Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Такая история

Такая история
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
140 уже добавили
Оценка читателей
4.56

Итальянский писатель Алессандро Барикко сегодня один из интереснейших романистов Европы. Его изысканные романы, напоминающие одновременно и притчи, и триллеры, и поэмы в прозе, уже переведены на десятки языков и положены в основу спектаклей и фильмов.

В настоящем издании представлен роман «Такая история», где история Европы первой половины ХХ века переплелась с личной историей героя – худенького мальчика с золотой тенью и странным именем Последний, выросшего страстным автогонщиком, влюбленным в дороги. Знакомый изгиб трассы видится ему в морщинах на лбу старика, в линии женских плеч. Ведь «это не трасса, а целая жизнь», где так хочется без рассуждений мчаться вперед, но порой важно и уметь поворачивать.

Между автопробегом Париж – Мадрид 1903 года и ралли «Милле Милья» 1950-го уместились в романе Первая мировая война и события частной жизни героя – истории любви, дружбы, предательства, близости, отчуждения… «Только он и восемнадцать поворотов – квинтэссенция его жизни».

Алессандро Барикко – один из ярчайших современных писателей, символ итальянской литературы, обладатель множества литературных премий: Кампьелло, Виареджо, «Палаццо аль Боско», Премия Медичи… Кроме того, Барикко – журналист, литературный и музыкальный критик, телеведущий, сценарист и режиссер, а также один из основателей и преподавателей школы писательского мастерства в его родном Турине.

В настоящем издании читателю предлагается одна из его интереснейших книг, «Такая история» – роман об автомобильных гонках, причудливых поворотах судьбы и гоночной трассы.

Лучшие рецензии
dream_of_super-he...
dream_of_super-he...
Оценка:
40

У Последнего была в жизни цель и мечта - дорога. Пожалуй, только благодаря настойчивости, силе воли, порядочности и настоящим желаниям, умению отличить настоящее от фальшивого он и смог добиться желаемого.
Две войны. Это уже слишком много для одного человека. Но тем, кто сумел не сломаться, не сложить руки, а идти навстречу каждому новому повороту, с его изяществом и грацией можно только восхищаться.
У Барикко очень впечатляющий стиль, это моя первая книга у него. И то, как история может быть подана глазами каждого из её участников, со всеми особенностями, присущими данному персонажу - это очень и очень здорово. В той части, где дневник Елизаветы, - очень много прекрасных моментов и наблюдений относительно женского поведения.

Unikko
Unikko
Оценка:
40

Человечество всегда стремилось управлять хаосом, для чего использовало различные, иногда неожиданные, инструменты и методы: слова, числа, формулы, расписания, базы данных. Как справедливо заметил один из героев романа: «Каждый понимает порядок по-своему». По мнению сына Либеро Парри, носящего символичное имя Последний, способом систематизации пространства являются дороги, и не только пространства, но и воспоминаний. Буква «П» на шкатулке, серпантин Колле-Тарсо, горка Пьяссебене… Разрозненные фрагменты прошлого можно упорядочить и объединить... в одну дорогу, скоростную трассу. Это и стало целью жизни Последнего.

Я построю дорогу, сказал он. Где именно — не знаю, но я ее построю. Такую дорогу никто себе и представить не может. Эта дорога заканчивается там, где берет свое начало. Я построю ее на пустом месте — ни барака поблизости, ни заборов, совсем ничего. Я построю ее не для людей, это будет трасса, скоростная трасса. Она будет вести исключительно к себе самой; ее место вне мира, вдали от его несовершенства. В ней сойдутся все дороги земли; именно она будет целью каждого, кто отправляется в путь. Я создам ее, и знаете что? я сделаю ее такой длинной, чтобы она вместила всю мою жизнь, поворот за поворотом, все, что я видел собственными глазами и никогда не забуду.

Мечта Последнего, возможно, так и осталась бы экстравагантной фантазией, если бы сам он не был особенным человеком, отбрасывающим золотую тень на восприимчивых близких. Пожалуй, самое приятное в «Такой истории», и одновременно самое отталкивающее, – невероятная упорядоченность и гармония сюжета. Стремление главного героя систематизировать пространство, а заодно и свою жизнь, придает целеустремленность и продуманность не только поступкам самого героя, но и действиям и судьбам всех действующих лиц романа.

Как известно, герои большинства «серьезных» романов XX века жили и действовали в абсурдном мире, в котором человеческое существование не имело ни цели, ни смысла. И даже те из литературных героев, кому после долгих сомнений и поисков стал ясен смысл жизни, не смогли бы сказать, в чем этот смысл состоит. Поразительно, как роман о XX веке, написанный в 2005 году, оказался историей о целостности и органичности человеческого бытия, с четко сформулированным смыслом жизни?!

Люди проживают год за годом, но по-настоящему они живут лишь малую часть отпущенного им времени — это годы, когда они выполняют то, для чего появились на свет. Именно тогда они чувствуют себя счастливыми. Все остальное время проходит в ожидании или воспоминаниях.

Трудно согласиться с авторской метафорой, будто история XX века, в том числе две мировые войны и русская революция, описывается… конфигурацией трассы в Сильверстоуне (о ней ведь речь: Великобритания, конец сороковых, бывший военный аэродром, 18 поворотов?) Время действия в книге - XX век (если совсем точно - 1903-1980 годы), но дух её сформирован опытом современного поколения. Обретает ли в этом случае прошлое необходимый смысл?

Я прочитала эту книгу буквально на одном дыхании и даже расчувствовалась в финале. Но чем больше я думаю о романе, тем меньше он мне нравится. Это не история XX века, это - его некролог. Я думаю, преждевременный. Как говорил один знаменитый писатель, чьим ровесником по странному совпадению является Последний: «прошлое не бывает мертво». А XX век – это «даже не прошлое».

Читать полностью
satanakoga
satanakoga
Оценка:
38

Книга закончилась, а я до сих пор не понимаю, как я её оценила.
Книга раздражала - безусловно, особенно завитушечки о войне - с переливчатыми метафорами и аллегориями, с безумно красивой математической структурой..противно было. Ведь кровь не станет вином, если её описывать как густое сладкое вино, и смерть можно сколько угодно поэтизировать, повесить в чёрном туннеле занавесочки в цветочек, провести электричество, чтобы не было этого тусклого света в самом конце, но гниение не спрячешь под тюлем.

Книга забавляла - особенно эта способность текста распадаться на романтические, философские, жизнеутверждающие и морализаторские цитаты. Я прямо вижу, как ТКП ходит ходуном, потому что под ним то ли кто-то играет Шуберта на пальцах, то ли строчит красивые и стильные цитаты в блокнотик с бабочками. Чтоб было.

Книга гипнотизировала - эти повторения, эти плавные переходы, эти повороты, эти совпадения и несовпадения, и как персонажи несколько раз выворачивали себя наизнанку, и волк становился сперва красной шапочкой, а потом бабушкой и охотником, а потом уже и вовсе бабушкошапочкой и волкопирожками.

Книга о мечте и безумии. О времени. О смерти. О любви, которая всю жизнь приворяется, что её нет. О страсти к дороге, которая и есть ты сам. О том, как придумывать свою судьбу и самого себя, ведь если не ты, тогда кто это сделает?

А на самом деле где-то и когда-то родился мальчик, которого назвали Последний. Как-то раз они с отцом выпили и несколько часов блуждали по улицам, наматывая бесконечные круги, и тогда Последний вырос и стал одержимым. Дорогой, трассой, бесконечным повторением, движением от станции Я до станции Снова Я.
Где-то по пути Последний встретил кучу народу: гоночные автомобили, щедрых распутных графов, войну, друзей, которые всё равно умрут, красивых женщин с лёгким характером, разнообразные рояли, странную девушку Елизавету, тоже одержимую, но несколько иначе, заброшенную взлётную полосу, восемнадцать поворотов, букву П, изящный изгиб в виде женской шеи, да и мало ли кого ещё.
Вот такие дела.
Если вам всё ещё ничего не понятно, это не ко мне, это к Барикко.

Читать полностью