Цитаты из книги «Марсель Дюшан»

решил ограничить создание реди-мейдов небольшим количеством в год.

отказ от пьедестала, объема и благородных материалов в пользу исследования масштабных соотношений. И наконец, он ограничил их производство:

И вновь история создания станет частью ауры и очарования этого объекта. Дюшан купил стеклянную ампулу в парижской аптеке на углу улиц Бломе и Вожирар, опустошил ее и наполнил столичным воздухом. «Воздух Парижа» – самый изысканный и портативный реди-мейд: он помещается в ладонь, словно талисман, и из-за своей особой хрупкости стал одним из первых реди-мейдов, который Дюшану пришлось воспроизвести:

Еще больше впечатляет, что Дюшан осуществил эту революцию, вооружившись безразличием и смирением перед лицом случайности. Творческий акт оказался сведен исключительно к решению избрать определенный объект, лишить его обычной функции и задать ему новую траекторию. К тому же, приглашая к участию в этих «встречах» своих друзей, Дюшан затронул вопросы интеллектуальной собственности, которые стали особенно животрепещущими, когда поток образов и символов в XX веке резко вырос.

адиционные представления об искусстве, – следующим шагом стала проверка на прочность роли самого художника: он попросил сестру подписать предмет из его мастерской: «Вся эта длинная преамбула – ради следующего: возьми эту сушилку для бутылок себе. Я сделаю ее “реди-мейдом” удаленно. Тебе нужно написать внизу с внутренней стороны, на нижнем круге небольшими буквами масляной краской серебристо-белого цвета и кистью надпись, которую я тебе передаю, тем же почерком: Марсель Дюшан

Дюшан четко указывает свои цели: он создает предмет искусства другой категории, «произведение искусства, которое не является искусством», из чисто функционального предмета обихода, лишенного каких-либо явных эстетических качеств, купленного в магазине или, реже, доработанного при участии одного или нескольких близких друзей. Английское слово «реди-мейд» идеально подошло Дюшану, и в 1915 году он его присвоил; трудно было придумать лучшее имя для этих сенсационных «предметов с надписями», породивших с тех пор великое множество интерпретаций[71].

Это положение Дюшан сформулировал в 1963 году: «Реди-мейд – это произведение искусства, не нуждающееся в художнике для своего создания». Физическое создание произведения без вмешательства художника в то время было просто немыслимо нигде, за исключением фотографии и кинематографа, которые, впрочем, не относились к высокому искусству. Неслыханно было применить подобные критерии к традиционным искусствам – живописи и скульптуре. Однако как только Дюшан запустил этот процесс, вопросы, касающиеся статуса оригинала и копии, которые долгое время служили парадигмой для оценки искусства, постепенно стали утрачивать свою актуальность.

В ноябре 1915 года он потащил Кротти в магазин на Коламбус-авеню, где и купил лопату для снега – совершенно обычную вещь, которой каждый житель Нью-Йорка пользуется во время нередких здесь метелей. Однако у Дюшана и Кротти эта лопата, напротив, вызвала большой интерес, так как во Франции она была бы диковинкой. Дюшан принес ее на плече в мастерскую и написал вдоль черенка: «В предвидении сломанной руки», после чего подвесил ее под потолком. Конечно, его соучастник Кротти никак не предполагал, что Дюшан станет упоминать его имя всякий раз, когда только ни зайдет речь об этом реди-мейде. Между тем Дюшан обязательно подчеркивал участие, пусть даже минимальное, своих друзей в создании большинства реди-

Дюшан показывал, что предмет искусства одновременно осмысливается в двух разных плоскостях: концепция, или идея, и ее материальное воплощение. Его метод доказывал, что автору не обязательно находиться рядом в момент создания: все,

Так Дюшан создал новую формулу произведения искусства: отныне это не бледная копия реальности, а то, что взято непосредственно из реальности