Глава 12

Гал застыл на краю озера, облаченный в герметичный костюм, словно воин яриец в золотых доспехах, и в последний раз проверял крепления. Надежда, тлеющей искрой в темной ночи его души, еще жила – он найдет причину гибели отца. Пусть погружение – смертельный танец с неизвестностью, но он поклялся исполнить долг, передать в ЧЕЛО опыт и знания отца, словно драгоценное наследие. Не мог он допустить, чтобы память о родителе растворилась в безликой статистике: «пропал без вести».

Трос, как пуповина, связывал его с миром наверху. Батарея ожила, и, с замиранием сердца, Гал дождался, когда стихнет всплеск горячего спирта, и начал погружение в хрустальную бездну подайконного озера. Видимость была поразительной. Едва коснувшись дна, он почувствовал, как оно оживает под ним. Свет, до этого ровным ковром расстеленный по дну, заколыхался, словно дыхание гигантского существа. Мириады прозрачных сфер взмыли вверх, к поверхности.

Одни, словно мыльные пузыри, лопались в толще воды, другие добирались до поверхности и исчезали, словно призрачные звезды, гаснущие на рассвете. Гал оцепенел. "Эх, сюда бы сейчас академиков, – промелькнула мысль, – они бы объяснили этот танец света".

Приподнявшись над ожившим дном, он начал исследовать озеро. Время до следующего выброса спирта было на вес золота, и Гал торопился охватить взглядом как можно больше. Ничего подозрительного, никаких следов акваноликов. Ни обрывков костюма, ни обломков оборудования, затерянных в вечности. Пора было подниматься.

Костюм, словно свинцовый плащ, тянул ко дну, и без подъемного механизма выбраться отсюда было невозможно. Гал нажал на кнопку сбоку костюма. Трос натянулся, и лебёдка медленно потащила его наверх.

Оказавшись на берегу верхнего озера, он поспешил отключить батарею. В этот же миг пещеру сотряс гул. Гал ринулся к стене. Столб спирта, словно горячий демон, взметнулся ввысь, врезаясь в свод пещеры.

Парень извлек шар с алкопаром и жадно припал к нему, вдыхая живительный состав. С такими темпами дно как следует не изучить. Нужно усовершенствовать костюм и понять, что таит в себе извержение спирта для акваноликов. Ведь если от отца и академика не осталось и следа, а живое дно не причинило ему вреда, то причина гибели кроется именно в кипящем дыхании озера. Отдохнув, Гал собрал оборудование, спрятал его и медленно побрел домой. Нужно ещё раз поговорить с Полем о своем решении снова погрузиться в озеро. Поль – светлый ум, может, вместе они найдут решение. Тогда он сможет снова нырнуть в бездну и отыскать хоть какую-то зацепку.

В раздумьях, с первыми лучами восходящего Ярила, он добрался до дома. Немного подзарядившись, он решил поспешить к Полю, чтобы поделиться увиденным.

– Что ты сказал? – Взгляд Поля опалил Гала чёрным блеском, от которого по спине пробежал холодок. – Значит, стоило тебе коснуться дна, как свет ожил?

– Д-да, – запинаясь, пробормотал Гал, – а п-потом в-вверх п-поднялись м-маленькие п-прозрачные ш-шары.

– Пузыри, – одними губами прошептал Поль.

– Что?

– Неважно, продолжай, – отмахнулся тот. Гал послушно продолжил свой рассказ.

– Ты хоть понимаешь, что сейчас подтвердил мои догадки?! – Поль едва не подпрыгнул от восторга.

– Какие догадки? О чем ты? – Гал невольно попятился.

– Я был прав! Прав! Это же сенсация! – Поль, возбуждённо жестикулируя, заметался по хижине. – Ты просто великолепен! Я готов был отругать тебя за непослушание, за то, что ты рискнул, не посоветовавшись со мной! Ты знаешь, что за озёрами ведётся наблюдение? Тебе повезло, что тебя не увидели и не схватили! А что жидкий спирт даже на поверхности озера смертельно опасен? Но сейчас я восхищаюсь тобой! Ты герой! Так, нужно все обдумать и как можно скорее повторить погружение!

Гал, ничего не понимая, с тревогой наблюдал за Полем. Тот точно сошёл с ума. Похоже, пора вызывать восстановителей, пусть его обследуют. Только что сообщил, что погружаться опасно, так как за озёрами наблюдают, и на тебе – планирует новое погружение.

– Ты сможешь собрать прибор для взятия пробы, тот, что был у твоего отца?

– Да, у меня есть копия чертежа, – тихо ответил Гал, решив с ним не спорить.

Поль тут же развернул экран и углубился в какие-то расчеты. Гал немного постоял, глядя на него. Формулы были абсолютно непонятны. Он вздохнул, пожал плечами и молча вылетел из хижины.

– Вот и поговорили, – ворчливо пробормотал Гал. – Наговорил столько, что непонятно, похвалил или осудил, да ещё и тут же забыл про меня. Все эти ученые такие?

В этот момент его отбросило в сторону мощным порывом. Это миролог, на огромной скорости, пронёсся мимо. Гал проводил его недобрым взглядом.

– Даже не извинился! Что за день сегодня? – пробурчал он, потирая ушибленное место.

– Погоди, а что он здесь один делает? Как-то это странно и необычно. Мирологи избегают этих мест. Тут что-то нечисто. А если он спешит к Полю? Тогда тому, скорее всего, грозит опасность. Просто так белые здесь не околачиваются.

Гал выпрямился и поспешил обратно. Он решил во всем разобраться и, если потребуется, помочь своему новому товарищу.

Куб был почему-то уверен, что раз Поль каким-то образом добыл секретную информацию об озёрах, то он точно знает, где найти ткань для погружения. Поэтому, ворвавшись в хижину, словно шторм, даже не удостоив хозяина приветствием, он обрушился на Поля:

– Говори! Только честно, ты знаешь, где достать ткань для погружения?

Поль, съёжившись, прижался к стене.

– Ты чего так всполошился? Энергией перегрузился или воды перепил?

– Отвечай на вопрос! Это жизненно важно!

Внезапно, словно дранозавр, кто-то сзади набросился на Куба и, вцепившись мёртвой хваткой, поволок его из хижины. Всё произошло так стремительно, что Поль не успел даже моргнуть. В чувство его привёл треск электрического разряда. Он вылетел на улицу. Куб, обмякший, повис в воздухе, а Гал, заломив ему руки, ловко заворачивал неподвижное тело в фольгу. Заметив ошарашенного Поля, он успокаивающе улыбнулся:

– Всё в порядке! Я его обезвредил! Он не причинит тебе вреда.

– Да ты понимаешь, что ты натворил?! – взревел Поль, осознав масштаб бедствия. – Немедленно освободи его и на зарядку, пока не поздно!

Гал, озадаченный, уставился на Поля.

– Чего застыл? Я сказал: немедленно освободи и тащи в хижину!

– Но он же хотел тебя… – начал оправдываться Гал.

Поль понял, что объяснять сейчас что-либо Галу – бесполезная трата времени. Он рванул к Кубу, освободил его от фольги и потащил в хижину к ярильной батарее. Гал, понурившись, поплёлся следом.

– Так ты его знаешь, что ли?

– Что ли знаю! – раздражённо буркнул Поль, подсоединяя тело акванолика к зарядке. – Это, между прочим, мой учитель из ликерии!

– Да ну! – ахнул Гал.

– Ну да, представляешь? Ты чуть не лишил моего преподавателя жизни. А самое главное, ты нас двоих сейчас сделал преступниками.

Гал опустил глаза и медленно сполз на пол.

– И что теперь делать?

– Ничего! Ты уже всё сделал, спасибо!

– Но я думал, что он напал на тебя, и я хотел тебя защитить!

– Вот спасибо! Защитил! Хвалю! Завтра отправлю файл министру обороны с просьбой тебя вознаградить, годами так пятью пребывания в соннике!

– Ты серьёзно меня сдашь? – дрожащим голосом спросил Гал.

– Стоило бы, – немного успокоившись, ответил Поль. Он посмотрел на Гала, который весь сжался, и его синий свет стал фиолетового оттенка от страха.

– Ладно, не трясись, – похлопал по плечу своего спасителя чекуш, – мы своих не сдаём! Тем более, я сам немного перетрухнул, когда Куб влетел в хижину и сразу наехал на меня. Я думал, он нахлебался. Я бы на твоём месте наверно так же поступил бы! А теперь вдохни алкопара и рассказывай, как ты тут очутился.

Поль протянул Галу шар, и тот, сделав несколько жадных глотков, начал рассказывать.

– Что случилось? – вдруг подал голос Куб. Он открыл глаза и стал озираться по сторонам.

– Очнулся? – подлетел к нему Поль. – Знакомься – это Куб, мой учитель, – куда-то в сторону проговорил парень, – а это Гал, – указал он на подлетающего синяка. Будьте знакомы!

Куб отключился от батареи и приблизился к Галу. Изучающе оглядел его с головы до хвоста и повернулся к Полю:

– А что мне с ним знакомиться? Я миролог, а он синяк. А если узнают, что он меня отключил? Мне потом как другим в глаза смотреть?

Гал медленно сжал кулаки и уже был готов снова кинуться на этого высокомерного белого. Но Поль встал между ними и спокойно ответил Кубу:

– Успокойся. Гал хороший парень. Он не из болтливых и здесь не случайно.

– Я заметил, – буркнул Куб. – Это он на меня напал?

– Прежде всего повернись, пожалуйста, к акванолику лицом, – Поль взял Куба за руку и слегка повернул его. – Послушай, он это сделал не со зла. Он подумал, что ты нападаешь на меня, и кинулся выручать. Даже я немного опешил от твоего напора, а он тебя увидел впервые. И последнее – Гал и есть тот самый информатор. Дело в том, что в той истории, которую я тебе недавно рассказал, погиб его отец. Именно поэтому Гал знает эту историю не понаслышке. Он очень заинтересован в том, чтобы разобраться в смерти своего отца. Он также проводит своё расследование и сегодня спустился на дно и смог подтвердить мою теорию о живых бактериях.

– Как подтвердил? Чем? – опешил Куб.

– Вначале помиритесь, и мы всё обсудим.

Гал первым протянул руку:

– Приношу вам свои извинения. Я не знал, что вы хорошо знакомы с Полем. Мне искренне жаль.

Куб немного помедлил, посмотрел на Гала, потом на его протянутую руку и взглянул на Поля. Поль многозначительно кивнул. Наконец миролог пожал руку Гала.

– Отлично! – радостно произнёс Поль. – А теперь, господа тайные исследователи, мы расскажем друг другу новости и закрепим наш союз хорошей порцией воды! Есть возражения? Возражений нет!

В хижине горел тусклый свет. Все щиты были подняты, а три акванолика что-то эмоционально рассказывали друг другу и, громко хохоча, поочерёдно затягивались водой.

Глава 13

На площади Свободы, словно изумрудный космический лайнер, возвышалось здание Управления Государственной Безопасности. Отполированные колонны из перидотита безупречными рядами обрамляли его куполообразную крышу, сотканную из того же мистического камня. Над входом, будто портал в иную реальность, сияла аббревиатура – УГБ. Огромные буквы из червонного золота, опоясанные мерцающим ореолом красного оливина, гипнотизировали входящих, призывая к кристальной честности и искреннему раскаянию. У каждой колонны, словно часовые, выстроились ряды ярильных батарей и автоматов, щедро выдающих бесплатный алкопар. По шару на акванолика в день. Это красноречиво заявляло о заботе силовой структуры о благополучии граждан, о готовности предоставить незамедлительную помощь в любой беде. За прозрачными стенами управления бурлила жизнь. Трезвенники принимали прошения, запросы и предложения, словно исповеди, кропотливо обрабатывали их, заводили дела, проводили расследования, устремлялись на оперативные задания. Казалось, они работали с полной самоотдачей, на виду у всего города. Но мало кто догадывался, что глубоко под зданием, на пять этажей вниз, в лабиринте секретных кабинетов, основную работу вели незаметные воины – следователи особых отделов. Именно там, в небольшом кабинете, трезвенники, застыв в напряженном молчании, выслушивали рапорт полковника Санузы.

– Все следы ведут к премьер-министру, – уверенно заявил глава следственной группы. – Все опрошенные в один голос твердят, что последний раз пропавших акваноликов видели утром перед посещением озера в одном из рудников. Согласно разведданным, там присутствовали трое: премьер-министр и пропавшие: академик Бро и Плат, бригадир синяков. Кроме того, выяснилось, что при разработке рудника у озера был обнаружен странный предмет – плоский диск, который по приказу академика рабочие сбросили в воду. Полагаю, этот предмет имеет огромное государственное значение, и премьер-министр, в целях сохранения государственной безопасности, засекретил всё, что с ним связано. Все материалы по делу, господин генерал, переданы вам в секретных файлах. Ожидаю дальнейших указаний.

– Я ознакомился с отчётами, – проговорил генерал Страг командирским тоном. – Дело деликатное, требующее дипломатичного подхода. Я не могу вот так просто вызвать премьер-министра на допрос. Он фигура неприкосновенная. Всем известно: если он нарушит клятву, его тут же уничтожат. Раз этого не произошло, значит, все его действия были направлены на сохранение мира на планете. Не нам судить его, но мы обязаны досконально разобраться в обстоятельствах. Если бы исчез только синяк или, тем более, чекуш, дело можно было бы быстро замять. Но пропал миролог, и это не простой ученый, а именитый академик. Его родные засыпают нас запросами о его судьбе. Мы должны поставить точку в этом деле, но, при этом, не упоминая премьер-министра. Какие будут предложения?

– Разрешите высказаться, господин генерал! – выпалил молодой капитан, вытянувшись по стойке «смирно» и отдав честь. В кабинете воцарилось напряженное молчание. Офицеры обменялись недовольными взглядами. Шёпот неодобрения прокатился по кабинету. Ещё бы, младший по званию посмел заговорить прежде высших чинов. Опять выслуживается.

– Всем молчать! – рявкнул генерал. – Слушаю вас, капитан Трезуда, – обратился он к молодому трезвеннику более мягко.

– Смею доложить, полковник Сануза предоставил не все результаты оперативно-розыскной работы.

– Как ты смеешь такое говорить?! – возмутился полковник.

– Я сказал: молчать! – генерал грохнул кулаком по серебряному столу. – Еще одно нарушение – отправитесь в сонник на дежурство!

В глазах Санузы вспыхнула ярость, мгновенно сменившаяся ледяной обидой. Его челюсти сжались, но он, стараясь сохранить видимость спокойствия, отдал честь и замолчал.

– Продолжайте, – грозно обратился генерал к капитану.

– Дело в том, что в отчёте отсутствуют файлы моих подчиненных, которые я отправил по внутренней связи своему командиру. В них говорится, что с таинственным диском связано еще несколько событий, которые также не получили огласки. Это находка в библиотеке мирологов и необычные заказы, отправленные бригадиру синяков перед его исчезновением. Возможно, вышестоящее руководство посчитало эти факты несущественными для дела о пропаже акваноликов, но, выслушав текущий отчёт, считаю эти материалы важными и прошу вас их рассмотреть. Безопасность Айкона превыше жизни!

Капитан козырнул и вернулся на свое место.

– Кто еще хочет что-то сказать? – спросил генерал. Все молчали. – Тогда совещание окончено. Всем вернуться к работе, а вас, капитан Трезуда, прошу остаться.

Присутствующие медленно потянулись к выходу, бросая на молодого офицера недовольные взгляды. Капитан застыл перед своим начальником, словно натянутая струна.

– Вольно, – генерал произнес это слово мягче, чем обычно. В голосе исчезли стальные нотки командира, появилась отеческая теплота. Капитан невольно расслабился.

– Я хочу поговорить с тобой не как генерал с капитаном, а как акванолик с акваноликом, – продолжил генерал. – Я вижу, как ты горишь на работе, как искренне стремишься к справедливости, как болеешь за закон и порядок. Несмотря на молодость, ты уже многого достиг, заслужил офицерское звание. Поэтому я хочу спросить: насколько для тебя важна неукоснительность устава и беспрекословное подчинение старшим?

– Очень важна, господин генерал, – четко ответил капитан, снова вытянувшись по струнке.

– Я же сказал: вольно! – в голосе генерала прозвучала легкая досада. – Мы беседуем не по уставу. Хватит изображать статую. Но я тебя услышал. Ты ведь понимаешь, что наша задача – не просто служить, но и вселять в сердца граждан уверенность в их безопасности, в нашей заботе о них. Как нам убедить их в этом?

– Неустанным трудом, господин генерал, – ответил капитан, стараясь говорить менее официально, но сохраняя должное уважение. – Ежедневно пресекая любые нарушения, внимательно относясь к нуждам каждого, даже самого обычного гражданина.

Генерал улыбнулся, выдержал паузу.

– Всё это – красивые слова из устава, а мне хочется услышать твои мысли, капитан.