«Мне надо срочно не откладывая проверить дедушку Риты» – думала Лера, выполнив всю порученную ей домашнюю работу. Он, наверное, скучает по внучке, и поддержать старого человека мне необходимо». Купив скромный тортик (не приходить же в гости с пустыми руками) она подошла к знакомым дверям и остолбенела от удивления. На дверном проеме Лера увидела узкую ленту с надписью «опечатано» и с круглой милицейской печатью. «Что-то случилось с Владимиром Ивановичем? Где же он может сейчас быть? Жив или произошел несчастный случай? Возраст у него почтенный и всякое может случиться. Хотя неделю назад он выглядел молодцом». На всякий случай Лера подергала за ручку, но как она и ожидала, дверь была плотно заперта на ключ.

– Можешь не стараться, девушка, – услышала она женский голос за спиной. – Вчера увезли нашего Иваныча в больницу. Неизвестные люди ограбили его квартиру и чуть не убили старика.

– Так значит, Владимир Иванович жив! – чуть ли не закричав от радости, воскликнула Лера. – Не скажете мне в какую больницу его направили?

– Так я и буду тебе докладывать, – грубо отвечала пожилая соседка. – Может ты одна из грабивших квартиру. Но как будто ты на них не похожа. Да и не по силам тебе сделать подобное.

– Правильно тетя рассуждаете. Я не из них. Я – Лера, подруга его внучки Риты. Я часто навещаю семью Владимира Ивановича.

– Похоже, ты мне правду говоришь. Теперь я вспомнила, что видела тебя вместе с Ритой в нашем дворе. Ты извини меня старую, если что не так сказала.

– Пустяки. Ничего страшного. Мне только надо знать адрес больницы.

– Увезли его родимая в Боткинскую больницу. А куда положили – ничего не могу сказать. Я бы все равно и не запомнила. Мои годы берут свое.

Выяснив у дежурной медсестры палату, где лежит Владимир Иванович девушка поспешила к нему. Несколько ссадин на потемневшем лице и обвязанная голова указывали, что основной удар нападавших пришелся на это место.

– Главное, Владимир Иванович то, что вы живы и относительно целы. Как я вижу, дела у вас не совсем плохи, как мне расписали ваши соседи.

– Все ничего, Лерочка. Только слабое сотрясение головного мозга. Какой-то негодяй ударил меня тяжелым по затылку. Я был тогда в шапке и на время потерял сознание. Когда я очнулся, понял, что кто-то побывал и успел основательно поработать у меня дома. Исчез ряд моих ценных и любимых картин, три вазы и пропало письмо, найденное в морской бутылке. Налетчики, скорее всего, знали, где все лежит. Ну, а я, как ты сама видишь, теперь в больнице и ожидаю очередного укола. Чувствую себя неплохо, иногда кружится голова.

«Признаки сотрясения головного мозга» – вспомнила Лера занятия по медицинской подготовке».

– Для вас основное – покой. И больше никакого волнения. Но, вы можете сказать мне или рассказывали милиции: кто смог сделать налет? Имеются в виду подозрительные люди, знающие о вашей коллекции.

– Пока нет, Лера. Ко мне приходили и до сих пор приходят разные люди, интересующиеся стариной. Один из них и явился наводчиком, указавшим грабителям, что надо взять. Но, возможно, мои вещи взял и наводчик. Есть материал для раздумий, чтобы поломать голову.

– Владимир Иванович я запрещаю вам раздумывать о грабителях. Вы постарайтесь отвлечься от случившегося. Предоставьте решать такие задачи следователям и мне. Может быть, мы докопаемся тогда до чего-нибудь дельного.

– Тебе, зачем все это надо, моя дорогая девочка, – засмеялся Владимир Иванович. – Профессионалы не смогли раскрыть дело по горячим следам, а ты хочешь что-то найти.

– Вы хоть посмеялись Владимир Иванович и то хорошо. Отлично известно, что любой смех приближает выздоровление. Я все же возьмусь за ваше дело, как бы вы не старались отговорить меня.

Историю, произошедшую с Владимиром Ивановичем, девушка рассказала матери. Светлана Сергеевна внимательно выслушала дочь и заметила:

– Только доченька не вмешивайся в дела такого рода. Лучше побереги себя и меня. Я тебя хорошо знаю, что тебе всегда надо «докапываться» до истины и определять: кто прав, а кто и виноват? Нам всем достаточно хватило твоего прошлого приключения с курением травки. Есть компетентные органы. Пусть они и разбирают подобные дела.

– Хорошо, мамочка. Учту все твои замечания. Ты только скажи: твой друг Андрей интересовался мной или Ритой, или расспрашивал о наших семейных делах?

– К чему ты клонишь дочь? Что-то я не совсем понимаю тебя. Да. Я иногда разговаривала с Андреем на подобные темы. Мне же надо с ним о чем-то говорить. Как же мне не рассказать о дочери и с кем она дружит. Разве я говорила про тебя что-то секретное или постыдное?

– Нет. Мамочка. Ты все делала правильно и ты у нас молодец.

– Так будет лучше, – успокоилась мать. – Твое личное дело, если ты невзлюбила Андрея. Ты ошибаешься. Он прекрасный человек и любит все красивое, что нас окружает. Ты бы только знала Лера, что он может часами говорить о картинах художников Средневековья и о других античных предметах. Он хорошо разбирается в вопросах искусства, и ты бы, наверное, поменяла свою точку зрения о нем. Андрей хоть и геолог, но в картинах разбирается не хуже любого искусствоведа.

– Мама! Я и не знала. Когда бы ты мне рассказала об интересах Андрея чуть раньше, я, возможно, изменила свое мнение о нем.

– Ты что и вправду хочешь поговорить с Андреем по поводу искусства? – обрадовалась Светлана Сергеевна. – При первой же возможности я обязательно сделаю так, чтобы ты поговорила с ним. Но когда будет встреча – я не знаю. Он целую неделю не встречается со мной. В чем дело? Я до сих пор не пойму.

«Вряд ли он станет больше встречаться с тобой, моя наивная мамочка. Я почти твердо уверена, что именно Андрей со своими подельниками совершил налет на квартиру Амосовых. Хотя все это мои косвенные предположения, но я чувствую, что мои догадки о подозрительном геологе не лишены оснований».

– Мама! А ты не знаешь, где остановился Андрей? Может быть, я схожу к нему и напомню, что Светлана Сергеевна еще жива, и она хочет увидеть его.

– Что ты задумала, дочь. Бог с тобой! Не хватало того, чтобы и ты вклинилась в наши взрослые дела. Как будто у тебя своих дел мало. Я у Андрея дома ни разу не была. Он все время ссылался на свою неустроенность и что он снимает квартиру вместе с двумя товарищами. Правда, не так давно он мне показал домик, неподалеку от твоей школы, когда мы проезжали мимо. Такой невзрачный на вид, зелено-серого цвета. Одним словом – частный сектор. Домишко старый, как не у нас. Только недавно его покрасили. И как мне кажется: переступить порог этой избушки любой приличной женщине будет крайне неудобно. Поэтому, я считаю, что Андрей прав. Не хочет он мне показывать подобные места.

– Ладно, мамочка, дорогая. Успокойся. Я вижу, что ты разволновалась. И какая я у тебя дочь непонятливая?

– Все в порядке. На меня нахлынул поток различных воспоминаний и о нашем отце и об Андрее, да и о старике Амосове. Подай мне лучше платок, Лера.

Лера быстренько подала матери свежий, белый платочек, достав его из сумки матери.

– Мама у тебя в сумочке есть и другой платок – по-моему, мужской. Я его чуть не спутала с твоим.

– Ты нашла платок Андрея. Он мне когда-то его подал, чтобы вытереть испачканные руки. Хотела его простирнуть и отдать обратно. Но с делами забыла про него.

Мать вытащила большой клетчатый платок и кинула его в корзину с бельем, предназначенным для стирки.

– Так будет лучше. А пока что Лера пора спать. Однако хорошо мы с тобой посидели и поговорили. У нас редко с тобой разговор получается.

Лариса вечером не ложилась спать. Она обдумывала, как лучше осуществить задуманный ею план. Ближе к утру, когда только начала белеть ночная темнота, она, убедившись, что мать спит, вышла из дома и в сопровождении Яшки направилась к школе. Девушка шла уверенно и быстро, держа в кармане платья платок Андрея. Дав, понюхав верному псу мужское «сокровище» она чуть ли не бегом поспешила за собакой. Пес нюхал и нюхал землю неподалеку от ее школы и, наконец, взял след. Домик, в самом деле, оказался невзрачным и окруженным глухим забором. «Мне надо любым способом попасть во двор. Нельзя терять время. Рассвет наступает буквально на пятки. Надо действовать, пока темно». Она перебралась через забор и приблизилась к низенькому окну, задернутого занавеской. Несмотря на столь ранний час в доме не спали. Сквозь щель, не задернутой до конца кухонной занавески, Лариса увидела двух мужчин, о чем-то говорящих между собой. «Один из них – Андрей. Мои догадки подтверждаются». Она вплотную прильнула к кухонному стеклу и отчетливо расслышала, как Андрей говорит незнакомцу:

– Мы закончили, Клим. Твое дело сегодня передать товар и рассчитаться с нами. Слишком опасно оставаться в городе. Возьми груз и исчезни.

Андрей вынул из большой сумки какой-то свиток. Лера чуть не закричала. Она узнала одно из полотен, висевших в доме Амосовых.

– Пошли Яшка отсюда. Все что нам надо, мы с тобой выяснили.

Через три дня Леру вызвали в местный отдел милиции.

– Выражаем вам благодарность, гражданка Озерова за оказанную помощь в поимке банды мошенников. Получите подарок от нашего отдела.

Полковник вручил благодарственную грамоту и изящную скрипку.

– Мы всем отделом думали, что вам подарить и решили остановиться на ней, узнав, что вы увлекаетесь музыкой. Достойное занятие для молодой девушки. Вдобавок ко всему: умной и образованной.

– Не следует меня чересчур расхваливать, товарищ полковник. Как и у любого человека у меня тоже есть недостатки.

– Они имеются у всех, Лариса. Но сегодня отличились именно вы, а не кто-то другой. Побольше бы мне в отдел таких сотрудников как вы. Когда вам исполнится восемнадцать – милости просим. Полагаю, что вам найдется место в нашей милиции.

– Спасибо за приглашение, товарищ полковник. Я все же решила поступать в военное училище.

– Совсем неплохо, Лариса. Для военного у вас есть все задатки.

После встречи с полковником Лера узнала, что Андрей в тот день, когда она спасала Риту, оказался у озера неслучайно. Он выслеживал Риту, полагая поближе завести с ней знакомство. Но несчастный случай на воде и случайное знакомство со Светланой Сергеевной поменяли его планы. Как «артист» мошеннического дела – мнимый геолог действительно любил все прекрасное, не исключая и красивых женщин. Ему нравилась мать Леры, и он намеревался и в дальнейшем продолжить с ней знакомство. Печальное окончание его аферы положил конец любовным ухаживаниям. Светлана Сергеевна долго не могла прийти в себя, узнав, кем на деле оказался Андрей. Она, молча, переживала случившееся с ее бывшим ухажером и все время укоряла себя за то, что оказалась столь недальновидной и глупой женщиной в руках проходимца. «Моя Лера оказалась полностью права. Она часто предупреждала меня, что Андрей постоянно лжет и не надо доверять ему. А я, глупая гусыня погналась за крашеным яйцом и не верила дочери. Какая я мать после всего?»

Лера как могла, старалась утешить маму.

– Не расстраивайся так сильно, мама. Не стоит переживать из-за негодного человека. У нас есть самое главное – все мы живы и здоровы. Никто из нас не пострадал. Виновные получат по заслугам. Думаю, что нам надо больше доверять друг другу и тогда в семье будет порядок.

Старый Владимир Иванович узнав о случившемся, слегка пожурил девушку, за то, что она решила одна выслеживать бандитов:

– Хорошо, девочка, что у тебя все складно получилось. Видимо, счастье было к тебе расположено в эти дни. Но прошу тебя – больше так не рискуй. Всякое могло случиться и попадись ты им в руки разбойники не стали бы церемониться. Бог с ними: с картинами и с остальным добром. Они – дело наживное. Но жизнь человеческая дочка у нас всего одна и вторую, не приобретешь ни за какие деньги. В целом, ты вела себя молодцом: оказалась отважной и смелой. Ты совсем не похожа на мою Риту по характеру. Внучка у меня спокойная, домашняя и больше предрасположена к нахождению в тихой и спокойной гавани. Ты на деле оправдываешь свое имя – Лариса. Чайка несется над волнами вспененного и вздыбленного от ветра моря, кружась над опасными рифами и скалами. Лежа в больнице, я все время размышлял о нападении и пришел к выводу, что тебе можно доверять любые тайны о некоторых вещах, имеющихся у меня. Лера! Завтра мы с тобой поедем ко мне на дачу и там, я тебе кое-что покажу.

Дача капитана оказалась скромным деревянным домиком внешне похожим на ее дом. Чувствовалось, что на даче давно никто не был. Все помещения требовали основательной уборки. Лера, не тратя времени через два часа привела все помещения в порядок.

– По всем повадкам видно, что хозяйка из тебя выйдет хоть куда. Был бы я помоложе, Лера, непременно стал бы ухаживать за тобой, а потом… Потом, как у нас говорят, предложил бы руку и сердце.

– Владимир Иванович! Пока не подрос тот жених, о котором вы вспоминаете. Настало время перейти к делу. Меня вы пригласили к себе не о разговорах о женихах и не для того, чтобы убедиться в моих хозяйственных способностях, а для нечто другого.

– Сильно виноват, сударыня. Старческий склероз мешает ясно и четко думать.

Из стального сейфа, скрытого под репродукцией картины Айвазовского капитан достал потертую кожаную папку, где находились пожелтевшие от времени документы. Старый моряк торжественно отдал все Лере.

– Внимательно посмотри на старое письмо. Оно было запечатано в бутылке, которую я выловил лет десять тому назад. Написано оно на немецком и писал его капитан одного торгового судна, ходящего под швейцарским флагом. Рядом лежит перевод письма.

Лера с вниманием и интересом читала поистине исторический документ. В нем сообщалось, что судно терпит бедствие, и в трюмах ценный груз. Спасения ждать неоткуда. Кто найдет письмо, то пусть сообщит родственникам в Германии. Главным было то, что в письме указывались географические координаты местоположения танкера в момент кораблекрушения.

– Крайне интересно, Владимир Иванович. Но что же могло перевозить судно, и в каком месте оно затонуло? Судя по координатам – вблизи из одного островов принадлежащих Аргентине. Похоже, оно перевозило золото и другие драгоценности, награбленные нацистами.

– Рядом Лера вырезки из иностранных газет того времени, подтверждающих, что судно действительно затонуло. Возьми папку себе и никому… Никому не показывай и не говори про нее. У меня не осталось времени, чтобы организовать поиски пропавшего судна. Внучке Рите я не могу такого доверить. Она совершенно другого замеса, чем ты. Я верю, что со временем ты займешься поисками судна и если найдешь клад – используй его на благое дело. Напоминаю, что спрячь документы подальше от людских глаз и никому, даже матери, не рассказывай, что узнала. Я всерьез думаю, что основной причиной нападения на мой дом стала эта папка. Грабители не смогли ничего найти. Правда, они похитили письмо из якобы этой бутылки, но координаты судна мною были специально исправлены.