Отзывы на книги автора «Томас Харди»

«Ни один мужчина не пожелает, чтобы женское кокетство вертело его чувства на своей карусели.»

Это моя самая любимая цитата из книги. В ней нет ничего особенного, но я не могу перестать ее перечитывать))

Признаюсь, я бы эту книгу обошла стороной. Название уже сообщает о том, что речь пойдет о философских мотивах, распознать которые мне не подвластно без наличия соответствующего образования (филологического или философского или какое там получают обычно великие стоики). Если бы не книжный клуб - фигушки взяла бы эту книгу в руки! (вы бы только знали, как я рыдала, когда книгу выбрали на чтение! Так надеялась, что там будет что - то более захватывающее и интересное, но увы!)

Как оказалось, сюжет довольно предсказуемый, но интересный.А всё потому что там про любовь! Уже по этой причине вспоминала почившего автора добрым словом. Даже если он где - то и уходил в дебри своего повествования, то обязательно потом выруливал на проверенную почву любовных терзаний, и я уже готова была многое ему простить.

Любимой эта книга не стала по причине излишней затянутости. Весь роман можно было уместить на 100 страницах, если убрать никому ненужные подробности описания животных, грозы и окружающей среды. Хотя да, атмосферу это создавало неплохую.

Нельзя не упомянуть о том, что у романа есть несколько вариантов перевода. Я столкнулась с переводом:

+ авторства М. Николенко или Школа перевода В. Баканова (именно от него я осталась в восторге)

+ авторства Е. Бируковой, М. Богословской (он вообще никак во мне не отозвался)

Даже более того, те красивые речевые обороты, которые я нашла в первом переводе, во втором даже близко не встречаются:

«Наказав Габриэлю и Мэриэнн, чтобы хорошенько заперли все на ночь, Батшеба вышла из дома сразу же после короткого ливня: он наполнил воздух утонченным благоуханием и вымыл зеленое пальто земли, придав ему изысканный вид, но сама она осталась суха.»

«– Верно, верно, – кивнул Джозеф Пурграсс. – Все Боллы нервенные. Я знал деда парнишки, так тот застенчивый был и чувствительный – галантерейная, можно сказать, натура. Все краснел и краснел, почти как я, хотя это, по моему разумению, не такой уж изъян!»

От словосочетания «зелёное пальто земли» я пришла в литературный экстаз) Мне нужен словарик как в первом классе для словарных слов, только теперь буду туда записывать речевые обороты, которые покорили меня до глубины души.

Самым большим шоком для меня стало то, что Томас Гарди оказался тем еще приколистом! В некоторых моментах я смеялась в голос:

«– Я сделаю вас счастливой, – сказал Оук, глядя поверх куста на ее затылок. – Через год или два мы сможем купить фортепьяно – нынче у многих фермерских жен оно имеется. А я подучусь на флейте, чтобы играть с вами по вечерам.
– Да, было бы славно.
– А еще мы купим маленькую хорошенькую двуколку за десять фунтов для поездок на рынок, насадим цветов, заведем птиц: курочек и петухов – от них ведь в хозяйстве большая польза, – продолжал Габриэль, балансируя между поэзией и практицизмом.
– И это мне по нраву!
– А еще у нас будет парник для огурцов, как бывает у леди и джентльменов.
– Да!
– А когда мы поженимся, об этом напишут в газете!
– О, как чудесно!
– А потом о рождении наших детишек! А дома, у камина, лишь только вы подымете взгляд от огня – я тут как тут перед вами, а я подыму взгляд – передо мною вы.
– Довольно! Не говорите непристойностей!»

Да где это слыхано, чтобы мужику - фермеру учиться играть на флейте и по вечерам с женой устраивать концерты? Мне почему - то фермеры представлялись всегда простыми работягами, которые за день уматываются так, что потом уже не до какой флейты дела нет.

Но больше всего меня почему - то потряс огуречник)) Это забавно)) Он знал какие тузы доставать из рукавов) Если бы мне такое предложение сделали с огуречником, я бы не отказала))

Периодически Гарди показывает чувства главных героев в гиперболизированной форме, что тоже вызывало у меня улыбку и заставляло перечитывать моменты по несколько раз:

«– Ну, – начал солодовник, – он был такой, что и поглядеть особо не на что. А она была красавица. Он, пока в женихах ходил, нарадоваться на нее не мог.
– Целовал ее, говорят, по дюжине, а то и по сотне раз кряду, – прибавил Джен.
– А как поженились они, гордился ею очень.
– Да, и я слыхал об этом, – продолжил Когген. – Он до того любовался женою, что трижды за ночь свечку зажигал, чтоб на нее поглядеть.»

Было бы маленько странно среди ночи открыть свои распрекрасные зенки и увидеть перед собой лик возлюбленного со свечой. И если я вам буду говорить, что не открыла кирпичный завод в этот момент, то не верьте мне. Однозначно открыла и пару крупных партий кирпича уже успела сбыть за границу)

После прочтения остались разрозненные мысли. Вроде бы и написано очень хорошо, а в тоже время безграничной любви не случилось.

Герои встают со страниц романа как живые, и я не допускаю мысли, что они в принципе никогда не существовали. Кажется, у каждого из персонажей есть свои реальные прототипы. Причем как у главных, так и у второстепенных. Остаётся только догадываться об этом (или погуглить Википедию)

Хотя нет! Я вспомнила, почему любви не случилось: очень утомляли библейские отсылки. Местами они меня выводили из душевного равновесия, потому что и без этих витиеватых изречений вполне можно было обойтись. Но при этом, я готова обратиться к своей второй противоречивой личности, которая утверждает, что без этих отсылок никак нельзя было обойтись, так как библия была таким же обязательным составляющим, как сейчас телевизор или ютуб. Сами подумайте, когда последний раз в разговоре со своим другом говорили: «А помнишь, как в том сериале...» или «Помнишь, как в том ролике на ютубе...».

А каково было обычным крестьянам в том время, когда ютуб они смотрели только в режиме реального времени? То то же))

Классика - не совсем мой жанр литературы, все - таки надо это признать. Очень редко, когда произведения находят отклик в моей душе. Поэтому после прочтения «Вдали от безумной толпы» (именно такой перевод), внутри меня осталось совсем чуть - чуть позитивных эмоций, немного душевных волнений, самая толика разочарований, и капля тихой грусти, которая находит на тебя, когда за окном, сыро, пасмурно, холодно, под ногами хлюпает, на градуснике +1 С, а ты только погладила своё жёлтое платье, чтобы идти на пляж...

«Ни один мужчина не пожелает, чтобы женское кокетство вертело его чувства на своей карусели.»

Это моя самая любимая цитата из книги. В ней нет ничего особенного, но я не могу перестать ее перечитывать))

Признаюсь, я бы эту книгу обошла стороной. Название уже сообщает о том, что речь пойдет о философских мотивах, распознать которые мне не подвластно без наличия соответствующего образования (филологического или философского или какое там получают обычно великие стоики). Если бы не книжный клуб - фигушки взяла бы эту книгу в руки! (вы бы только знали, как я рыдала, когда книгу выбрали на чтение! Так надеялась, что там будет что - то более захватывающее и интересное, но увы!)

Как оказалось, сюжет довольно предсказуемый, но интересный.А всё потому что там про любовь! Уже по этой причине вспоминала почившего автора добрым словом. Даже если он где - то и уходил в дебри своего повествования, то обязательно потом выруливал на проверенную почву любовных терзаний, и я уже готова была многое ему простить.

Любимой эта книга не стала по причине излишней затянутости. Весь роман можно было уместить на 100 страницах, если убрать никому ненужные подробности описания животных, грозы и окружающей среды. Хотя да, атмосферу это создавало неплохую.

Нельзя не упомянуть о том, что у романа есть несколько вариантов перевода. Я столкнулась с переводом:

+ авторства М. Николенко или Школа перевода В. Баканова (именно от него я осталась в восторге)

+ авторства Е. Бируковой, М. Богословской (он вообще никак во мне не отозвался)

Даже более того, те красивые речевые обороты, которые я нашла в первом переводе, во втором даже близко не встречаются:

«Наказав Габриэлю и Мэриэнн, чтобы хорошенько заперли все на ночь, Батшеба вышла из дома сразу же после короткого ливня: он наполнил воздух утонченным благоуханием и вымыл зеленое пальто земли, придав ему изысканный вид, но сама она осталась суха.»

«– Верно, верно, – кивнул Джозеф Пурграсс. – Все Боллы нервенные. Я знал деда парнишки, так тот застенчивый был и чувствительный – галантерейная, можно сказать, натура. Все краснел и краснел, почти как я, хотя это, по моему разумению, не такой уж изъян!»

От словосочетания «зелёное пальто земли» я пришла в литературный экстаз) Мне нужен словарик как в первом классе для словарных слов, только теперь буду туда записывать речевые обороты, которые покорили меня до глубины души.

Самым большим шоком для меня стало то, что Томас Гарди оказался тем еще приколистом! В некоторых моментах я смеялась в голос:

«– Я сделаю вас счастливой, – сказал Оук, глядя поверх куста на ее затылок. – Через год или два мы сможем купить фортепьяно – нынче у многих фермерских жен оно имеется. А я подучусь на флейте, чтобы играть с вами по вечерам.
– Да, было бы славно.
– А еще мы купим маленькую хорошенькую двуколку за десять фунтов для поездок на рынок, насадим цветов, заведем птиц: курочек и петухов – от них ведь в хозяйстве большая польза, – продолжал Габриэль, балансируя между поэзией и практицизмом.
– И это мне по нраву!
– А еще у нас будет парник для огурцов, как бывает у леди и джентльменов.
– Да!
– А когда мы поженимся, об этом напишут в газете!
– О, как чудесно!
– А потом о рождении наших детишек! А дома, у камина, лишь только вы подымете взгляд от огня – я тут как тут перед вами, а я подыму взгляд – передо мною вы.
– Довольно! Не говорите непристойностей!»

Да где это слыхано, чтобы мужику - фермеру учиться играть на флейте и по вечерам с женой устраивать концерты? Мне почему - то фермеры представлялись всегда простыми работягами, которые за день уматываются так, что потом уже не до какой флейты дела нет.

Но больше всего меня почему - то потряс огуречник)) Это забавно)) Он знал какие тузы доставать из рукавов) Если бы мне такое предложение сделали с огуречником, я бы не отказала))

Периодически Гарди показывает чувства главных героев в гиперболизированной форме, что тоже вызывало у меня улыбку и заставляло перечитывать моменты по несколько раз:

«– Ну, – начал солодовник, – он был такой, что и поглядеть особо не на что. А она была красавица. Он, пока в женихах ходил, нарадоваться на нее не мог.
– Целовал ее, говорят, по дюжине, а то и по сотне раз кряду, – прибавил Джен.
– А как поженились они, гордился ею очень.
– Да, и я слыхал об этом, – продолжил Когген. – Он до того любовался женою, что трижды за ночь свечку зажигал, чтоб на нее поглядеть.»

Было бы маленько странно среди ночи открыть свои распрекрасные зенки и увидеть перед собой лик возлюбленного со свечой. И если я вам буду говорить, что не открыла кирпичный завод в этот момент, то не верьте мне. Однозначно открыла и пару крупных партий кирпича уже успела сбыть за границу)

После прочтения остались разрозненные мысли. Вроде бы и написано очень хорошо, а в тоже время безграничной любви не случилось.

Герои встают со страниц романа как живые, и я не допускаю мысли, что они в принципе никогда не существовали. Кажется, у каждого из персонажей есть свои реальные прототипы. Причем как у главных, так и у второстепенных. Остаётся только догадываться об этом (или погуглить Википедию)

Хотя нет! Я вспомнила, почему любви не случилось: очень утомляли библейские отсылки. Местами они меня выводили из душевного равновесия, потому что и без этих витиеватых изречений вполне можно было обойтись. Но при этом, я готова обратиться к своей второй противоречивой личности, которая утверждает, что без этих отсылок никак нельзя было обойтись, так как библия была таким же обязательным составляющим, как сейчас телевизор или ютуб. Сами подумайте, когда последний раз в разговоре со своим другом говорили: «А помнишь, как в том сериале...» или «Помнишь, как в том ролике на ютубе...».

А каково было обычным крестьянам в том время, когда ютуб они смотрели только в режиме реального времени? То то же))

Классика - не совсем мой жанр литературы, все - таки надо это признать. Очень редко, когда произведения находят отклик в моей душе. Поэтому после прочтения «Вдали от безумной толпы» (именно такой перевод), внутри меня осталось совсем чуть - чуть позитивных эмоций, немного душевных волнений, самая толика разочарований, и капля тихой грусти, которая находит на тебя, когда за окном, сыро, пасмурно, холодно, под ногами хлюпает, на градуснике +1 С, а ты только погладила своё жёлтое платье, чтобы идти на пляж...

С середины книги меня начало от омерзения и негодования потряхивать, пришлось переключаться на другие книги и читать Гарди строго дозированно.
Сюжет, я думаю, многие знают: если не читали, то слышали краем уха, тем более что есть экранизация. Тэсс, молодая и наивная девушка, пала жертвой обольстителя, родила от него ребенка, ребенок умер. Девушка встречает другого, он ее безмерно любит, она его безмерно любит, они женятся, она не выдерживает своей вины и говорит ему, что уже не девушка.

Вот тут начинается самое ужасное, от чего у меня голова просто трещать начала. Муженек настолько проникается отвращением к некогда непомерно любимой, что сваливает на год в Бразилию. Залечивать раны, ага. И думать над тем, что любимая женщина оказалась такой нечистой, преступницей, лгуньей и далее по списку. Жалеть себя и вопрошать у неба, почему жена оказалась такой плохой. А перед тем, как уехать он еще и "с горя" позвал с собой в Бразилию в качестве любовницы подругу Тэсс. Потом он к жене все-таки приезжает, но слишком поздно.

"...если бы у Клэра животное начало было сильнее, он вел бы себя благороднее. ... И все же любовь Клэра действительно была слишком духовной для повседневной жизни..."

Все всё поняли про духовную любовь, да? А то мы все пытаемся определения дать любви, а она, настоящая, вон какая.
И вот еще слова "обиженного" мужа по поводу обольстителя жены.

"Как можем мы жить вместе, пока жив этот человек? ... Если бы он умер, все было бы иначе"

О да, это прям в корне все меняет, ну-ну.

Конечно, я отдаю отчет в том, что это викторианская Англия. Но, во-первых, меня тут на ста страницах убеждали в том, как сильна их любовь, которая все выдержит. Во-вторых, это все-таки не высшее общество, нравы в крестьянской среде были посвободнее, как мне кажется (может быть, я ошибаюсь, я не специалист). В-третьих, сам горе-муженек перед женой покаялся в том, что тоже не девственник, повеселился в свое время. И даже в эту эпоху (и в предыдущие) случалось всякое. И какие-то девушки не выходили замуж девственными, и мужья их прощали. А этот же настолько "духовно" и сильно любил, что не выдержал отвращения к жене и сбежал. Мужчина, че!

Эту книгу ни в коем случае нельзя давать молодым девушкам, я считаю! Ни одного положительного мужского персонажа! Отец Тэсс - пьет и не работает, обольститель - мудак и больше похож на насильника, о муженьке я уже сказала, один из хозяинов Тэсс - грубая скотина, эпизодические мужчины - все как один хотят от девушки одного. Как после этого не сказать, что все мужики козлы! А ведь это не так! И в ту эпоху были благородные, честные и великодушные, и в предыдущие и в последующие. Своей подрастающей дочери, если она у меня будет, я давать это произведение точно не буду.

Несколько месяцев назад я наткнулась в интернете на список по тем или иным причинам запрещенных произведений. Естественно, мне стало любопытно, за что запрещали тот или иной опус, и если с "Молль Флендерс" Д. Дефо все было относительно понятно (запрещена за слишком откровенные эротические сцены), то с "Джудом" все было несколько загадочнее. Формулировка запрета была примерно такая: за чрезмерно депрессивный настрой и черную тоску, возникающую у читателя при прочтении. Не правда ли, занятно посмотреть, что именно считалось не в меру депрессивным в 1895 году в доброй старой Англии?

Я не назвала бы эту книгу тоскливой или депрессивной. Напротив, эта книга настолько живая, страстная, тонкая и исполненная благородного трагизма, что невозможно оторваться. Джуд Фаули, парень из небогатой сельской семьи, сирота, живущий у ворчливой бабки-мещанки, мечтает об ученой карьере и в этом вот захолустье, где простой рабочий люд со скепсисом и свысока смотрит на образование и "всех этих надутых ученых выскочек" начинает сам осваивать науки. С огромным трудом (это вам не пару кнопочек нажать и целую библиотеку с торрентов скачать) он постигает азы греческого и латыни, читает греческих классиков и Новый завет. Выбор невелик, условия жизни тяжелые - он работает, чтобы не быть в тягость бабке, а труд в деревне оставляет мало времени для самообразования - тем не менее Джуд продирается через тернии греческой грамматики и завихрений латинской фонетики.

Вот такой хороший парень Джуд. Он становится помощником каменщика, чтобы скопить средств на учебу. А затем его хитростью женила на себе корыстная деревенская бабенка, притворившись, что беременна от него, поломав ему всю жизнь. Она от него сбежала, конечно, но этот брак ему крепко аукнулся. В университет он не попал. Писал директорам колледжей, никто не ответил, кроме одного, заявившего, что раз вы, сударь, каменщик, то и будьте хорошим каменщиком, зачем вам ученая степень.

Книга очень насыщена событиями, но я не считаю нужным делать подробный пересказ происходившего, потому как хочу сосредоточиться на общем впечатлении о романе. В целом, вся книга представляет собой протест личности против общественной морали и предрассудков. Борьба за право на личное счастье, которым можно наслаждаться без оглядки на общество. Причем речь ведь идет о вполне естественных вещах: что может быть естественнее, если жена уходит от мужа, которого не любит, а тот понимает, что, в общем, не сложилось у них, и сам отпускает, безо всяких разбирательств и истерик? А вот общественность пришла в ужас и устроила мужу темную за потворство разврату: он был уволен с поста преподавателя в школе, чтобы не подавал примера безнравственного поведения младшему поколению, и был вынужден устроиться в дикое захолустье за мизерный оклад, потому как ни в одну приличную школу его не брали. Почтенной паре, живущей в честном "гражданском" браке отказывают в месте работы, их делают жертвами досужих пересудов и сплетен, каждая мелкая сволочь, которая живет в освященном церковью и одобренном обществом семейном аду, считает своим долгом осудить их. А эти люди просто хотели быть честными перед собой и друг перед другом. И на протяжение всей книги практически с риском для жизни они отстаивают это право. Но судьба неумолима, а мещане с их предрассудками, по большей части, тупы, жестоки, консервативны и не склонны к прощать прегрешения против их, святые морковки, обывательской морали. Храбрые сердца, они не знали, с какой темной силой они борются, они опередили свое время, их убеждения были несовместимы с жизнью в этом косном веке. Борьба была долгой, упорной, но они были обречены. Общественное благо уничтожило право на личное счастье.

Роман произвел на меня очень сильное впечатление. Если у Джейн Остин "комедия нравов", то тут настоящая "трагедия нравов". История драматичная, глубокая и не оставляет равнодушным, каждый может найти в ней, такой близкой, простой и потрясающе жизненной, что-то для себя. И вот что еще интересного я для себя отметила: Джуд всегда был небогат. Как говорится про таких, с хлеба на квас. Будет хороший заказ - будет достаточно денег, не будет - перебивается мелкими реставрационными работами. Но в те времена, когда у него была любимая женщина, жизнь была столь прекрасна, что только спустя некоторое время до меня дошло, что, вообще-то, и в этот момент ему было нелегко, финансовые трудности никуда не делись. Тем не менее, его жизнь в это время описывалась в таких словах и в таких выражениях, что можно было подумать, что он богат как Крез, что никакие бытовые трудности не омрачали его счастья. Богатый счастлив в литературе теми же словами, что и человек небольшого достатка. Похоже, что, все-таки, не в деньгах счастье (нет, ну с оговорками, конечно, но общая мысль, думаю, ясна).

Несмотря на критику церкви и ее бытового деспотизма, этот роман поистине христианский, которые призывает к милосердию к ближнему, не декларируемому, а реальному, простому и повседневному. Грустно, но прекрасно.

Несколько месяцев назад я наткнулась в интернете на список по тем или иным причинам запрещенных произведений. Естественно, мне стало любопытно, за что запрещали тот или иной опус, и если с "Молль Флендерс" Д. Дефо все было относительно понятно (запрещена за слишком откровенные эротические сцены), то с "Джудом" все было несколько загадочнее. Формулировка запрета была примерно такая: за чрезмерно депрессивный настрой и черную тоску, возникающую у читателя при прочтении. Не правда ли, занятно посмотреть, что именно считалось не в меру депрессивным в 1895 году в доброй старой Англии?

Я не назвала бы эту книгу тоскливой или депрессивной. Напротив, эта книга настолько живая, страстная, тонкая и исполненная благородного трагизма, что невозможно оторваться. Джуд Фаули, парень из небогатой сельской семьи, сирота, живущий у ворчливой бабки-мещанки, мечтает об ученой карьере и в этом вот захолустье, где простой рабочий люд со скепсисом и свысока смотрит на образование и "всех этих надутых ученых выскочек" начинает сам осваивать науки. С огромным трудом (это вам не пару кнопочек нажать и целую библиотеку с торрентов скачать) он постигает азы греческого и латыни, читает греческих классиков и Новый завет. Выбор невелик, условия жизни тяжелые - он работает, чтобы не быть в тягость бабке, а труд в деревне оставляет мало времени для самообразования - тем не менее Джуд продирается через тернии греческой грамматики и завихрений латинской фонетики.

Вот такой хороший парень Джуд. Он становится помощником каменщика, чтобы скопить средств на учебу. А затем его хитростью женила на себе корыстная деревенская бабенка, притворившись, что беременна от него, поломав ему всю жизнь. Она от него сбежала, конечно, но этот брак ему крепко аукнулся. В университет он не попал. Писал директорам колледжей, никто не ответил, кроме одного, заявившего, что раз вы, сударь, каменщик, то и будьте хорошим каменщиком, зачем вам ученая степень.

Книга очень насыщена событиями, но я не считаю нужным делать подробный пересказ происходившего, потому как хочу сосредоточиться на общем впечатлении о романе. В целом, вся книга представляет собой протест личности против общественной морали и предрассудков. Борьба за право на личное счастье, которым можно наслаждаться без оглядки на общество. Причем речь ведь идет о вполне естественных вещах: что может быть естественнее, если жена уходит от мужа, которого не любит, а тот понимает, что, в общем, не сложилось у них, и сам отпускает, безо всяких разбирательств и истерик? А вот общественность пришла в ужас и устроила мужу темную за потворство разврату: он был уволен с поста преподавателя в школе, чтобы не подавал примера безнравственного поведения младшему поколению, и был вынужден устроиться в дикое захолустье за мизерный оклад, потому как ни в одну приличную школу его не брали. Почтенной паре, живущей в честном "гражданском" браке отказывают в месте работы, их делают жертвами досужих пересудов и сплетен, каждая мелкая сволочь, которая живет в освященном церковью и одобренном обществом семейном аду, считает своим долгом осудить их. А эти люди просто хотели быть честными перед собой и друг перед другом. И на протяжение всей книги практически с риском для жизни они отстаивают это право. Но судьба неумолима, а мещане с их предрассудками, по большей части, тупы, жестоки, консервативны и не склонны к прощать прегрешения против их, святые морковки, обывательской морали. Храбрые сердца, они не знали, с какой темной силой они борются, они опередили свое время, их убеждения были несовместимы с жизнью в этом косном веке. Борьба была долгой, упорной, но они были обречены. Общественное благо уничтожило право на личное счастье.

Роман произвел на меня очень сильное впечатление. Если у Джейн Остин "комедия нравов", то тут настоящая "трагедия нравов". История драматичная, глубокая и не оставляет равнодушным, каждый может найти в ней, такой близкой, простой и потрясающе жизненной, что-то для себя. И вот что еще интересного я для себя отметила: Джуд всегда был небогат. Как говорится про таких, с хлеба на квас. Будет хороший заказ - будет достаточно денег, не будет - перебивается мелкими реставрационными работами. Но в те времена, когда у него была любимая женщина, жизнь была столь прекрасна, что только спустя некоторое время до меня дошло, что, вообще-то, и в этот момент ему было нелегко, финансовые трудности никуда не делись. Тем не менее, его жизнь в это время описывалась в таких словах и в таких выражениях, что можно было подумать, что он богат как Крез, что никакие бытовые трудности не омрачали его счастья. Богатый счастлив в литературе теми же словами, что и человек небольшого достатка. Похоже, что, все-таки, не в деньгах счастье (нет, ну с оговорками, конечно, но общая мысль, думаю, ясна).

Несмотря на критику церкви и ее бытового деспотизма, этот роман поистине христианский, которые призывает к милосердию к ближнему, не декларируемому, а реальному, простому и повседневному. Грустно, но прекрасно.

Ах, наконец-то я припала к классной классике! Как тяжело вернуться к многослойным описаниям внешности, одеяний, чувств героев, окружающей их природы и интерьеров! Но до чего же это здорово! Я привыкла, что в классических английских романах главные героини - здравомыслящие, учтивые, добросердечные, - и никак не ожидала от Батшебы Эвердин таких вопиющих поступков! Играться чувствами людей, отмахиваться от признаний и рьяно реагировать на абсолютно обескураживающую правду! Она невероятно сильная женщина, хозяйка фермы, и пожалуй, эта власть и естественное тщеславие, присущее слабому полу, кружит ей голову. Основная сюжетная линия перемежается с типичными для крупных хозяйств процессами - мойка и стрижка овец, заточка орудий для жатвы, сбор урожая, его сбыт на местных ярмарках. И иногда наблюдение за ними казались более захватывающим, чем треволнения героев!
Как же мы, женщины, любим спецэффекты! Как поддаёмся льстивым речам, потоку остроумия, витиеватым комплиментам! И как редко любим (такие очень редки) здравомыслящие, низкобюджетные потоки сознания. Ничего не поделаешь, «романы всегда кончаются там, где начинается замужество».
Этакий любовный многоугольник в суровой фермерской реальности Северной Англии. И хорошо, что история развернулась «вдали от обезумевшей толпы». Потому что городские массы такое не оценили бы. Слишком много скандального и двусмысленного, но как раз это и ценят жители сельской местности, где привычка обмывать кости немногочисленному люду заменяет яркие, разнообразные развлечения больших городов.
Очень своеобразные герои, все как один. Прониклась уважением лишь к Габриэлю Оуку и фермеру Болдвуду, причём второй пал жертвой невероятно извращённой глупости. Но все хорошо, что хорошо кончается - резким движением пера автор ломает сложные геометрические фигуры и все заканчивается так, как должно было страниц на 100 ранее.
История поучительная, занимательная, ещё раз доказывающая, что не смыслящим в точных математических науках девушкам стоит быть скромнее и меньше заигрываться собственным тщеславием.

Классическая литература, пожалуй, единственный жанр*, который оцениваешь не столько по собственным впечатлениям и соответствию затронутой теме авторских знаний, сколько по тому, насколько интересно был "завернут" сюжет. Обычно в ситуации, когда не согласен с выборами героев, ни за что так не поступил бы, в голову бы такой вариант действий не пришел бы, попеременно ругаешь то автора, то персонажей в нереалистичности, глупости или самонадеянности, тем самым снижая балл произведению. Но в классике можно быть не согласным со всем происходящим, диву даваться изощренности ума и чувств героев, но ощущать мощное притяжение чуждой тебе по сути истории, замечая за собой увлечение в прослеживании особенностей их, ставшей для тебя далекой не так по времени, как по выборам и решениям, жизни.

Существует, так сказать, два типа вины - вина, как осознание ошибки с выводом, что так больше не стоит себя вести или не нужно поддаваться лишь чувствам/рассудку/чужому или исключительно своему мнению, и ВИНА, в которой нет понимания оплошностей, а есть одно сплошное заблуждение, что теперь нужно любой ценой искупить даже мельчайший промах. Корни во втором случае растут из неумения себя адекватно оценивать и ценить вообще - итог в таком случае всегда печальный. Поэтому ждать счастливого развития событий в жизни девушки Тэсс, которая существует в ореоле собственных надуманных ВИН (уж очень много поводов придумывает себе, поэтому сложно ограничиться единственным числом), не приходится уже с первых минут знакомства с героиней. Вся жизнь будто ополчилась против юной красавицы, когда из-за нее погибла лошадь, дающая возможность выжить семье, случился грех, не подтвердились ожидания родителей и любимого человека и разыгралась финальная трагедия, поставившая крест на шансах, учуй которые, Тэсс еще могла бы спасти положение. Но только дело не в судьбе, роком она стала из-за того, что девушка позволила себе поддаться ВИНЕ, которая как и уныние уничтожает и разрушает человека, становясь вечной спутницей его решений. Все свои выборы юная красавица делала исключительно ради искупления, надумав себе, что обязана исправить и исправиться, достичь какого-то выдуманного идеала, что ли - ведь и сформулировать цель девушка не могла. И если начало было положено совсем небольшой промашкой, то как и в притче о смирении про то, что не можешь вынести маленький мешок, держи ношу все тяжелее и тяжелее с каждым разом, так и с достижением осознания самоценности каждая новая вина становилась все более мощной. И каждый раз Тэсс не прислушивалась к голосу сердца и совести, твердящими все громче, что не надо этого делать, и шла наперекор своим желаниям, что, как обычно бывает и должно происходить, завершилось извержением вулкана внутренних задавленных импульсов самой ее личности.

Я не согласна ни с единым выбором Тэсс и даже ее семьи, любимого и нелюбимого:

Мы сами строители своей жизни - судьба, Бог, Вселенная предоставляют нам лишь некую ограниченность территории выбора, но никак не самих решений. И именно поэтому мы должны быть готовы, должны в полной мере осознавать, что каждое действие вызывает последствие. Если действие не прочувствованно, не продуманно, не давая себе права на ошибку - последствие выйдет нам боком, и мы кончим как Тэсс, утратив все шансы на изменение жизни и трансформацию, став, по сути, никем - игрушкой в руках других; если же совершая поступки мы разрешаем себе услышать собственный внутренний голос и не быть идеальными, идем на встречу со страхом поступить не так, как этого от нас ждет кто-то (если душа орет, что это не наш путь), то у нас всегда остается возможность наладить свое существование. Давайте же не будем в своей жизни Тэсс, а прислушаемся к интуиции, дадим себе разрешение не следовать придуманной кем-то дорогой, позволим себе расплачиваться соотносящейся с совершенной ошибкой ценой без жертвования собой и потакания требованиям окружающего мира.

P.S. Если бы не заунывно-скучный стиль повествования история, несмотря на полнейшее мое "наоборот", получила бы 10✯.

Ах, наконец-то я припала к классной классике! Как тяжело вернуться к многослойным описаниям внешности, одеяний, чувств героев, окружающей их природы и интерьеров! Но до чего же это здорово! Я привыкла, что в классических английских романах главные героини - здравомыслящие, учтивые, добросердечные, - и никак не ожидала от Батшебы Эвердин таких вопиющих поступков! Играться чувствами людей, отмахиваться от признаний и рьяно реагировать на абсолютно обескураживающую правду! Она невероятно сильная женщина, хозяйка фермы, и пожалуй, эта власть и естественное тщеславие, присущее слабому полу, кружит ей голову. Основная сюжетная линия перемежается с типичными для крупных хозяйств процессами - мойка и стрижка овец, заточка орудий для жатвы, сбор урожая, его сбыт на местных ярмарках. И иногда наблюдение за ними казались более захватывающим, чем треволнения героев!
Как же мы, женщины, любим спецэффекты! Как поддаёмся льстивым речам, потоку остроумия, витиеватым комплиментам! И как редко любим (такие очень редки) здравомыслящие, низкобюджетные потоки сознания. Ничего не поделаешь, «романы всегда кончаются там, где начинается замужество».
Этакий любовный многоугольник в суровой фермерской реальности Северной Англии. И хорошо, что история развернулась «вдали от обезумевшей толпы». Потому что городские массы такое не оценили бы. Слишком много скандального и двусмысленного, но как раз это и ценят жители сельской местности, где привычка обмывать кости немногочисленному люду заменяет яркие, разнообразные развлечения больших городов.
Очень своеобразные герои, все как один. Прониклась уважением лишь к Габриэлю Оуку и фермеру Болдвуду, причём второй пал жертвой невероятно извращённой глупости. Но все хорошо, что хорошо кончается - резким движением пера автор ломает сложные геометрические фигуры и все заканчивается так, как должно было страниц на 100 ранее.
История поучительная, занимательная, ещё раз доказывающая, что не смыслящим в точных математических науках девушкам стоит быть скромнее и меньше заигрываться собственным тщеславием.

Ах, наконец-то я припала к классной классике! Как тяжело вернуться к многослойным описаниям внешности, одеяний, чувств героев, окружающей их природы и интерьеров! Но до чего же это здорово! Я привыкла, что в классических английских романах главные героини - здравомыслящие, учтивые, добросердечные, - и никак не ожидала от Батшебы Эвердин таких вопиющих поступков! Играться чувствами людей, отмахиваться от признаний и рьяно реагировать на абсолютно обескураживающую правду! Она невероятно сильная женщина, хозяйка фермы, и пожалуй, эта власть и естественное тщеславие, присущее слабому полу, кружит ей голову. Основная сюжетная линия перемежается с типичными для крупных хозяйств процессами - мойка и стрижка овец, заточка орудий для жатвы, сбор урожая, его сбыт на местных ярмарках. И иногда наблюдение за ними казались более захватывающим, чем треволнения героев!
Как же мы, женщины, любим спецэффекты! Как поддаёмся льстивым речам, потоку остроумия, витиеватым комплиментам! И как редко любим (такие очень редки) здравомыслящие, низкобюджетные потоки сознания. Ничего не поделаешь, «романы всегда кончаются там, где начинается замужество».
Этакий любовный многоугольник в суровой фермерской реальности Северной Англии. И хорошо, что история развернулась «вдали от обезумевшей толпы». Потому что городские массы такое не оценили бы. Слишком много скандального и двусмысленного, но как раз это и ценят жители сельской местности, где привычка обмывать кости немногочисленному люду заменяет яркие, разнообразные развлечения больших городов.
Очень своеобразные герои, все как один. Прониклась уважением лишь к Габриэлю Оуку и фермеру Болдвуду, причём второй пал жертвой невероятно извращённой глупости. Но все хорошо, что хорошо кончается - резким движением пера автор ломает сложные геометрические фигуры и все заканчивается так, как должно было страниц на 100 ранее.
История поучительная, занимательная, ещё раз доказывающая, что не смыслящим в точных математических науках девушкам стоит быть скромнее и меньше заигрываться собственным тщеславием.

Ах, наконец-то я припала к классной классике! Как тяжело вернуться к многослойным описаниям внешности, одеяний, чувств героев, окружающей их природы и интерьеров! Но до чего же это здорово! Я привыкла, что в классических английских романах главные героини - здравомыслящие, учтивые, добросердечные, - и никак не ожидала от Батшебы Эвердин таких вопиющих поступков! Играться чувствами людей, отмахиваться от признаний и рьяно реагировать на абсолютно обескураживающую правду! Она невероятно сильная женщина, хозяйка фермы, и пожалуй, эта власть и естественное тщеславие, присущее слабому полу, кружит ей голову. Основная сюжетная линия перемежается с типичными для крупных хозяйств процессами - мойка и стрижка овец, заточка орудий для жатвы, сбор урожая, его сбыт на местных ярмарках. И иногда наблюдение за ними казались более захватывающим, чем треволнения героев!
Как же мы, женщины, любим спецэффекты! Как поддаёмся льстивым речам, потоку остроумия, витиеватым комплиментам! И как редко любим (такие очень редки) здравомыслящие, низкобюджетные потоки сознания. Ничего не поделаешь, «романы всегда кончаются там, где начинается замужество».
Этакий любовный многоугольник в суровой фермерской реальности Северной Англии. И хорошо, что история развернулась «вдали от обезумевшей толпы». Потому что городские массы такое не оценили бы. Слишком много скандального и двусмысленного, но как раз это и ценят жители сельской местности, где привычка обмывать кости немногочисленному люду заменяет яркие, разнообразные развлечения больших городов.
Очень своеобразные герои, все как один. Прониклась уважением лишь к Габриэлю Оуку и фермеру Болдвуду, причём второй пал жертвой невероятно извращённой глупости. Но все хорошо, что хорошо кончается - резким движением пера автор ломает сложные геометрические фигуры и все заканчивается так, как должно было страниц на 100 ранее.
История поучительная, занимательная, ещё раз доказывающая, что не смыслящим в точных математических науках девушкам стоит быть скромнее и меньше заигрываться собственным тщеславием.