Глава 10

– Ну нельзя столько водохлёбничать, отец, – Куб нарезал круги по комнате, его голос звучал как набат, полный сокрушения, – да ещё и в таком количестве! Видишь, до чего ты себя довёл?

Отец Куба, обессиленный, висел в воздухе, подключённый к ярильной батарее. Через разъем в его тело вливалось лекарство, залечивающее страшные ожоги, которыми вода изуродовала его изнутри.

– И ты хотел таким способом достучаться до меня? Убедить, чтобы я оставил исследование? Ты только себе хуже сделал. Это тупиковый путь. Ты же знаешь меня, отец. Я не сворачиваю на полпути. Лучше стань моим союзником, научи, как избежать ошибок, укажи направление. Если мы не найдём решения, вся наша планета погибнет. Неужели ты этого не понимаешь? Какой толк от запретов, угроз и тайн, если в итоге мы все сгорим в ярильном пламени! Ты же учёный, ты должен это осознавать!

Облачка слёз,медленно поплыли из глаз старого академика. Он смотрел на сына и не узнавал его в этом пламенном порыве, слушал и чувствовал искренность в каждом слове, но отцовское сердце не могло примириться с мыслью о смертельной опасности, которой тот себя подвергал. Как объяснить это Кубу? Чтобы убедить его, придется раскрыть жуткие тайны, а это, в свою очередь, грозило еще большей катастрофой.

– Пойми, отец, я уже не ребенок. Я знаю, что наша жизнь полна опасностей, особенно в научном мире. Жизнь не стоит на месте. Мы развиваемся, изобретаем новое. И это, конечно же, сопряжено с рисками. Тем более, наука тесно связана с государством и его секретами, а академия работает под пристальным надзором ярийцев. Так что, мне теперь бросить практику, дальнейшее обучение и превратиться в синяка, чтобы ты не водохлёбничал и спал спокойно?

– Разошёлся, – едва пролепетал больной академик. – Знаешь, что отец не в состоянии ответить, и решил выговориться?

– А разве я не прав?

– Прав, прав, конечно, – миролог закатил глаза. – Только давай продолжим этот разговор, когда я поправлюсь.

– Хорошо, отец, – согласился Куб и, проверив работу лекарства, оставил его в покое.

Всего пару часов спустя Куб, оглушенный безапелляционным тоном Поля, уже сидел с ним в коморке.

– Слушайте, Куб, мне сейчас нужно знать наверняка: я могу тебе доверять? А вы мне полностью доверяете?

– Ты что-то серьезное узнал? – Куб напрягся, стараясь скрыть волнение, и отвечая вопросом на вопрос.

– Пожалуйста, не увиливайте, – голос Поля звучал взволнованно.

"Рано я подпустил этого чекушу настолько близко, что он уже на шею садится и ультиматумы мне тут ставит!" – пронеслось в голове у Куба. Вслух же он сказал:

– Я думал, ты уже понял, что между нами доверие, и я не давал повода сомневаться в этом. Что случилось-то?

– Я знаю, как достать светлячков. Я так назвал светящиеся бактерии. Я уверен, что это разновидность живых существ, которые наши академики ещё не изучили, потому что не смогли к ним подобраться. Я также узнал, что уже была попытка сделать это, но погибло два акванолика, поэтому проект засекретили и позднее закрыли.

– Так, откуда тебе это стало известно? – насторожился Куб.

– Я не могу раскрыть источник, если не буду уверен, что вы его не сдадите трезвенникам и академии.

– Приехали! Конечная остановка! – съязвил Куб. – Мне ещё доказывать, что я умею держать язык за зубами и не сдаю своих? Но предупреждаю сразу: если твой источник ненадежен или может угрожать городу, государству, то я молчать не стану.

– Поймите, я сейчас очень серьёзно говорю. Может быть, я знаю намного больше, чем вам кажется, и мне сейчас предстоит решить, как сильно вы можете мне помочь. Может быть, мне не стоит подвергать вас опасности и самому рискнуть, спасая наш мир.

– О, как сказал! – Куб скривился в ехидной усмешке. – Да ты просто герой нации! Ладно, выкладывай всё начистоту. Поверь, я точно лишним не буду. И вот моя гарантия – я уже знаю кое-какие секреты, например, про светящиеся озёра. Так что можешь спокойно меня сдавать властям.

– Это ерунда по сравнению с тем, что я узнал об исчезновении миролога Бро, – гордо заявил Поль. – Вот это действительно секрет, за который могут вполне законно лишить жизни. Вы готовы так рискнуть?

– Молчи! – Куб прикрыл ладонью рот Поля.

Он тихо вылетел из каморки и огляделся. Вернувшись, прошептал:

– Только не здесь. Встречаемся за городом через час у горы Уединения, я там знаю укромное место, где мы спокойно сможем поговорить.

После того, как Поль покинул ликерию, Куб задумался. Как этот чекуш вечно умудряется раздобыть какую-то секретную информацию? Или он подослан кем-то и готовится провокация, чтобы поднять панику в народе? Или этот любопытный парень получил доступ к государственной тайне? Если он шпион, то действует нестандартно и очень запутанно. В его действиях и расчетах невозможно проследить скрытой цели, кроме как докопаться до сути свечения. Хотя, так и поступают профессиональные шпионы. Но он чекуш! Никогда не слышал, чтобы хоть раз такие преступники были из самого низкого сословия.

Из трезвенников, восстановителей и даже бодунов – были. Им легче приблизиться к ярийцам и проникнуть в государственные тайны. Но синяки и, тем более, чекуши! Им до политики как до ЧЕЛО. Не одну жизнь потратить нужно, чтобы добраться. А она нам всем дана только одна. Так что, скорее всего, этот проныра случайно узнал что-то очень секретное и теперь может управлять теми, кто в этой тайне замешан. Да, есть над чем задуматься. Может, он и прав, предупредив меня, что доверившись ему, мне отступать будет некуда. Вот радость-то для моего отца какая! Узнает – точно до смерти наводохлёбничается.

Через час Поль встретился с Кубом, и тот показал небольшую пещеру, скрытую от глаз огромным валуном. Узкий лаз, похожий на раскол в камне, являлся единственным входом в неё. Внутри хорошо продувало, но запас алкопара всё-таки стоило иметь. Поэтому, рассиживаться было некогда, и Поль сразу же приступил к подробному пересказу истории Гала. Куб был ошеломлён. Ведь никто из среднего и высшего сословия не мог даже подумать, что синяки и чекуши так много знают о тайных исследованиях и интригах. А ведь стоило об этом задуматься. Ведь без этих работяг никто не смог бы воплотить в жизнь никакие идеи. Значит, незаменимые акванолики были и всегда будут молчаливыми свидетелями не только новых открытий, но и страшных злодеяний. И ведь никто не гарантирует, что они всегда будут молчать. Вот среди кого стоило бы работать шпионам. Куб снова настороженно посмотрел на Поля. А может, он как раз тот самый, который понял, с кем правильнее общаться? Нет, надо гнать такие мысли. Иначе можно стать параноиком и начать подозревать всех.

– И что мы теперь намерены делать? – поинтересовался Куб, когда Поль замолчал.

– Я бы хотел вас выслушать.

– Ну, во-первых, раз мы с тобой стали тайным обществом по спасению планеты, предлагаю стереть между нами границу и общаться на "ты". Только в городе и при посторонних будем продолжать изображать господ и подчинённых. Во-вторых, лично мне нужно хорошо обдумать всё услышанное и разложить в моей голове все части этой сложной мозаики. И поэтому, если у тебя есть готовое предложение, я готов выслушать. Это три!

– Всё очень просто: нужно раздобыть чертежи прибора для взятия пробы на дне подайконного озера со светлячками. У кого больше шансов добыть их – у меня или у тебя?

– Взяв во внимание услышанное от тебя, я уже и сомневаюсь в правильном ответе, – странно улыбнувшись, заявил Куб.

Внезапно Поль замер, напряжённо вслушиваясь. Жестом подозвав Куба, он бесшумно двинулся к расщелине. Внизу, трезвенники закутанные в чёрные плащи, с глубоко надвинутыми капюшонами, целеустремлённо двигались в сторону рудников.

– Отдыхали себе спокойно, никого не трогали, – тихо ворчал один из них, в голосе сквозила досада.

– Угу, – вздохнул второй, – а теперь торчи тут на этой жаре, следи, чтобы никто к озёрам не приближался. Что у начальства в головах? Что эти чекуши могут тут натворить?

– Да уж, синяки – те отчебучить могут, а эти…

Куб и Поль обменялись встревоженными взглядами.

– Теперь к озёрам так просто не подобраться, – уныло прошептал Поль.

– Выше нос! – Куб ободряюще толкнул ученика плечом. – Сын академика не так прост, как кажется. Мы найдём способ обвести этих законников вокруг пальца! Поверь мне.

С этими словами Куб подмигнул и, кивнув, осторожно выбрался из пещеры. Поль последовал за ним.

Глава 11

Академик наконец решился. После мучительных колебаний, когда чаши весов "за" и "против" попеременно взмывали и падали, он осознал: любой исход грозит гневом правителя, лишением статуса, карой. Но потеря доверия сына… Эта перспектива омрачала будущее густой, непроглядной тенью. Он рискнет. Последует совету друга и коллеги и откроет все, что знает. Вместе, плечом к плечу, они попытаются докопаться до истины. Ведь и судьба Бро была ему небезразлична. Лишь трусость мешала до сих пор искать причины его гибели. Освежить горло глотком воды для храбрости? Но недавний запой оставил болезненные ожоги, и он не хотел снова истязать плоть. Да и сын не оценит, что лишь усугубит их натянутые отношения. Утолив жажду лишь алкопаром, академик терпеливо ждал возвращения Куба.

Вскоре Куб переступил порог дома. Отец выглядел на удивление хорошо. Обняв сына, он с искренним раскаянием попросил прощения за свое недостойное поведение.

– Я потерял голову, признаю, – серьезно произнес академик. – Спасибо тебе, что открылся мне. Я долго размышлял над твоими словами. Как бы я ни переживал за тебя, ведь ты мой единственный сын, ты уже достаточно взрослый, чтобы нести ответственность за свои поступки. Но помни, я твой отец, я люблю тебя и всегда буду рядом. Именно поэтому я хочу быть тебе другом и опорой. Взвесив всё, я решил поделиться с тобой всем, что знаю о твоем исследовании, и предложить тебе продолжить эту работу вместе.

В глазах Куба заблестели слезы.

– Папа, я тоже очень тебя люблю, и мне больно видеть, как ты топишь себя в воде.

– С этим покончено, – твердо заверил академик. – Надеюсь, ты понимаешь, что, принимая твою сторону и раскрывая секретную информацию, я подвергаю нас обоих смертельной опасности.

– Более чем! Я уже переступил не одну черту закона, так что не переживай – твой сын преступник со стажем!

– Утешил, – с саркастичной улыбкой проговорил академик, и они оба рассмеялись.

– Итак, расскажи же, умоляю, что тебе известно об этом свечении?

– Не так уж и много. Нас близко не подпускали к этим исследованиям. Всем занимался непосредственно Бро. Ты вот порицаешь водохлёбов, а ведь именно в таком состоянии у друзей развязываются языки и выбалтываются секреты. Когда я учился в ликерии, у нас была неразлучная троица: я, Бро и академик Ким. И вот однажды, после очередной попойки, Бро проговорился, что на руднике нашли странный предмет, который он приказал выбросить в озеро. Но этот предмет каким-то непостижимым образом вновь появился, но уже в академической библиотеке. Фантом поручил Бро выяснить причины этого загадочного перемещения, а также разобраться со свечением в озере, которое, по всей видимости, было как-то связано с этим предметом.

– Что за предмет? – перебил Куб.

– Терпение, – спокойно ответил академик. – Придет время, и я расскажу. Сейчас это не главное. Тебя интересует свечение, вот и не будем отвлекаться на второстепенные детали. Итак, о находке изначально знали только Бро, один синяк, выполнявший техническую работу, и сам премьер-министр. В тот вечер о ней узнали и мы. Бро поведал о том, как во время взятия проб свет гас, словно испуганная душа, и все попытки вернуть его к жизни в лабораторных условиях оказались тщетны. Отсюда и возникла идея рискованного погружения. О причинах трагедии, разыгравшейся в глубинах, мне ничего не было известно, кроме того, что единственным выжившим свидетелем остался премьер-министр.

– Неужели так и не удалось выяснить, что же там излучает этот призрачный свет? – разочарованно выдохнул Куб.

– Там погибли два акванолика, один из которых был моим другом, а тебя волнует лишь тайна свечения? – в голосе академика звучала неприкрытая скорбь.

– Прости, отец, – пробормотал Куб, ощущая угрызение совести.

Академик, помолчав, словно собирая осколки воспоминаний, продолжил:

– Нет, не удалось. Премьер-министр наложил вето на дальнейшие исследования. Заявил, что алкопар веками добывается таким образом, и этот процесс никогда не вредил ни акваноликам, ни самой планете. А как только мы влезли в этот процесс, нам дали ясно понять, что вмешиваться в это не следует.

– Кто дал понять?

– Высшие силы…

– Ты имеешь в виду ярийцев?

– Я говорю о чем-то большем. Возможно, сама планета бережно хранит эту тайну, как мать оберегает свое дитя.

– Ты что такое говоришь? – изумился Куб. – Ты – ученый, и веришь, что наша планета – живое существо?

– Именно ученые, сталкиваясь с необъяснимым, чаще других готовы поверить в подобное, чем те, кто слепо принимает все на веру. А что нового ты узнал об озёрах?

– Ничего, чего бы ты не знал, за исключением одной догадки, которую ещё предстоит проверить. Если она подтвердится, это станет настоящей сенсацией в научном мире.

– Интригующе! И что же это за догадка?

– А что, если это свечение – порождение живых микроорганизмов? Новая, неизученная форма жизни на нашей планете?

– Ого, как ты загнул! – Академик погрузился в раздумья. – Что натолкнуло тебя на эту мысль?

Куб замялся. Ему не хотелось рассказывать об участии в исследовании двух акваноликов из низших сословий. Отец ведь тоже умолчал о найденном диске. Да и такая новость могла вновь разрушить хрупкое доверие, едва восстановленное между ними.

– Просто… провел аналогию с нашим телом. Мы ведь тоже светимся, когда нас пронзает электрический разряд. На планете больше ничто не демонстрирует подобного эффекта. И вдруг эти озера… Может, там тоже происходит какой-то процесс, позволяющий этим существам светиться?