Книга или автор
Барсучий нос

Барсучий нос

Бесплатно
Барсучий нос
4,6
41 читатель оценил
2 печ. страниц
2012 год
0+
Оцените книгу

О книге

«…Через полчаса зверь высунул из травы мокрый черный нос, похожий на свиной пятачок. Нос долго нюхал воздух и дрожал от жадности. Потом из травы показалась острая морда с черными пронзительными глазками. Наконец показалась полосатая шкурка. Из зарослей вылез маленький барсук. Он поджал лапу и внимательно посмотрел на меня. Потом он брезгливо фыркнул и сделал шаг к картошке. Она жарилась и шипела, разбрызгивая кипящее сало…»

Читайте онлайн полную версию книги «Барсучий нос» автора К. Г. Паустовского на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Барсучий нос» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Год издания: 2012

ISBN (EAN): 9785699516483

Объем: 4.5 тыс. знаков

  1. Anastasia246
    Anastasia246
    Оценил книгу

    Милая и добрая сказка о чудесах в нашей жизни и в нашем мире.

    Чудесах "настоящих", фантастических, волшебных (как прекрасное колечко, подаренное главной героине Варюше, которое исполняет желания: дарует здоровье тебе и твоим самым близким людям, приносит радость, позволяет увидеть дальние страны).

    И о чудесах рукотворных, которые зависят по большому счету только от нас самих: помочь совершенно незнакомому человеку (поделиться с ним махоркой, хотя эта махорка позарез нужна твоему дедушке), найти давно утерянную (казалось бы, навсегда) вещь (главное, не отчаиваться и верить в это), радоваться каждому дню, весне, замечать красоту (природы, людей, поступков и явлений)...

    Жить настоящим. Жить здесь и сейчас.

    Варюша думала было надеть перстень на указательный палец, чтобы Повидать белый свет со всеми его чудесами, но посмотрела на все эти Цветы, на липкие березовые листочки, на яснее небо и жаркое солнце, Послушала перекличку петухов, звон воды, пересвистывание птиц над полями – и не надела перстенек на указательный палец.

    «Успею, – подумала она. – Нигде на белом свете не может быть так хорошо, как у нас в Моховом. Это же прелесть что такое! Не зря ведь дед Кузьма говорит, что наша земля истинный рай и нету другой такой хорошей земли на белом свете!»

    Чудесная (в прямом и переносном смыслах) история с неповторимой атмосферой весны.

    Варюша стояла, приоткрыв рот, слушала, улыбалась. Ее обдало сильным, теплым, ласковым ветром, и что-то прошелестело рядом. Закачалась лещина, из ореховых сережек посыпалась желтая пыльца. Кто-то прошел невидимый мимо Варюши, осторожно отводя ветки. Навстречу ему закуковала, закланялась кукушка.

    «Кто же это прошел? А я и не разглядела!» – подумала Варюша.

    Она не знала, что это весна прошла мимо нее.

    Книга о том, что мечтать, конечно, здорово, но ведь даже обычную жизнь можно превратить в сказку. Можно раскрасить всеми цветами, которыми пожелаешь. Можно увидеть чудо в обыкновенном, а можно сотворить его самому. И колечко здесь - это не только магический инструмент исполнения заветных желаний. Это же такой глубокий символ управления своей жизнью. Я почему-то уверена, что и без помощи колечка дедушка Варюши бы поправился - с такой-то заботой своей внучки. И без колечка жизнь можно сделать радостнее. Колечко - это наши силы, наши поступки, наши ресурсы. Все то, что помогает нам, причем, кажется, что как-то по волшебству, а ведь на самом-то деле мы сами долго и упорно работали над осуществлением своего желания. Так что сказка совсем не простая, как может показаться на первый взгляд. Думаю, что она должна понравиться и детям, и взрослым. Она учит правильным вещам, что особенно актуально в наше время.

    Немного жаль, что произведение такое короткое (до сих пор отчего-то не могу привыкнуть к малой прозе)...Но такое красивое и уютное, даже несмотря на такое "холодное" и совершенно безрадостное начало. За тяжелой зимой обязательно придет теплая весна, главное немножко подождать) 5/5

  2. YuliyaSilich
    YuliyaSilich
    Оценил книгу

    Есть улицы центральные высокие и важные
    С витринами зеркальными с гирляндами огней
    А мне милей не шумные милей одноэтажные
    От их названий ласковых становится светлей
    Пройду по Абрикосовой сверну на Виноградную
    И на Тенистой улице я постою в тени
    Вишневые Грушевые
    Зеленые Прохладные
    Как будто в детство давнее ведут меня они

    Этот сборник повестей рассказов и сказок Константина Георгиевича для меня подобен песне Юрия Антонова: он ласковый, не шумный, душевный, от которого становится светлей. «Как будто в детство давнее ведёт меня она (книга)».

    В чудесном мире Паустовского нет культа Мамоны, нет безграничного неуемного стяжательства, ежечасно и повсеместно преследующих нас в повседневной жизни. Вместо этого здесь прославляются иные нравственные категории: безграничная красота и уникальность окружающего мира; безусловная любовь и уважение к природе и всему живому; непременная человечность и стремление к порядочности… В нём неизменны сопереживание, взаимовыручка и сострадание.

    О, дивный, прекрасный, волшебный, звонкий и чистый мир прозы Константина Георгиевича! Могу ли я не любить тебя?!!

    Я вас любил(ю) так искренно, так нежно,
    Как дай вам бог любимой быть другим(и).

    Перечитала сборник несколько раз. «И большущая радость – такая, что не охватить руками, – зазвенела, запела у неё на сердце». Не зря Паустовский входил в число шести основных кандидатов на Нобелевскую премию 1968 года. Ведь главной задачей литературного творчества для автора сборника являлось желание пробудить в читателе лучшие стороны человеческой души. Проза этого изумительного писателя подобна кипрею (рассказ «Заботливый цветок»), ибо «выделяет из себя теплоту», без которой наши сердца, подобно сосне, умрут от засухи и очерствения…

    В авторском тексте практически нет лишних (мёртвых и «пустых») слов, хотя и не отрицаю, что помимо нравственного и эстетического, зачастую ему присущ и патриотический посыл. Однако, данное обстоятельство ничуть не умаляет его достоинств.

    БЕСКОРЫСТИЕ
    Можно еще много писать о Мещёрском крае. Можно написать, что этот край очень богат лесами и торфом, сеном и картофелем, молоком и ягодами. Но я нарочно не пишу об этом. Неужели мы должны любить свою землю только за то, что она богата, что она дает обильные урожаи и природные ее силы можно использовать для нашего благосостояния!
    Не только за это мы любим родные места. Мы любим их еще за то, что, даже небогатые, они для нас прекрасны. Я люблю Мещёрский край за то, что он прекрасен, хотя вся прелесть его раскрывается не сразу, а очень медленно, постепенно.
    На первый взгляд - это тихая и немудрая земля под неярким небом. Но чем больше узнаешь ее, тем все больше, почти до боли в сердце, начинаешь любить эту обыкновенную землю. И если придется защищать свою страну, то где-то в глубине сердца я буду знать, что я защищаю и этот клочок земли, научивший меня видеть и понимать прекрасное, как бы невзрачно на вид оно ни было, - этот лесной задумчивый край, любовь к которому не забудется, как никогда не забывается первая любовь
    – Нигде на белом свете не может быть так хорошо, как у нас в Моховом. Это же прелесть, что такое! Не зря ведь дед Кузьма говорит, что наша земля истинный рай и нету другой такой хорошей земли на белом свете!

    На примере рассказа «Телеграмма» все неравнодушные имеют уникальную возможность в полной мере оценить степень величия таланта замечательного писателя. Недаром Марлен Дитрих влюбилась в прозу Константина Георгиевича, наткнувшись в каком-то сборнике на этот рассказ: на одной странице был русский текст, на другой — английский перевод. Во время гастролей в Москве в 1964 году актриса встала на колени перед литератором на сцене ЦДЛ.
    Вот как вспоминает эту историю падчерица Паустовского Галина Арбузова: «Здесь нет ничего необычного: Константин Георгиевич хотел пойти на ее концерт в Дом литераторов, но врачи — к тому времени у него было несколько инфарктов и тяжелая астма — его не пускали. И, кроме того, он только что вернулся из больницы. Но его любимый домашний врач, Виктор Абрамович Коневский, сказал: „Ну хорошо, я пойду с вами“.
    После концерта Марлен Дитрих задали несколько вопросов: знает ли она русскую литературу? кто ее любимый писатель? И она сказала, что любит Паустовского. По залу пошел шумок: „Паустовский здесь, Паустовский здесь…“ Переводчик ей это перевел, и она стала смотреть в зал, думая, что писатель сейчас поднимется. А Паустовский — я могу рассказать много историй, каким он был застенчивым, — не вставал. Тогда зал стал аплодировать, как бы подталкивая его выйти на сцену. Он вышел, и, ни говоря ни слова, Марлен встала перед ним на колени в своем вечернем платье, расшитом камнями.
    Платье было таким узким, что нитки стали лопаться и камни посыпались по сцене. Люди на сцене, думая, что это драгоценные камни, бросились их собирать, чтобы отдать ей. А Марлен в своем узком платье стояла на коленях и не могла подняться. Доктор подбежал к сцене и закричал ему: „Ни в коем случае не поднимайте!“ Потом Марлен, наконец, помогли подняться, он поцеловал ей руку, и неловкость исчезла. Позже она прислала ему три свои фотографии на память…
    »

    А какую благодатную почву представляют его произведения для написания диктантов:

    Наедине с осенью
    Осень в этом году стояла – вся напролет – сухая и теплая. Березовые рощи долго не желтели. Долго не увядала трава. Только голубеющая дымка (ее зовут в народе «мга») затягивала плесы на Оке и отдаленные леса.
    «Мга» то сгущалась, то бледнела. Тогда сквозь нее проступали, как через матовое стекло, туманные видения вековых ракит на берегах, увядшие пажити и полосы изумрудных озимей.
    Я плыл на лодке вниз по реке и вдруг услышал, как в небе кто-то начал осторожно переливать воду из звонкого стеклянного сосуда в другой такой же сосуд. Вода булькала, позванивала, журчала. Звуки эти заполняли все пространство между рекой и небосводом. Это курлыкали журавли.
    Я поднял голову. Большие косяки журавлей тянули один за другим прямо к югу. Они уверенно и мерно шли на юг, где солнце играло трепещущим золотом в затонах Оки, летели к теплой стране с элегическим именем Таврида.
    Ночи были уже долгие, тяжёлые, как бессонница. Рассвет всё больше медлил, всё запаздывал и нехотя сочился в немытые окна, где между рам ещё с прошлого года лежали поверх ваты когда-то жёлтые осенние, а теперь истлевшие и черные листья.
    ...
    В городах большинство наших природных инстинктов погружается в спячку. Но стоит провести две-три ночи в лесу, и снова обостряется слух, зорче делается глаз, тоньше обоняние.
    ...
    Впереди – пустынный сентябрьский день. Впереди – затерянность в этом огромном мире пахучей листвы, трав, осеннего увядания, затишливых вод, облаков, низкого неба. И эту затерянность я всегда ощущаю как счастье.

    Так же моему (старчески дребезжащему) сердцу бесконечно дороги характерные для минувшей эпохи слова и выражения, ныне утраченные, но бесконечно милые, простые и сердечные, которые в избытке присутствуют на страницах книги:
    – Ну и шельма!
    – В этих номерах. Хрипуны, охальники – не дай Бог!
    – Эх, горе её горькое, страданье неписанное! А ты смотри, дура, за добро плати добром, не будь пустельгой.
    – Не надо, милый. Бог с тобой. Спасибо тебе за доброе слово, за ласку.
    Осерчал ужасно, разругался, растоптался. «Я, кричит, вас уморю
    Из-за кирпичной ограды проникал с бульвара запах пропотевшего ситца; «небось», «фитюк», «сквалыга», «осердясь»...

    Гениальные тексты его произведений и по сей день не утратили своей актуальности:

    ... Для иных людей трудно сохранить достоинство в наше время, когда низость, вооруженная пулеметами и фосгеном, начала схватку со всем лучшим, чем жило и будет жить человечество. Для иных лучше бежать на край земли и спрятаться в теплые норы, размышляя о том, что жизнь даётся только раз и её надо прожить для себя. Но и во имя того, что она даётся только раз, что она неповторима и замечательна, - во имя этого мне легче идти навстречу опасности с открытым лицом и завоевать эту жизнь или умереть за неё, чем писать красивые слова и страдать от дурного запаха собственной совести

    Проза Паустовского подобна природе Мещерского края и картинам Левитана, описанным маэстро:

    В Мещерском крае нет никаких особенных красот и богатств, кроме лесов, лугов и прозрачного воздуха. Но всё же край этот обладает большой притягательной силой. Он очень скромен – так же, как и картины Левитана. Но в нем, как и в этих картинах, заключена вся прелесть и всё незаметное на первый взгляд разнообразие русской природы.

    Думается мне, что через одухотворенность произведений Константина Георгиевича, всё-таки, есть шанс приотворить в детском сердце дверцу в удивительный мир природной красоты, человеческой доброты и душевной щедрости. Ищущий да обрящет! Имеющий уши да услышит. Имеющий глаза да увидит…

    Р.S: на сайте livelib.ru прочла в одной из рецензий на «Стальное колечко»: «Я немного в шоке от такой детской литературы, если честно :-) Так что по моему скромному мнению, если предлагать детям советские книжки, то можно выбрать литературу покачественнее.
    Да что вы говорите!!! Вот это новость. Оказывается, что Паустовский является синонимом некачественной советской литературы. (Увы, и ах! Чердачные литературоведы порой доводят меня до белого каления).

    Периодически ловлю себя на мысли о том, сколько же мнений скромных и не очень ощерившись исподволь ежедневно атакуют наше информационное поле. И весьма убедительно, энергично и уверенно «каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны». И я, к сожалению, отнюдь не являюсь счастливым исключением. Поэтому, с завидным постоянством, пытаюсь влезть со своим свиным рылом в калашный ряд. А имею ли право? Да и есть в этом хоть какой-то прок?

    Р.Р.S: Необходимо широко и глубоко знать жизнь, ставить не книгу над жизнью, а жизнь над книгой. Надо работать, любить, страдать, надеяться, мечтать, одним словом, жить. Жить так, чтобы приносить людям радость.

    К.Г. Паустовский.

  3. LinaSaks
    LinaSaks
    Оценил книгу

    Удивительно что, когда ты читаешь эту книгу в детстве, думаешь только о колечке, о том, найдется оно весной или нет. Веришь в сказанное главной героине солдатом, что наденешь на определенный пальчик колечко и сбудутся желания, получишь радость, весь свет увидишь.

    А вот взрослым ты уже замечаешь совсем иное. Проверьте сами) Просто дочитайте эту сказку до самого конца, впитайте эту весеннюю радость, почувствуйте, как мимо прошла красавица весна, задевая вас своим цветением, и посмотрите на год написания книги. Теперь вы понимаете какую большую радость принесло колечко на пальчике девочки?

    Весна 1945 года.

    Удивительно, что в этой истории о добром ребенке, который остался с дедушкой, вдруг раскрывается такой подтекст. Вроде бы и так много в каждой фразе, как во вздохе. Вот она война, совсем рядом, в лице двух солдат. И в тоже время чувство безопасности, от этих же солдат, они смеются, они позволяют себе шутить и дарить волшебство маленькой девочке. Вроде бы вот он страх, что можно остаться одной, совсем одной, потому что война, отец где-то на фронте, мать вполне возможно тоже или где-то далеко, на заводе. Это не прописано в сказке, это понимаешь, читая. Это открывается тебе между строк. И в тоже время, спокойствие мира, возможность добежать до деревни, купить махорки. И вот ведь добрые руки, улыбки, нет одиночества, есть руки, которые подхватят, оберегут. Опять это удивительное чувство безопасности. Опять же вот она маленькая надежда в стальном колечке... вроде бы что-то простое, не драгоценное, но такое стабильное, ссылающее на некого железного и сильного. И тут же пропажа, из глупого любопытства среди снега. Но опять же бьющаяся жизнь, что нет, нельзя расстраиваться, нельзя бросать попыток отыскать, удержать надежду, веру, желание, потому что она же не только для себя, она ведь во благо любимых. И да, пусть это сказка, но волшебство-то в итоге создается руками людей. Их заботами, их жизнями.

    Только пока ты читаешь книгу в детстве ты смотришь на колечко, а когда взрослый, ты уже видишь больше. Ты видишь мир, жизнь, весну... тысяча девятьсот сорок пятый год.

Автор