Отзывы на книги автора «Юлия Яковлева»

К финалу пенталогии "Ленинградские сказки" стало понятно, чего здесь больше всего: сказочного хоррора. Король Игрушек со своей жуткой игрой в ложечку и глазик опять здесь, он меняет обличья так, что им может оказаться кто угодно. Одноглазый ситцевый мишка то ли друг, то ли враг - а кто подскажет?

Но Таню - Таню мальчики не забыли, хотя оба - и Шурка, и Бобка - уже взрослые. Одни и те же сны про ту самую картину - а она так и висит на стене - и что-то снова происходит! Может быть, Таню удастся вернуть?

Здесь уже очень отчётливы две линии страшной сказки: сказочно-фантастическая и реальная. И на этот раз вопрос не в том, какая страшнее. Автор повторяет: когда людям хорошо - они хорошие. И наоборот...

Вопрос в том, что обе реальности скрещиваются - на реальность потустороннюю влияет посюсторонний мир, вот что.

Знайте: Шурка принял вызов Короля Игрушек. Снова принял. Битва должна закончиться, хотя никто не знает, как это возможно.

Долгожданное продолжение «Ленинградских сказок», третья книга пенталогии, – как же я эту книгу ждала! И уверена, не я одна.

Напомню – главные герои книги, Шурка, Таня и Бобка, живут в Ленинграде, арестовывают их отца и мать, а потом начинается война, а потом – блокада… Семьи нет, семья разорвана в клочья репрессиями и войной, и становится все хуже и хуже…

В третьей книге пути главных героев расходятся… Таня с тетей Верой уезжают в эвакуацию в Азию. А Шурка и Бобка тоже эвакуированы по знаменитой ледовой дороге, они живут за Уралом, в городке Репейске. Все, что осталось на память, – это «пуговка» – глаз от мишки, сгоревшего в печке блокадного города, да еще шапка, которую насквозь замерзший Шурка долго отказывается снимать…

Здесь есть вся страшная правда о блокаде. Не только героизм, но и малодушие. И нежелание знать правду о «героических ленинградцах». И насмешки над дистрофиками, над теми, кому чудом удалось вырваться из осажденного города. И веселые розовощекие упитанные люди, которые тоже из блокадного Ленинграда, но как будто – из какого-то другого…

Здесь есть вся страшная правда о войне… Атаки, бомбежки, ранения и смерти, и треугольные письма, которые почтальон боится вручать адресату, потому что внутри – горестные известия…

Здесь есть и напоминание о Холокосте. Ничего не говорится прямо, но молчаливая девочка Сара, которую удочеряет дядя Яша, напоминает читателям о страшной судьбе целого народа, почти истребленного во время Второй мировой войны…

Но здесь есть и светлое, доброе, дающее надежду. Это осознание того, что на войне нет «своих» и «чужих» детей. И голодные Шурка с Бобкой находят приют у доброй женщины, которая еле сводит концы с концами и своего-то ребенка едва может накормить. А Таня в далекой Бухаре наконец-то получает вдоволь хлеба – тоже от совершенно незнакомых людей…

Это безграничная вера в победу, в то, что близкие люди живы и вернутся домой… Наверное, только вера и надежда и держат людей на плаву в эти страшные дни, когда и маленькие, и взрослые думают только об одном: чтобы смерть прошла мимо тех, кого они любят…

«Ленинградские сказки» – это мистический реализм. Тонкое знание быта и истории 30-х-40-х годов тут переплетено со сказочной, потусторонней реальностью… Тут люди превращаются в зверей, тут птицы разговаривают, а страшный Ловец Снов запросто выменивает человеческие жизни на нужную ему безделушку…

И маленький Бобка, загадавший свое заветное желание – «Оружие! Небывалое! Чтобы всех!», – еще не понимает, что война не различает правых и виноватых, и что больно будет всем… Даже тем самым жукам из коробочки, которых по его воле превратили в гигантские машины-убийцы…

Но тепло человеческой заботы и участия растапливает лед… А колдовство творит чудеса. И словно магнитом, героев снова тянет в Ленинград…

И впереди еще две книги, которых снова нужно ждать.
Ждем! С большим нетерпением.

Скажи-ка, дядя, ведь недаром
Москва, спаленная пожаром,
Французу отдана?

"Случай в Москве" продолжает серию ретродетективов о Матвее Мурине, молодом офицере, участнике Отечественной войны 1812. Хотя "продолжает" не совсем верно, события книги разворачиваются в октябре, когда в оставленную Наполеоном сожженную Москву входит русская армия. Хронологически это предыстория "Бретера" и "Таинственной невесты", и возлюбленная героя Нина не то не успела еще выйти замуж за князя Звездича, и Мурин еще надеется "сделать ее счастие", как тогда говорили, не то замужество не казалось обоим препятствием - так или иначе, герой ждет письма, а писем все нет, и к тяготам войны добавляются выматывающие душу страдания - кто любил, поймет.

В пути герой делается свидетелем казни партизанами пленных французов, глубоко возмутившей его, и на какое-то время обзаводится личным пленником, по совместительству той еще головной болью. Однако месье Арман оказывается сыщиком Сюрте и кое-чему может научить своего спасителя. Парадокс этой войны в том, что русское офицерство владеет языком врага лучше, чем родным, что в некоторых обстоятельствах может быть полезным. В Москве, однако, сдав француза под арест, мог бы чувствовать себя свободным, но тут, почти на его глазах погибает молодая француженка.

И что-то в этой смерти не так, а кольцо Луизы Бопре с выгравированным "Вместе навек", словно бы взывает разыскать возлюбленного девушки, чтобы сообщить о ее печальной участи. Сходятся две муринских страсти: охота к распутыванию загадок и сочувствие влюбленного. Не говоря о том, что расследование помогает отвлечься от собственных переживаний, так начинается третья для нас история красавчика ротмистра. Юлия Яковлева показала нам столичный Петербург с "Бретером" и провинцию с "Таинственной невестой", теперь очередь московских изогнутых улочек, атмосфера, и реалии места-времени воссозданы замечательно.

Чего стоит деталь с закопанными в провощенных мешках сукнами и батистами, которые владельцы лавочек Кузнецкого моста выручают из под земли, проветривают и просушивают, тотчас как русские офицеры входят в город. Или прежняя вывеска портного месье Жюдена, которая в одночасье меняется на "Мастерскую Юдина". Историк театра, Яковлева покажет читателю и театрик, где выступали оставшиеся в городе француженки, и где наполеоновские солдаты сорили ассигнациями.

Интересно, познавательно, переживательно, а в формате аудиокниги, начитанной Григорием Перелем - огромное удовольствие и буквально возможность увидеть свое кино. Спасибо ВИМБО книга уже есть в их приложении и на Строках

Юлию Яковлеву я знала по ее "детской" серии и автор запала в душу. Правда, с детективной серией про следователя Василия Зайцева я попала впросак, и толком не проверила и (тупить - наше все) на игру взяла не первую книгу из серии. Но так получилось, что в той же игре выпала в следующем туре и вторая книга, то есть первая. И она мне понравилась гораздо больше чем предыдуще прочитанная (пишу коряво, но иначе я окончательно запутаюсь где первая, где вторая), так как тут тема гораздо интереснее для меня (все таки лошади-ипподромы вообще не моя тема).
Соглашусь с тем рецензентом, кто написал, что фигура следователя Василия Зайцева немного невнятная. Но, есть у меня такая мыслЯ, что личность следователя будет раскрываться в следующих книгах - там есть интересные намеки. Упоминается, что был буквально беспризорником, и тут же идут такие знания, что дают основания думать, что зачатки очень хорошего образования Василий все таки получил. А если мы сложим вместе то, что следователю где то около 30, на дворе тоже самое начало тридцатых и посчитаем сколько Васе могло быть в лихолетье войн и революций... Да, тут есть при желании где развернуться и подумать, с чего бы мальчик стал беспризорником и что могло случиться с его семьей. Ну это пока мои догадки, посмотрим, что будет в следующих книгах, и будет ли автор развивать эту тему вообще.
Очень хорош описанный Ленинград, но про это упомянули многие. А я лучше скажу что меня зацепило - насколько автор хорошо описала становление "новой советский партократии". Как раз самые такие благословенные годы - войны революции уже закончились, партократия обросла жирком, вкусила хорошей жизни - бывшие квартиры бывших бар, домработницы, спецраспределители, спецстоловые, спецзаказы, спецпошив, спецзаказ, в общем, спецжизнь! Правда, вокруг много желающих такой же жизни, поэтому под словесами о всеобщем равенстве и врагов вокруг можно или чье-то местечко занять, или спихнуть того, кто вдруг на твое позарился... Автору просто браво за то, что она вплела эту историю в книгу, да еще и искусно совместила ее с извечной борьбой двух столиц - Москвы и Ленинграда, становлению клановости со всеми вытекающими.
Отличный ретродетектив, жду новых книг автора.

Как жаль, что это последний из написанных детективов из серии о следователе Зайцеве. Очень уж мне нравятся эти ретро-детективы!
А в этом ещё и тема шикарная: забытые актеры немого кино и восходящие звезды звукового.
Просто прекрасные описания съёмок фильма "Весёлые ребята" в Гаграх. Неожиданные характеристики Леонида Утесова, Александрова, Любови Орловой.
Не небожители, не иконы стиля — просто люди со своими слабостями и пороками.
Сама детективная история, как и в других романах цикла, особо не затягивает. Хотя, опять же, превосходное описание странной коммуналки, дорогих украшений, антикварной мебели.
Даже люди не столь интересны, как все эти мелочи.
Очень хочу продолжения!

Мне показалось, что к третьей книге цикла Следователь Зайцев Юлии Яковлевой - Небо в алмазах - степень читабельности выросла. Титульный герой не бравирует больше загадкой своего происхождения, буквально 3-4 раза вспоминает о своем аристократическом детстве, наверное ради тех, "кто к к нам только что присоединился". Сражение между МВД и ГПУ больше не является сюжетообразующим и упоминается тоже всего пару раз, чтобы объяснить особый статус Зайцева и Епифанова. Атмосфера по прежнему очень фактурная, но более дружелюбная к читателю, более светлая... Но самое главное - мир изобразительного искусства сменился миром кинематографа, в центре советская эпоха джаза с Леонидом Утесовым.
По сюжету, главы с расследованием убийства чередуются с главами из дневника киноактрисы, и это позволяет автору создать сверкающую мозаику взлетов и падений героини.
Но ко времени действия произведения на кино-небосклоне новые звезды, и читатель из-за кулис может видеть, как снималась первая советская музыкальная комедия - Веселые ребята. Которая, кстати, имела успех и за рубежом и даже участвовала в программе второго Венецианского кинофестиваля. По своей фамилии названы Утесов и Александров, а многие другие исторические персонажи, либо под псевдонимом, либо просто по именам. Уверен, что выяснять кто есть кто - отдельное удовольствие для знатоков. С другой стороны, не знаю смотрели ли этот фильм более молодые читатели и знают ли они, как выглядели его персонажи.
Как детектив книга не оставляет шансов разгадать загадку, хотя намеков вроде бы достаточно много. В качестве тайм-киллера роман хорош и читать его не стыдно. Есть в произведении еще один слой, проявляющийся только в самом конце, но как рассказать о нем без спойлеров я не знаю.
Ну и толстый клиффхэнгер (привет, Утесов) не оставляет шансов, что роман будет последним в цикле. Буду ли я его читать следующие - не знаю, честное слово.
UPD: после чтения Перед изгнанием. 1887-1919 Феликса Юсупова мне стало ясно, что эпизод в ресторане "Медведь" целиком основан на мемуарных воспоминаниях князя о приключениях с братом и его подружкой. Может ли быть, что и остальные "дневниковые" записи героини носят если и не подлинный, то основанный на чем-либо характер?

Небольшая и очень интересная книга об истории русского классического балета: он, такой же символ России, как и матрешка, родился — в том виде, в каком мы его сейчас знаем, — чуть больше века назад у совершенно нерусских родителей — как и матрешка. О том, как талантливая бездарность Мариус Петипа превратил публичный дом для аристократов (будем называть вещи своими именами) в храм искусства. Об интригах, дрязгах, битвах самолюбий — еще бы, это же театр. Но еще больше о том, как выкристаллизовывалась та структура балетного спектакля, к которой мы привыкли, и как в результате появились «Спящая красавица» и «Лебединое озеро».

Это ни в коем случае не академический текст: наоборот, он очень полемичен и порой резок, но при всей живости не скатывается в малаховщину. Как пример авторского стиля — портрет известного балетомана:

Константин Скальковский тоже был личностью впечатляющей. Директор Горного департамента. Про его взятки, отдельный вагон, лукулловы пиры и позу знатока женщин ходили в Петербурге анекдоты. Но, на минуточку: список его научных трудов, записок, путевых заметок, разнообразных учреждений весьма длинен. Из Горного департамента он с полным правом метил в министры. Но не преуспел. В его воспоминаниях иногда проскальзывает, что помешал этому балет: скомпрометировал. В высших сферах не захотели видеть министром автора трактата «О женщинах» и инициатора газетных дебатов о том, обязаны ли танцовщицы брить подмышки. Не то чтобы петербургский господин с подобными взглядами, положением и образом жизни был исключением; конечно же, нет! В Петербурге возможно было все. Но Скальковский сделал свой образ жизни открытым. Даже подчеркнутым. Он писал о нем в газете, выпускал книги. И вот это в Петербурге было чересчур.

Юлия Яковлева не стесняется раздавать оценки и ставить диагнозы. Человеку, от балета далекому, понять, насколько справедливы ее трактовки, невозможно. Но чтение очень увлекательное.

Не очень люблю ретро детективы, но если это ретро советского времени — я пропала! Очень нравится.
Ленинград, 30-е годы XX века. Тяжелое, голодное, страшное время.
Да и не только преступления государственного масштаба приводят в ужас. Мелкое воровство, грабежи, жульничество также имеют место быть. И убийства. Куда же без них?
Но вот следователь Василий Зайцев сталкивается с чем-то непонятным. Вроде как и паниковать не из-за чего, но очень уж эти преступления яркие, постановочные какие-то, театральные.
Тут женщина, сидящая в кресле на фоне алой занавески с белой розой и метелочкой в руках.
Здесь вот целая группа: коленоприклоненные старуха и молодые бабы, негр и младенец на коленях одной из женщин.
И опять женщина на коленях с живой гвоздикой в руках.
Их много таких вот инсталляций, но сыщикам не хватает элементарного образования чтобы понять, в чём тут дело.
И всё-таки Зайцев догадывается и обращается за помощью к сотрудникам крупных музеев.
В целом, мне понравилось. Только вот изложение слегка хромает.

Плачут! Ещё как плачут!!! - вот что я сказала сразу после того как дочитала книгу.
Это невероятные "сказки", они переворачивают моё сознание. Даже несмотря на то, что на многие вещи в книге я смотрю критически.
С нетерпением буду ждать продолжения.
Герои Яковлевой вошли в моё сознание основательно, и я думаю что эти книги ещё долго меня "не отпустят".
Отлично!!!

Грамотно рассказать популярную литературу для "растишек". Качественно разобрать классику на пазлики, чтобы дети (и их родители) потом смогли их собрать. Современно завлечь оригинальными картинками подрастающее поколение перед каждой главой. Вплести глубокий смысл в эти картинки для уже взрослого поколения, с целью привлечения внимания и другой аудитории. Попытаться написать книгу так, чтобы она была интересна каждому кто её возьмёт.

Подозреваю, что в настоящее время всё вышеперечисленное очень тяжело воплотить в жизнь, так как с таким количеством литературы соригинальничать очень сложно. Но автору данной книги это удалось и я просто готова встать со своего удобного стульчика и похлопать ей, потому что если это не победа, то второе-третье место точно.

1. За "свою фишку" (в виде крутых коллажей) этих весёлых и остроумных зарисовок уже с лёгкостью можно накидывать балл.
2-3. Потом пару баллов за остроумие и весёлость (я же про это ещё не говорила?).
4-5. Дальше пару баллов за некоторые неизвестные аспекты из всемирной литературы (честно, была в шоке от некоторых данных).
6. Балл за разбираемые произведения (некоторые добавились в списочек на прочтение).
7. И, естественно, балл за проделанную работу (уважаю труды авторов, они круты).