Der Goldene Topf

4,2
5 читателей оценили
104 печ. страниц
2018 год
Оцените книгу
  1. Anonymous
    Оценил книгу

    Немного разочарована. Вот помните в детстве? Любая сказка была сказка. А тут это прежде всего вещь со смыслом. Поэт прежде всего поэт. А потом уже сказка. В итоге вместо того чтобы броситься в волшебный мир с потрохами, нам выдают порционное волшебство, завёрнутое в морализаторство. Так что вместо сказки какая-то абракадабра. Студент увидел в кусте змеек. Дальше, что бы ему ни виделось, всё воспринимается как само собой разумеющееся. Прекрасная приземлённая Вероника с голубыми глазами, на которую я, если честно, очень надеялась, оказалась слишком приземлённой. Это где же видано, чтобы почти положительный женский персонаж молодого возраста и приятной внешности легко превратился в персонажа побочного? А где тут добро и зло, когда с одной стороны некий искрящийся Саламандр, а с другой - старуха из свеклы? Типа воображение vs. пропитание.
    Горшок тут тоже как-то ключевой роли не играет, хоть и ради него всё произведение было названо. Гораздо важнее отношения, а не горшок.
    История на 100% в манере Калло, а не в манере прочих сказок писателя.

  2. majestic87
    Оценил книгу

    Ни в чём и никогда не отказывайте своей фантазии!
    А затем не отказывайте своей вере в эти фантазии.

    Это я сейчас, скорее, об авторе, нежели о герое.

    ***
    Только ли я понадеялась (впрочем, бесплодно) на возможность счастливого будущего для Гофмана и ещё одной змейки-сестрички?

    ***
    Только ли мне, при описании счастливой супружеской жизни Ансельма в блаженстве и гармонии, вспомнился вдруг "покой" Мастера?..

  3. Selena_451
    Оценил книгу

    Не так просто воспринимать Гофмана. Он немного сбивает с толку. С одной стороны, он сохраняет приверженность романтическим идеалам, с другой, смеется над романтическими штампами. То есть все мотивы, образы и тд получают двойственную мотивировку. Например, то ли Ансельм истинный романтик, поэт и способен видеть ирреальный мир, то ли он накурился табака на голодный желудок и полез обниматься с бузиной. В раннем романтизме даже не возникло бы такого предположения, что герой пьян или сумасшедший.

    Повторюсь, романтизм у Гофмана претерпевает изменения.

    Двоемирие. На раннем этапе романтическое двоемирие противопоставляется не так резко, а зачастую вообще гармонично сосуществует. Одухотворенная природа, волшебство воспринимается как нечто естественное, а перед поэтом все благоговеют. Здесь же не просто конфликт, а целая война. Два мира борются за главного героя - Ансельма - , не гнушаясь самыми грязными приемами.

    Предметный мир. В мир романтиков посредством вещи вмешивается реальность, тем самым суживая его. Описаниям предметов уделяется уже большое внимание - и миска, и чайник, и дверная ручка и тд.

    Романтический герой и героиня. Ансельм не идеальный романтический герой. В начале он не одухотворенный мечтатель, а бедный студент, которым движут вполне прагматические соображения - поесть и повеселиться на празднике. И выделяется он только своей неуклюжестью. Можно, конечно, предположить,что реальность так проявляет свою враждебность. Он мечется между мирами, сомневаясь,какой выбрать. Ведь в каждом из них у него по возлюбленной, что для раннего романтизма не характерно. И какие возлюбленные! Если с Серпентиной все в порядке, то Вероника - олицетворение мещанства и пошлости. У нее только одна забота - как бы выйти замуж за надворного советника. Причем смена кандидата ее не очень волнует : кто принесет сережки с бриллиантами, тот и молодец. Правда, с Кандидой из " Крошки Цахеса" Гофман зайдет еще дальше - там не портрет,а просто песня. Лебединая. Романтическим штампам.

    Финал. Тоже двойственный. С одной стороны, Ансельм живет в гармонии с возлюбленной в Атлантиде, где он стал поэтом. С другой, мне не дает покоя золотой горшок. Все-таки это не " голубой цветок". Пусть даже из горшка и вырастает золотая лилия. Да и описание жизни с Серпентиной в письме архивариуса - " у них хорошенькое именьице".

    Итак, предположу, что Гофман предвидел закат романтизма. Он иронизировал над формой и образами, которые из новых и неожиданных превратились в заезженную ерунду, вызывающую зевоту. Можно заметить,что часто он обманывает ожидания читателя: создается посыл на известный романтический мотив,образ, а дается нечто неожиданное, а зачастую и прямо противоположное. И еще он подметил, что романтики не могут существовать только в своем мире, соприкосновение с реальностью неизбежно и неизвестно кто еще возьмет верх.