Пожалуй, из трех прочитанных мною романов серии «Тюдоры и Плантагенеты» "Хозяйка дома Риверсов" понравилась мне больше всего. Это вполне объяснимо: Филиппа Грегори писала книги не в хронологическом порядке и это тот случай, когда читатель замечает, как со временем мастерство автора растет.
По признанию Грегори, ее всегда интересовала роль женщины в истории. Бороться за власть, проявлять мудрость, оказывать влияние было опасным занятием в "мужском мире" - женщины ходили по лезвию ножа, рискуя за любой неугодный шаг лишиться всего. Историю Жакетты Люксембургской Грегори раскрывает через призму мифа о Мелюзине. Этот любопытный ход позволил ей обыграть одновременно женское интуитивное и женское земное.
Я с особенным удовольствием и интересом читала о волшебном амулете и аптекарском огороде, устроенном по зодиакальному принципу. Но мое внимание привлекли эпизоды, в которых Жакетта прибегала к картам Таро. Вот тут-то и обнаружился один исторический ляп.
Подробный разбор с фотоДело в том, что первые колоды таро появились в начале 15 века, т.е. как раз ориентировочно в тот период, когда разворачивается действие романа. Известна колода Висконти-Сфорца. До нас дошли изображения практических всех арканов. И вот в чем дело: как практикующий таролог, я сразу обратила внимание на то, что описывая карты, Грегори опирается на изображения колоды Таро Артура Уйэта и Памелы Колман-Смит, которая появилась только в 1910 году.
Сравним:
На карте был изображен человек в голубой ливрее, подвешенный вниз головой за одну ногу; вторая нога была слегка согнута, и ее большой палец касался второй, вытянутой ноги.
Вот как выглядит Повешенный в колоде Висконти-Сфорца:
А вот в колоде Уэйта мы видим ту самую голубую ливрею:
Возьмем еще один аркан - Колесо Фортуны.
На карте было нарисовано колесо с двумя чудовищными тварями, которые с трудом удерживались на нем, причем одно страшилище ползло вместе с колесом вверх, а второе катилось вниз. Ось колеса уходила куда-то за пределы видимости, и нельзя было понять, кто его поворачивает; возможно, оно вращалось само по себе. В самом верху карты был изображен смешной маленький синий зверек в короне и при мече.
Висконти-Сфорца:
Уэйт:
Но самым любопытным в этом отношении мне показалось описание "Безумца". Жакетта обращает внимание на белую розу:
Это оказался «Шут», или «Простак» – крестьянин с палкой на плече, на конце которой болтался открытый дорожный мешок, пустой, без денег, зато с надеждами. В другой руке крестьянин держал посох, чтобы легче было преодолеть лежащий впереди путь. За штаны его тянул какой-то пес – символ низменной человеческой натуры, которая всегда увлекает людей назад; однако крестьянин продолжал идти вперед. Эта карта словно говорила: воспрянь духом, возроди свои надежды, ты еще можешь достигнуть великой цели, только продолжай двигаться вперед, исполненный мужества, даже если понимаешь, что глупо на что-то надеяться. Но вот что привлекло мое внимание: на шапке у крестьянина была белая роза!
Именно эта роза символизирует собой Эдуарда Йоркского. Однако у Висконти-Сфорца никакой розы нет:
У Уэйта она есть ) Правда, не на головном уборе, а в руке:
свернуть
Вроде бы мелочь, но все-таки возникает вопрос: если писатель работает с историческим материалом, почему бы не проверить такие факты? Тем более, что они лежат на поверхности - даже в архивах сидеть не нужно, достаточно Википедию открыть. А сколько таких фактов, о которых я попросту не в курсе?
Поэтому книги Грегори я воспринимаю скорее как эдакую историческую фантазию на тему, чем авторитетный труд в рамках жанра исторического романа. Тем не менее, читаю их с удовольствием, поскольку всякий раз романы Грегори пробуждают во мне исследовательский пыл, мотивируют изучать материал и вникать в факты. Я имела неосторожность залезть в Википедию и выяснить некоторые факты о судьбе Жакетты, не дочитав до финала. Но как я рада, что Грегори закончила книгу раньше, чем эти события свершились )
Теперь мне очень хочется прочитать о ее дочери - Елизавете Вудвилл.