Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Пусть льет

Пусть льет
Читайте в приложениях:
Книга доступна в стандартной подписке
58 уже добавило
Оценка читателей
4.08

Впервые на русском – второй роман классика современной литературы, написанный сразу после прославившего его романа «Под покровом небес», многим известного по экранизации Бернардо Бертолуччи с Джоном Малковичем и Деброй Уингер в главных ролях. Действие «Пусть льет» происходит в Танжере, в последние дни Международной зоны. Нелсон Даер, скромный кассир нью-йоркского банка, приезжает в Танжер в поисках новой жизни. Среди международных аферистов, обедневших аристократов, неловких шпионов и жуликов всех мастей он дает свободу своим инстинктам, исследуя изнанку цивилизованного общества, – и, не в силах остановиться, заходит слишком далеко.

Читать книгу «Пусть льет» очень удобно в нашей онлайн-библиотеке на сайте или в мобильном приложении IOS, Android или Windows. Надеемся, что это произведение придется вам по душе.

Лучшие рецензии и отзывы
nata-gik
nata-gik
Оценка:
43

Странно, почему я так стремилась найти эту книгу. Или поменять или купить. Ведь после прочтения аннотации стало безусловно ясно – это именно того жанра роман, который вызывает во мне слабо объяснимое, но очень сильное раздражение. Стиль, воплощаемый и возглавляемый Фитцджеральдом. Декаданс, "загнивающая цивилизация", скука, "бессмысленный и тусклый свет". Но у Боулза оказалась необычная точка входа. Главный герой, совершенной случайный человек во всей этой типичной гэтсбищине вызвал по меньшей мере интерес. Сам автор в предисловии говорит о том, что ни один герой его романа не достоин ни то, что любви читателя, даже небольшой симпатии. Но за Даером было довольно интересно наблюдать.

Боулз отлично передал всю нелепость "пустого" человека. Что нет в ней ничего благородного, ничего высокопечального. Он с первых строк совершенно точно совпал в своей подаче главного героя с моим к нему отношением. Он мне не нравился, вызывал раздражение, даже бесил. Но в отличие от других авторов того же стиля, Боулз не делал из этой истории, из этого состояния героя "красоты гниения". Можно сказать, что в своем романе он выступил как максимально честный бытописатель. Собственно говоря, никто из героев этой истории не выглядит хоть немного приукрашенным. Никакие их, даже самые потаенные мысли, не выдают псевдо-глубины их потерянности, нет пронзительных страданий от бессмысленности существования. Да, проскальзывают иногда мысли о пути, о планах, о том, что будет дальше. Но лишь совсем фоном. Да и в таком состоянии алкогольного или наркотического опьянения, что можно только улыбнуться, но никак не воспринимать все эти рассуждения серьезно.

Но самое важное, что дал этот роман – это ощущение иллюзорности "настоящей" жизни. Чем более сложные и вроде бы значимые поступки совершают герои, чтобы, как им кажется, вырваться из тусклой обыденности, тем дальше они от того, что есть сама жизнь. Конечно, квинтэссенцией этого перехода стали события последней ночи романа, пронизанные гашишем. Но и оглядываясь на более ранние поступки героев, понимаешь, что чем больше они стараются наполнить свою жизнь, сделать ее не-пустой, тем дальше они от истинной ткани этой жизни. А суть лишь в том, что переезжая из страны в страну, переходя из дома в дом, от компании к компании, человек носит свою пустоту с собой. Никакие экзотические страны, женщины, алкоголь, наркотики и деньги не заполнят то, что дОлжно заполняться изнутри, собственными ментальными и духовными силами человека. Человеку прежде всего нужно научиться не скучать с самим собой, после этого любое место этого мира перестанет был скучным.

C.R.
Лаконичность обложки имеет свои плюсы. Хорошо, что в этой серии не стали эксплуатировать восточные мотивы. Дает свободу воображению читателя. Как и простая, с легким ориентальным узором американская обложка. Но и одна из первых обложка с одиночкой в переулках Танжера.

Читать полностью
raccoon-poloskoon...
raccoon-poloskoon...
Оценка:
37

У вас когда-нибудь были навязчивые мысли? У меня - да. Например, последнюю неделю меня не покидала мысль, что “Пусть льёт” (1952) - это некая расширенная версия “Постороннего” (1942) Камю. Несомненно, идеи экзистенцианализмаэкзистенциализма никто не отменял. И вообще, безысходность - она во всём, буквально в воздухе витает. Чем дольше я об этом думала, тем больше сходства и совпадений находила…

Место действия. “Посторонний” - Алжир, “Пусть льёт” - Танжер, Международная зона в Марокко. Африка. Область неизведанного и непонятного для европейца Мерсо, приехавшего из Франции. Свободная зона, благоприятная почва и территория для начала новой жизни для американца из Нью-Йорка Даера. Вокруг - загадочные цветные парни, борьба за права которых в Америке в самом разгаре. Но в общем - дикий и свободный континент со своими порядками, притягивающий людей до сих пор.

Дальше спойлеровато

Главный герой. Мерсо и Даер, оба - по-своему посторонние. Если начать подробно описывать их сходства и различия, дискуссия может затянуться до утра. Правда, Мерсо всё-таки лично мне ближе. Более того, в отличие от Даера, он - симпатичный мне персонаж. Почему? Потому что он честен. Ну, как мне показалось. Впрочем, честен и Даер. Но до конца ли? Мутный он какой-то. И как автор ни старался - не понятный до конца.
Наверное, не столь существенное, но довольно важное различие. Повествование в “Постороннем” - от первого лица, у Боулза же - от третьего. Таким образом, у Камю мы видим мир и происходящее глазами героя, в “Пусть льёт” - вроде бы тоже глазами героя, но все мысли и чувства пропущены через призму авторского восприятия. Боулз всё уже решил за читателя, разжевал мотивы поступков Даера как стремление чувствовать себя живым, желание вырваться из обыденности, что-то поменять. Нам не надо это додумывать - автор неоднократно говорит об этом напрямую. Камю же оставляет нам простор для анализа (самоанализа?). И поэтому мне кажется, “Посторонний” - психологичнее.

Окружающие героя персонажи. Их достаточно много в двух произведениях - и приближенных, и массовки, помогающей герою раскрыться. И главная схожесть их - в том, что они выгодно отличают ГГ, позволяют ему контрастировать на фоне лжи, лицемерия, двуличности, продажности толпы и отдельных единиц. И у Мерсо, и у Даера есть своеобразное альтер-эго. В первом случае это Раймон, во втором - и Уилкокс, и Тами. Все три персонажа из двух романов - дельцы, “плохие парни”, но при этом чуть ли ни самые близкие сообщники и даже друзья ГГ. Вот вам ещё одно совпадение. Разве что второстепенные персонажи ввиду большего объема выписаны у Боулза чуть более тщательно, чем у Камю.

Женщины. Так уж получилось, что ни Мерсо, ни Даера женщины особо не интересовали. Разве что для удовлетворения собственных физиологических потребностей. Кажется, что есть какие-то проблески настоящего чувства, надежда на то, что ГГ “перевоспитается” под влиянием женщины и большой светлой любви. Но экзистенциализм не был бы экзистенциализмом, если бы не проходящая безысходность. Однако женщины довольно падки и на Мерсо, и на Даера. И тут уже, кажется, второй вопрос, какими именно мотивами они при этом руководствуются. Примечательно, что Боулзу понадобилось вводить двух женских персонажей: Дейзи - как образец женщины, которая, казалось бы, нашла своё место в жизни, но при этом бросается в омут с головой, стремясь подчеркнуть свою “необычность и исключительность”, разыгрывает из себя спасительницу и ангела-хранителя (как будто опыт “Постороннего” не научил, что всё без толку); Хадижа (в том издании, которое читала я, имя её написано именно так и фонетически мне это кажется более верным, чем вариант с “ш”. Впрочем, я - не филолог и не востоковед, так что с меня взятки гладки - поправьте, если не права) - нимфетка, пробуждающая мужественность не только в мужчинах, но и в женщинах, которой, кажется, по-настоящему увлекается Даер (но опять фигушки! Вы же помните, что мы читаем?)). Камю обошелся одной Мари и совершенно ничего при этом не потерял.

Беседы о религии. Для начала стоит заметить, что оба героя не верят в бога. Камю уделил этому вопросу чуть больше внимания, хотя, как и у Боулза, тема веры - не ключевая тема произведения. Она просто помогает ГГ лучше раскрыться. Мусульмане - довольно религиозные и очень верующие люди, это-то как раз и подчёркнуто в “Пусть льёт”. Однако и Тами, и Хадижа позволяют себе поблажки, что как бы ставит под вопрос их правоверность. При этом и Мерсо, и Даер (один - в сценах со священником и на суде, другой - в беседе с Дейзи) точно дают нам понять, что никаких высших и божественных сил для них не существует. Впрочем, вседозволенность при безбожии и якобы отсутствие каких-либо ориентиров и жизненных ценностей - ещё одна тема для долгой дискуссии, но вне рамок этой рецензии.

Вещества. Даер и Мерсо употребляют, каким-то образом изменяют своё сознание. Первый - с помощью гашиша, коего в Танжере, кажется, с избытком. В истории про постороннего присутствует алкоголь. Безусловно, изменённое сознание - катализатор к последующим действиям, но вовсе не основной движущий фактор, как многим кажется.

Убийство. В “Постороннем” - несколько неожиданное, почти солнечный удар. Четыре выстрела как четыре коротких удара. В “Пусть льёт”, кажется, всё идёт к этому на протяжении всего произведение, потому гвоздь, заколоченный Даером в чужую голову, воспринимается как вполне закономерный поступок.

Финал. У Камю - вроде бы совершенно логичная точка, но воспринимается она отчего-то как многоточие. Боулз же вроде бы пытался поставить многоточие, но получилась скорее жирная точка. У Даера нет дальнейшей судьбы, нет будущего, нет надежд. Это финал, и все мы это прекрасно понимаем.

В общем, не знаю, хорошо это или плохо, но по всему следует, что Боулз несколько расширил и переписал “Постороннего”. Получилось довольно неплохо, но как-то слишком уж вторично. Переубедите меня что ли, если не согласны...

Читать полностью
winpoo
winpoo
Оценка:
36

Энтропия! Восхитительная всепоглощающая энтропия, которую вдыхаешь, как анестезию, которую постигаешь наощупь, чувствуешь её пыльный вкус на губах, слышишь её слабо звенящую «музыку ветра»… - вот что такое эта книга.

Читая, ты мягко и незаметно проваливаешься в текст, как в зыбучие пески, «где нет уже ни счастья, ни страданья, а только всепрощающая даль». Ты мимикрически сливаешься с чуть старомодной и импрессионистски размытой марокканской средой – с этим дождем, алкоголем, мерно-отстраненным шагом осликов на улицах, замкнутым гостиничным пространством, двусмысленными беседами ни о чем… Тебе ничего не хочется и ничего не жаль. Ты теряешь старую форму и содержание. Ты весь отдаешься безответственному чувству погружения в такое однодневное существование, где сами усилия жить, думать, ставить цели, достигать, сопротивляться, бороться до неприличия необязательны, а идеи долга, свободы, ответственности представляются до смешного лишенными смысла. В атмосфере Марокко 50-х незаметно растворяются все ценности сурового европейского позитивизма. О, Запад… О, закат Европы… О, декаданс…

Для меня всё началось с отрывка из «Пусть льёт» в «КО», из которого, как из открытого окна, на меня сразу повеяло ленивой и немного болезненной атмосферой Ремарка, Моэма, Фицджеральда. «Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе»? – А у них почти вечный fin de siècle с его душноватой и слегка порочной аурой. «Читать, читать, читать», - забились во мне маленькие жадные пульсы, торопящие дочитать предыдущую книгу и немедленно погрузиться в «Пусть льёт».

Но оказалось, что в этом романе нет ничего особенного. Маленькие события крошечного, почти замкнутого танжерского мирка, погруженность героев в собственные желания, незначимые обманы, вялые интриги, бесконечный эгоцентризм и скука-скука-скука, чреватая неизвестно чем… или, наоборот, известно чем. Дэйзи, Даер, Хадижа, Юнис, Тами невнятно и механически кружились во мне, как красный хоровод Матисса, вроде бы сцепленные сюжетом, но бесконечно далёкие друг от друга, да и вообще от всего, кроме самих себя. Да даже и у самих себя они вряд ли были. П.Боулз собрал маленькую действующую модель общества отчуждения, экзистенциальных вакуумов и депрессивных поисков (и ненахождений!) себя.

Жаль, но эта книга показалась мне какой-то незавершенной в каждой сюжетной линии и… анатомически бесстрастной. Пожалуй, лишь в последних сценах, где герой находится в наркотическом беспамятстве, авторская фантазия становится эмоционально ярче, а, к примеру, любовная сцена с Дейзи просто асексуальна (хотя и когнитивна!), равно же как и описание пикника Даера с Хадижей. Все герои Боулза не находятся в каких-то прогретых эмоциями отношениях друг с другом, а всего лишь используют друг друга как средство для удовлетворения сиюминутных потребностей. И от этого роман воспринимается несколько безжизненным, от него остаётся ощущение кадавра, на котором автор равнодушно показывает, каково это - не быть живым. Что-то в этом есть почти чеховское…

В книгах вроде этой отбываешь время как в каком-то не очень удачном экзотическом отпуске, выпадая на время из привычной среды и просто отдаваясь упрощенному и не вполне приятному существованию, где всё иначе, чем ты хотел бы и к чему привык. "Короче, русская хандра..." веет здесь изо всех щелей. Но, видимо, именно в таких переходных для жизни пространствах возможно многое, если не почти всё: случайное решение может обернуться судьбой, а неудача – везением, наивность превращается в глупость, а страх - в преступление, и даже ты сам, читая, медленно превращаешься в иного-себя. А надо ли?

Читать полностью
Лучшая цитата
Затем осознал, что почти невозможно вытолкнуть слово наружу, потому что рот у него из картона. Он чуть ахнул и подумал о том, чтобы шевельнуться. (Надо не забыть сказать себе сдвинуть левую руку, чтоб можно было приподняться на локте. Она должна сдвинуться дальше прежде, чем я смогу начать подтягивать наверх колени. Но я не хочу шевелить коленями. Только рукой. Чтобы смог приподняться на локте. Если шевельну коленями, я смогу сесть…)
В мои цитаты Удалить из цитат