Когда-то я читала и первую из этого цикла, "Грибной царь", но помнила лишь, что герой погряз в непростых семейных отношениях и прочих отношениях со своими женщинами. Надо было вспомнить об этом, может, тогда я не решилась бы прожить и с этим героем его - тоже непростую - жизнь. Хотя жизнь, как раз, и можно назвать простой, но и здесь отношения с женщинами на фоне семейной жизни протекают в событиях сначала глубокой советской действительности, что в свою очередь перетечет в иные времена. Перестройка, путч 91-го, Белый дом 93-го, и все, что касается 80-90-х, а вот это вообще оказалось тяжело читать. И полагаю, что это будет последняя книга, и надолго, которую я читаю про те года. Но нельзя не отдать должное писателю, картину он рисует пусть и нелегкую, и не особо хочется проникаться сочувствием к главному герою, но поневоле проникаемся.
Перед тем, как начинала читать, мне вспоминалась другая его же книжка про тот самый период, 80-е-90-е, но про школьные будни. "Работа над ошибками". К такому названию так и хочется отослать героя Побега, но только пожелает ли он ту самую работу над ошибками сделать? Да и вообще, признавать свои ошибки далеко не все умеют. А книгу о школе и ее герое до сих пор вспоминаю с удовольствием, и разве жизнь преподавателей, учителей в тот период отличалась от жизни большинства наших людей в то время?
Возвращаясь к Побегу с главным героем - совершенно четким представителем того поколения 40-летних, на которых в 80-е сначала обрушилась новая действительность, отменявшая вместе с культом Сталина коммунизм и сопутствующие им явления. Отменялась стабильность и все, к чему человек привык вообще и привык ожидать в жизни, а оказывается, за все, что ты хочешь, надо бороться. Воспитанный десятилетиями советского строя инфантилизм сказался на целом поколении, и потому Олег Трудович Башмаков - весьма типичен, даже запутанные отношения со своими женщинами, не считая жены, ни на что его не толкают, он продолжает жить в своем болотце. Казалось бы, последний его роман должен подталкивать его к чему-то другому, на носу уже конец 90-х, за столько лет все его привычки, представления должны были трансформироваться, да и барышня его со всеми атрибутами ее жизни тоже должно была оказать влияние, но... воз и ныне там.
И если говорить о поколении сорокалетних, то вот, пожалуйста, Поляков для контраста рисует еще несколько историй, в которых фигурируют коллеги Трудовича из прошлых времен по работе на космическое ведомство. Кто-то рванул за рубеж и при помощи мошеннической схемы ворует идеи наивных бывших советских людей. Кто-то пошел выше, но это из руководства, хотя сомнительно, что на пользу пошло. А вот тот, кто и в советские времена не отличался мирным характером, и даже прозывался Джедаем, головы не склоняет, и вполне возможно, что именно так его повинная голова и слетела с плеч. Джедай вообще чуть не единственный, по отношению к кому я ощущала живое участие, и жаль было, если он действительно сгинул.
И это еще не все, кого Поляков двигает вперед, словно показывая, как у любой пешки есть все возможности стать ферзем. Такому же инженеру в 80-е, Аварцеву попалась в руки жар-птица, идея, с которой и началось его восхождение на Олимп до члена наблюдательного совета банка, куда Башмакову в последние годы удалось устроиться благодаря протекции своей взрослой дочери.
Но все подталкивания в отношении главного героя приводят его лишь к одному толчку. Конец, конечно, небезынтересный, особенно в каком виде представляет автор одну из последних сцен. Но еще интереснее, что она оставляет простор для фантазии, чем же на самом деле заканчивается вся эта история.