Таежный тупик. История семьи староверов Лыковых

Я помню эту семью. Очень смутно, но помню. Когда читала книгу, то ощущение дежавю не проходило. Узнавала фразы, описания природы, людей. Просто, когда я  впервые услышала о Лыковых, то была ещё ребёнком, и история воспринялась совсем не так, как сейчас. Да и вопросов, видимо, не вызвала никаких.
Сейчас всё по-другому. Читать собранные воедино статьи и заметки об этой странной семье было очень интересно. Вопросов возникало миллион, но многие из их раскрывались по ходу повествования.

Драма Лыковых уходит корнями в народную драму трехвековой давности, названье которой раскол
Сейчас, честно, это звучит более понятно. Тогда, я не понимала, как можно вот так, ради веры, отречься от всего. Бога, как мы знаем, в Советском Союзе не было. И мне, советской школьнице, это было настолько чуждо и неприемлемо, что эти "дикари" недолго занимали мои мысли.
Но находились добрые люди, которым судьба этих староверцев не была безразлична. В их числе и автор этой книги - Василий Песков.

Что побудило людей бросить всё и уединиться в местах, где трудно выжить, где не ступала нога человека? Где зима - это лютый холод и голод, а лето - гнус и тяжелейшая работа, чтобы подготовиться к достойному зимовью.
Фанатизм. Вера  в свою правоту, ненависть к старцу Никону, Петру... Это трудно понять.
Они живут почти как первобытные люди, с тем только отличием, что молятся по несколько раз в день, да читают святые книги.
Их вера прочна, как кремень. Даже после многолетней дружбы с цивилизацией, они не поступились множеством принципов. "Нам это не можно".  "Не можно" было мыться, касаться других, есть определённую пищу и много еще чего. И всё же кое-в-чем пошли на уступки, люди то они не тупые, понимали, что в одиночку выжить тяжело. Тем более, когда семейство осиротело сразу на три человека.

Конечно же, больше всего внимания в книге уделяется Карпу Осиповичу и Агафье,  оставшимся в живых отцу и дочери. Интересны их разговоры, размышления. О боге, о новом мире, о своей судьбе.
Много времени уделяется быту. Мне,человеку дотошному, было очень интересно читать: как едят, в чём готовят, как добывают пищу, ведут хозяйство и прочее.
Ну а так как Песков является моим любимым автором, то чтение было вдвойне приятным. Плюс сам автор раскрылся для меня ещё с одной, естественно, положительной стороны.

Вывод! Читать! Обязательно читать всем, кому не чужда такая тема, кто любит качественную литературу и ценит человеческую доброту.

Приятный бонус. Даже в электронном варианте присутствует множество фотографий. Память о семье Лыковых живёт.

В книге собраны все статьи о жизни староверов Лыковых, которые были написаны журналистом газеты «Комсомольская правда» Василием Песковым. Чуть больше двух десятков лет он посещал «Лыковскую заимку» и каждый раз подмечал для себя что-то новое.

Причины такого образа жизни семьи Лыковых объясняются довольно просто – являясь староверами, они бежали от «мира», боясь религиозных гонений в 1930-х годах. И если сначала у них был свой небольшой посёлок, то после войны глава семейства увёл жену и детей в глубокую тайгу – 250 километров разделяло Лыковых от ближайшего населённого пункта.

С 1945 года они жили в полном отчуждении. Мать умерла от голода, оставив отца заботиться о четырёх детях.

В 1978 году их обнаружили геологи. Лыковы отнеслись к ним настороженно, но сил на постоянное бегство не было. И с тех пор они начали поддерживать связь с «миром».

Изначально было много строгих запретов – «это нам не можно». Уже через год, после того, как их обнаружили люди, в семье друг за другом умерло сразу трое детей. Возможно, встреча с людьми сыграла не последнюю роль и перенесённый стресс подорвал их здоровье.

Шесть лет самая младшая Агафья проживала со своим отцом Карпом Осиповичем. Постепенно они отходили от некоторых строгих запретов и принимали что-то «мирское» – Лыкову пришёлся по вкусу фонарик.

После смерти отца Агафья осталась совсем одна. Но очень много людей «из мира» стали оказывать ей помощь. Немного неоднозначное у меня сложилось впечатление – на какие-то удобные в хозяйстве вещи, религиозные запреты были сняты. Не один раз Агафья летала на вертолёте, даже ездила на поезде в «мир» к своим родственникам. Но это ничуть не умаляет силы её духа.

Произведение мне определённо понравилось, но тем, кто хочет прочитать что-то новое про Агафью, следует учитывать, что данная книга во временном отрезке ограничена годами жизни автора.

Смогла бы я когда-то отказаться от «мирской» жизни и добровольно уйти в лес? Думаю, что вряд ли. Но если бы появилась возможность навестить Агафью Карповну, то я бы с радостью согласилась.

Мало кого из людей поколения постарше не взволновала газетная статья об найденных в глубинах заповедной Хакасской тайги людях — целой семье староверов. Фамилия Лыковы очень простая и лёгкая для запоминания, но вместе с тем и ничем не примечательная, чтобы навсегда врезаться в память, но вот запомнилась же с того самого далёкого конца семидесятых, со времён появления первой публикации о этих людях в "Комсомолке". Статьи о них появлялись в этой газете наверное ежегодно, но затем острота информации постепенно сошла на нет, и лично я, например, попросту потерял судьбу последней из рода Лыковых из виду. Прочитанная буквально залпом и запоем книга заставила сесть к монитору и ввести в поисковую строку "староверы Лыковы"...

Конечно во всей этой истории более всего волнует и поражает воображение человеческое упорство по многолетнему (и многозимнему!) выживанию в глухой сибирской тайге. Зимой морозы ого-го!, летом гнус и дикие звери, а полная автономия и абсолютное отшельничество предполагают, что ты напрочь оторван от внешнего мира и не пользуешься никакими внешними предметами и устройствами! Их просто нет, этих самых простых предметов и приспособлений. Как говориться, с чем ушёл в тайгу, с тем и остался. И длится эта отшельническая история более 30 лет (это на момент открытия Лыковых геологами в 1978 году)!

Конечно эти люди всё равно были обречены. Если бы не начали принимать хоть какие-то крохи помощи от внешнего мира, от проклинаемых "никониан", от которых они бежали когда-то в своё полное отшельничество. И наверное немало было таких же религиозных фанатиков, которые подобно Лыковым ушли в глухие скиты да и сгинули там, не встреченные и не открытые никем и никому...

Фанатизм — думаю, что это основное стержневое понятие, на котором держится оставшаяся в тайге Агафья (кстати, в апреле 70 уже исполнится!). И история знает немало разных примеров и случаев проявления ярко выраженного истового религиозного фанатизма самой разной религиозной направленности. И последователи ислама, и христиане всех направлений и течений, и прочие религиозные "правые" удивляют и порой поражают мир проявлениями самых сильных и самых крайних поступков и действий, осеняемых знамёнами, хоругвями и лозунгами своей Веры. И ладно, когда эти проявления носят личный и индивидуальный характер (вот как у тех же Лыковых), но ведь сложность и беда состоит в том, что зачастую фанатики пытаются уволочь с собой в это своё "никуда" других, совершенно далёких от них людей...

Вернёмся к книге. А книга является по своей сути сборником всех тех публикаций Василия Пескова об этой семье. Наверное как-то уже обработанных им же и сведённых воедино в одну книгу, в один нетолстый томик. Читается очень легко, язык очень простой и доступный, автор умело пользуется всеми своими журналистскими приёмами и навыками, чтобы интерес во время чтения оставался самый прямой и непритворный. А довольно солидный фотоархив является и дополнительным источником информации, и просто любопытно взглянуть в глаза тех, кто упомянут или назван в этой книге.