Цитаты из книги «Марсель Дюшан»

У Дюшана также обучалась французскому языку Беатрис Вуд

Поддержка Аренсбергов и их круга помогла Дюшану освоиться в Нью-Йорке, и близкую, почти семейную связь с ними он будет поддерживать всю свою жизнь.

я «Обнаженная, спускающаяся по лестнице». Во время визита к братьям Дюшанам в Пюто Дэвис, Кун и Пач отобрали девять полотен Вийона, четыре скульптуры Дюшан-Вийона, которые потом приобрел коллекционер Джон Куинн, и четыре работы Марселя, в том числе и пресловутую «Обнаженную». На пути в Нью-Йорк эта работа была ненадолго выставлена в Барселоне в Галерее Далмау, после чего ее приобрел за 324 доллара дилер из Сан-Франциско Фредерик К. Торри. Когда в 1915 году Дюшан прибыл в Нью-Йорк, картина уже успела прославиться, а ее автор сделался живой легендой еще до того, как ступил на американскую землю.

и, а затем перебрался в двухэтажную квартиру Уолтера и Луизы Аренсберг, коллекционеров из Бостона,

Проведя девять дней на борту парохода «Рошамбо», 15 июня 1915 года Марсель Дюшан прибыл в Нью-Йорк вместе с композицией из нижней половины своего «стекла» – «Девятью мужематрицами»[41] – и заметками к нему в чемодане.

Свою работу он держал в строжайшей тайне, так что никто и подумать не мог, что молодой Марсель, официально трудившийся библиотекарем и даже записавшийся 4 ноября 1912 года на курсы библиотечного дела в Школе хартий, вынашивал в это время одни из самых революционных произведений века.

года», выпущенной в пяти экземплярах и собравшей воедино все первоначальные идеи Дюшана, касающиеся «Большого стекла». Параллельно создавались первые трехмерные работы Дюшана, связанные с принципом случайности: «Велосипедное колесо» (1913) и «Сушилка для бутылок» (1914), которые он, однако, еще не называл «реди-мейдами» и никому не показывал

По возвращении из Мюнхена он отказался от станковой живописи, и последующий период отмечен его поисками в двух разных направлениях. Он кропотливо разрабатывал детали нижней секции «Большого стекла». Сюда относятся «Дробилка для шоколада» – копия «машины для измельчения шоколада», увиденной им в витрине кондитерского магазина на улице Бовуазин в Руане, «Поворотная створка с водяной мельницей (из соседних металлов)» и «Девять мужематриц», они же девять холостяков в униформах. «Начиная с 1913 года я сосредоточился на “Большом стекле” и сделал эскизы каждой детали»[37]. Эту активность засвидетельствовали заметки из «Коробки 1914

обенно благотворным для его творчества. Несмотря на осложнившиеся отношения с живописью после того, как отвергли его «Обнаженную», в то мюнхенское лето он написал несколько самых успешных своих работ, посвященных теме девственницы и новобрачной и переходу из первого состояния во второе, используя язык так называемого «механического символизма».

18 июня 1912 года Дюшан сел на поезд в Мюнхен, город «Синего всадника», центральной фигурой в искусстве которого был Василий Кандинский, один из отцов абстрактной живописи и автор трактата «О духовном в искусстве»[31]