«Ночь в Лиссабоне» читать онлайн книгу📙 автора Эрих Марии Ремарк на MyBook.ru
image
image

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Стандарт

4.68 
(1 525 оценок)

Ночь в Лиссабоне

216 печатных страниц

2017 год

16+

По подписке
229 руб.

Доступ к классике и бестселлерам от 1 месяца

Аренда книги
80 руб.

Доступ к этой книге на 14 дней

Чтобы читать онлайн 

или возьмите книгу 
в аренду

Оцените книгу
О книге

Трагический, полный драматизма роман о великой силе любви – любви, которая перед лицом смертельной опасности сокрушает любые преграды.

Тянется ночь в Лиссабоне, ждут своего часа эмигранты, чудом бежавшие из нацистской Германии, чтобы отправиться в Америку на корабле.

В эту ночь человек, потерявший последнее, что осталось от его жизни, в осколки разбитой войной, отчаянно исповедуется перед случайным встречным. Ночь, когда за бутылкой дешевого вина раскрывается кровоточащая душа и рассказывается рвущая душу история о страсти, нежности и жестокости, о странной верности и странной отваге…

читайте онлайн полную версию книги «Ночь в Лиссабоне» автора Эрих Мария Ремарк на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Ночь в Лиссабоне» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация

Переводчик: 

Н. Федорова

Дата написания: 

1 января 1962

Год издания: 

2017

ISBN (EAN): 

9785179827474

Дата поступления: 

28 января 2021

Объем: 

389239

Правообладатель
7 книг

Поделиться

JewelJul

Оценил книгу

На волне нынешней пандемии все тут дружно ринулись читать и смотреть книги и фильмы на тему апокалипсисов. А я читаю Ремарка. И честно говоря, не знаю более апокалиптичного чтива. Это такая жуткая жуть, что и представить сложно. Всю книгу провела со вздыбившимся волосяным покровом. Настоящие GotterDammerung, сумерки богов, где богами были мы, люди. Закат эпохи. Междувременье, которого так страшатся китайцы и я.

История о немецких эмигрантах, мыкающихся по Европе накануне 1939го. История их началась задолго до этого года, после прихода к власти фашистов в Германии. Несогласные с новой политикой бежали из страны в соседние Австрию, Швейцарию, реже Францию. Изгнанные, преследуемые. И как много стали значить для них бумажки. Документы. Честно говоря, у эмигрантов только и разговоров, что о паспортах и визах. Вот всю книгу паспорт, паспорт, нужен паспорт, без паспорта я умру, поддельный паспорт, виза, как я буду жить с фальшивым именем. И столько в этом Ремарк развёл философии, про жизнь под чужим именем, столько боли от этого. Возможно, но мне трудно это понять, когда на кону жизнь. Нехай я всю жизнь побуду Матреной, зато живой Матреной.

История развернулась одной ночью в Лиссабоне. Один эмигрант мечтает об Америке, второй эмигрант этой мечты почти достиг, паспорт и виза и билеты у него на руках, одно лишь но. Он туда не поедет. И вот Шварц рассказывает про всю свою неприкаянную жизнь случайно встреченного незнакомцу. И мне. А я ему верю. Верю в эту полуоборванную жизнь, верю, что от всей нормальной жизни у него и его Элен были лишь отрывки, часы, дни, недели. Блин, они счастливые. У них были даже месяцы. Я, наверное, богохульствую и вообще, но я и сейчас то не чувствую, что у меня есть годы. Экзистенциальный ужас.

Прекрасная история любви Шварца и Елены. 4 года обыденности, которую они и сами воспринимают как рутину. Пфуй. Годы разлуки, где никто никого не ждал, но в глубине души надеялся. И новый опыт любви в изгнании, в лагерях, в съемных потайных домах, на полу забегаловок. «Люби», скрывайся и таи, и мысли и мечты свои. Да была бы их любовь такой яркой, такой напряженной, если бы не ежедневная угроза потерять друг друга? Конечно, нет. Они и сами это знают. Елена прямо говорит ему. Иосифу. Его настоящее имя Иосиф. Ведь даже я мысленно называю его Шварцем. Хотела бы я такой истории? Яркой - да. На заплёванном полу паба - нет. (На чистом полу паба - хммм, а где наша только не пропадала, почему бы и не да))) И как автор интересно показывает "а что было бы если" - если бы Шварц и Елена доплыли бы до своей Америки? Он рассказывает об их субститутах, о встреченном в лиссабоннском порту собеседнике. Тот доплыл. И развелся через полгода со своей Рут. А потому что все. Все закончилось. Нет больше постоянного стресса, нет больше яркого. Нужно вести нормальную человеческую жизнь. Обыденную. А они больше не умеют этого.

Черт собери мои мысли, Ремарк создал настоящий Омут памяти, пусть даже фальшивых воспоминаний, куда меня погрузило, и никак не выплыть. Где моя бутылка рома и грустный собеседник, готовый раз за разом выслушивать печальные сентенции? Возможно, именно сейчас вся эта культура ночных ремарковских кабачков (баклажан, блин), да баров, баров, будет как никогда актуальной. Послушай, друже, вот мои билеты в Питер. Но я никуда не лечу. Выслушай мою историю...

Поделиться

Delfa777

Оценил книгу

Ночной Лиссабон. 1942-й год. Ярко горят такие непривычные для остальной Европы, прячущейся от воздушных налетов, беспечные огни. Неутомимыми светлячками заполонили они лабиринты лестниц и переулков, ведущих в гору. Манят они за собой, вдаль от набережной Тежу, в гавани которой стоит пассажирский пароход - последний шанс спастись от неумолимого потопа фашизма в далекой Америке. Редкие прохожие изменчивыми тенями движутся по узким извилистым улочкам города, растворяясь среди "пастельных" домов, украшенных нежной синевой изразцов.

Одну такую безымянную тень, что едва не утратила бдительность, засмотревшись на пароход, настигает другая и предлагает сделку. Обладатель паспорта на имя Иосифа Шварца - ценителя "картин тишины" и знатока импрессионистов Лувра - просит у незнакомого ему человека быть с ним до утра и выслушать все, что будет рассказано. Мизерная цена за надежду на спасение, за шанс на новую, более счастливую жизнь, за два билета на корабль. Разве есть возможность отказаться у человека, если разрешение на пребывание в Португалии истекает через несколько дней, никаких других виз больше нет и не предвидится, а последние деньги остались в знаменитом казино Эшторила - результат отчаянной попытки разбогатеть, чтобы получить шанс приобрести билет на последний рейс в Америку.

Идти в квартиру, где стоит дощатый гроб, не мыслимо, значит остается забег по злачным местам португальской столицы, среди которых закрытый русский клуб далеко не худший вариант. Оценив его, немецкие эмигранты придут к выводу, что спасавшиеся от революции люди лучше устроились в Европе, чем беженцы второй мировой. Ведь они стали эмигрантами на пятнадцать лет раньше.

А пятнадцать лет несчастья – долгий срок, много опыта накопишь.

По-своему, беженцам из уже не царской России повезло. Мир еще был способен на сочувствие. Им разрешали работать, выдавали документы. К середине двадцатого века гуманизма прибавилось только на словах. На деле же получалось - мир стал еще более циничным и равнодушным.

Есть определенная ирония в том, что бюрократическое безразличие к судьбам эмигрантов, бежавших от преследования нацистов, подтолкнула двух шагающих по ночному Лиссабону мужчин к искусству. В каждой стране, куда приводила их жажда спасения, они знали главным образом церкви да музеи – не потому, что так сильно любили Бога или искусство,

а просто потому, что в церквах и музеях не спрашивали документы. Перед Распятым и мастерами искусства ты покамест оставался человеком, а не индивидом с сомнительными бумагами.
Все дальше удаляются от набережной внезапные спутники. Вдоль Праса де Коммерсио, мимо замка Святого Георгия. Напрасно свет восходящей луны, словно водопад, каскадами струится вниз по множеству ступеней. Его не удостаивают вниманием. Шварц погружен в терзающую его душу воспоминания, его возможный слушатель с тревогой оборачивается назад.
Внизу лежала река, и река эта была свободой, жизнью, она впадала в море, а море было Америкой.
Тревога не оставит его до утра. Иосифа станет он слушать рассеянно, отвлекаясь то на креветок, то на кошек, то на собственные воспоминания. Которых мы так и не узнаем. В романе есть место только для одной любовной драмы. Эта нежная ночь отдана на откуп истории Иосифа и Рут. Она принадлежит воспоминаниям. Приятным - о времени когда супруги были счастливы. Поговоришь с кем-нибудь и снова оживет то предвоенное лето тридцать девятого. Вспомнишь и ощутишь его вновь. Все вернется, пусть и не надолго. Неприятным воспоминаниям - тоже открыт путь. Есть и в них что-то хорошее:
они убеждают, что ты счастлив, пусть даже секундой раньше думал, что отнюдь нет. У счастья много степеней. Кто это понимает, редко бывает совсем несчастлив.

Череда утрат может подтолкнуть к обретению чего-то нового. К рождению нового я. К внутренней свободе. Освободить от склонности придавать важностью незначительным вещам. Из крота, пробиравшегося без паспорта через границы, сделаться вдруг птицей, не знающей уже никаких границ.

У раздавленного горем человек есть только ночь, чтобы удержать то, что удержать невозможно.

Наша память — это не ларец из слоновой кости в пропитанном пылью музее. Это существо, которое живет, пожирает и переваривает. Оно пожирает и себя, как легендарный феникс, чтобы мы могли жить, чтобы оно не разрушило нас самих.
И он всеми силами хочет этому воспрепятствовать, стараясь сохранить в памяти другого человека, то, что исчезает из его собственной.

Поделиться

ihor...@gmail.com

Оценил книгу

Вмів торкнутись душі, чи чого там.. 🙂

Поделиться

Еще 7 отзывов
Я дышал, и мне казалось, я дышу в том же ритме, что и вода.
6 мая 2021

Поделиться

ту пору опасностью казалась мне ночная тьма, теперь же опасностью был свет. Верующие начали расходиться. Мне оставалось ждать еще четверть часа, и я отодвинулся в угол, к большой колонне из тех, что подпирали свод.
6 мая 2021

Поделиться

Это не возвращение. Я умер, жило другое «я», жило даровым временем. Ответственности больше не было. Бремя отпало. Шварц повернулся ко мне:– Вы понимаете, о чем я? Я повторяюсь и рассуждаю противоречиво.– Думаю, да, понимаю, – ответил я. – Возможность самоубийства – это милость, какую редко осознаешь. Она дает человеку иллюзию свободной воли. И вероятно, мы совершаем больше самоубийств, чем полагаем. Просто не знаем об этом. – Вот именно! – оживленно сказал Шварц. – Если б мы только осознали их как самоубийства! Тогда были бы способны воскресать из мертвых. Могли бы прожить несколько жизней, а не тащить от кризиса к кризису язвы опыта и в конце концов погибать от них.
4 мая 2021

Поделиться

Еще 1 626 цитат

Автор книги

Переводчик