Цитаты из книг автора «Мольер (Жан-Батист Поклен)»

продано, а об отце ни слуху ни духу. Тогда мы перебрались в Геную – там матушке удалось собрать жалкие крохи, оставшиеся от расхищенного наследства, но ее родня дурно обошлась с нею; она приехала сюда и здесь еле-еле сводит концы с концами.

Мариана. Ах, теперь и я могу подтвердить, что вы не обманщик! Из ваших слов явствует, что вы – мой брат. Валер. Я – ваш брат? Мариана. Да. Сердце мое забилось при первых же твоих словах. А как матушка-то будет рада! Она часто рассказывала мне о наших злоключениях. Бог не попустил и нашей гибели при кораблекрушении, но мы променяли смерть на неволю: нас спасли корсары. Через десять лет, и то случайно, мы вырвались на свободу и вернулись в Неаполь. Оказалось, что все наше имущество

Ансельм. Но чем вы докажете, что это не сказка, а быль? Валер. Доказательства и свидетели налицо: капитан корабля, рубиновая печать моего отца, агатовый браслет, который мать надела мне на руку, и старик Пьетро – тот самый слуга, который спасся вместе со мной во время кораблекрушения.

отправился на поиски, и здесь небо уготовило мне встречу с прелестной Элизой. Ее красота пленила меня. Моя страстная любовь, а также суровость ее отца вынудила меня проникнуть под чужим именем в этот дом, а на поиски родителей я отправил другого человека.

Валер. Да. Но знайте же и вы – и да будет вам стыдно, – что его семилетнего сына и одного из слуг подобрал испанский корабль, и этот спасенный сын – я! Капитан корабля пожалел меня, приютил и воспитал как родного сына. Потом я вступил в военную службу. Вскоре я узнал, что мой отец, которого я считал умершим, жив. Я

Нет, батюшка, я уже вам сказала, что нет такой силы, которая принудила бы меня выйти замуж за кого-нибудь, кроме Клеонта. Я скорей решусь на любую крайность, чем… (Узнает Клеонта.) Конечно, вы – мой отец, я должна вам беспрекословно повиноваться, устраивайте мою судьбу как вам будет угодно.

Ах, господин учитель, как мне досадно, что они вас побили! УЧИТЕЛЬ ФИЛОСОФИИ. Пустяки. Философ должен ко всему относиться спокойно. Я сочиню на них сатиру в духе Ювенала, и эта сатира их совершенно уничтожит

Валер.  Так вот она – любовь!… Рассеялся туман —И что ж за ним? Обман… один обман!

Дорина.  Здесь робость не у места!

Дорина.  Сказать, что, мол, любовь не рассуждает,Что по сердцу другой пришелся вам, что бракДля девушки – такой серьезный шаг…А если уж в Тартюфа он влюбился,Так сам на нем пускай бы и женился!