягин. (Четвертое измерение русскости добавляет имя человека, рассказавший мне эту историю — Клюквин :))

Чем, кем он очарован? Богом? В любом случае, вера его вне религии. Вообще, по православию автор прошелся неликоприятно. Миссионеры в степях отказались его спасать, так как их цель — обращать неразумных татар в христианскую веру, а не помогать своим православным братьям. Да и в других случаях православие не выглядит у Лескова привлекательным.

Очарован людьми? Не исключено. Один маг его очаровал буквально, да и влияние на него цыганки не обошлось без каких-то потусторонних чар.

Но скорее всего он очарован именно своей дорогой. С жадностью он встречает всё новые повороты на своем тернистом пути, зачастую ища их сам.

Он прежде всего странник и этим уж и очарован. И здесь как никогда кстати можно вспомнить мотив лошадей — единственное, что сопровождает его на всём долгом пути. В начале своего повествования Голован рассказывает об укрощенном им когда-то с помощью особой хитрости диком коне. Рассказчик укротил его мистическим страхом, физической болью, а затем лаской.

Не это ли портрет и самого героя? Дикий, необузданный конь, которого никто не может приручить. Ни бог, ни царь и не герой. В его жизни было много мистического страха, много боли и много ласки. Но при этом не нашлось силы, которая бы смогла укротить его необузданный страстный бег. Так он и скачет по дорогам до сих пор. Ещё и на войну собирается на старости лет.

Может быть в этой страстности и заключается та самая русская душа? И цыганка тогда полюбилась ему именно за свою дикость. Не знаю, душа Голована для меня потемки.

Но конь, хоть и умное животное, но всё же не чета человеку. Так и Иван Северьянович в своих рассуждениях иногда напоминает неразумного ребенка. И тогда его мощная богатырская сущность скукоживается до какого-то карикатурного солдата Швейка. То ли идиот, то ли мудрец. Что ни сделает — всё не так. Хочет как лучше, а получается как всегда. То ли праведный странник, гордо ступающий по Земле Русской, то ли неприкаянный скиталец, безропотно воспринимающий удары судьбы.

Можно сравнить героя и с Големом, чья сила и желание послужить своему Богу не соответствовали возможностям и самой природе.

Ведь не зря же рассказчик всё-таки ушел в монастырь с мыслью:

Что больше повиноваться, то человеку спокойнее жить

Да, коням, Швейкам и Големам лучше только повиноваться, не проявляя никакой инициативы. Впрочем, и это не всегда спасает окружающих их людей от бед.

Короче, запутал меня автор. Снова, как и в "железной воле", он предстал передо мной Шахерезадой, плавно плетущей кружева своих экзотических сказок. Но морали на этот раз я не понял.

Лесков суров не только с взрослыми читателями, но и с юными. Рассказ "Зверь" маркирован для среднего школьного возраста.

Это святочный рассказ, а значит читателя ждёт чудесное преображение одного из героев. Но кроме этого Лесков снабдил "Зверя" и нравственной составляющей: милосердие и наказание, добро и зло.

Рассказчик вспоминает свое детство, когда он гостил у дяди в Орловской губернии. Канун Рождества. Дядя - деспот. И судя по описанию, которым наградил своего персонажа Лесков, то можно еще поспорить, кого он назвал зверем. Медведя ли?

Медведь, который носит непривычное для такого животного имя Сганарель, ведет себя вполне прилично для крупного хищника. Прирученные еще медвежонком, он жил в поместье и мог перемещаться довольно свободно. Медвежат держали вольно, пока в них не просыпались звериные инстинкты. Спустя 5 лет и Сганарель, каким бы ручным и смышленым он не был, вспомнил, что он дикий хищник. За это и был "приговорен" дядей к смертной казни.

А исполнить "казнь" должен был Храпошка, который кормил и воспитывал зверя. Так решил дядя. Почему? Потому что может, потому что хуже хищника обращается со своими крепостными. Стоило дяде узнать, что Храпошка очень боится, что именно ему достанется эта работа, неприминул поручить именно ему разобраться с Сганарелем. Рассказчик и его двоюродный брат чувствуют себя виноватыми, так как именно они разболтали опасения Храпона.

В этом заключается социальная проблема рассказа - крепостное право. Пусть к моменту написания рассказа (1883) крепостное право было уже отменено, но не изжито до конца. Помещики всё так же самодурствуют, а крестьяне всё также покорны.

Рассказ "Зверь" слишком "настоящий", чтобы быть детским, как по мне. Лесков во всех подробностях описывает охоту. Всю ее неприглядность и кровавость. Охота была обычной забавой помещиков, но от этого она не становится гуманной. Собаки, хватающие медведя мёртвой хваткой, медведь, разрывающий собак, разорванные губы загоняемой во время охоты лошади. Картинки те ещё. Но именно это символизирует в рассказе власть. Весь ужас власти.

В рассказе видно, что Лесков осуждает не только власть человека над человеком (крепостное право), но и власть человека над животным, насилие над ними. Это видно и на примере собак, которые выполняют приказы ценой своей жизни, лошадей, прирученного хищника, который остается диким и не забывает, что он хищник, а потому задирает и гуся, и пони, и топчется на слепце с его поводырем. Все эти бессмысленные страдания животных ради увеселения людей. И жизни крепостных, и жизни животных зависят от помещика. Как он решит.

Я рада, что Сганарелю удалось бежать от безумного помещика. Никакой человек в здравом уме не будет держать у себя медведя.

А раз рассказ святочный, то и с дядей должно произойти чудо преображения. Услышав слова священника о любви и прощении, деспот-помещик преобразился. На глазах у него появились "слезы очищения". Он даже даёт Храпошке вольную, хотя Ферапонт ждал наказание за то, что позволил медведю сбежать. Но тот не уходит и остается верным слугой. Дядя же с той поры стал помогать нуждающимся.

В это преображение, как мне кажется, Лесков вложил свою "хотелку". Тётка Лескова была выдана замуж за старого, жестокого, но богатого мужчину. И наверняка он думал о такой чудесной перемене, которая могла бы произойти с его родственником. Но это вполне может оказаться пустым домыслом.

Рассказ, хоть и жесток местами, но честный. Не показывает хищного зверя только игривым пушистиком, как это было в сказке "Аришка-трусишка".

Как сообщают сетевые источники, повесть "Воительница" - вторая история из серии женских образов - портретов. Первая -   Леди Макбет Мценского уезда  .

Рассказчик, повествование ведется от первого лица, знакомит нас с кружевницей Домной Платоновной, женщиной лет сорока пяти, отрекомендовав её как свою старую знакомую. Домна Платоновна кружев не плетет, она их продает. Но это не основная сфера её деятельности (если так можно выразится).

Кроме кружевной торговли, у Домны Платоновны были еще другие приватные дела, при орудовании которых кружева и воротнички играли только роль пропускного вида.

Домна Платоновна постоянно "хлопочет": занимается сватовсвом и сводничеством, ставит людей на доходные места, находит деньги под заклад и т.п. Делает это она, не столько корысти ради, а, как уверяет, сколько по доброте душевной.

Впала в свою колею Домна Платоновна ненароком. Сначала она смиренно таскала свои кружева и вовсе не помышляла о сопряжении с этим промыслом каких бы то ни было других занятий: но столица волшебная преобразила нелепую мценскую бабу в того тонкого фактотума, каким я знавал драгоценную Домну Платоновну.

Повесть, хотя сам Лесков назвал её очерком, как бы говоря о документальном характере произведения, в основном, состоит из диалогов рассказчика и Домны Платоновны, которые происходят при их встрече. Каждый раз диалог перерастает в монолог женщины, повествующий о том или ином случае из её жизни и сетующей на людскую неблагодарность. По ходу прочтения, вырисовывается образ Домны Платоновны, сочетающий в себе противоречивые качества. В ней, например, доброта и соучастие "прекрасно уживаются" с жестокостью и циничным расчетом...

Решила Домна Платоновна помочь полковнице Леканидке, которая  оказалась без средств к существованию по собственной дурости (так считает кружевница) . Ушла Леканидка от мужа к возлюбленному , а тот обобрал её и бросил. Позвала Домна Платоновна полковницу к себе жить, да и стала подыскивать ей богатого любовника. А Леканидка взяла и заартачилась. Домна Платоновна договаривается то с одним, то с другим состоятельным "клиентом", а неблагодарная Леканидка срывает свидания, или из дома убежит, или дверь не откроет. Разозлилась Домна Платоновна и так избила Леканидку, что самой её стало жалко... 

Знакомство с творчеством Лескова начала с повести, которую упомянула выше - "Леди Макбет Мценского уезда". Не смотря на некоторую вычурность  и гротесковость повествования, история Катерины (той самой "леди Макбет") показалась мне занимательной и психологически точной. Рассказ же про кружевницу понравилась меньше, и к образу Донны Платоновны остались вопросы.

Пара ситуаций, в которые попадала героиня, описаны ей самой иносказательно. А с учетом  "разговорной речи" Домны Платоновны (Лесков сам "изобрел" множество слов и словосочетаний) не уверена, что поняла на 100% что же там приключилось с кружевницей. Опять таки, что дает мне для раскрытия образа прям анекдотическая случай, когда она, спьяну,  "поменялись" с кумой мужьями?

Не логичной показалась и история с Валеркой. То что в любилась в молодчика, а он оказался беспутным негодяем - верю. Но произошедшей в Домне Платоновне перемене — не верю.