ИГРА ЕГО БЫЛА ОГРОМНА...
Роман написан, по признанию самого Леонова, на пике болезни - заражения утопической социалистической идеей.
Океан - это прекрасная страна-мечта будущего, где иные потомки (люди стали лучше) заняты обустройством своего прекрасного мира и уже не помнят о нас. Учебники истории с рассказами о капитализме воспринимаются ими, как скучные враки о человеках-людоедах.
Но роман называется "Дорога на океан". Дорога! Уж не та ли, по которой скитались в пустыне сорок лет, пока не распрощались с последним из живых осколков прошлого?...
Нескончаемая и страшная череда этих осколков в романе: как живых, так и символических.
Живые осколки прошлого тяготятся друг другом и своею жизнью, их настоящее - дурное и жалкое, если они уже бессильны, или темное - если они еще в силе, и пытаются трудом и потом заслужить свое право жить. Уж верно замышляют что-то, но не уйдут от возмездия.
В центре романа братья Протоклитовы. Железнодорожник и хирург. В чем вина их? Они дети того судьи, что отправлял в тюрьмы пламенных революционеров. Железнодорожник даже успел побывать белогвардейцем. Убивал ли он сам - неизвестно, но в речах и намерениях против большевиков был в этот период своей жизни повинен. Вот уже много лет трудится он на железной дороге нового государства, начав с низов. Но все еще ходит по краю пропасти. Все еще не стал он своим среди неграмотных босяков, счастливых выходцев из народа. Что ж с того, что работаешь безупречно? Что ж с того, что вся сложная техническая и организационная часть дороги лежит на твоих плечах? Не свой ты какой-то. И даже, когда помогаешь комсомольцам - не свой, и даже когда защищаешь одного из них от дружеской несправедливости - не свой. Леонов выводит в этой фигуре себя, и фраза его о своем герое стала заголовком романа Захара Прилепина о самом Леонове "Игра его была огромна".
Это же Леонов бывший белогвардеец. Это же Леонов не пожелал изменить ни фамилии, ни отчества, но - а как иначе? - не хочет попасть под маховики партийных зачисток. Это Леонову были присущи железная выдержка, профессионализм, необщительность и стратегический ум. Но, как ожившие кошмары писателя, возникают в жизни героя свидетели его прошлого.
Ух, как я ждала, что Протоклитов избавится от слабого дурака Кормилицына, в глупости своей болтающего лишнее и еще и ненавидящего Протоклитова, который его кормит. Но... выдержал. Не дрогнул даже когда этот идиот напился и кричал в рабочем клубе, что начальник депо заслуженный белый офицер. И уже мысленно я чуть ли не помогала герою организовать несчастный случай, не удавшийся впрочем...
Сколько сил, сколько знаний профессиональных вкладывает он в эту страну, а хочет разве многого? Дайте жить, дайте работать, не требуйте любви.
Совсем уже как страшный сон - сцена собрания, где происходит чистка. Вот-вот все получится у него, вот-вот оставят в покое, дадут жить и дышать, но...
Дальше...
А брат его - хирург. Да, такой нужен Стране Советов. Такой живет в достатке, и, казалось бы более честен. Он отказывает брату в невинной просьбе: "Забыть, что мы братья". Он не желает поступиться. Ну, так пока может себе позволить, - он еще не знает, что такое опасность разоблачения. Есть у него страстишка - жена-актриса Лиза. Плохая, надо сказать, актриса. плачет на сцене фальшивыми слезами, как женщина, которой ни разу не приходилось плакать настоящими. Он стыдится своей жены, но любит, так бывает. И еще страсть - коллекция часов.
Символична сцена, где жена во время скандала разбивает самые уникальные часы в этой коллекции и осколками режет себе руки.... и муж выздоравливает от любви. Вот так и живые осколки прошлого режут сами себя, друг друга и молодых.
Всем хорош хирург, порядочный, бесстрастный, умный, честный. Такой честный, что брата разоблачил сам. Лично придя на ту самую чистку. Впрочем, и тут поступок не без второго дна.
Есть и тот - и он-то главный герой в романе - кто мечтает об Океане, а заодно мечтает вывести на чистую воду Протоклитовых. Пламенный коммунист и мечтатель Курилов, надежный друг, некудышний муж. Его любят дети и собаки. Его и актриса Лиза полюбила, за то, что он первый в ее жизни помог ей не ради себя, а ради нее. Но - да, а вы что думали - он тоже осколок прошлого. У Лизы, потрясенной смертью Курилова, выпадает из рук дешевая игрушка и разбивается на осколки глиняная голова. Те осколки были дорогими, а эти копеечные, но умереть должно и то, и другое. И те люди, и эти. Такая вот дорога на Океан.
Радость только за Лизу - смогла вырасти сама над собой. Да, немалой ценой, но сама! Сама, а не волею трагических обстоятельств. Впервые в моей читательской практике произошло рождение уважения к персонажу, поначалу полностью для меня отрицательному.
Читать роман трудно и медленно. Но, вольно же нам, сегодняшним, думать, что и вправду бывают легкие времена, легкие люди и легкие жизни. Что судьбам может быть присуща динамичность детективных сюжетов или акварельность пейзажных зарисовок. Вольно же нам думать, что революции и всего этого могло бы и не случиться.