«Воскресение» читать бесплатно онлайн книгу 📙 автора Льва Толстого, ISBN: 517033253x, в электронной библиотеке MyBook
image
Воскресение

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Бесплатно

4.69 
(1 004 оценки)

Воскресение

495 печатных страниц

Время чтения ≈ 13ч

2006 год

12+

Введите вашу электронную почту и читайте эту и еще 605 000 книг

Оцените книгу
О книге

«Воскресение» – шедевр позднего творчества Льва Толстого.

История уставшего от светской жизни и развлечений аристократа, переживающего внезапное духовное прозрение при трагической встрече с циничной «жрицей любви», которую он сам некогда толкнул на этот печальный путь.

История болезненной, мучительной переоценки ценностей и долгого трудного очищения…

читайте онлайн полную версию книги «Воскресение» автора Лев Толстой на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Воскресение» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 
1 января 1899
Объем: 
891842
Год издания: 
2006
ISBN (EAN): 
517033253x
Время на чтение: 
13 ч.
Правообладатель
12 172 книги

barbakan

Оценил книгу

Помните знаменитую сцену из фильма «Матрица», где Морфеус предлагает Нео таблетки: синюю, чтобы все забыть или красную, чтобы все узнать.
– Ты здесь, потому что ты все время ощущал, что мир не в порядке, – говорит Морфеус. – Эта мысль, как заноза, в мозгу. Она сводит с ума. Правда?
Нео кивает.
– Ты ведь понимаешь, о чем я говорю? – спрашивает Морфеус.
– Матрица? – говорит Нео.
– Правильно. Ты ощущаешь матрицу везде. Целый мир, надвинутый на глаза, чтобы спрятать правду.
– Какую правду?
– Что ты просто раб, Нео. Как и все, ты с рождения – в цепях. В темнице разума. Невозможно объяснить, что такое матрица. Ты должен увидеть это сам.

А теперь представьте, что в кресле Морфеуса сидит Лев Николаевич Толстой, а напортив него – Нехлюдов. «Примешь синюю таблетку, и все останется, как прежде. Примешь красную таблетку – войдешь в страну чудес», – говорит Толстой. А точнее, – в страшный мир, в Россию, с которой сняли красивое платье, а под ним не оказалось кожи. Только голое кровоточащее тело и абсолютное страдание.

Мысль о «Матрице» пришла мне в голову, потому что перерождение главного героя в романе произошло уж слишком стремительно. За день до перелома он жил обычной жизнью праздного аристократа с деньжатами, любовницей и богатой невестой, как вдруг – оказался готов раздать все богатство и с котомкой отправиться в Сибирь, приносить себя в жертву. Русские писатели на такое превращение всегда тратили 500-600 страниц. А тут – одна секунда. Будто Нехлюдов и правда закатил красную таблетку, и пелена спала. Матрица российской жизни конца XIX века рассыпалась на пиксели.

Что мы живем неправильно, и социальная действительность наша устроена неправильно, Лев Толстой понял за десять лет до начала написания романа «Воскресение». Понял, что архитекторы этого мира, люди жадные, властолюбивые и порочные, пытаются аттестовать эту действительность как единственно возможную. И это лишь полбеды. Страшнее, что множество людей подобная ситуация устраивает, потому что легализует их жадность, властолюбие и пороки, признавая нормой. И все сосредоточено молчат, как в той сказке про голого короля. Толстому хотелось кричать, что король голый.
И Толстой кричал.
В 1882 году он написал «Исповедь», а в 1884 году – богословскую работу «В чем моя вера?» И еще тысячу страниц толкований Евангелия, критики догматического богословия и тому подобного. Он разработал свое учение до мелочей.
Но докричаться не удавалось.
Признаюсь, до меня – тоже. Я читал его богословские тексты. Головой понимал, что он пишет правильные вещи. Что Христос 2000 лет назад оставил людям заповеди: не противься злу, подставь другую щеку, просящему дай, возлюби врага. В них была великая логика. Но за все прошедшее время его заповеди никто не соблюдал. Вообще – ни разу! Может быть, только пара святых и блаженных. А весь «христианский мир» делал противоположное заповедям, прикрывая любое свое преступление именем Христа. Потому что все, что нас окружает, с точки зрения Толстого, – спокойствие, безопасность наша и семьи, наша собственность… все построено на законе, отвергнутом Христом, на законе: «зуб за зуб».

По Толстому, мы живем в матрице. Культура, история, воспитание и образование, все это служит прочными опорами матрицы. Мы действуем как людоеды, как откровенные преступники, но никто этого упорно не замечает. Потому что так принято. Принято иметь людей в рабстве и отбирать у них деньги, принято получать награды и уважение за то, что убиваешь людей. Принято осуждать других и запирать их в клетки. Принято уважать богатых и унижать бедных.
Из старых социальных норм, из слов «так принято» сделаны решетки в темнице разума. Толстой выпускает Нехлюдова на свободу. И отправляет своего героя по России, с которой сорван покров. По России, увиденной отстраненным взглядом, ребенком, который еще не пошел на миллион компромиссов с совестью, инопланетянином, который не знает, как «принято» жить на этой планете.
Мы видим суд, нищую деревню, тучный город, кабинеты чиновников и гостиные аристократов, бесконечные камеры уголовников. Все показано глазами инопланетянина. И выглядит это настолько бесчеловечно, абсурдно и дико, что, кажется, эту планету уже не спасти.

Знаете, бывает, что просыпаешься с чувством, что сделал что-то гадкое. Хотя, ничего не сделал. Это чувство нужно назвать синдромом Толстого. После прочтения «Воскресения» у меня появился такой синдром. Впервые отчетливо. Например, был я на вечеринке, веселился, знакомился с новыми людьми. Все, как всегда. А утром сделалось гадкое чувство. Наверное, потому что я пытался всем понравиться. Рисовался. Ведь если в нашем прекрасном обществе не принято чего-то стыдиться, это не значит, что тебе нечего стыдиться.

Во время чтения роман мне не нравился. Мне казалось, он недостаточно занимательный, что Толстой, как все старые морализаторы, вдалбливает свои душеспасительные идеи, не заботясь, чтобы читателю было интересно. Но к концу романа я понял, что он работает. Да-да! «В чем моя вера?» не работает. А «Воскресение» работает. Я начал меняться. Сознание мое, наверное, все-таки осталось прежним. Я не готов еще раздать деньги бедным и пешком уйти в Сибирь. Но «толстовский синдром», спасибо, маэстро, я получил. И «толстовскую прививку» ко всем лже-святыням и лже-величиям. Ведь существующие социальные институты, посты и «кресла» далеко не священны. А социальная жизнь с ее сомнительными законами и условностями не есть подлинная, настоящая жизнь. Особенно когда она не отвечает самым простым нормам человеческой морали.

6 марта 2014
LiveLib

Поделиться

Shishkodryomov

Оценил книгу

Лев Толстой долго мучился и кривлялся. Наконец, его прорвало. Если кто-то не хочет или не может читать этот толстенький труд, то достаточно ознакомиться с последней главой. Нет, на 700 страницах много интересного и новаторского для конца 19 века, но в настоящий момент эта информация никакой ценности собой не несет. Последняя глава кратко подытоживает все то, что сумбурно и нервно автор пытался нарисовать в течении всего повествования. Основное - это помните о Хозяине, живите по правилам и помните о предназначении Божьем. Ну, и, естественно, только при таком раскладе нас ждет на земле царство божие. Опять же "царство". Я тоже верю в высшее предназначение человека, но при этом прекрасно понимаю, что это значимо исключительно для меня одного. Планетам, звездам, галактикам до лампочки - что я там о себе возомнил. Да, что там далеко ходить, зачастую это не особенно беспокоит даже близких людей. Приверженцы Толстого не могут жить без правил, без самомнения, основанного на какой-нибудь слащаво-морализующей туфте. Представляю, как Толстой писал это свое "Воскресение", умиляясь от собственной правильности, плача и вытирая сопли мокрой бородой. Предложенный им инструмент выливается в формулировку "если ты аморален, потому что я так решил, то подлежишь немедленному расстрелу на месте". Знаем, так ЧК и работал.

Главный герой мечется, совершает необычайные для себя умственные прорывы, ибо всю жизнь шатался по кабакам и о жизни народа имел отдаленное представление. Образ его сразу же напомнил мне Гамлета, а причина для трясучки может быть абсолютно любая - не все ли равно. То, что высшие эшелоны власти и светское общество далеки от народа - было ясно всегда и в любые времена, если общество должным образом расслоено. Примером может послужить современная Россия. Что есть и было у Толстого, это нехилое ощущение себя в потоке времени. Он хорошо прочувствовал момент, необходимый для написания подобного произведения. Революционные массы только начали набирать силы, но уже были видны. Впрочем, Толстой это свое качество, благодаря обработке собственным гигантским эго, раздул до невероятных размеров, возомнив себя великим историком. Энгельс четко характеризует этих "революционеров" еще в середине 19 века

небольшая часть господствующего класса отрекается от старого общества и примыкает к революционному классу, к тому классу, которому принадлежит будущее. Вот почему, как прежде часть дворянства переходила к буржуазии, так теперь часть буржуазии переходит к пролетариату, именно – часть буржуа-идеологов, которые возвысились до теоретического понимания всего хода исторического движения.

Когда я дочитал произведение, моя зарубцевавшаяся было рана стала кровоточить. Вспомнил я тоже свою несчастную брошенную (одну выбрал из сотен, физически не могу вспомнить всех имен и лиц) и не смог с этим жить. И отправился на розыски своей Катерины. Нашел я ее и пал к ее ногам, вымаливая прощение. И простила она меня, бросила мужа и 4-х детей. Муж ее решил с горя застрелиться, но стрелял очень плохо и промахнулся. Не умер, но вышиб себе мозг. Теперь дети навещают его в дурдоме, а после едут к Курскому вокзалу, выпрашивая по дороге монеты, садятся в электричку и едут в Ясную Поляну, на могилку Льва Николаевича. Благодарят его за счастье земное, за то, что разбудил нравственность, правду, духовность и всякую другую муть, за то, что заставил всех жить в согласии с его, толстовской, совестью.

И еще, такое скромное название произведения. Впрочем, Иисус тоже был с бородой.

9 июня 2013
LiveLib

Поделиться

heart_of_summer

Оценил книгу

ㅤЧувствуешь отвратительный запах дегтя и гнили? Тихие переговоры, едкие, порой отчаянные, безнадежные? Как отвратителен тусклый свет, который создает невообразимое давление и приводит мысли в удивительную беспорядочность!.. И в этом месте находится Катюша Маслова, женщина, чье будущее на каторге. Вскоре ее будет ждать суд, и одно из мест там займет князь Нехлюдов, тот, кто некогда соблазнил ее, а впоследствии бросил и забыл. Воля судьбы ли это? Провидение? Удивительное стечение обстоятельств? И что будет значить для них эта встреча, фатальная, роковая?.. А после нее взгляды каждого из них на мир сменятся, повернется другой стороной мироздание, и начнется поистине новая жизнь. Однако сейчас жизнь у князя Нехлюдова одна, и полна она распутства и богатства; нет в ней существенных проблем, и стоит лишь «я» перед человеком, который не думает о том, что происходит за границами аристократичного мира. Да к чему это? Ведь кругом комфорт, роскошь, безбедность — его ли это заботы?.. Нехлюдов решил, что его. Но что с этим делать? И как с этим можно жить?..

ㅤРоман «Воскресение» истинно необычен. Стоит начать с того, что написан он на рубеже веков и, можно сказать, подытоживает девятнадцатый век. А также начинает двадцатый — век, когда изящная многословность уходит на второй план, и в литературе особое преимущество имеют тексты, где важны социальные смыслы. И в «Воскресении» чувствуется некая смена настроений, и все, что сказано Толстым, можно считать почти революционным: видно, что он на грани, и понятно, какая была необходимость сказать, что жить так больше нельзя.

ㅤИ Толстой сказал, причем очень прямо. Он дал критику буквально всему, рассказал о государственной машине так, как посчитал нужным, и выставил ее кошмарном свете. Самые интересные слова и описания, конечно, достались христианству и тому, что оно представляет собой в России. Отношения у Толстого с религией были весьма любопытные, и это чистое возмущение, на самом деле, довольно ожидаемое: многие верующие авторы негодовали, видя, во что превращается их вера, и эти слова, пропитанные крайним недовольством, уж очень очевидны от Толстого, который изначально видел свое в христианстве. И фрагмент, где священник ест тело Христа и выпивает кровь Его, поистине чудовищен, и намеренный выбор бытовых слов вместо высоких очень явно говорит о позиции автора.

ㅤОчень интересен роман и с точки зрения художественных средств, его написания. В сущности, Толстой прибег к чему-то новому — сказал то, что думал, и при этом не растекался мыслием по древу, сочиняя монолиты текста. «Воскресение» — очень «голая» проза, в которой автор не старается показать читателям общую картину, полную деталей и подводных течений. Он рассказывает о событиях ясно, четко и при этом не лишает их красоты художественного текста. Он доносит все без излишеств, но как же сильно, как же ярко это написано!.. Восхитительны множественные повторы, невероятный контраст, который буквально составляет всю книгу. Ими пропитано все, и в итоге выходит картина исключительной силы, смотря на которую понимаешь: да, он прав, так жить невозможно.

ㅤЖить, может, и невозможно, но что делать? Нехлюдов искренне пытается помочь всем, кому может, но главная катастрофа заключается в том, что помочь всем нельзя. И это чудовищное осознание обширной проблемы, которую не разрешить в одиночку, наполняет этот роман. Поэтому он по-своему революционный: прочитав его, впоследствии находишься под сильнейшим воздействием, и какие-либо действия уже необходимы, ибо кругом сущий беспредел. И Толстой в «Воскресении» буквально говорит об этом, показывая некий скелет жизни, в котором нет ничего лишнего, но есть существенность, правдивость и твердость.

23 октября 2021
LiveLib

Поделиться

Социальную статику» Спенсера, и рассуждения Спенсера о земельной собственности произвели на него сильное впечатление
17 февраля 2024

Поделиться

надеялся, что семья, дети дадут смысл его теперь бессодержательной жизни. Это было за женитьбу вообще. Против же женитьбы вообще было, во-первых, общий всем немолодым холостякам страх за лишение свободы и, во-вторых, бессознательный страх перед таинственным существом женщины.
14 февраля 2024

Поделиться

Ему показалось, что она неестественно сжала рот, чтобы удержать слезы. Ему стало совестно и больно, что он огорчил ее, но он знал, что малейшая слабость погубит его, то есть свяжет. А он нынче боялся этого больше всего, и он молча дошел с ней до кабинета княгини
29 октября 2023

Поделиться

Автор книги

Подборки с этой книгой