Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Старая девочка

Старая девочка
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
58 уже добавили
Оценка читателей
2.6

Владимир Шаров, историк и романист, не боится представить историю как увлекательное действо, игру смыслов и аллюзий – библейских прежде всего. Его личная тема – сталинская эпоха, время больших идей и больших страстей.

“Старая девочка” Вера Радостина, убежденная коммунистка, жена сталинского наркома, теряет всё – мужа, расстрелянного в 1937-м, детей, дом… Решив поставить крест на уготованной ей судьбе, она начинает “жить назад”: день за днем, сворачивая, будто ковер, свою прежнюю жизнь. Верстовыми столбами на этом долгом пути становятся подробные дневниковые записи, которые она вела ежедневно с пяти лет.

Лучшие рецензии
Unikko
Unikko
Оценка:
58

Загадочная история Веры Радостиной
Словно в подтверждение давней догадки: парабола - один из самых сложных литературных жанров. Для читателя. Когда при поверхностном или буквальном прочтении, что в случае параболы одно и то же, всё кажется ну о-очень простым, а приглядишься внимательнее... Взять хотя бы знаменитую повесть "Старик и море": незамысловатый сюжет, очевидная идея, в общем-то, всё понятно: "рыбку жалко". Понятно? Правда??

Обманчиво прост на первый взгляд и роман Владимира Шарова. У Веры Радостиной, "убеждённой коммунистки", в 1937 году пропал муж. Уехал в Саратов на новое назначение и… пропал. Ну, понятно, как "пропал": никто ничего не знает, знакомые смотрят косо, коллеги перестают здороваться, а "высокие связи" в Москве - ещё вчера такие отзывчивые – сегодня не отвечают на звонки. Саму Веру не тронули. Даже дочек вернули. Но что-то оказалось безвозвратно разрушенным. Пытаться бороться – бесполезно; жить, будто ничего не случилось, - невозможно. И Вера находит своеобразный выход из ситуации: решает "начать жить назад", читать каждый день по одной записи из своего дневника, который (особенности воспитания!) методично вела всю жизнь, и таким образом день за днём возвращаться назад, в светлое прошлое.

Компетентные органы обеспокоены: возвращение Веры может оказаться опасным для страны, что если вслед за ней в прошлое отправятся миллионы советских граждан?! Но "наверху" посчитали: Вера обычная женщина ("там" лично были знакомы), а значит, потеряв мужа, она просто хочет вернуться к кому-то из бывших возлюбленных, вопрос лишь – к кому? Поэтому принято решение: Вере не мешать, всех бывших разыскать и посадить в особый лагерь, чтоб были под рукой, а процесс "возвращения" взять на контроль... (Заметьте в моём неуклюжем описании одну из особенностей парабол: сюжет пересказать невозможно).

Драматизированная биография "жены врага народа", "бедной, несчастной женщины, жизнь которой неизвестно зачем и за что погубили" с элементами гротеска и мистики. Но только на первый взгляд. В действительности, расшифровать образ Веры Радостиной не многим проще, чем понять, кто (или что) скрывается под символом V в одноимённом романе Пинчона. Старая девочка – кто она? Справедливость, Правда, Добро или Коммунистическая идея, уничтоженная несправедливостью, неправдой и злом в 1937 году? Мужчины "из дневника" не просто когда-то любили Веру, но – как выяснили компетентные органы - сохранили это чувство на всю жизнь (почему?). Все, включая рассказчика, который познакомился с Верой последним. Они - "свидетели Веры, её пророки и апостолы", торжественно ожидающие, когда же придёт день новой встречи с Верой. Большевизм как религия? Со своими таинствами, символами веры, пророками и мучениками. Только без бога.

Но можно ли повернуть время вспять? Можно ли, вернувшись в прошлое, снова стать счастливой? И что такое счастье? А память? В романе ответов нет. Двусмысленность и неопределённость - суть "Старой девочки". И если поначалу с каждой перевёрнутой страницей дневника и с каждым выстраданным днём "апостолов" нарастает чувство необратимости и обречённости, то финал романа звучит торжественно и неожиданно оптимистично.

Красивая книга, но жёсткая, местами даже грубая, и тема очень скользкая. Но, как писал Витольд Гомбрович, "скользкие темы существуют для того, чтобы от них бежали благовоспитанные тётки, а не литература"...

Читать полностью
readinggirl
readinggirl
Оценка:
16

Одно из моих жизненных правил заключается в том, что всё, что делается (пишется, размышляется, шьётся, выжигается напильником по дереву etc), должно делаться с какой-то определённой целью. Пусть даже банально срубить деньжат!..
Какую цель преследовал автор этой книги мне понять трудно. Я не знаю, и даже не пытаюсь понять, что творилось в его голове.
Героиня, опустошенная, разорённая, разочаровавшаяся, решается на невероятное: день за днём проживать свою жизнь наоборот. При этом она сохраняет ясность ума и память о будущем, остающемся в прошлом. В конечном итоге она, став пятилетним ребёнком, воспитывается своими же дочерьми, из-за неё же и лишенными детства, юности, любви, собственных семей...
И что в итоге?
Для чего она шла назад?
К кому она шла назад?
К кому-нибудь из тех, кто так или иначе касался её жизни в прошлом-прошлом?
Или, на самом деле, к Богу?
Вряд ли кто не заметит созвучность имени ГГ "Вера" одной из христианских добродетелей - ВЕРЕ.
Только вот в чём прикол: героиня, трахавшаяся со всеми мужчинами, встречавшимися ей по пути (кроме Сталина, конечно), переступила через две других христианских добродетели - ЛЮБОВЬ и НАДЕЖДУ, а потому априори не могущая обладать МУДРОСТЬЮ, является пародией. Пародией на своё имя, поскольку веры в ней ни на грош. Такой же пародией являются и все её "пророки" и "апостолы", ожидающие своей очереди на встречу с ней в будущем-прошлом.
Сама жизнь ГГ полностью нивелирует (простите, не знаю, как по-другому описать это ощущение безысходности) само понятие веры.
Несмотря на отсутствие откровенной чернухи, читать книгу мне было противно. Очень противно. Словно... испорченного салата наелась, а отплеваться не получается - так и чувствуешь противный привкус на языке, "аромат" в носу и, кажется, даже глаза разъедает.
Так и будет каждый раз возвращаться этот запах и этот привкус...

Читать полностью
ElGatoDeRayas
ElGatoDeRayas
Оценка:
5

Очень я разочаровалась, прочитав "Старую девочку". От историка, лауреата двух престижных премий не ожидала получить театр абсурда в декорациях сталинской эпохи.

А как неплохо всё начиналось и как довольно сносно и удобоваримо (для магического реализма) всё закончилось. Но в середине, когда более-менее вырисовалась общая концепция романа, стало возникать ощущение, что смотришь старый наивный ч/б фильм о войне, где Гитлер и немецкие солдаты изображаются пациентами ПНД с легкой степенью дебильности, только здесь в ролях умственно отсталых - Сталин и Ежов. А как иначе воспринимать людей, углядевших в действиях главной героини, Веры Радостиной, жены репрессированного замнаркома нефтяной промышленности, в её решении проживать в обратном порядке события своего дневника, который она вела 20 лет с пятилетнего возраста, угрозу увести за собой назад (это за революцию, к царизму, что-ли?) окружающие её массы города Ярославля, а в дальнейшем, видимо, и всего Советского Союза!

А чудесная идея собрать всех состоявшихся и гипотетических Вериных мужей и любовников в лагерь и держать их там, кого 15, а кого и 20 лет, что называется, до востребования, пока героиня в своих скитаниях до них не дойдёт?! Прямо как у Бродского: "Из забывших меня можно составить город..." У Шарова получается "Из любивших её можно составить зону."

А несчастный башкирский муж номер два, покинутый Верой с двумя детьми, мальчиком и девочкой, в лагере оказывается с пятью детьми мужского пола и примерно одного 15-летнего возраста (описывается, что на празднике они стоят все пятеро в основании гимнастической пирамиды, держа на плечах троих взрослых мужчин)! Это что, автор забыл содержание, пока писал?!

В общем, если бы не интересные исторические сентенции и довольно читабельный стиль изложения, всё было бы намного грустнее.

Идея романа, даже если принять во внимание достаточно прозрачную аллюзию на то, что Вера Радостина - это вера, и что народ возвращается не к Вере, а к вере, показалась мне чрезвычайно наивной.

Читать полностью
Оглавление