Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Мистер Гвин

Мистер Гвин
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
132 уже добавили
Оценка читателей
4.5

Главный персонаж нового романа Алессандро Барикко «Мистер Гвин» – писатель, причем весьма успешный. Его обожают читатели и хвалят критики; книги, вышедшие из-под его пера, немедленно раскупаются. Но вот однажды, после долгой прогулки по Риджентс-парку, он принимает решение: никогда больше не писать романы. «А чем тогда ты будешь заниматься?» – недоумевает его литературный агент. – «Писать портреты людей. Но не так, как это делают художники». Гвин намерен ПИСАТЬ ПОРТРЕТЫ СЛОВАМИ, ведь «каждый человек – это не персонаж, а особая история, и она заслуживает того, чтобы ее записали». Разумеется, для столь необычного занятия нужна особая атмосфера, особый свет, особая музыка, а главное, модель должна позировать без одежды. Несомненно, у Барикко и его alterego Мистера Гвина возникла странная, более того – безумная идея. Следить за ее развитием безумно интересно. Читателю остается лишь понять, достаточно ли она безумна, чтобы оказаться истинной.

Лучшие рецензии
RESET
RESET
Оценка:
125

Очень сложно быть творческим человеком. Но еще сложнее жить с творческим человеком. Ведь тогда тебе придется постоянно слушать его, внимать ему, как будто нет ничего важнее его слов на свете. Тебе придется взваливать все планы и их реализацию себе на плечи, потому что он не будет с тобой. Он всегда не здесь. Он всегда далеко. А ты – никогда на первом месте. Несколько часов в день он будет «сидеть на твоих ушах», глаголя истину о мире, но ни разу не спросит, как прошел твой день. Ты не существуешь. Ты лишь помогаешь его существованию. Сможешь ли ты так жить? Если же ты его муза, то помимо вышеизложенных задач, ты еще и лишишься своего я. Ведь ему будет неважно, какая ты на самом деле. Ты лишь фундамент для его картин, стихов, пьес, скульптур. Он возвысит тебя для всех, кроме тебя самой. Ты станешь идеалом. Но… захочешь ли ты им быть? Захочешь ли отказаться от себя настоящей и носить маску в угоду его желаниям? Так что связывать свою жизнь с творческими людьми нелегко, но вот смотреть на них издалека…

Ребекка подумала, что этот человек любит ее, только не знает об этом и никогда не узнает.

Ранее я часто слышала, что Барикко прекрасен, но сама не верила в это, пока впервые не открыла его книгу. «Мистер Гвин» оказался исключительным. Он читался плавно и тягуче, будто само время размывало границы, тормозило стрелки на часах, продлевая упоение от встречи. Он был скуп на громкие фразы, на размеры и на объемы. Не эпичен был, не масштабен, но я затерялась в нем, как в лабиринте. И это было поразительно. Ведь я прожила жизни всех персонажей, а осталась снова с собою. Наедине. И тогда я подумала: «А может не стоит прятать свои чудаковатости? Может, стоит вглядываться в то, что пусть и ненормально, но отличает одного человека от другого? Делает его неповторимым, единственным в своем роде? Может пора прекратить стесняться своей «наготы», и раскрыть себя со всеми достоинствами и недостатками, со всеми погрешностями и неровностями, со всеми изъянами и слабостями»? Ведь герои этой книги со своими причудами хоть и казались несколько болезненными, повернутыми, но вместе с тем являлись живыми людьми. Не картонками, не куклами, не образами, а именно теми, кого мы миллион раз провожаем взглядом, проходя мимо по улице. Вот так подумала я и решила, что буду читать Барикко редко, и не приближаясь. Уж слишком он меня обнажает.

А еще я оставлю небольшой намёк и скажу, что если вы возьмете эту книгу в руки, то между строк в самом конце увидите в ней себя. Потому что каждый из нас история, и этот роман – ее часть.

Читать полностью
Little_Dorrit
Little_Dorrit
Оценка:
75

Эта книга, подобна прикосновению к любимому человеку, когда есть только ты и он, и ничто не разделяет вас. Никакой близости, никакой страсти, только краткий миг касания. Есть волшебство действий и это называется магическим реализмом, а есть волшебство слов, удивительное явление, заставляющее читателя видеть в каждой строчке отражение себя. Словно ты обнажён перед миром, открыт перед ним и есть эта незримая тонкая линия обволакивающих слов. Писателем может стать любой, а вот сделать из своей работы шедевр может не каждый. Об этом говорит автор, об этом говорит и его герой – мистер Гвин.

Прочитав несколько работ Барикко, я осознаю, что это именно тот автор, кто может меня заворожить, очаровать. В его работах чётко прослеживается художественность, словно он не пишет ручкой или на компьютере свои тексты, а будто он их рисует тушью, пастелью, гуашью и всё это преобразуется в нечто невероятное. Но автор, как и мистер Гвин остаётся далёк от читателя, он словно находится под колпаком, и мы лишь можем касаться написанным им строчек. Холодный, закрытый персонаж, который ни перед кем не обнажает свою душу, самозабвенно рисуя души людей словами. «Настанет миг, когда к вам захотят прикоснуться» - сказала Ребекка. И что произойдёт тогда? Тогда внешняя защитная стеклянная оболочка разобьётся и останется хрупкая новорождённая плоть. И от этого уже будет никуда не скрыться.

Что происходит с писателем, который теряет уверенность в себе? Его стесняют конкуренты, и он перестаёт быть интересен. Но что если он сам хочет уйти, скрыться от повседневной обыденности и найти что-то иное? Всё в этой книге не случайно, все лица, все места которые проходит герой создают образ его души. Он как птица, которая не знает куда лететь и вдруг обнаруживает укромное и уютное убежище. И если он действительно талантлив, то он сможет преобразить и изменить под себя обстоятельства.

«— Джаспер Гвин говорил, что все мы — страницы какой-то книги, но книги, никогда никем не написанной: напрасно мы бы стали искать ее на полках нашего разумения. Он сказал мне, что пытался переписать эту книгу для людей, которые приходили к нему. Найти правильные страницы. Он был уверен, что у него получится.
В глазах старичка мелькнула улыбка.
— И получилось?
— Да».

Но получилось не просто что-то воссоздать, раздобыть идею, развить её, но и стать врачевателем душ. Человеком, кто помогает стать самим собой, частью чего-то большего и обширного. И если бы в мире было больше таких людей, то он стал бы светлее и чище. Потому что всем нам, рано или поздно приходится снимать свою оболочку.

Здесь нет какой-то развратности и пошлости, здесь нет отталкивающих моментов, это всего лишь позирование, всего лишь часть работы, в результате которой вскрываются раны, в результате которой ты обретаешь нового себя. Это искусство, лишённое разговоров, это свет медленно умирающих лампочек, которые одни за другим перестают гореть. Это тот момент, который актёры называют самым драматичным. Когда гаснет свет, когда зал пустеет, и ты заходишь в пустую гримёрную комнату и снимаешь с себя оболочку, зная, что дома тебя ждёт пустота. Но здесь, после того как свет погас, ты начинаешь ощущать себя, ты начинаешь чувствовать жизнь, мир наполняется цветом, звуком и радостью. Именно поэтому многие так желают этот мир растоптать, желая забрать себе большее, желая уничтожить того, кто смог чего-то достичь, в отличие от тебя самого.

И снова бегство и снова тайны и загадки, но в этот раз уже всё иначе, потому что ты не прячешься от мира, ты отдаёшь этому миру себя.

Читать полностью
grt_pretender
grt_pretender
Оценка:
65
— Джаспер Гвин научил меня, что мы не персонажи, а истории, — сказала Ребекка. — Мы останавливаемся на том, что видим себя в персонаже, переживающем какое-то приключение, даже самое немудрящее, но должны понять другое: мы — вся история, не один только персонаж. Мы — леса, по которым он пробирается; злодей, который ему не дает проходу; суматоха, поднявшаяся вокруг; люди, проходящие мимо; цвета предметов, звуки. Понимаете?

Как известно, на каждого безумца найдутся последователи. Особенно если считается, что он гениален. Особенно если он, профессиональный писатель, бросает ремесло и решает писать портреты людей... словами. Причем для этого непременно нужно особое помещение, музыка, свет. И писать нужно непременно обнаженных людей, каждый день приходящих в это помещение на одно и то же время. Понять это – невозможно. Поучаствовать – почему бы и нет? Барикко и удивил, и покорил меня. Пожалуй, он ни на кого не похож. Но эта книга - в ней словно живешь вместе с персонажами, ходишь у них за спиной, пытаешься заглянуть в бумажные заметки и понять наконец, чем все это закончится.

Джаспер Гвин – типичный творческий невротик. Он не может жить вполсилы, беспорядочно, как все. Он всегда витает в облаках, он всегда где-то еще. Он никому не принадлежит. Он всегда может исчезнуть, спрятаться за псевдонимом. Если его тяготит его жизнь – он бросает ее, сразу и без остатка. Если у него есть идея, которая безумно восхищает и пугает его, он будет планировать ее до мелочей, но откладывать свое участие до самого конца, потому что поражение, особенно перед самим собой, хуже всего на свете. В каком-то смысле он тщательно выписывает свою эжизнь так же, как и свои романы. Он ставит эксперимент в стремлении переписывать истории людей, а выясняется, что делает гораздо больше – «приводит их домой».

- Я бы на вашем месте не была такой спокойной.
- Я не говорил, что спокоен. Я только сказал, что время есть. Я собирался впасть в панику через несколько дней.
- Вы, молодые, вечно все откладываете на потом.

Как известно, творческие люди творят всегда. Они могут физически не работать над воплощением какой-то идеи, но они всегда смотрят, думают, наблюдают, кристаллизуют что-то внутри себя. Иными словами, проводят внутреннюю работу. Она никода не останавливается, она просто не может. И Барикко удивил меня тем, что в этой книге он многократно увеличил этот подготовительный процесс. Он позволил своему герою непосредственно наблюдать за людьми в течение месяца, а потом уже садиться и писать портрет. Он попытался показать процесс постепенного знакомства и понимания человека, обнажения всех его вторичных оболочек и наслоений, чтобы добраться до его истинной сути, какой ее видит и понимает Гвин. Конечно, получился лишь набросок, но и он весьма интересен.

Герои Барикко, на мой взгляд, не из тех, кто находит счастье в контактах с другими. Им нужна внутренняя связь с самими собой, некое понимание чего-то сокровенного, что делает их ими. Понимание и принятие собственной неповторимости. И в каком-то смысле портреты Гвина им помогли. И Гвин здесь выступает как некий посредник (не зря он называет себя лишь переписчиком), он есть – и в то же время его нет. Уж не придумали ли его отчасти сами герои? Они хотят понять его, прикоснуться к нему, но он неуловим. Он лишь наблюдатель и слушатель. Он переписчик историй людей.

Читать полностью