Отзывы на книги автора «Умберто Эко»

Если будешь ты монахом,
Хорошо бы францисканцем,
Потому что францисканцы
Носят рясы с капюшоном.
Капюшон – крутая штука,
Под него почти не каплет,
А из-под него удобно
Строить козни всяким гадам.
(с) Башня Rowan

Мне бы, признаться, хотелось повстречать единорога, пробираясь через густой лес. Иначе какое удовольствие пробираться через густой лес?

В детективе, пускай и интеллектуальном, всегда хочется встретить потрясающую и непредсказуемую концовку, найти не убийцу-садовника и не мальчика, оказавшегося девочкой, а нечто большее. Иначе какое удовольствие пробираться через густой лес скурпулезных описаний, богословских диспутов и философских размышлений?

А ведь удовольствие есть. Еще какое. И не только от того, кто оказался виноват (а я ведь полнейший тугодум во всех детективах, я никогда не могу понять, кто убийца до того момента, пока автор сам его не назовет, даже если все читатели уже давно все поняли), а от того, какую дорогу пришлось пройти, чтобы приблизиться к этому виноватому. Пришлось пройти через ошибки, грехи, диспуты, ссоры...

Да, сначала книга читается довольно тяжело, мб, из-за языка каким нам повествует монах, мб, из-за чего-то еще. Право, потом так въезжаешь в этом дело и так в нем закрепляешься, что все слова встают на свои места, а книга вообще кажется невозможной без описания вон той скульптуры на 6 листов... Сначала, кстати, мне все это очень напомнило один исторический источник - "Хронику земли Прусской" Петра из Дусбурга, Петр тоже монах, но только из Тевтонского ордена... Но к чему это... к тому, что данный труд выполнен настолько прекрасно, что может с легкостью вписаться в реальный исторический пласт Средневековья. Какая работа! Эко, мастер, точно.

Мне невероятно понравилось описание жизни монахов. А уж склоки и ссоры по поводу каких-то истин - особенно. Речь идет о католиках, а они меня всегда удивляли невероятно, мне кажется ни одна церковь не может столь спокойно придумать новую истину и уверовать в нее тут же, те же индульгенции, или чистилище... Взяли, придумали, поверили. Все просто. И удивительно, и интересно наблюдать за тем, как кто-то что-то пытается отстаивать, пусть и не всегда доброжелательно. Удивительно, ребята. Мне даже захотелось вернуться к своей старой теме и вновь углубиться в историю монашеских орденов, сколько они еще таят внутри себя, плохого и хорошего - не важно, что важно? Тайны. Жаль, доступ к ним не всегда есть. Я не итальянский профессор, однако.

Не обошлось в книге и без шуток (да вообще без смеха, мягко говоря, тут не обошлось, без него бы и книги не было, не так ли?), но есть моменты, на которых я особенно зависала, перепечатывала, чтобы не забыть:

"А бывают еще более роскошные реликвии. Когда-то в Кельском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте 12 лет..."
"Какое диво! - отозвался я, но потом воскликнул: - но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!"
"Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице" - невозмутимо отвечал Вильгельм.

Это же круто. А взять тот момент, когда все чуть не передрались.

Отдельных слов достойна инквизиция. Я вот несколько раз перепроверила год, в котором находятся герои книги, ибо что-то рано инквизиция пошаливать начала. Нет, она безусловно была и тогда, жгла и горела пламенем истинной веры, но в более мелких масштабах, все развернется во все края в начале Нового Времени. Считается, что родина инквизиции даже не Средние Века, а Новое время... Средние века - это крестовые походы и монашеские ордена, а потом, когда Католической церкви все-так надо было поддерживать свой имидж, а средств не было, начала спасать Инквизиция. Но не об этом речь...
Вот Вильгельм - истинный инквизитор! Истинный! Никакой Бернард Ги с ним не сравнится, и это только потому, что Инквизиция - означает расследование, а не костры, охоту на ведьм и пр., это им уже позже навязали. Первоначально они были следователями, т.е. Вильгельм являет собой инквизицию в ее исконном значении и спасибо ему за это.

Восхитительная книга.

Если будешь ты монахом,
Хорошо бы францисканцем,
Потому что францисканцы
Носят рясы с капюшоном.
Капюшон – крутая штука,
Под него почти не каплет,
А из-под него удобно
Строить козни всяким гадам.
(с) Башня Rowan

Мне бы, признаться, хотелось повстречать единорога, пробираясь через густой лес. Иначе какое удовольствие пробираться через густой лес?

В детективе, пускай и интеллектуальном, всегда хочется встретить потрясающую и непредсказуемую концовку, найти не убийцу-садовника и не мальчика, оказавшегося девочкой, а нечто большее. Иначе какое удовольствие пробираться через густой лес скурпулезных описаний, богословских диспутов и философских размышлений?

А ведь удовольствие есть. Еще какое. И не только от того, кто оказался виноват (а я ведь полнейший тугодум во всех детективах, я никогда не могу понять, кто убийца до того момента, пока автор сам его не назовет, даже если все читатели уже давно все поняли), а от того, какую дорогу пришлось пройти, чтобы приблизиться к этому виноватому. Пришлось пройти через ошибки, грехи, диспуты, ссоры...

Да, сначала книга читается довольно тяжело, мб, из-за языка каким нам повествует монах, мб, из-за чего-то еще. Право, потом так въезжаешь в этом дело и так в нем закрепляешься, что все слова встают на свои места, а книга вообще кажется невозможной без описания вон той скульптуры на 6 листов... Сначала, кстати, мне все это очень напомнило один исторический источник - "Хронику земли Прусской" Петра из Дусбурга, Петр тоже монах, но только из Тевтонского ордена... Но к чему это... к тому, что данный труд выполнен настолько прекрасно, что может с легкостью вписаться в реальный исторический пласт Средневековья. Какая работа! Эко, мастер, точно.

Мне невероятно понравилось описание жизни монахов. А уж склоки и ссоры по поводу каких-то истин - особенно. Речь идет о католиках, а они меня всегда удивляли невероятно, мне кажется ни одна церковь не может столь спокойно придумать новую истину и уверовать в нее тут же, те же индульгенции, или чистилище... Взяли, придумали, поверили. Все просто. И удивительно, и интересно наблюдать за тем, как кто-то что-то пытается отстаивать, пусть и не всегда доброжелательно. Удивительно, ребята. Мне даже захотелось вернуться к своей старой теме и вновь углубиться в историю монашеских орденов, сколько они еще таят внутри себя, плохого и хорошего - не важно, что важно? Тайны. Жаль, доступ к ним не всегда есть. Я не итальянский профессор, однако.

Не обошлось в книге и без шуток (да вообще без смеха, мягко говоря, тут не обошлось, без него бы и книги не было, не так ли?), но есть моменты, на которых я особенно зависала, перепечатывала, чтобы не забыть:

"А бывают еще более роскошные реликвии. Когда-то в Кельском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте 12 лет..."
"Какое диво! - отозвался я, но потом воскликнул: - но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!"
"Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице" - невозмутимо отвечал Вильгельм.

Это же круто. А взять тот момент, когда все чуть не передрались.

Отдельных слов достойна инквизиция. Я вот несколько раз перепроверила год, в котором находятся герои книги, ибо что-то рано инквизиция пошаливать начала. Нет, она безусловно была и тогда, жгла и горела пламенем истинной веры, но в более мелких масштабах, все развернется во все края в начале Нового Времени. Считается, что родина инквизиции даже не Средние Века, а Новое время... Средние века - это крестовые походы и монашеские ордена, а потом, когда Католической церкви все-так надо было поддерживать свой имидж, а средств не было, начала спасать Инквизиция. Но не об этом речь...
Вот Вильгельм - истинный инквизитор! Истинный! Никакой Бернард Ги с ним не сравнится, и это только потому, что Инквизиция - означает расследование, а не костры, охоту на ведьм и пр., это им уже позже навязали. Первоначально они были следователями, т.е. Вильгельм являет собой инквизицию в ее исконном значении и спасибо ему за это.

Восхитительная книга.

От природы я любопытна, и это меня когда-нибудь погубит. Или вознесет, не суть. Именно любопытство заставило меня ухватить "Опыты о переводе", утащить их к себе и увязнуть на целую неделю. Сначала я читала книгу как обычно, потом открыла блокнот и стала конспектировать незнакомые слова, удачные примеры и названия книг, перевод которых хотелось бы почитать, а так же имена скульпторов, режиссеров и музыкантов, проскальзывающие на страницах. Эко невероятно эрудирован, он рассказывает, приводит примеры из разных областей, мягко шутит. Признаюсь, продираться сквозь тексты наподобие "субстанция сугубо лингвистической манифестации не подвержена супрасегментным изменениям" было неимоверно трудно, а размышления над схемой SL1/C1->SL2/C1a, где Ca1 > C1 и вовсе заставили почувствовать себя умственоотсталой.

Еще "Опыты..." заставили пожалеть об отсутствии в книгах (традиционных, естественно) гипертекста. Примечания составляю примерно треть объема, а листание страниц туда-сюда в поисках примера перевода, отсылки к имени или изданию, пояснений переводчика было утомительно и рассеивало внимание.

Книга невероятно интересна. Вы когда-нибудь задавались вопросом, как перевести "Войну и мир" на французский? Казалось бы, переводи и все, но вот незадача - первая глава почти полностью уже на французском.

А вот что такое гипотипосис? А экфрасис? Весьма занятные штуки оказались.

А что нужнее сохранить при переводе стихов: рифму, размер, стиль или содержание? А как быть, если автор написал стихотворение просто ради шутки или в рамках литературной игры, например, не использую слова с гласной "А"? Как это перевести?

А имеет ли право на существование перевод "Божественной комедии" Данте, исполненный в таком стиле:

"Когда моя герлёнка скажет: "Хай",
Всем чувакам - хоть языки глотай"?

Как ни странно, ответ на последний вопрос звучит как: "Да конечно, но лучше не надо".

Еще очень понравились подглавы о стихотворении По "Ворон" и "Случай Джойса".

Вдобавок хочется сказать огромное спасибо переводчику "Опытов..." Андрею Ковалю. По-моему, он совершил невозможное - перевел книгу о переводе так, что сохранились и остались понятными все примеры, все двусмысленности и отсылки. Особое восхищение вызвал перевод стихов из литературной игры. По условиям стихотворение должно быть переведено без использования слов с одной из гласных букв по очереди, при этом сохранялся размер, смысл и упоминание "механизма" и названия танца. Думаю, когда доктор Эко включил эту главу в книгу, он не задумывался, как несладко придется его переводчикам.

Единственное, чего я не могу принять, так это безбожный спойлер по "Маятнику Фуко" - одна фраза, которая раскрыла всю тайну. А я еще не читала!

И напоследок возьму на себя смелость ответить:

Иногда я задаюсь вопросом: не пишу ли романы только для того, чтобы позволить себе эти отсылки, понятные лишь мне самому?

Нет, доктор Эко, вы все это пишете в том числе и для таких любопытных, как я, чтобы мы получали пинок и бежали заниматься самообразованием. Тогда, может быть, мы дорастем до уровня вашего "Образцового читателя".

Первой прочитанной мною книгой в 2019-м году стал роман известного итальянского структуралиста и семиотика Умберто Эко "Маятник Фуко". Будет мало сказать, что это весьма необычное в своем роде произведение, ведь неподготовленному читателю, далекому от истории, оккультизма, философии и в некоторой мере религии, будет довольно непросто открывать для себя этот роман. И, честно сказать, в какой-то мере я отношу себя к этому числу читателей, ведь я не так хорошо просвещена в истории, чтобы с легкостью глотать главы этого романа, поэтому время от времени приходилось обращаться к помощи базы данных Google и Википедии. Ведь Умберто Эко решил соединить в этом романе несоединимое, и здесь вам встретятся и тамплиеры, и розенкрийцы, и иезуиты, и каббалисты, и спиритисты, и марксисты и прочие.
В самом центре сюжета - трое приятелей, работающих в одном издательстве, куда приходят писатели с самыми безумными сочинениями. Казобон, Бельбо и Диоталлеви, начитавшись достаточно о выдуманных теориях заговора решают в один день создать собственную, дав ей название "План". И так, в один момент один из героев решает позлить своего неприятеля, приверженца подобных извращенных теорий, и тем самым сам попадает в ловушку собственного сочинения, собственной игры. Ведь люди, одержимые различными теориями заговора, берут на веру "План" и начинают действовать его сюжету, который губительно сказывается на главных героях.
В этом романе очень интересно наблюдать, какое влияние "План" оказывает на самих героев. Как Казобон сам начинает верить в реальность собственной выдумки, как Диоталлеви превращается в истинного каббалиста, и как Бельбо благодаря "Плану" в конечном итоге показывает свою сущность, как человека достойного, любви и смерти.
Несмотря на то, что это довольно непростой роман и будет по зубам далеко не всем читателям, в нем заложена довольно значимая мысль о том, что человеку скучно жить простой, размеренной, обыденной, пусть даже и успешной и счастливой жизнью. Он не мыслит свою жизнь без загадок и тайн и этого бесконечного поиска ответов на придуманные собой же вопросы. И даже скептики и рационалисты от скуки могут уйти с головой в оккультизм и принять его на веру, за что в последствие и приходится трагически расплачиваться.

Да, конечно, первый абзац – это удар с ноги в челюсть. Он взрывает мозг, он заставляет плакать и звать маму, а также яростно гуглить или листать «Словарь Маятника Фуко», который Эко вполне мог бы и запретить составлять, кстати, так что и на том спасибо.

Я боялась, что там и правда вся книга так написана. Но нет, если продраться через первую главку, то далее все попроще, и даже интрига, почти погони, какие-то шпионские намеки и прочее завлекалово для читателя. Разве что вертолет не взрывается.

Заглотили наживку? А теперь, дамы и господа, учим матчасть.

И матчасть мы учим, в общем-то, больше половины книги, принимая по чайной ложке развития действия в день. Потом, когда набрали некий необходимый минимум – продолжаем учить, но и начинаем переставлять кусочки мозаики вместе с героями.

Ну а как иначе-то? Это ведь вовсе не плохо. Это ведь о нас, необразованных чурбанах, позаботились. Можно было выпалить как на духу, сияя глазами: чуваки, на самом деле тамплиеры и розенкрейцеры были из одной шайки, и попликане с ними связаны, и вообще они по синусоиде шли по Европе к мировому господству. Но любой вменяемый человек, если он не профессор истории и религиоведения, неинтеллигентно переспросит: «Чо?»

Поэтому нас вводят в контекст, бережно, постепенно и качественно. В итоге к нужному моменту достаточно старательный и увлеченный читатель становится сам одержим темой тамплиеров и влюблен в них. И тогда, наконец-то – бам!

Причем матчасть нам подана не в виде скучных глав учебника, написанных в обожемой научном стиле, а в виде бесед и размышлений трех по-своему симпатичных людей. Да, широко эрудированных, да, умных, но нормальных живых людей, которые могут для наглядности сравнивать что-то пафосное из религии с приземленными современными реалиями и гыкать на имя Хризохер.

Надо сказать, что в какой-то момент мне надоело рыть словарь через каждое слово (о словаре напишу отдельно), я забила и стала читать так, справляясь только изредка по настроению. И знаете, как ни странно, дело пошло. Моей куцой эрудиции, которая, к тому же, от куриной памяти страдает, хватило, чтобы не потерять нить рассуждений, вообще врубиться в происходящее, да еще и получать извращенное удовольствие от процесса. Понятно, что голову напрягать приходилось, и если я позволяла себе рассеять внимание и отвлечься от текста на что-то, оно немедленно сказывалось. И тем не менее, не так страшен «Маятник», как казалось.

Ясное дело, что даже этот праздник пони и радуги не всем будет по вкусу. Первая глава была нужна, чтобы сразу отсеять неподходящих, а еще, может, взять таких, как я, на слабо. Между прочим, тут старина Эко читателя пожалел: в «Имени розы» тестом для читателя являются первые страниц сто занудства, а тут всего-то зубодробительная маленькая главка, подумаешь.

В общем, хотя я непростительно долго мусолила «Маятник» и отлынивала от чтения, это отличная книга. Я, пожалуй, с первого раза не усвоила и четверти того, что мне пытались сказать – и нет, я сейчас не о курсе истории для начинающих. Так что надо перечитывать. Буду.

Оооок, это очень простая и понятная книга.

Сначала рыцарям было нечего делать и они начали ходить в крестовые походы, где их регулярно убивали, но такие уж специифические развлечения были в средние века. Потом они там связались с евреями, вызнали мистическую тайну и начали ее охранять.

Потом появились плохие парни (или рыцари сами были плохими парнями?) и всех порубили в капусту вместе с тайнами, но некоторых, особо непослушных, сожгли, а рыцари не любят, когда жгут их бигбоссов. Рыцари стали называться тамплиерами или розенкрейцерами, что кажется разными словами, но по сути занимались одним и тем же - у них был План: охранять тайну долго-долго, а потом сделать БУМ.

План был очень сложный и эти первоначальные евреи, которые потом оказались турками-асссасинами, то ли поддерживали план, то ли нет, но маятник хотели увидеть все. Маятник построил Сен-Жермен, который бессмертный граф и ученик самого прохвоста Калиостро, потом его убили и он написал все пьесы Шекспира, потому что сам наше-всё-Вильям инцестно трахал какую-то из королев и ему нужна была отдушина в виде всемирной славы.

Потом внезапно оказалось, что о существовании мистической и очень тайной тайны не знает только слепоглухонемой зимбабвиец, а все остальные знают, но хотят больше конкретики. Сам Петр Первый
приложил руку - а может, и не только руку - к разгадке тайны, но пока не появились компьютеры, ничего не сдвинулось с мертвой точки.

Европу наводнили сочинения тамплиеров, где каждый тамплиер утверждал, что он, конечно, настоящий, хотя всем известно, что тамплиеры никогда не признают собственного существования.
После того, как у одного человека с большим запасом свободного времени и богатым воображением появился компьютер, история стала раскручиваться куда быстрее. Гитлер тоже оставил свой след - ну я не сомневалась, этот как глист, везде пролезет. Покровы сорваны, тайна больше не существует, всем плохо и наступил всеобщий БУМ!

Маятник? Какой маятник? Ах, ЭТОТ маятник. Он очень загадочный.

Короче, по сравнению с "Маятником Фуко", "Имя розы" простейший линейный детективчик. Но за что люблю Эко - всегда узнаешь с десяток новых слов и некоторые даже удаётся запомнить. Например, "конъектура". Непременно козырну при случае.

Наконец то и я прочитала эту книгу. Что я могу сказать? Очень полезная вещь. Причем полезна она не только при написании дипломной работы, но и курсовой, работы на конференцию, научной статьи и пр. Через неделю меня ждет конференция, на которой у меня будет два доклада. Один готов, второй - нет (а ведь он должен вылиться в курсовую работу). Поэтому самым главным плюсом данной книги для меня стало то, что она очень мотивирует. На 150 странице я отвлеклась, разобрала свои накопленные материалы по теме, составила план будущей работы, просмотрела историографию. Завтра пойду в архив, а потом в библиотеку. Спасибо, Умберто Эко.

Теперь непосредственно к книге. Она очень интересная, легко читается, дает множество полезных советов. Некоторые из них невероятно актуальны, некоторые вызывают улыбку, но все они к месту. Стоит отметить, что я читала эту книгу, ориентируясь на свою будущую работу, поэтому рецензия будет довольно субъективной.

Довольно часто тема навязывается студенту научным руководителем. Старайтесь отбиться.

У меня отбиться не получилось, хотя я не особо об этом жалею. Первоначально я писала свою работу на тему "Христианская средневековая религиозная мысль в "Хрониках Ливонии" Генриха Латвийского и Германа Вартберга". Ну как писала - прочитала источники, составила план. Все. После чего мне было предложено написать работу на тему Русской Америки по письмам из архива. И я согласилась. С одной стороны - неправильно, потому что тема эта мне менее интересна, с другой - правильно. Почему? Еще одна цитата из У. Эко:

Перевод источником не является. Это протез, как вставная челюсть или очки.

А немецким я не владею, к сожалению. И при подготовке первой темы пользовалась переводом. По Русской Америке источники на русском языке (хоть и написаны потрясающим подчерком - хотя про навыки палеографии Эко тоже говорит, но тут он мне не поможет).

Идеальный же, по моим понятиям, вариант — это придумать себе тему диплома (и найти научного руководителя) примерно к концу второго курса <...> Весь третий курс вы будете проверять, не обманулись ли вы, не надо ли вам поменять тему, руководителя или даже дисциплину

Идеальный вариант – точно. Нельзя не согласиться. Я как раз сейчас этим и занимаюсь на третьем курсе - провожу свои будни в благородных метаниях между периодами, и хотя, меня устраивает мой научрук, если меняешь временной период - меняешь и руководителя.

Почти что в первую очередь, начиная дипломную работу, вы должны написать: 1) заглавие, 2) введение и 3) содержание, значит — первый и последний листы, то есть те самые, которые сочинители всегда оставляют под конец.

Вот это я не поняла. Введение же всегда пишется в конце, уже после того, как написаны основные главы. Тут я не могу согласиться, так как мне будет тяжело сначала написать введение. Не сразу дано определить объект и предмет исследования. Хотя, может, это потому что я часто метаюсь, по мере написания работы.

Я или мы? Выражаться ли от первого лица? Писать ли «я полагаю, что...»? Некоторым «я» кажется даже приличнее, нежели «императорское» «мы».

Императорское - это точно. Когда я говорю "мы" - мало того, что я ощущаю себя шизофреником, так иногда еще и каким-нибудь императором, пишущим новый манифест. Предпочитаю говорить "я", хотя я слышала мнения разные : кто-то говорит, что обязательно надо говорит "мы", а мне мой научрук по философии, сказала - говори "я", твоя же работа. Я с ней согласна.

В общем, книга замечательная. Я многое выписала к себе на листочек и буду пользоваться в будущем.
А теперь некоторые цитаты, которые хочется отметить:

Мне лишь хотелось показать вам, как можно пойти в провинциальную библиотеку безо всякого понятия о теме, проработать три неполных дня и в конце работы иметь достаточно ясное представление о том, что делать дальше. Так что не надо жаловаться: «Я живу в глуши, книг купить не на что, не знаю, с чего начать, и никто мне не помогает».

Также не стройте из себя и е.е.каммингса. Каммингс — американский поэт, который требовал, чтоб его имя и фамилию набирали строчными буквами. Он также, как полагается, экономил запятые, рубил стихи и вытворял все то, что авангардному поэту вытворять полагается. Но вы не авангардный поэт. И дипломная работа — не авангардная поэзия. Будь ваш диплом по Боттичелли, вы ведь его бы не рисовали?

Обычно в ходе написания диплома единственная мысль — когда же я от него избавлюсь?

Кстати, такие случаи очень распространены у нас:

"Преподаватель настолько заворожен собственной темой, что жмет на дипломника, который вообще-то не имел желания заниматься этим вопросом. Тем он превращает студента в вялого невольника, таскающего воду на чужую мельницу."

В общем, еще раз спасибо Умберто Эко.
Отвешиваю галантный поклон. Очень мне помогли.

Мне вот интересно, есть ли какая-нибудь тема или вопрос на которую автор не смог бы порассуждать? Этот человек знает все. Но знать мало. Он способен рассуждать обо всем, что знает. Тоже недостаточно. Он способен рассуждать понятно для простых смертных. Тоже не то. Интересно рассуждать. С сарказмом, с сочувствием, с озабоченностью. С ответственностью! Ему не все равно, он будто отвечает за человечество перед человечеством. А так как он знает все и человечество в том числе, то он говорит с нами как с давними знакомцами о давних знакомцах и об их обстоятельствах. Не церемонясь. Но так, чтоб мы поняли и к черту не послали. Чтоб мы оторваться не могли.

Разве можно оторваться, когда берется какая-нибудь тема, например - телевизионные шоу - и раскладываются тезисы, что все это от любви человека к зрелищам, отмеченной еще в античные времена. Чем глупее, примитивнее, безжалостнее и агрессивнее зрелище, тем более успокоительный эффект производится на зрителя. Далее, делается ссылка на то, что итальянский премьер-министр все таки медиамагнат, поэтому все политическое устройство построено как шоу. Кроме того, суды - шоу. Терроризм - шоу. Пресса - шоу. И даже если явится Антихрист на землю, то в виде шоу. Предвидя наше замешательство, он не просто свяжет все эти утверждения с первоисточниками у досократиков, евангелистов, Данте и прочих достойных мужей, - они тоже его добрые знакомцы - но и разрядит обстановку историей, что и его давеча официально обозвали Антихристом. Чем и ввели в сомнения, а вдруг? Ведь никак нельзя определить Антихрист ты или нет.

Рассуждает он обо всем. О смертной казни, об экологии, о клонировании, о постмодернизме, об этике, о рождаемости, о фашизме, о профессионализме, о холокосте, о шпионаже, о чтении, об интеллектуальном труде, о порнографии, о компьютерных системах и техническом прогрессе. О том что некуда сбежать, если захочешь. О миграциях. Отдельно о США, вот кто икает всей страной и не поймет в чем дело - ведь все очень корректно. Этот Данте 20-го века способен говорить на любую тему.

Есть особенные картонки, где неожиданная мораль выведена интереснейшим рассказом от первого лица про то «как я однажды:
разговорился с таксистом из Пакистана и он задал мне вопрос, на который я не дал достойного ответа и долго потом думал;
искал ночью порнографические сайты;
нажил себе врагов среди футбольных фанатов;
брал интервью у баклана;
попал под следствие из-за телефонного разговора с приятелем;
посещал отшельника;
восстановил расположение светил на небе таким образом, каким оно было в день моего рождения;
хоронил любимую детскую игрушку;
жил при фашизме;
смотрел сериал;
не нашелся что сказать, сказал очень много, но все равно извинился;
был обозван буржуем и сталинистом одновременно и пришел от этого в восторг;
всю ночь составлял маршруты путешествий по интернету»

Мне всегда казалось, что Эко адепт всех тех теорий, которые он в своих художественных произведениях разбирает на атомы, бичует и высмеивает, что он от них в восторге. Будь то тайные знания оккультных обществ, схемы шпионских игр, теории политических заговоров, еврейский демонизм. Да нет же! - смеется он со страниц, - к психотерапевту надо тому, кто в это все верит! «Но от игр с чертом могут вырасти копыта!»

Последняя картонка о том, как умереть легко, без сожалений. Этот итальянец, философ, психолог и остроумный брюзга нашел экстравагантный выход и здесь. Стоит ознакомиться, многое станет понятно и о нем, и о его творчестве. Ну, и посмеяться, как бы не неожиданно это звучало.

Отзыв сразу на все романы Эко.

Умберто Эко,учёному-медиевисту,большому специалисту по массовой культуре,ПОСВЯЩАЕТСЯ.

Мальчишки и девчонки,парам-парам-пам-пам,а так же их родители,парам-парам-пам-пам,
престранные куплетики,парам-парам-пам-пам,услышать не хотите ли?!

Эко Умберто силён в семиотике,

Пишет заумные тексты весь год.

Эка задумано,ловко придумано,

Книгу читаешь-IQ так и прёт!

О как задумано,ловко придумано,

Тот,кто не вьехал,считай-ИДИОТ!

парам-парам-пам-фью!!!

Впервые в жизни не совру в лайвлибе относительно времени прочтения книги. "Пражское кладбище" Умберто Эко действительно дочитала сегодня, и впечатление было настолько сильное, что не хочется откладывать свою небольшую рецензию (не литературного, а "впечатленческого" характера) на потом. Что сказать?.. Пообещав не публиковать больше романов и заниматься в основном наукой, Эко таки вернулся в литературу и абсолютно не оставил (по крайней мере мне как читателю) шанса сказать: "дааа, он уже не тот, что раньше...". "Пражское кладбище" - еще один, шестой по счету, гениальный роман писателя. Я всегда поражалась умению Эко отобрать тему и мастерски ее раскрыть. В "Пражском кладбище" он взялся за тему так называемого всемирного еврейского (масонского) заговора, на которую мы падки и сегодня. Откройте youtube, поройтесь среди завалов букиниста или, хуже, включите телевизор во время какой-нибудь программы из серии "совершенно секретное журналистское расследование", и вам легко покажут и расскажут то, о чем пишет Эко, да под гнетущую музыку, да с картинками, да с неопровержимыми подлинными доказательствами, да с очевидцами. И я лично знаю людей, которые этому открыто или тайно верят и с той, и с другой стороны баррикад, от чего их становится только больше.

Мне нравится и смелость Эко, решившего вести повествование принципиально не политкорректное, от имени весьма мерзостного типа, даже негодяя, который до последних страниц ну никак не вызывает читательской благосклонности, а поначалу так и вовсе отторгает. Его Симонини так легко произносит речи, которые сейчас назовут антисемитскими, да и самого Эко, вложившего эти слова в уста своего героя, легко обвинить в том же. Но верно отмечает в своем предисловии переводчик Елена Костюкович: Эко пишет для людей, способных отделить зерна от плевел, поэтому заведомо не читает прововедей, не завершает книгу моралью, не приносит всенародного покаяния "простите нас, жертвы", которые бы вызвали слезы умиления и многочисленные награды.

История, описанная в "Пражском кладбище", представляет собой жизнеописание полностью вымышленного персонажа, который однако вобрал в себя поступки и мысли многих героев, который участвовал в невыдуманных исторических событиях, был знаком с реальными людьми, оставившими след в истории. Переплетая вымысел и реальность, Эко не забывает о том, что часто ход общему дает частное, что череда нелепиц в неразберихе через века будет видеться отлично срежиссированным ходом событий, а неточности и нестыковки будут не опровергать, а наоборот подтверждать такой взгляд на вещи. Так и у него в "Пражском кладбище" мифы о масонах и геноцид евреев, по сути, запустил один человек, который порой умело, а порой бесталанно использовал для этого других людей, у каждого из которых были свои личные маленькие цели. И этого человека, закрутившего вихрь истории, тоже использовали другие люди, у которых тоже были свои конкретно личные и конкретно исторические цели. И на этом он вдруг прерывает свой рассказ, потому что о том, что было дальше мы знаем и без него, об этом мы каждый со своей колокольни можем судить, если захотим. Войны, геноциды, идеи, одурманившие тысячи голов - все это страшно и без того известно. А Эко показал нам (в очередной раз, как и в "Маятнике Фуко"), с какой мелочи это все начинается, как быстро складывается в убедительную картинку, как находятся люди, подтверждающие ее, использующие ее, играющие с ней, попустительствующие ей, свидетельствующие о ней, исполняющие ее - любые.

Словом, браво, Умберто Эко, в шестой раз подряд говорю, что вы гениальны.