Есть много монархистов, которые выдвигают положительные стороны Иоанна IV, какие безусловно были, например литературный талант. Строго апологетический религиозный подход дал Александр Боханов, однако он был специалистом по Царствованиям Александра III и Николая II, поэтому доверие к его экспертизе будет заведомо ниже чем при рассмотрении работ, чьи авторы всю жизнь занимались периодом Грозного. Назидательный тон требует более серьёзной подготовки: обвинения одного Н.М. Карамзина в масонстве выглядят очень легкомысленно, помимо него существовало много других правых исследователей, которые формировали исторические представления в Российской Империи. Защищать Грозного так запросто не получится. Объявление будто все 200 лет, в РИ и СССР прямо все историки придерживались антирусских западнических взглядов это крайне неосторожное объявление, похожее на самовредительское заблуждение. Есть и более продуманные реплики про спорность интерпретаций источников и необязательность поэтому принимать всякий раз сторону против Иоанна. Что сдерживает и апологию, толкая подыскивать оружие более действенное [А.Н. Боханов «Царь Иоанн Грозный» М.: РИСИ, 2013].
То же можно сказать и про Сергея Фомина, который не пытался написать полноценную историю правления Царя, а ограничился критикой эпизодов, которые были ему заведомо по силам, что сделало его книгу многим благоразумной [С.В. Фомин «Правда о первом русском царе. Кто и почему искажает образ Государя Иоанна Васильевича» М.: РИЦ, 2010].
Мне кажется более справедливым устоявшийся правый подход с разделением перехода 1547 г. «к целому ряду славных деяний» и 1560 г., «гранью между блестящим тринадцатилетним периодом Иоаннова царствования и последующею печальною эпохою его тиранства» [Д.И. Иловайский «Царская Русь» М.: АСТ, 2003, с.257].
Монархиста Дмитрия Иловайского, который переписывался с И.Л. Горемыкиным, советская пропаганда ненавидела и с ним всё время воевала, как до этого либералы в Российской Империи.
Подводов к Смуте много. Анти-Иоанновская литература в итоге преобладает. Одностороннее собрание всех мыслимых ужасов сопровождается ошибочными доводами в пользу демократии, которая, как мы знаем по опыту СССР, не всегда является средством предотвращения деспотизма. В отличие от демократов Иловайский, как и Аристотель, умел правильно отличать монархизм от тирании [А.М. Буровский «Московская цивилизация. Эпоха Рюриковичей» М.: Яуза-пресс, 2017].
Общий обзор аргументов, существующих у защитников Иоанна IV, полезен, слабые места обвинителей высвечены, особенности источников показаны; но и сам А.Н. Боханов показал, чего не следует делать, слишком положившись на мнение митрополита Иоанна (Снычева), чаще всего опрометчиво ссылаясь на его авторитет, который не назвать наивысшим. Ни как историк, ни как политический мыслитель и церковный публицист, митрополит Иоанн не показал себя образцом, об которого можно сломать всю правомонархическую историческую традицию.