Счастливчики

4,0
5 читателей оценили
404 печ. страниц
2019 год
16+
Оцените книгу
  1. kittymara
    Оценил книгу

    Забавно, но действо напомнило мне "высотку" балларда. Некое закрытое пространство, созданное искусственным образом, влияет на поступки и, в целом, на жизни невольных обитателей клетки. Ситуация абсурда и нарочитой театральности так же роднит эти истории. Но почему-то "высотку" ругают куда как больше. Хотя то, что баллард дошел практически до конечной точки жесткого сюрреализма и даже предрек возникновение виртуальной реальности, по моему мнению, - очень-очень круто.
    В случае же кортасара... Со своими философскими выкладками от лица одного из персов он близко-близко прошел по красной линии, за которой я жму на крестик и безжалостно вышвыриваю из читалки всяких там гессе, коэлье и иже с ними. Спасло его то, что этот поток сознания реально был красивым и не высокопарным (что очень важно), несмотря на неистовые закосы в не пойми куда. И да, я поняла, откуда растут ноги у рассказчика из фильмеца "амели".

    Начинается все с того, что народу привалила халява в виде выигрыша в государственной лотерее, наградой в которой является морской круиз. И тут же кортасар вываливает на читателя просто огромное количество персонажей из совершенно разных слоев общества, начиная с простецких мачо из бедных кварталов и кончая высокомерным миллионером. Реально, в них можно запутаться, ибо всех сбивают в кучу и выставляют на сцену под свет софитов. Конечно же, немедленно завязываются первые симпатии и антипатии, создаются невидимые коалиции, и все просто ждут начала вожделенного путешествия.
    А потом стадо счастливчиков загоняют на странное судно, наполовину грузовое, наполовину пассажирское, и запрещают выходить на корму. Просто запрещают и все, без каких-либо внятных обяснений. И тут начинается.

    По сути искусственно создана ситуация диктатуры в миниатюре, когда любые мнения и вопросы игнорируются, если не хуже. Поступила директива сверху: "сегодня ты играешь джаз...", "кукуруза - царица полей", "нельзя выходить на корму". И как же реагирует общественность?
    А в общем-то ничего нового. Традиционно сеют смуту и делают революцию низы и верхи (даже объединяясь на время). Прослойка же, которая посередине, ни разу не хочет никаких волнений, ее все устраивает, и в самых идиотских, просто оскорбительных объяснениях ситуации немедленно находится разумное зерно. Бунтовщиков же следует расстрелять, и не играют рояля ни любовь, ни дружба, ни кровные узы.

    Так проходят три невразумительных, но довольно приятных дня, во время которых пересматриваются симпатии и антипатии, завязываются новые связи, разводятся сплетни и творятся интриги. Такая совершенная бытовуха-бытовуха, которая не стоит выеденного яйца. Но я такое как раз и обожаю.
    Причем, самые ретивые туристы таки пытаются пробраться на корму, ибо находятся лазейки, сквозь которые их довольно вяло пытаются не пустить. Короче говоря, все сильно смахивает на несколько бессмысленную провокацию со стороны командного состава экипажа.
    В общем, тянется оно, тянется, пока не случается кризис, когда низы и верхи больше не могут терпеть, ибо речь идет о здоровье и, возможно, жизни ребенка, на которого наплевать серединной прослойке, ибо своя шкура и комфорт для них важнее.

    Ну там, пишут, что кортасар работал в жанре магического реализма. И... это моя первая, однако не последняя книга (поглядим, что он еще наваял), и с маркесом тут его не сравнить. Короче, у него свой магреализм, видимо. Слишком глубоко закопанный в философских рассуждениях о том, да о сем.
    Но, кажется, я поняла в чем фокус-покус. Ребенок должен был умереть, судя по всему, и спасло его самопожертвование другого человека.

    Как это связано с кормой? Очень сильно похоже, что вообще никак. По ходу - это было просто тупое и злобное самодурство экипажа, недовольного тем, что им навязали нежеланных пассажиров.
    Но тем не менее, за эти три странных, абсурдных дня нечто все же случилось в жизнях пассажиров. Кто-то нашел себя или друг друга или что-то там, потерял, нашел и потерял, как это случается и на берегу в менее трагических обстоятельствах. Ничего особенного, просто жизнь, которая сама по себе и есть магия.

    P.S. Что удивило. В 1960-м году чувак из католической и жестко консервативной страны очень подробно описывает существование гомосексуалиста и его дружбу с женщиной. Такую дружбу, при которой у них нет практически никаких шансов устроить личную жизнь. То есть это чувство больше, чем любовь, особенно, со стороны дамы. И в конце путешествия таки создается трио из дуэта: с натуралом, которому позволили сделать крохотный шажок в святая святых. Понятное дело, если он только попробует брыкаться и чего-то там требовать, то полетит за дверь со скоростью света.
    В общем, прочитала я эту интересную штуковину и сказала себе "хм-хм".

  2. TibetanFox
    Оценил книгу

    Что я поняла насчёт романов Кортасара — так это то, что их действительно надо читать в той последовательности, в какой они написаны (хотя "Игра в классики" и "62. Модель для сборки" и без моего великого откровения на это намекают). "Выигрыши", они же "Счастливчики", — самый первый роман, так что от него плясать и надо, прежде чем браться за "Игру в классики". Необязательно, но желательно. Ниже упомяну, почему.

    Роман не слишком мудрёный. Автор формирует некую "песочницу" с экстремальными условиями, куда помещает разные характеры и типажи людей, а потом следит, как они себя будут вести в критической, экзистенциальной ситуации. Песочницей на деле становится корабль, прямая отсылка к Ноеву ковчегу, и пресловутый ковчег будет потом долго грезиться пассажирам, например, визионеру Персио и единственному зрячему — мальчику Хорхе, потому что дети-то как раз всегда всё верно секут. Хорхе говорит о сне про зоопарк, где не люди пришли посмотреть на зверей, а все пришли посмотреть на людей, и эти люди — они, пассажиры корабля. Так и есть, все мы смотрим на несчастных подопытных тварь-по-парей, а они в этот момент чувствуют неприятную постмодернистскую щекотку связи читателя и персонажей.

    Рассказывать в отзыве о поведении пассажиров особенно и нечего, это надо прочесть самому, а дальше хоть в табличку оформляй. Гражданин такой-то, работает там-то, класс такой, во время паники действует так-то. Следующий. Местами этот эксперимент настолько очевиден, что становится скучноват, тем более, что действительно ярких персонажей среди пассажиров нет, разве что вышеупомянутый визионер Персио, который удостоился даже отдельных мозговыносящих эмпатических глав. Этот же Персио и выносит приговор всем остальным типажам: настолько клишированные, что серые, серые, серые. Поэтому в эксперименте и участвуют. Что интересно, участие самого Персио в эксперименте неочевидно, что есть он на корабле, что нет. Появляется, что-то говорит эдакое всё в лунном свете и с образами, а потом несколько глав ошивается неизвестно где и не принимает участия в общей заварушке.

    Но интереснее всего для последовательного читателя Кортасара вовсе не Персио, а некто Лукас. Если к нему присмотреться, то становится очевидно, что уж очень он смахивает на старого доброго Оливейру из "Игры в классики" (хотя, если мы и правда читаем последовательно, то мы ещё этого не знаем). Что интересно, это как раз Оливейра "доигрывклассического" периода. Можно вспомнить, что Оливейра в "Игре в классики" сознательно отказывается от действия, но мы так и не можем до конца понять причины этого отказа. Помочь в этом может как раз "предок" Лусио. Лусио в экстремальной ситуации пробовал действовать соразмерно с собственными представлениями о правильности и морали, а в итоге из этого вышла одна ерунда и разочарование. Так что, возможно, по аналогии и персонаж Оливейра разочаровался в своё время в активном действии, как таковом, потому что оно иной раз способно дать только видимость результата.

    Вообще же роман интересно почитать с ещё одной точки зрения: сопричастности рождению сюжета. Кортасар и сам об этом говорит в послесловии. Будучи литератором по специальности, он всё же решился на эксперимент — засадить характеры в "песочницу" он засадил, но сюжет заранее не продумал. И ситуации тоже. Поэтому писатель по мере продвижения сюжета знает ровно столько же, сколько и мы, герои ведут его, а не он героев. В итоге с одним из персонажей происходит занятная метаморфоза, которую сам автор изначально и предположить не мог. Так что из раздражающего типчика тот превращается в едва ли не единственного адеквата.

    Но в целом роман немножко скучноват. Слишком искусственна ситуация, чтобы влиться в него всем сердцем. А вот для подготовки к другим вещам Кортасара — вполне себе неплохо.

  3. majj-s
    Оценил книгу

    Что мы имеем на старте? Несколько счастливчиков. которым

    "вот уж свезло, так свезло"

    выиграть в государственной лотерее путевки в морской круиз. То есть, миллион долларов был бы, может, предпочтительнее, но то с позиций холодного расчета и жесткой утилитарности. И, положа руку на сердце, разве не мечтал каждый из нас хоть однажды (а большинство постоянно) отправиться в плавание на океанском лайнере

    Чтобы легкий бриз шевелил кайму зонтиков от солнца над шезлонгами у бассейна с морской водой; а в руке полосатый коктейль; завтрак, обед и ужин в ресторане, напитки в баре, а вечером развлечения; и чтобы закрутить незабываемый роман, приправляя блюдо дорожных впечатлений медовой сладостью любви, острой горечью ревности. И чтобы выйти на закате с любимым к форштевню (или как там эта фигня называется) и замереть на несколько мгновений носовой фигурой корабля в сильных его руках, ахах...

    В общем - везунки, что уж там. Очарование ситуации углубляется правом для каждого выигравшего пригласить в поездку не одного и не двух - трех (!) спутников. Поистине, аттракцион неслыханной щедрости. Атилио по прозвищу Мохнатый берет с собой невесту и двух матерей, свою и ее. Ученик выпускного класса гимназии Фелипе Трехо - родителей и сестру. Милая разведенная женщина Клаудия сынишку Хорхе и друга Персио (нет, не то, что вы подумали, они не любовники, просто друзья и он много старше, и немного не от мира сего, этакий Паганель).

    По странному капризу судьбы среди счастливцев оказались еще два преподавателя из гимназии Трехо (а говорят, снаряд дважды в одну воронку не попадает): доктор Рестелли и Лопес. Но они предпочли путешествовать в одиночку. Как и парализованный владелец сети универмагов дон Гало. Впрочем, нет, у того шофер в качестве прислуги "за все". Молодые любовники Лусио и Нора (на борту представятся всем молодоженами и собираются пожениться, впрочем, это Нора так думает, а Лусио - замнем для ясности).

    Есть еще стоматолог Медрано, который. получив значительное наследство, от практики отошел и ведет жизнь рантье. И колоритная пара: модный архитектор Рауль Коста с подругой Паулой де Лавалье - во поле обсевок аристократической семьи Буэнос-Айреса, красотка и бунтарка, интеллектуалка с перманентно разбитым сердцем; дивной красоты, вольности нрава и непредсказуемости рыжая бестия. Они тоже не любовники. но по другим, чем у Клаудии и Персио причинам. Вроде все. Всякой твари по паре.

    Почему-то их не спешат переправлять на судно и вообще неизвестно, какой будет корабль, куда поплывут, сколько продлится плавание. Как-то все неопределенно и странно. Вот уже на борту, вроде что-то грузопассажирское, но жаловаться на отсутствие комфорта грех - по последнему слову дизайнерской мысли и не без некоторой роскоши. НО на корму выйти нельзя. Что придает людям в ситуации оттенок статуса привилегированных пленников.

    Разъяснений не дают, блеют что-то невразумительное о двух случаях тифа-246 на борту среди членов команды. Нет, вы себе представляете? Жуткая зараза с названием, наводящим на мысль о биооружии и вдруг санитарный контроль не запирает на карантин - выпускает, да еще в невинными людьми на борту. Ну и, разумеется, кто поумнее - не верят (кто глупее и законопослушнее, с точностью до наоборот - верят, что запертые двери на корму остановят заразу). Стоим зачем-то возле Килмеса* полсуток. Потом пускаемся в плавание, говорят - в Японию, это месяц без захода в порты, фигассе - круиз. Хотя даренному коню...

    В остальном, все в русле ожиданий: влюбляются, вступают в коалиции, разговаривают и дружат, ссорятся и мирятся. Устраивают импровизированный концерт, пускаются в опасные авантюры; находят себя и смысл жизни; теряют самое жизнь; демонстрируют геройскую отвагу и подловатый обывательский оппортузизм; обольщают и становятся предметом совращения; вспыхивают факелом и продолжают при том отстраненное наблюдение: за собой, за партнерами, за развитием ситуации.

    Читать наслаждение, виртуозный эквилибр со стилями в диапазоне от "простой рабочий парень" до

    "открылась бездна, звезд полна"

    через множество промежуточных стадий с приоритетом изысканной интеллектуальности (кто бы сомневался, какждый пишет, как ОН дышит). Многое понимаешь. Главным образом то, что твоя жизнь непосредственно касается тебя и наибольшую ценность имеет для тебя. И понятое тобой, не может быть оттранслированно другому (кроме редких и исключительных случаев). А значит и не надо транслировать, ибо что есть на свете более ценного для тебя, чем ты сам?

    *Пригород Буэнос-Айреса с крупным пивоваренным заводом Килмес-Кристал, вроде нашей Балтики.

Автор

Другие книги автора