Цитаты из книги «Марсель Дюшан»

Вскоре с помощью приема, родственного технике кубистского коллажа Пикассо и Брака, он соединит два крайне чуждых друг другу утилитарных объекта: вмонтирует вилку с велосипедным колесом вниз головой в сиденье табурета. Впоследствии Дюшан вспоминал: «Первым было велосипедное колесо, которое я просто поместил на табурет и наблюдал, как оно вращается. Так, в этом случае, помимо самого реди-мейда, присутствовал факт вращения»[68]. Год спустя в парижском универмаге Bazar de l’Hôtel de Ville он приобрел сушилку для бутылок, широко применявшуюся в винных погребах во Франции. Здесь жест Дюшана оказался еще менее ощутим, чем в «Велосипедном колесе»: он просто выбрал предмет в определенном месте и в определенное время. Вся его деятельность свелась к тому, что он приобрел вещь, перенес ее в другой контекст и снабдил подписью, не описательной, а каламбурной, построенной на игре слов. Этот новый подход, подрывающий современные представления о самой природе и ценности искусства, сообщал обычному предмету «иное назначение»[69]. Реапроприация повседневной вещи лишала ее изначального значения и автономии, превращая в современную скульптуру, которая обладает «красотой безразличия», способной соперничать с индустриальными изобретениями вроде идеального пропеллера, который так восхитил Дюшана.

Размышлять о реди-мейдах Дюшан начал в 1913 году, когда спросил себя в одной из заметок, нельзя ли создавать «произведения искусства, которые не были бы искусством». За год до этого, осматривая с Леже и Бранкузи Салон воздухоплавания, Дюшан допытывался у последнего: «Сможет ли кто-нибудь создать что-либо лучшее, чем этот пропеллер?

время своего первого пребывания в Нью-Йорке он никому не показывал свои новые произведения, тайно начатые им еще в Париже. То были не картины и не скульптуры, а совершенно новые формы, которые в 1915 году получат имя «реди-мейдов». Сегодня англоязычный термин «реди-мейд» однозначно связан с именем Дюшана; это его собственное формальное альтер-эго, сколько бы художников ни были им впоследствии вдохновлены

За этот, казалось бы, совершенно беззаботный период Дюшан также создал большую часть своих реди-мейдов. Однако в публичном пространстве он появился лишь однажды: со своим «Фонтаном», автором которого значился скандальный и никому не известный Ричард Матт.

Три года в Нью-Йорке не исчерпывались для него преподаванием французского, вниманием неустанных поклонниц и богемной жизнью с ее неизменными ночными возлияниями.

В настоящее время я сам с собой играю в шахматы: нашел несколько журналов и вырезал около сорока игр Капабланки, которого собираюсь обыграть.

Гордясь тем, что он спровоцировал очередной скандал, Дюшан отправил своей сестре Сюзанне в Париж письмо, в котором описал ситуацию, добавив, правда, что автором работы была женщина: «Поведай семье эту подробность: “Независимые” открылись с огромным успехом. Одна моя подруга под мужским псевдонимом Ричард Матт представила на рассмотрение писсуар в качестве скульптуры. В нем не было ничего неприличного. Никаких причин, чтобы ей отказывать. Комитет решил не принимать на выставку эту вещь. Я п

На самом деле за несколько дней до этого Дюшан, Уолтер Аренсберг и Джозеф Стелла вместе отправились в магазин J. L. Mott Iron Works, где приобрели писсуар модели «Бедфордшир», после чего Дюшан поставил на нем подпись «Р. Матт» и нарек его «Фонтаном» – с целью проверки демократических принципов Общества независимых художников, гласивших, что каждый, заплативший шестидолларовый взнос, имеет право выставить свои работы. Эта шалость наделала много шума в тесном кругу друзей Дюшана и Аренсберга. Столкнувшись с узколобостью выставочного комитета, оба немедля покинули его. С

Хотя именно Дюшан представил на рассмотрение комитета работу, вызвавшую самые горячие споры, его имя не значилось в каталоге. За несколько дней до открытия, 6 апреля 1917 года, он предложил расположить произведения по фамилиям художников в случайной последовательности: буквы алфавита предполагалось доставать из шляпы. С помощью этого Дада-жеста, положившись на удачу, он вытянул букву «Р», и развеску начали с нее. Когда же члены комитета добрались до буквы «М», то обнаружили перед собой белый фарфоровый писсуар, подписанный и датированный в левом нижнем углу: «Р. Матт, 1917». Провокационную работу тут же исключили по цензурным соображениям – за «нехудожественность

Загадочный и независимый, Дюшан был необычайно востребован в Нью-Йорке все эти три года. Однако, обладая куртуазными фран