«Воскресение» читать бесплатно онлайн книгу 📙 автора Льва Толстого, ISBN: , в электронной библиотеке MyBook
image
Воскресение

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Бесплатно

4.67 
(763 оценки)

Воскресение

495 печатных страниц

2006 год

12+

Введите вашу электронную почту и читайте эту и еще 410 000 книг

Оцените книгу
О книге

«Воскресение» – шедевр позднего творчества Льва Толстого.

История уставшего от светской жизни и развлечений аристократа, переживающего внезапное духовное прозрение при трагической встрече с циничной «жрицей любви», которую он сам некогда толкнул на этот печальный путь.

История болезненной, мучительной переоценки ценностей и долгого трудного очищения…

читайте онлайн полную версию книги «Воскресение» автора Лев Толстой на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Воскресение» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 1899Объем: 891842
Год издания: 2006
ISBN (EAN): 517033253x
Правообладатель
12 140 книг

Поделиться

Shishkodryomov

Оценил книгу

Лев Толстой долго мучился и кривлялся. Наконец, его прорвало. Если кто-то не хочет или не может читать этот толстенький труд, то достаточно ознакомиться с последней главой. Нет, на 700 страницах много интересного и новаторского для конца 19 века, но в настоящий момент эта информация никакой ценности собой не несет. Последняя глава кратко подытоживает все то, что сумбурно и нервно автор пытался нарисовать в течении всего повествования. Основное - это помните о Хозяине, живите по правилам и помните о предназначении Божьем. Ну, и, естественно, только при таком раскладе нас ждет на земле царство божие. Опять же "царство". Я тоже верю в высшее предназначение человека, но при этом прекрасно понимаю, что это значимо исключительно для меня одного. Планетам, звездам, галактикам до лампочки - что я там о себе возомнил. Да, что там далеко ходить, зачастую это не особенно беспокоит даже близких людей. Приверженцы Толстого не могут жить без правил, без самомнения, основанного на какой-нибудь слащаво-морализующей туфте. Представляю, как Толстой писал это свое "Воскресение", умиляясь от собственной правильности, плача и вытирая сопли мокрой бородой. Предложенный им инструмент выливается в формулировку "если ты аморален, потому что я так решил, то подлежишь немедленному расстрелу на месте". Знаем, так ЧК и работал.

Главный герой мечется, совершает необычайные для себя умственные прорывы, ибо всю жизнь шатался по кабакам и о жизни народа имел отдаленное представление. Образ его сразу же напомнил мне Гамлета, а причина для трясучки может быть абсолютно любая - не все ли равно. То, что высшие эшелоны власти и светское общество далеки от народа - было ясно всегда и в любые времена, если общество должным образом расслоено. Примером может послужить современная Россия. Что есть и было у Толстого, это нехилое ощущение себя в потоке времени. Он хорошо прочувствовал момент, необходимый для написания подобного произведения. Революционные массы только начали набирать силы, но уже были видны. Впрочем, Толстой это свое качество, благодаря обработке собственным гигантским эго, раздул до невероятных размеров, возомнив себя великим историком. Энгельс четко характеризует этих "революционеров" еще в середине 19 века

небольшая часть господствующего класса отрекается от старого общества и примыкает к революционному классу, к тому классу, которому принадлежит будущее. Вот почему, как прежде часть дворянства переходила к буржуазии, так теперь часть буржуазии переходит к пролетариату, именно – часть буржуа-идеологов, которые возвысились до теоретического понимания всего хода исторического движения.

Когда я дочитал произведение, моя зарубцевавшаяся было рана стала кровоточить. Вспомнил я тоже свою несчастную брошенную (одну выбрал из сотен, физически не могу вспомнить всех имен и лиц) и не смог с этим жить. И отправился на розыски своей Катерины. Нашел я ее и пал к ее ногам, вымаливая прощение. И простила она меня, бросила мужа и 4-х детей. Муж ее решил с горя застрелиться, но стрелял очень плохо и промахнулся. Не умер, но вышиб себе мозг. Теперь дети навещают его в дурдоме, а после едут к Курскому вокзалу, выпрашивая по дороге монеты, садятся в электричку и едут в Ясную Поляну, на могилку Льва Николаевича. Благодарят его за счастье земное, за то, что разбудил нравственность, правду, духовность и всякую другую муть, за то, что заставил всех жить в согласии с его, толстовской, совестью.

И еще, такое скромное название произведения. Впрочем, Иисус тоже был с бородой.

9 июня 2013
LiveLib

Поделиться

barbakan

Оценил книгу

Помните знаменитую сцену из фильма «Матрица», где Морфеус предлагает Нео таблетки: синюю, чтобы все забыть или красную, чтобы все узнать.
– Ты здесь, потому что ты все время ощущал, что мир не в порядке, – говорит Морфеус. – Эта мысль, как заноза, в мозгу. Она сводит с ума. Правда?
Нео кивает.
– Ты ведь понимаешь, о чем я говорю? – спрашивает Морфеус.
– Матрица? – говорит Нео.
– Правильно. Ты ощущаешь матрицу везде. Целый мир, надвинутый на глаза, чтобы спрятать правду.
– Какую правду?
– Что ты просто раб, Нео. Как и все, ты с рождения – в цепях. В темнице разума. Невозможно объяснить, что такое матрица. Ты должен увидеть это сам.

А теперь представьте, что в кресле Морфеуса сидит Лев Николаевич Толстой, а напортив него – Нехлюдов. «Примешь синюю таблетку, и все останется, как прежде. Примешь красную таблетку – войдешь в страну чудес», – говорит Толстой. А точнее, – в страшный мир, в Россию, с которой сняли красивое платье, а под ним не оказалось кожи. Только голое кровоточащее тело и абсолютное страдание.

Мысль о «Матрице» пришла мне в голову, потому что перерождение главного героя в романе произошло уж слишком стремительно. За день до перелома он жил обычной жизнью праздного аристократа с деньжатами, любовницей и богатой невестой, как вдруг – оказался готов раздать все богатство и с котомкой отправиться в Сибирь, приносить себя в жертву. Русские писатели на такое превращение всегда тратили 500-600 страниц. А тут – одна секунда. Будто Нехлюдов и правда закатил красную таблетку, и пелена спала. Матрица российской жизни конца XIX века рассыпалась на пиксели.

Что мы живем неправильно, и социальная действительность наша устроена неправильно, Лев Толстой понял за десять лет до начала написания романа «Воскресение». Понял, что архитекторы этого мира, люди жадные, властолюбивые и порочные, пытаются аттестовать эту действительность как единственно возможную. И это лишь полбеды. Страшнее, что множество людей подобная ситуация устраивает, потому что легализует их жадность, властолюбие и пороки, признавая нормой. И все сосредоточено молчат, как в той сказке про голого короля. Толстому хотелось кричать, что король голый.
И Толстой кричал.
В 1882 году он написал «Исповедь», а в 1884 году – богословскую работу «В чем моя вера?» И еще тысячу страниц толкований Евангелия, критики догматического богословия и тому подобного. Он разработал свое учение до мелочей.
Но докричаться не удавалось.
Признаюсь, до меня – тоже. Я читал его богословские тексты. Головой понимал, что он пишет правильные вещи. Что Христос 2000 лет назад оставил людям заповеди: не противься злу, подставь другую щеку, просящему дай, возлюби врага. В них была великая логика. Но за все прошедшее время его заповеди никто не соблюдал. Вообще – ни разу! Может быть, только пара святых и блаженных. А весь «христианский мир» делал противоположное заповедям, прикрывая любое свое преступление именем Христа. Потому что все, что нас окружает, с точки зрения Толстого, – спокойствие, безопасность наша и семьи, наша собственность… все построено на законе, отвергнутом Христом, на законе: «зуб за зуб».

По Толстому, мы живем в матрице. Культура, история, воспитание и образование, все это служит прочными опорами матрицы. Мы действуем как людоеды, как откровенные преступники, но никто этого упорно не замечает. Потому что так принято. Принято иметь людей в рабстве и отбирать у них деньги, принято получать награды и уважение за то, что убиваешь людей. Принято осуждать других и запирать их в клетки. Принято уважать богатых и унижать бедных.
Из старых социальных норм, из слов «так принято» сделаны решетки в темнице разума. Толстой выпускает Нехлюдова на свободу. И отправляет своего героя по России, с которой сорван покров. По России, увиденной отстраненным взглядом, ребенком, который еще не пошел на миллион компромиссов с совестью, инопланетянином, который не знает, как «принято» жить на этой планете.
Мы видим суд, нищую деревню, тучный город, кабинеты чиновников и гостиные аристократов, бесконечные камеры уголовников. Все показано глазами инопланетянина. И выглядит это настолько бесчеловечно, абсурдно и дико, что, кажется, эту планету уже не спасти.

Знаете, бывает, что просыпаешься с чувством, что сделал что-то гадкое. Хотя, ничего не сделал. Это чувство нужно назвать синдромом Толстого. После прочтения «Воскресения» у меня появился такой синдром. Впервые отчетливо. Например, был я на вечеринке, веселился, знакомился с новыми людьми. Все, как всегда. А утром сделалось гадкое чувство. Наверное, потому что я пытался всем понравиться. Рисовался. Ведь если в нашем прекрасном обществе не принято чего-то стыдиться, это не значит, что тебе нечего стыдиться.

Во время чтения роман мне не нравился. Мне казалось, он недостаточно занимательный, что Толстой, как все старые морализаторы, вдалбливает свои душеспасительные идеи, не заботясь, чтобы читателю было интересно. Но к концу романа я понял, что он работает. Да-да! «В чем моя вера?» не работает. А «Воскресение» работает. Я начал меняться. Сознание мое, наверное, все-таки осталось прежним. Я не готов еще раздать деньги бедным и пешком уйти в Сибирь. Но «толстовский синдром», спасибо, маэстро, я получил. И «толстовскую прививку» ко всем лже-святыням и лже-величиям. Ведь существующие социальные институты, посты и «кресла» далеко не священны. А социальная жизнь с ее сомнительными законами и условностями не есть подлинная, настоящая жизнь. Особенно когда она не отвечает самым простым нормам человеческой морали.

6 марта 2014
LiveLib

Поделиться

Tin-tinka

Оценил книгу

Сюжет данной книги наверняка знаком многим, ведь историю соблазнения горничной Катюши Масловой знают даже те, кто этот роман читать и не планировал. Вот и я, приступая к ней, полагала, что здесь вряд ли меня что-то сможет удивить, раз общая канва – раскаяние и «воскрешение» князя Дмитрия Нехлюдова, его отъезд вслед за каторжанкой с намерением жениться был заранее известен. Еще стоит учитывать практически общепринятое мнение, что под конец жизни граф Толстой «исписался», впал в скучное морализаторство и прочее-прочее, что заранее настраивало на скептический лад. Но, к счастью, произведение, во-первых, не ограничилось лишь историей Нехлюдова и Масловой, а во вторых, ничего однозначного, отталкивающе-наставительного я там не увидела. Для меня эта книга скорее о поиске пути, она полна вопросов, на которые читатель должен ответить сам, ведь даже на примере главного героя можно увидеть, что единого верного решения нет, есть лишь попытки разобраться и выбрать верный вектор.

Дмитрий Нехлюдов - такой же обычный человек, как многие, не идеальный герой без страха и упрека, но персонаж со слабостями, которые автор и не пытается спрятать. Многие читатели отмечают, что не поверили в его преображение, а мне кажется вполне естественным, что он переменился, столкнувшись с «дном жизни», увидев его вблизи, когда ситуация затронула его лично. При этом самое замечательное, что герой продолжает колебаться, даже выбрав себе путь, что он моментами полагает, что слишком трудна для него сия ноша, ему хочется забыться и вновь вернуться в ту простую, полную довольства жизнь светского человека. И финальный поступок Нехлюдова, когда он решает отступиться от Масловой с волной облегчения, что стал вновь свободен - весьма человечен и понятен. Жаль, что нам остается только гадать, что же предпримет главный герой дальше, как распорядится тем просветлением, которое снизошло на него после чтения Евангелия. Надолго ли хватит его порыва, какие вообще шаги он может предпринять для изменения жизни несчастных. Мне кажется, что и в начале книги, и в конце встают одинаковые вопросы: что делать, как изменить окружающую действительность, вообще в силах ли один человек исправить мир или «вода камень точит», «делай, что должно» и прочие известные формулы придут на помощь?

Также достоинством этой книги является погружение читателя в ту атмосферу «изнанки жизни», которую не только не знают представители высшего общества, но и современные читатели нечасто встречают в литературе. Система судопроизводства ХIХ века, условия жизни в тюрьмах, разница содержания уголовных и политических преступников, перевозка ссыльных – все это весьма ярко и сострадательно описано Толстым. Например, нельзя не обратить внимание, насколько бездоказательно выносились приговоры, словно судьба заключенного разыгрывалась в «орел-решка», сроки пребывания в заключении тоже во многом зависели от случайности (если верить Толстому, беспаспортных рабочих могли вместо обычной пересылки к себе на родину держать в тюрьме только от того, что в их родном городке тюрьма пришла в негодность, так что их срок вместо положенных дней мог растягиваться на месяцы).
Или же дети в тюрьме, начиная от младенцев и заканчивая десятилетними, которые вынуждены вместе с родителями делить все тягости заключения, вот тут тоже задаешься вопросом: а не гуманнее ли было разделить их, отправить пусть в казенный дом, но все же с маломальски приличными условиями, чем находиться в переполненных камерах пересыльных тюрем, когда не хватало места на нарах и заключённые укладывалась прямо на грязный пол, рядом с отходами. А с другой стороны, кто бы в то время стал думать об их удобстве в сиротских приютах, тут хотя бы с находишься со своими близкими.

Вообще Толстой поднимает вопросы не только о правомерности наказания, но и о том, есть ли вообще смысл пребывания в тюрьме. Ведь она не делает никого лучше, наоборот, люди совершенно теряют свой человеческий облик, превращаясь в существа, готовые пожрать себе подобных в прямом смысле этого слова. Не раз писателями поднималась тема смертных казней и тюремных заключений, но точка зрения Толстого звучит убедительно, ведь, действительно, тюрьма не исправляет, а те, кто судит, часто сами должны были бы оказаться на скамье подсудимых. Вообще, общество, покрывая одни грехи и смотря сквозь пальцы на преступления «элиты», наказывает самых незащищённых, тех, кого изначально довело до такого состояния, где преступление - меньшее из зол. Но вновь перед читателями скорее знаки вопроса, чем утверждения, Толстой озвучивает проблемы, которые и до сих пор не нашли однозначного решения.

Отдельно стоит упомянуть и революционеров, которых выводит на своих страницах писатель, наделяя их запоминающимися характерами, весьма типичными судьбами для того времени. Пусть не так много уделено им внимания, но видно, что граф Толстой с симпатией и пониманием всматривается в их истории жизни и идеи, сочувствуя нелегкой судьбе (хотя есть и исключения, ведь среди них попадаются разные люди). И опять писатель ставит вопросы: как соединить любовь к людям, жалость ко всем, доброту и жестокую борьбу, готовность совершить убийство ради высшей цели. И разные персонажи по-разному отвечают на поднятые вопросы, читатель же вновь сам решает для себя эту философскую дилемму.

В общем, об этой книге можно говорить еще долго, например, обсуждать вопрос чувств Катюши, ее характер и поступки или отношение к ней политических заключенных. Уж не говоря про самого Нехлюдова, про его истинную мотивацию или про грехи молодости. Земельный вопрос, который пытается решить князь, тоже отдельная тема для обсуждения, «землю –крестьянам» это утопия или попытка перестать эксплуатировать и выжимать последнее из народа?
Так что рекомендую эту книгу любителям классики, как прекрасное произведение, где личное переплетается с социально значимым, особенно же интересна она будет любителям прошлых эпох, хотя некоторые вопросы и до сих пор остаются актуальными.

19 октября 2021
LiveLib

Поделиться

Перестал же он верить себе, а стал верить другим потому, что жить, веря себе, было слишком трудно: веря себе, всякий вопрос надо решать всегда не в пользу своего животного я, ищущего легких радостей, а почти всегда против него; веря же другим, решать нечего было, все уже было решено
24 мая 2022

Поделиться

– Что считаться? Наши счеты Бог сведет
22 марта 2022

Поделиться

Все дело в том, – думал Нехлюдов, – что люди эти признают законом то, что не есть закон, и не признают законом то, что есть вечный, неизменный, неотложный закон, самим Богом написанный в сердцах людей. От этого-то мне и бывает так тяжело с этими людьми, – думал Нехлюдов. – Я просто боюсь их. И действительно, люди эти страшны.
22 марта 2022

Поделиться

Автор книги

Подборки с этой книгой