Отзывы на книги автора «Питер Акройд»

Пятый том больше похож на "Англию глазами англичан", написанную иронично, живо и остроумно. По крайней мере, интересна книга именно этим. Стиральная машина в домах нижнего среднего класса в 1930х годов впечатляет. Зато холодильники приживались медленно.

Проблемам парламентаризма автор, как всегда, посвящает отдельные главы. Но теперь это чаще про создание коалиции с целью удержания личной власти. Изложение построено по хронологии премьер-министров, которые приходят и уходят. Имена мелькают. Перечислены социальные инициативы лейбористов. Мировым политическим событиям уделено много внимания (в том числе и общим обзорам, без непосредственного участия Великобритании). Если же возможно, то Великая Британия оказывается главным актором, влияющим на все процессы и события. Не обязательно с положительной точки зрения, но в центре.

Много и понятно об Ирландии и ИРА. О внутренней политике, пожалуй, рассказано для самих англичан по личным, субъективным воспоминаниям. Возможно, если бы это были полноценные мемуары, то было бы лучше. Автор не утруждает себя вводными, так что в основной теме: консерваторы-лейб ористы-профсоюзы-национализация-приватизация-ЕЭС разобраться трудно. Еще сложнее - в специфике социальных проблем (здравоохранения, образование).

Интересный факт: "В феврале 1984 года умер престарелый глава СССР Юрий Андропов. Тэтчер приехала на похороны... Она также обзавелась новым знакомым, Михаилом Сергеевичем Горбачевым – человеком, с которым, по ее же словам, она «могла бы иметь дело»."

Интересно, что после второй мировой войны демобилизованных обвиняли в том, что они отсиделись в комфорте, в то время как оставшиеся страдали, голодали и работали. Правда, из описанных бедствий непонятно, где голод. Хотя продуктовые пайки на основные продуктв вернули после войны и за ними продолжали стоять в очередях до начала 1950х. Стоит отметить, что Англия Акройда непохожа на Англию из глянцевых журналов и журнала "Англия".

Джаз-стиляги-рок-н-ролл - самые динамичные герои эпохи. Ну и The Beatles, конечно. Много о юмористических тв-шоу разных десятилетий. И о футболе. Наркотики. Гарри Поттер.

В культуре был создан "особый сорт «англичанства»: герой неловкий и неумелый, но жизнерадостный и при этом довольно несгибаемый."

Хорошее дополнение к сериалу Crown, так как о королевской семье почти ничего.

PS Как минимум одно содержательное предложение из русского перевода исчезло.

Эх, жаль, Гейман не читал эту книгу! - думала я, переворачивая первые страницы. Читавшие "Никогде" (или "Задверье") наверняка помнят, как он игрался со словами, создавая свой Нижний Лондон. Так вот, то, что описал Гейман - всего лишь малая часть того, о чем расскажет вам Экройд. Малая, и притом не самая интересная! Экройд создал куда больше: он создал еще один Лондон, под-Лондон, целый отдельный мир. Мир как со своей географией: тут есть и улицы-тоннели, реки, ручьи и колодцы, и целые поселения; так и со своей культурой и религией: под-Лондон населяют самые разные боги и куда больше других сверхъестественных сущностей. Но главный бог этого мира - Тьма. Тьма пропитывает и окружает этот мир. Более того - он вырос на тьме. Насколько она опасна - решать тому, кто осмелится туда спуститься.

При этом автор показывает, как многогранно и причудливо может быть подземелье. Ведь это не только место, где обитает первородная тьма, а с ней - призраки и древние страхи. Нет. Это место может стать убежищем - спасением, как во времена Второй мировой, местом романтических свиданий, отправной точкой для поиска сокровищ. Такой мне и показалась эта книга - маленькой сокровищницей. Не зря все-таки Плутон, бог подземного царства (а книга, кстати, и посвящена подземным богам!) - еще и покровитель кладов.

Просто удивительно, как Экройд сумел документальную книгу превратить в увлекательное путешествие. Особенно интересными оказались главы про лондонское метро. Все мы знаем, что первые линии были построены во второй половине XIX века, но как-то не отдаем себе отчет, что это случилось еще в 1862 году. На поверхности тогда разъезжали конные экипажи, дамы щеголяли кринолинами, а мужчины - фраками и цилиндрами. А под их ногами в это время строилось метро. Что-то невероятное.

В своей книге Экройд открывает другой, новый Лондон - или же английская столица просто открывается с неожиданной стороны. Неслучайно он пишет, что "главные сокровища Лондона сокрыты в его глубине" - теперь я знаю, куда непременно стоит отправиться, когда я вдруг окажусь в Англии.

Впрочем, можно просто взять эту книгу и карту города, а затем устроить самому себе незабываемое путешествие по лондонским подземельям.

Краткая биография (сравнительно с монументальной книгой о Диккенсе того же автора) известного английского писателя XIX века, написанная талантливым
П. Акройдом. Всего в достатке: интересных деталей, анализа произведений, викторианского колорита и т.п. Читается легко.
Однако личность героя, в основном, примечательна букетом болезней, внебрачными связями и заграничными поездками. К книгам Коллинза биограф относится серьёзно (!), хотя они весьма заурядны и в пересказе, весьма изящном, не выигрывают. Были ещё пьесы, по большей части провальные.
Два произведения остались в истории английской литературы: «Женщина в белом» и «Лунный камень» (есть отличный радиоспектакль с Евстигнеевым в роли Беттериджа). Чем дальше, тем больше они имеют значение, как вехи в становлении детективного жанра. Не более…
В этом смысле, книга Симмонса «Друд, или Человек в черном» более удачна, т.к. это беллетризованная биография и Коллинза, и Диккенса одновременно. О Диккенсе в книге Акройда тоже сказано немало, однако автор «Больших надежд» своего протеже оставляет явно в тени.

Акройд мой любимый опять нагулялся по библиотекам, начихался по архивам, и составил отличный сборничек из писем, газетных статей, книг, а так же иных свидетельств от тех, кому довелось встречаться с призраками – английскими призраками (как и следует из названия), поскольку автор, со свойственной ему тягой к провокациям, мистификациям и прочим играм такого рода, заявляет в предисловии, что Англия – страна привидений, и англичане видят призраков гораздо чаще, чем кто-либо еще (аргументируя, как водится, неубедительно, но мило – штош, за это мы Акройда этого и любим). В аннотации, надо сказать, тоже врут (но не так красиво, как Акройд) – мол, рассказы по накалу мистицизма не уступают произведениям Эдгара По. Но сравнивать записанные свидетельства очевидцев с беллетристикой (ок, литературой, если угодно) неправомерно, и сборник Акройда не шкатулка с бриллиантами, а, скорее, кошель необработанных алмазов. Тут дело вот в чем: если уж говорить о призраках, то вся драма и весь упомянутый накал, обычно, в предистории (что именно заставило призрака явиться в этот мир, или задержаться в нем?), которой мы, в данном случае, и не знаем. Конечно, Блэквуд, ле Фаню, или тот же По моментально придумали бы какую-нибудь душераздирающую байку, явись им призрак (хотя и без этого обходились превосходно), но сами призраки, если верить тем свидетельствам, увы, большей частью, неразговорчивы, и, явившись, ведут себя довольно смирно. Ну, то есть, все что они делают – это, собственно, являются, ходят туда-суда, и слова из них не вытянешь. Хотя изредка, конечно, бывает, что и забуянят, как пьяные матросы – начинают все крушить, душат кузенов галстуками и убивают тростью кротов. Но и живые нередко это делают (взять тех же пьяных матросов), тоже мне еще мистический ужас. То есть – нет, с накалом дело обстоит из рук вон. По мне так вся прелесть в деталях. Как пример: милейшее упоминание об одном таком даремском призраке, который являлся в виде жеребца галловейской породы или четырех мужчин, несущих простыню. А вы знали, кстати, что повитухи Дарема всегда ездили к роженицам на галловейских лошадях? И оно вам надо? Вот если надо – то книжка ваша. Здесь вы найдете все, что хотели бы знать об английских привидениях, но боялись спросить, и даже то, о чем и не думали спрашивать, потому что кому же такая чушь вообще в голову придет.

Люблю читать такие биографии! Здесь нет сухо изложенных фактов - автор постарался рассказать в художественной форме (и на мой взгляд, неплохо преуспел в этом) о крайне незаурядной личности.
До этого я не читала о Хичкоке, и эта книга превзошла все мои ожидания. По ней вполне можно составить мнение об Альфреде, как о человеке в общем, также как и о прославленном режиссере.
Узнала много новых и интересных фактов, например, самое простое - оказывается Хичкок родился в Лейтонстоуне (пригороде Лондона) и был британцем по национальности - я, признаться, всегда была под впечатлением что он американец)) Хотя, я была не так уж далека от истины, ибо в 1955 он принял гражданство США.
В книге много говорится о его фобиях и страхах, которым он был подвержен. О его все усиливающейся полноте. О стеснительности и чрезвычайной робости, и о том как это влияло на работу.

Хичкок обладал фантастической способностью видеть страх. Подобно камертону он находит тайные страхи и тревоги зрителей; ему как художнику подвластно коллективное бессознательное. Он так остро чувствовал свои страхи, что инстинктивно мог возбуждать их у публики.

Автор рассказывает о работе Хичкока (и о его крайне специфическом чувстве юмора XD) над фильмами и его взаимодействием с другими деятелями кинобизнеса - будь то актеры, продюсеры или владельцы кинокомпаний.
Интересно было узнать про вариации концовок его фильмов, плюс попутно автор поведал о многих голливудских звездах того времени. Пусть сжато, но достаточно занимательно чтобы заинтересовать. Например, мне было интересно почитать про Кэри Гранта, одного из любимых актеров Хичкока.

В общем и целом, книгой я очень довольна - как наполнением, так и качеством подачи материала. Читать интересно и не возникает желания отложить книгу, напротив - повествование так затягивает, что не успеваешь заметить как проглотил всю книгу целиком) Обязательно ознакомлюсь с другими книгами Акройда.

Виги-тори-полувиги-четверть тори...

С первого тома Акройд прослеживает историю английского парламентаризма как саму суть английского духа. Идея парламентаризма с момента ее зарождения влияла на формирование английского характера, образа жизни, ценностей. И наконец-то в 19 веке обсуждают всеобщее избирательное право, допуск неангликан, искоренение гнилых местечек. И все это настолько далеко от реальных жизненных проблем. Деятельность радикалов сворачивается как только они получают доступ в святая святых.

"Следующие выборы 1831 года вошли в историю как «сухие выборы», поскольку впервые избирателей не нужно было подкупать, чтобы заполучить голос."

Да-да, коррупция как норма.

Меня заинтересовала фраза Акройда:

"неожиданно добавили перца известия о новой революции в Париже. Остается только догадываться, сколько англичан знало о событиях по ту сторону Ла-Манша, но, несомненно, бурные выступления «капитана Свинга» были как-то связаны с июльскими событиями в Париже..."

Неужели пресса не писала о последних политических событиях в Европе? Цензура и самоизоляция как норма о которой не стоит даже упоминать? Зато "Когда угорь издох, об этом написали во многих газетах."

Народ регулярно восставал. Но это не особо кого-либо волновало. Хотя пришлось реформировать полицию с целью усиления. К концу века схожую роль выполняли профсоюзы.

Для Акройда слово "викторианский" означает «ограниченный», «жестокий» или «неблагополучный». (Это цитата). Эпоху он видит именно так.

Католичество - Ирландия - новый нежелающий премьер-министр, поддавшийся на уговоры короля. И так по кругу.

Путаница. Например:

Бентам "участвовал в подготовке Избирательной реформы 1832 года, впервые наделившей избирательным правом всех взрослых мужчин".

"Он был нацелен против Закона о реформе 1832 года, в результате которого пять из шести рабочих остались без права голоса."

1851 - "Во Второй Французской империи Наполеон III установил общее избирательное право для всех мужчин страны, но это вряд ли был тот пример, которому захотели бы последовать вельможи из Вестминстера."

1884 - "До всеобщего избирательного права, впрочем, было по-прежнему далеко: из избирательного процесса оставались исключены женщины и 40 % мужчин."

Так получили мужчины избирательные права или нет?

Пиль- Палмерстон-Гладстон-Дерби-Дизраэли, Веллингтон-Рассел - и так по кругу. Жили долго и от предложенной власти не отказывались.Карусель. Королева нужна, только чтобы язвить. Величие Британской Империи стало национальной идеей и политикам приходилось с этим считаться. Достаточно неплохо выписаны портреты и ориентиры основных политиков (тех, кто были премьер-министрами). Встречаются попытки указать на стратегии получения власти (переждать).

Характеристика эпохи и ее идеал - заурядность.

"заурядность парламентского правления может служить мерилом его компетентности и показателем его успеха."

Даже Уайльду не удалось расшевелить повествование. А Виктория увлеклась виски.

Читать эту книгу, как самому бродить вдоль реки и беседовать с эрудированным собеседником. Вроде бы речь идёт только о Темзе, но постепенно разговор переходит про историю всей Англии и особенно её столице Лондону. Тёмная река, какие тайны ты хранишь внутри? Что за легенды записаны на твоей воде?
Ну и конечно естествознание, химический состав и упоминание Темзы в художественной литературе

Первое - книга безумно интересная и читается очень легко. Она скорее книга по страноведению, чем по истории (хотя из названия можно было предположить обратное). Все упомянутые события рассматриваются не столько с точки зрения каких-то политических предпосылок, чего-то такого мутно-исторического, что я плохо воспринимаю; объяснения носят скорее социальный характер, автор раскрывает мысли людей, их отношение к происходящему, какие социальные условия ограничивали жизнь города, как вообще все было устроено, and so on.

Второе - благодаря таким объяснениям начинаешь лучше понимать загадошную английскую душу. Понимаешь, что могло руководить людьми в той или иной ситуации, вообще многие стереотипные представления об англичанах (неспешный завтрак в окружении чая с молоком, сигары и газет, блабла) становятся близкими и доступными. Приходит осознание, почему именно так.

Третье - как было указано в Independent on Sunday, "эта книга - признание в любви сказочному городу". Акройд действительно оживляет город, на его месте оказывается некое существо, сверхчеловеческое и древнее. Это существо живет по своим особым законам и подчиняет себе жизни других людей, и ни в коем случае не наоборот. И когда ты читаешь книгу, знакомясь с биографией этого города-существа, ты понимаешь, что он не может тебе не нравиться. Город, со всем его великолепием, предстает также и со своей изнаночной стороны - Акройд проводит тебя по грязным, тесным переулкам, познакомит с уличными мальчишками, бродягами и нищими, отведет тебя в иммигрантские кварталы, спустит в подземелья строящегося метро. Надо просто раскрыть глаза - город рассказывает не только о балах и приемах, проводимых во дворцах, но и об ужасах и лишениях бедняков, Лондон показывает не только современные многоэтажные офисы, но и жизнь темного средневекового города, он и правда в одинаковой степени пропитан как настоящим, так и прошлым.

Четвертое - Акройд как бы пробуждает внимание к деталям. Теперь, когда я снова буду читать Теккерея, Уэллса, Пипса с его дневниками или Диккенса, я не смогу не искать в их текстах упоминания Лондона. Они там, похоже, буквально на каждом шагу - городская жизнь проступает через предложения тогда, когда ты совсем этого не ждешь.

Что мне больше всего нравится в Лондоне - это его энергия, меркантильная, торговая суть, которая бьет из него ключом. Мне нравится, что это не скрывает ни сам город, ни его жители. Черчилль, во времена отстройки города после Второй мировой, сказал: "Бизнес - своим чередом", делая акцент на то, что все, что происходит в городе, делается в угоду его материалистической сущности, что все в нем подчинено двум древним, как мир, вещам: деньгам и времени.

Значит так, цитаты я собрала для вас здесь.

«Отвлекаясь от авантюр великих мира сего и обращаясь к жизни простых людей, зачастую сталкиваешься с нищетой и недовольством»

(С. 566)

Что могло быть и что было
Наверное, и про Плантагенетов можно было написать столь же подробно. Про Тюдоров уже написано слишком много, а снято абсурдно много, особенно про Генриха VIII и Елизавету I. Так что новое слово здесь сказать трудно. Но Акройд сказал.

Персоны и проблемы
Подробнее, чем обычно, рассмотрен основатель династии, Генрих VII, его характер и стиль правления.
Генрих VIII показан в большей степени как тиран и стихийный церковный реформатор. Так что шуршания юбок, описания карнавалов не ищите, рекомендую в этом смысле книгу «Мария Кровавая» К. Эриксон. Путь размышлений Акройда здесь будет интересен тем, кто долго и пристально читал научную литературу про Тюдоров, а не т.н. исторические романы, кому по плечу читать о формировании англиканской церкви.
Эдуард VI и его правление продемонстрированы в интересных малоизвестных деталях на фоне разрастающейся протестантской реформы. Король был слишком молод и пассивен, так что фактически правили его дяди Сеймуры и Дадли Старший.
Бездна католической реакции в жутких подробностях трагичных судеб разверзается при описании лихолетья Марии Кровавой. Слабонервных просим удалиться!
О Елизавете написано весьма сдержанно, я бы даже сказал, объективно. Явлен её мужской твёрдый характер в женской оболочке. Самое главное, что отличало Елизавету от большинства родственников (кроме деда) – это желание сохранить статус кво и не допустить элемент страсти в религиозную политику. Ощущения «золотого века» не возникает, это не примитивный сериал или панегирический байопик.

Большое внимание уделено судьбе Марии Стюарт, ставшей надолго предметом пристального, хотя и весьма однобокого интереса писателей и биографов. От неё во многом зависело будущее и Елизаветы, и двух враждовавших многие века стран, Англии и Шотландии.

Отрадно, что европейский контекст здесь весьма расширен по сравнению с предыдущим томом.

Книга замечательно написана и переведена. Какие-то главы совершенны!

На эту же тему читал Черчилля, Виппера, Диккенса, но вот такого же яркого впечатления не было. Особенно интересны главы о Якове I, о котором часто пишут достаточно бегло и нелицеприятно (Диккенс насмешливо называл его
«Ваше Мудрейшество»). Образ этого короля у Акройда получился более разносторонним, чем у предшественников.

В отличие от большинства исторических трудов, где много внимания уделяется либо мешкам с зерном на душу населения, либо тине повседневности, в книге Акройда присутствуют выразительные обзоры литературы того или иного периода из истории Англии. Автор много пишет о театре шекспировского и постшекспировского времени (яковитская драматургия и др.).

Подробно рассмотрен длительный конфликт между королями и парламентом во всех тонкостях и особенностях, что и почему привело к революции. Личности многих исторических лиц показаны очень живо (Бэкингем Старший, Карл I, Лод, Страффорд и др.).

За эпохой протестантского ханжества Кромвеля, когда запрещались развлечения, наступила эпоха реставрации Стюартов, время увеселений и злословия. В этом смысле, это неизбежное следствие «закручивания гаек», а не только влияние образа жизни развратного Карла II и его приближённых. Акройд весьма убедителен здесь, цитируя замечательные тексты С. Пипса.

Однако некоторые факты из поля зрения автора почему-то исчезли. Например, что вдова казнённого Карла I, Генриетта-Мария, настояла на казни уже умерших Кромвеля и Айртона, и их вынули из могил и повесили.