Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Смотритель. Книга 1. Орден желтого флага

Смотритель. Книга 1. Орден желтого флага
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
1833 уже добавили
Оценка читателей
4.14

Император Павел Первый, великий алхимик и месмерист, не был убит заговорщиками – переворот был спектаклем, позволившим ему незаметно покинуть Петербург. Павел Алхимик отбыл в новый мир, созданный гением Франца-Антона Месмера, – Идиллиум. Павел стал его первым Смотрителем. Уже третье столетие Идиллиум скрывается в тени нашего мира, взаимодействуя с ним по особым законам. Охранять Идиллиум – дело Смотрителей, коих сменилось уже немало. Каждый новый должен узнать тайну Идиллиума и понять, кто такой он сам…

О чем эта книга на самом деле, будет зависеть от читателя – и его выбора.

Лучшие рецензии
russischergeist
russischergeist
Оценка:
68

Вот такой Пелевин мне откровенно нравится!

Здесь нет уже привычных для меня (но не нравящихся) в последних прочитанных книгах бесшабашности, резания правды-матки, откровенно-грубой философии в матерных тонах, разгильдяйских стихотворений, прорывающейся безысходности. И это хорошо. Зато за глаза найдены другие, традиционные пелевинские элементы (импонирующие, в частности, мне), такие как тема любви, тонкой, аккуратной и мужской прокачки азов женской психологии, противопоставление двух конкурирующих систем, как правило утопической и антиутопической, гротескная критика современного мира (или его старого, исторического представления).

Написанный в строгом стиле как будто бы исторического романа "Смотритель" опускает нас в два параллельных мира, любители российской истории найдут здесь отголоски павловских времен, любители дискуссий по современным проблемам заметят в романе обращение Пелевина к таким актуальным темам как неравные браки противостояние фашизма и антифашизма, официальное признание однополых браков.

Роман безусловно поднимет престиж знаменитого питерского Инженерного замка. Ждем туда теперь толпы новых экскурсантов! Исторический же экскурс в события более чем двухсотлетней давности очень интригует. Да, есть император Павел Первый, есть главный герой, поначалу самый обычный, немного ленивый и бесшабашный Алексис де Киже со своей практически идеальной женщиной, спутницей Юкой, которого выбрали для выполнения в будущем важной миссии в Идиллиуме...

Здесь Вам и теория гипноза в действии, есть и ангелы, и призраки. Есть разворачивающие интерпретации действий и воздействий, флюиды и развороты, есть испытания-экзамены, есть суд-комиссия по их приемке. Математики же посмеются от души, узная как же можно "разложить любовь в ряд Фурье"!

Короче, любители серьезного Пелевина могут с удовольствием читать эту серию книг. Я же с удовольствием прочитаю и продолжение, надо же узнать как же будут продвигаться дальнейшие изыскания Алексиса Второго. Великолепная фантазия автора и зашифрованный смысл с указкой на важные общечеловеческие темы ждут нас и дальше. Чего мне не хватило в романе, так это - традиционной пелевинской иронии.

Читать полностью
majj-s
majj-s
Оценка:
53

Знаете, что такое трендсеттерство? Это умение предвосхищать тенденции, чувствовать, что будет актуальным завтра и даже послезавтра, вводя в обиход уже сегодня. Оскар Уайльд, к примеру, был трендсеттером. Да, о зеленой гвоздике, которую вслед за ним вдели в петлицу все лондонские модники. К несчастью для писателя, слишком смелые прозрения опасны, открытое признание собственной гомосексуальности, опередившее настроения общественного бессознательного не на год, а на век, стало причиной гибели его. Это к тому, что у Пелевина по части трендсеттерства все отлично. Потому и стал самым влиятельным в российской словесности лицом.

Нет, я не фанатичная поклонница. И по части стиля знаю много лучше, и уровень глубины его произведений, как по мне - не то, чтоб очень. Эрудированность, умение виртуозно жонглировать понятиями, соединяя несоединимое с изяществом и непринужденностью ярмарочного факира, которые вдруг в один неуловимый миг ставят тебя перед лицом грозного мага и чародея. Да полно, скажешь тоже: Маг, погляди внимательнее, он и в самом деле с ярмарки, только деревенский простофиля, Ванька-дурачок, которые продав корову, проигрывает деньги в наперстки. И ты готова уже согласиться: "Обозналась, Батенька, посыпаю голову пеплом". Поднимаешь глаза - на месте давешнего лоха вида сумрачного рыцарь в фиолетовых доспехах.

Все потому что он Джокер. Многолик, изменчив, как ртуть, скользит, переливается холодным радужным сиянием. В руки не возьмешь, к сердцу не прижмешь ("Такой пусечка, так бы и расцеловала" - это не про Пелевина) и вдыхать долго - опасно для здоровья. Но самая занятная игра, м-мать ее - скатывать в один шарики странного этого металла (кому доводилось в детстве разбивать градусник - поймет). И еще денежки. Медяха, побывавшая в контакте, сверкает дивным серебряным блеском. Почти как глюк, монетка из последнего его романа. С той же степенью ликвидности, когда игра окончена.

Монетка-глюк, распускаемая в глюкогене для получения быстрого простенького удовольствия, совершенно очаровательна. После чернеет и годится после только в переплавку, покупательной ценности в ней не остается. Но высшее свое предназначение - служить удовлетворению сиюминутной потребности в счастье, она выполнила Здесь много таких деталей. Чего стоит жираф-пугало, чудо местной генной инженерии. Камуфляжной расцветки трехметровая дура, разгуливающая посреди кукурузного поля.

"Послушай, далеко-далеко, на озере Чад..."

Да и вся игра с творением новых миров из щепотки электролита, одного талантливого человека и некоторого количества доверяющих ему и признавших лидером единомышленников - сплошное очарование, как по мне. Эскапизм? Да, но не в вампирье-оборотническо-членовредительском стиле и остров Лапуту (которого никогда не любила, признаюсь) пусть останется на сей раз в стороне. Пока что никто никого не кусает, пока мы только хвостами учимся переплетаться, производя посредством переплетения дивные новые миры.

Плохо? Ну, я не знаю, кому как, мне так очень нравится. Фирменная пелевинская компиляция из всех возможных восточных учений, сдобренная западной эзотерикой и приперченная наивным механицизмом науки XVIII столетия (которая все возможные тайны природы из одного ньютонова яблока собиралась вывести). Мне чуть не хватает в Идиллиуме Пелевина гриновской звенящей воздушности, которая в другом, милом сердцу искусственно созданном мире, Транквилиуме Лазарчука. Но еще и выше говорила ведь, что видали мы стилистов получше. У здешнего задачи другие, сколько понимаю. Не агнец, приготовленный для заклания в жертву политическим интригам нашего мира, но жизнеспособная ему альтернатива. Которой романьтизьм в больших количествах противопоказан.

Знаете, если градусник случайно разбился, можно не переживать сильно. Собрать ртутные шарики, вызвонить специальную службу для утилизации. А пол помыть с "Белизной". Хлорочка, она полезная и нейтрализует меркуриальные пары. А что пованивает, что ж мы, не в Советском Союзе росли, не потерпим? Это к тому, что наткнулась на статью Дмитрия Быкова о романе и прям даже запах ощутила явственно. Незамысловато-пользительный. Только, хм, хлорные пары в определенной концентрации и сочетании с некоторыми веществами тоже очень токсичны.

Читать полностью
LadaVa
LadaVa
Оценка:
53

Итак, рецензии суждено было состояться, потому, что кот разбудил меня в 4.30 утра.
Иначе трудно решиться писать о книге, которая разлетается на миллионы пикселей, как только ее закрываешь. Да что там закрываешь? Каждое нажатие кнопки электронной книги отправляет в небытие весь предыдущий текст. Я пробовала листать с помощью сенсорной функции, но предыдущая страница в этом случае не сдавалась без боя, впадая то в режим редактирования, то еще во что-то незнакомое, но очень функциональное.

Перечитайте еще раз первый абзац. Это практически полное изложение первого тома.

Каждый сам должен решить, про что эта книга, предупреждают издатели.
Для меня это оказалась книга о жизни, которая рассыпается у тебя в руках. Однажды Кир Булычев остроумно охарактеризовал метод построения сюжета, которым он пользуется, назвав его "А это была не мама". Вот, например, вечером раздается звонок в дверь, пятиклассница Юлия бежит открывать, спрашивает кто там, это, разумеется, мама пришла с работы. Она открывает - а это была не мама!
Здесь прием доведен до абсурда. Это оказывается не вечер, и не пятиклассница, и не Юлия, и - естественно - не мама. Я вам больше скажу: это была не дверь. И перестала она быть дверью именно в момент ее открывания.
Это все кажется обычными буддистскими штучками Пелевина. Но вот был же серьезный автор - Григорий Померанц - писавший именно о том, что не найдя ни единой устойчивой точки под ногами, можно найти опору в ее отсутствии. Померанц серьезно изучал христианство и буддизм.
И даже без обращения к авторитетным именам, не было ли у вас, читатель, хоть единожды в жизни странной боязни: а вдруг я не Вася, и не Пупкин, и не из Урюпинска я, и, страшно сказать, не с улицы Ленина, дом два, квартира восемь? Вдруг все-все это неправда? Вдруг тогда, когда я был еще шпаной малолетней, я все-таки утонул, когда пытался переплыть Днепр при ясной погоде? Вдруг я все еще тону и мне только кажется вся моя последующая жизнь? прямо в эту секунду она вся мне и показалась? Вот и найди тут опору в ее отсутствии.

А теперь самая смешная часть рецензии: давнишний ценитель раннего Пелевина Дмитрий Быков уже сказал свое веское слово по поводу нового романа. Узнаю брата Петю. Все сводится к одной мысли - умоляю, не читайте. Мне, пишет ДБ, это не нравится. Я ценю раннее его. Да не про что это, абсолютный ноль, пишет ДБ. (насчет абсолютного нуля Виктор Олегович, думаю, доволен). Вот в принципе и все. Остальные многочисленные буквы в рецензии посвящены, как обычно, России, власти, современности. А смешно мне потому, что буквально пару дней назад я сделала отчаянную попытку прочитать то, что ДБ объявил гениальнейшей прозой - Михаила Успенского "Там, где нас нет".
В принципе, уровень современной литературы, которая вызывает одобрение ДБ понятен. Извините, ДБ, я это не читаю. Памфлеты мне не нравятся, даже если они не на политическую тему, но тут - увы - именно на эту. Нет, понятно, что вы как рыба в воде, но я уж лучше Пелевина. Поверьте, гэги про князей и бояр не предел моего представления о гениальности.

Мне страшнее читать о жизни, которая рассыплется, развеется, как туман при малейшей попытке найти в ней что-то незыблемое. И чем больше стараешься всмотреться, тем больше проступает... ничто.
Недаром эпиграф к роману такой:

Что счастие?
Довольно, что не трушу,
влача свое ничто через нигде,
покуда черти чертят эту душу,
подобно быстрым вилам на воде.

Из монастырской поэзии

Но есть и утешающие новости:

Я тебе тоже дам духовный совет: хочешь познать ничто — не заморачивайся ни на чем.
Читать полностью
Лучшая цитата
Но в разном возрасте счастье имеет разный вкус, ибо сделано из нашей собственной энергии –
5 В мои цитаты Удалить из цитат
Другие книги подборки «Главные книги сентября 2015 »