4,4
31 читатель оценил
177 печ. страниц
2019 год
16+
Оцените книгу
  1. svetaVRN
    Оценил книгу

    Человек, в котором живет музыка…

    Владислав Шпильман – поляк, еврей и пианист. Он написал свою книгу в 1945 году, для того, чтобы не сойти с ума. Боль, ужас от пережитого, огромное чувство вины перед родными, которых он не сумел спасти – все это выплеснулось на страницы. Буднично и сухо, а от этого еще более жутко, льются его воспоминания…

    Вторая мировая война. Сотни тысяч замученных, загубленных жизней. Наверное, миллионы людей задавали себе вопрос: «Как же это так вышло? Как можно было допустить ТАКОЕ?».

    «…И так мы хотим выиграть эту войну, звери! Этим массовым уничтожением мы войну окончательно проиграли. Мы покрыли себя несмываемым позором и будем навечно прокляты. Мы не заслуживаем снисхождения. Мы все виновны…»
    Из дневника немецкого офицера. 16 июня 1943 года.

    Варшавское гетто – горы трупов, бессмысленные казни. Там нацисты с варварским увлечением учатся уничтожать людей.
    Отрешенность, с которой Владислав Шпильман рассказывает о гибели своей семьи, просто потрясла меня. То, что он не захотел написать словами, читалось душой - ах, это жуткое слово «НИКОГДА»! Не вернешь ссор с братом, не узнаешь ближе сестру, не обнимешь отца, не увидишь маму. Вот что было между строк…

    Когда Шпильман потерял всех своих близких, продолжать жить он смог именно благодаря своей любви к музыке. Лишенный возможности хотя бы прикоснуться к клавишам, в своей голове он проигрывал мелодии, которые надеялся когда-нибудь сыграть вживую… Безысходные безумные обстоятельства, в которых оказался человек искусства. Мешая раствор, таская кирпичи, замерзая, Шпильман все еще думает о пальцах рук – если получит травму, как же тогда он сможет играть?!
    Без лишних эмоций Владислав Шпильман упоминает о своей помощи Сопротивлению. Нет, он не считал себя героем, просто старался сделать хотя бы что-нибудь для своего народа.
    Шесть лет кошмара… Варшава превращалась в руины, а Владиславу Шпильману все еще везло, находились люди, которые помогали, хотя смерть все время дышала ему в затылок. А последним кто спас Владислава, стал немецкий офицер. Что это - насмешка судьбы или Божья воля?

    На это раз я осмелился задать вопрос — он просто вырвался у меня:
    — Вы немец?
    Он покраснел и чуть ли не крикнул запальчиво, будто я его обидел:
    — Да, к сожалению, я немец. Я хорошо знаю, что творилось здесь, в Польше, и мне стыдно за мой народ.

    Цените жизнь без войны…

  2. 4566343
    Оценил книгу

    Владислав Шпильман… Что мы знаем об этом человеке? К сожалению, очень мало. Его имя большинство из нас узнали после знаменитого фильма «Пианист» Романа Полански, режиссера польско-еврейского происхождения, который на своем опыте знает, что такое холокост, и который снял просто потрясающую драму, в конце которой я рыдала, хотя и не отношу себя к чувствительным леди. В Польше Шпильмана знают почти все, там он – известный композитор, автор множества песен, сразу становившихся шлягерами, и, конечно же, просто талантливый музыкант, на концерты которого толпами ходили люди… В тысяча девятьсот тридцать девятом году, первого сентября, началась Вторая мировая война, и тогда жизнь Владека Шпильмана и членов его большой семьи превратилась в настоящий кошмар…
    Владислав Шпильман – один из немногих, кто пережил холокост в Польше, остался жив и честно рассказал о том, что видел; известно, что люди, которые пережили нечто подобное, стараются не то что не говорить, но даже не вспоминать об этом, но Шпильман нашел в себе силы поведать нам свою историю, тем самым немного облегчив свою боль, которая никак не давала ему вернуться к нормальной жизни…
    До начала войны Шпильман работал на Польском радио, был уже довольно известен, жил вместе со своими родителями, братом и двумя сестрами, о которых он тоже нам рассказывает по мере продвижения событий… а потом в Варшаву, где они жили, приходят нацисты – я не люблю называть нацистов немцами, потому что сама немецкая нация не виновата в том, что произошло у них в Германии,- и жизнь евреев – а Владеку Шпильману не повезло родиться евреем – резко меняется к худшему. Сначала их заставляют носить особые повязки со звездой Давида, потом конфискуют их вещи, а затем и вовсе отправляют жить в специально отведенное для них гетто. Обо всем этом Шпильман рассказывает нам спокойно, без истерик, но все равно мне было очень больно и хотелось плакать от жалости ко всем этим людям, с которыми так поступали. А ведь те, о ком он рассказывал: его близкие, друзья, знакомые,- все они жили когда-то, дышали этим воздухом, любили и мечтали… и у меня в голове не укладывается то, что с ними потом произошло. Танцы на улице, которые устраивали для развлечения эсэсовцы, в десятиградусный мороз; работа в обшарпанном кафе, куда приходили евреи-нувориши, которым было наплевать, что играл им на своем рояле Шпильман; массовые расстрелы, убийства детей, депортация… а что потом? Квартира где-то за пределами гетто, добрые люди, согласившиеся приютить его, и мошенник, собирающий деньги у людей на помощь Владиславу Шпильману, отсутствие еды… и страх, всепоглощающий страх, который не дает нормально жить… Лучше уж под пули, чем всю жизнь вздрагивать от каждого шороха, скитаться, не зная, где склонить голову, и бояться, бояться… думаю, даже спустя годы Шпильман просыпался по ночам от кошмаров, в которых он возвращался в то гетто, в тот ужас, через который ему пришлось пройти… Я восхищаюсь Владиславом Шпильманом! Я не знаю, хватило ли бы у меня силы воли столько лет бороться за свою жизнь, не сдаваться и верить в то, что все наладится… верить, даже когда свет, казалось, уже погас, и мир погрузился во тьму…
    Я занимаюсь историей Германии, той самой, нацистской Германии. Я знаю много о заговорах, убийствах, расстрелах, знаю о холокосте… Но, даже узнав, что происходило там, в той стране, где правил Адольф Гитлер, я не смогла понять нацистов… не смогла понять их логику и мотивацию. Да, нацизм остался выше моего понимания, и мне, наверное, стоит этому радоваться… И как пацифистка я заявляю: такое больше не должно повториться, никогда…

    P.S. Вильгельму Хозенфельду - тому самому немецкому офицеру, который спас Шпильмана, - от меня низкий поклон. Он, как я узнала, был ярым противником Гитлера и, служа в Польше, спасал всех, кого только мог. Шпильман - не единственный, кто избежал смерти благодаря Вильму Хозенфельду. К счастью, справедливость свершилась - и Хозенфельда наконец-то признали праведником мира. Жаль только, что он так и не вернулся домой, к своей семье. И вечно же хорошим людям не везет!..

  3. TibetanFox
    Оценил книгу

    Сколько не читаешь художественной литературы, пусть и основанной на документальных событиях, но всё равно осознаёшь, что она условна. Даже если там говорится о конкретных событиях, которые автор долго изучал и точно воспроизводит — автора там не было, не было там и его лирического героя, поэтому все их слова так и остаются химерами разной степени прозрачности. Владиславу Шпильману не предъявишь обвинения в условности. Главный герой — музыкант по фамилии "Музыкант", и вот тут в художественном произведении можно уже было кривиться, дескать не мог автор чего половчее выдумать? А вот этот автор не мог. Владислав Шпильман ведёт дневники и описывает то, что видел сам, а не то, что реконструировало сострадательное воображение. И от этого оценивать книгу нелегко. Потому что писатель он так себе, но сама глыба того, о чём он повествует, требует уважения и внимательного изучения.

    В варшавские дневники погружаешься постепенно. Поначалу сумасшествие происходящего почти незаметно, описываются лишь кратковременные неурядицы, потом всё больше и больше... И в какой-то момент ты понимаешь, что мал-помалу это выросло в чудовищную, гротескную, кошмарную картину. Одинокий человек в заброшенном городе, руины, холод, животное существование. У человека нет даже сил, чтобы лишний раз пошевелиться. И как верно он замечает сам — у Робинзона Крузо была хотя бы надежда, что рано или поздно он встретит человека. А у Шпильмана такой надежды нет, ведь встреча с другим человеком для него почти наверняка равносильна мучительной смерти.

    Шпильман — огромной силы воли человек. Даже когда судьба совершенно от него отворачивается, друзья пропадают, а надежды на то, что его родные живы — никакой, он всё равно упрямо ползёт вперёд. Нечего есть, невозможно пошевелиться, от холода спирает дыхание, но он лежит и повторяет музыкальные сочинения и английский язык. Какой мужчина! Какой душевной силы человечище! А когда появляется немец, проявивший к нему доброту и стыдящийся поведения "коллег", возникает ощущение, что это поступок феноменальный. Да, это необычно, но вдумайтесь: на самом деле немец проявил не необычайные качества, а самые что ни на есть обычные, естественные. Накормить голодного, обогреть замёрзшего — абсолютно нормально, но для нацистского строя такая "нормальность" абсолютно дика!

    От чтения этих дневников не получишь удовольствия, зато узнаешь, что там было и как при помощи "взгляда изнутри", И фильм с Эдрианом Броуди по этой книжке — очень точный, рекомендую.

Подборки с этой книгой