Глава 8

Гостиная наместника – по совместительству градоначальника северной столицы, – лорда Гевилла Форли, была обставлена более чем роскошно: мягкая мебель, обтянутая дорогими тканями, помпезные люстры, картины в позолоченных рамах и золоченые же ручки на дверях и оконных рамах. Такую обстановку можно было бы назвать воистину королевской, если бы Мартин регулярно не бывал в аскетичной гостиной настоящего короля.

Да и слуги в королевском дворце были вышколены не хуже, но явно менее запуганы. Здешние, казалось, и дышат-то через раз, приближаясь к круглому столику в диванной зоне, где расположились хозяин и его гость. Идеально прямые спины, поднос строго в одной руке, вторая согнута в локте и убрана за спиной, белые фартуки, белые перчатки… белые лица.

Наместник же заискивающе улыбался, всем своим видом напоминая обожравшегося копченым окороком кота. Его круглые румяные щеки даже блестели соответствующе, не хватало только усов. Впрочем, их успешно заменяли три длинных напомаженных волоска, перекинутые на темени с одной стороны на другую в тщетной попытке прикрыть огромную лысину, как и щеки, ярко блестящую в свете потолочных ламп.

– Лорд Викандер, рад наконец встретиться лично, – распылялся лорд Форли, не переставая стрелять в Марта маленькими глубоко посаженными глазками и поспешно их отводя. – Ваш приезд – большое событие и большая честь для нашего города и всей провинции в целом…

И большой повод для беспокойства, перевел для себя Мартин и сдержанно улыбнулся. Лорд Форли был значимой фигурой Северной провинции, поэтому деваться было некуда. К счастью, кресло оказалось удобным, предложенный кофе – вкусным, а половину лживых комплиментов можно было пропустить мимо ушей.

– Правда, признаюсь, ваш… э-э…

– Помощник, – подсказал Март, когда глаза лорда Форли забегали быстрее в попытке подобрать точное название для посетившего его недавно Гилберта Поллоу и при этом никого ненароком не обидеть.

– Так он ваш помощник! – чему-то обрадовался наместник.

Чашка в пальцах мага качнулась.

– А были сомнения?

Видимо, во время своего визита Поллоу был в ударе и по максимуму задействовал образ приехавшего в глубинку столичного аристократа.

С одной стороны, хоть какая-то польза – запугал наместника и подготовил почву для начала сотрудничества он на славу. А с другой – надо думать головой, прежде чем наживать себе высокопоставленных врагов там, где у тебя нет никой поддержки.

– Ну что вы, – снова расплылся в слащавой улыбке хозяин дома. – Ваш помощник – невероятно учтивый, хорошо воспитанный и располагающий к себе молодой человек. Мы очень приятно побеседовали. И о вас он отзывался самым наилучшим образом.

«Убью», – мрачно подумал Мартин.

– Могу себе представить, – произнес вслух, выдавив из себя улыбку.

– Правда… – Наместник помедлил, снова подбирая слова. – Я не совсем понял, о какой проверке идет речь?

Представляя, как при встрече придушит Поллоу, Март на мгновение отвел взгляд, но при этих словах, снова вскинул глаза к лицу собеседника. Тот же, неверно истолковав его реакцию, поспешил пойти на попятный.

– Нет, я, конечно же, понимаю, что его величество не вручит свой перстень кому попало. Тем не менее…

– Тем не менее Гильдия магов не имеет отношения к общему управлению провинцией, – Мартин сам закончил оборванное предложение.

Наместник благодарно кивнул и улыбнулся на сей раз чуть смущенно, мол, это не я сказал, вы сами все понимаете.

Впрочем, сорвавшееся с его языка красноречивое «кому попало» говорило само за себя.

– Проверка касается исключительно Гильдии магов, – заверил Мартин.

Наместник выдохнул с видимым облегчением. Вынул из натянувшегося на объемном животе сюртука носовой платок и промокнул им блестящую лысину

– Фу-ух, ну и натопили дурни… – фальшиво попытался замаскировать истинные причины испарины.

Мартин понимающе улыбнулся.

Что ж, так в эти игры и играют. Когда он согласился на предложение короля и принял должность соглавы Гильдии магов, никто не обещал ему, что будет легко.

Тем не менее от взаимного лицемерия уже подташнивало. Не спасал даже отличный кофе.

– Тогда, раз уж мы все выяснили касательно наших полномочий, может быть, перейдем к делу? – Мартин поставил опустевшую чашку на стол.

Лорд Форли еще раз промокнул лысину, не забыв для поддержания легенды о несуществующей жаре метнуть раздраженный взгляд в стоящего у дверей слугу, и, сложив руки на животе, приготовился слушать.

– Так чем я могу помочь Гильдии магов, лорд Викандер? – осведомился так слащаво, что Марта затошнило сильнее.

***

Он покидал дом наместника в противоречивых чувствах. С одной стороны, беседа прошла продуктивно, и лорд Форли охотно согласился предоставить все необходимые документы, касающиеся средств для содержания Гильдии магов, проходящих через его руки из королевской казны. С другой – после беседы с этим скользким человеком хотелось помыться.

С хозяином распрощались еще в гостиной, поэтому провожали его только слуги: молодой мужчина, все это время присутствующий в комнате во время разговора в ожидании срочных приказов, и девушка, выпорхнувшая в холл из гардеробной, неся в руках плащ и перчатки.

Поблагодарив, Мартин забрал и то и другое.

Пока он одевался, персонал стоял неподалеку, сцепив руки перед собой и глядя в пол, словно куклы на витрине лавки с игрушками. Перед отъездом Март как раз был в одной такой – покупал дочери подарок.

– Порет? – спросил он прямо.

– Что вы, господин! – Девушка всплеснула руками и прижала ладони к мгновенно вспыхнувшим щекам.

Мужчина промолчал, только крепче сжал губы.

Порет слуг, опасается столичной проверки и потеет, когда нервничает, – яркая характеристика образа наместника. Но, увы, по закону ненаказуемая.

Мартин вздохнул и вышел за дверь.

Глава 9

На постоялый двор Мартин вернулся злым и отчего-то уставшим, несмотря на то что провел последние часы сидя в мягком удобном кресле. Жаль, нельзя сказать, что в приятной компании.

Слуг этот урод порет…

Все еще подташнивало, а от слепящей глаза позолоты разболелась голова.

Поллоу куда-то запропастился.

Нужно было провести с ним серьезную беседу на тему «Как нельзя разговаривать с наместниками», а заодно наконец забрать королевское кольцо, о котором Мартин, к своему стыду, совершенно забыл после возвращения из Пятилесок.

Тем не менее, не обнаружив Гилберта в общей гостиной, Март выдохнул с облегчением. Он и так сорвался на помощнике прошлым вечером, и, окажись тот поблизости сейчас, попал бы под горячую руку и услышал бы о себе больше, чем заслужил.

Хоть и заслужил…

Убедившись с помощью магического зрения, что Поллоу нет и в спальне, Март заперся в своей комнате.

Он слышал, как утром Гилберт интересовался у владельца постоялого двора о нравах северных женщин. Так что, вероятнее всего, помощник отправился в какой-нибудь элитный бордель. Со столичной инспекцией, разумеется. Вот уж где пригодится королевский перстень…

Поймав себя на том, что, как вчера Гилберт, нарезает по комнате круги не в силах справиться с раздражением, Мартин, одернув себя, резко остановился; рванул стул, с грохотом проехавший ножками по паркету, и уселся за стол.

Письма пришли еще утром, но из-за назначенной встречи с наместником он не успевал их прочесть, а второпях не стал и пытаться.

Первым распечатал конверт, полученный от жены.

По прибытии Март отписался ей, что наконец добрался и пока не знает, насколько задержится. Увы, не обладающей магическим даром Корнелии требовалось не только написать послание, но и отправить его с помощью какого-нибудь мага, что значительно замедляло процесс переписки. Потому Мартин даже не удивился, не получив ответа в тот же день. Теперь же она прислала не просто короткую записку, как он ей, а отправила полноценное письмо в конверте.

Корнелия писала, что у них все хорошо, разве что зарядили дожди, и в последнюю неделю они с дочкой почти не выходили из дома. Но им было нескучно: Эль вызвалась помогать Мирте печь пироги, и еще несколько дней они все дружно отмывали дом. А пришедший было в гости Брэниган трусливо сбежал, едва увидел эту вакханалию…

Мартин улыбался, читая эти строки и представляя, что могла устроить неугомонная Эль, если мать и добрая кухарка допустили ее до муки.

Он почти избавился от чувства гадливости, поселившегося у него внутри после общения с наместником, как вдруг напрягся, когда Корнелия внезапно перескочила с пирогов на то, что приставленные к ним маги из гильдии достойно несут службу и совсем им не докучают.

Потом зачем-то опять упомянула погоду…

«А со снусом все обошлось. Инцидент исчерпан, можешь не беспокоиться. Любим, скучаем», – резко обрывалось письмо, и Март, не веря своим глазам, даже заглянул на обратную сторону листа в поисках продолжения, хотя и понимал, что после «любим, скучаем» было бы нелогичным писать что-то еще.

И даже упоминание снуса, каким-то образом очутившегося в их доме, не встревожило его так сильно, как уже набившая за последние дни оскомину фраза «инцидент исчерпан».

Побарабанив пальцами по столу, он убрал письмо в выдвижной ящик и достал чистый лист. «Снус???» – написал одно-единственное слово и сразу же отправил.

У двухлетней Эль недавно проснулся дар, и ему казалось, он достаточно ясно объяснил своим подчиненным, что следить за ней и за тем, что она вытворяет, следует денно и нощно. А в том, что нечисть в их доме появилась с ее легкой руки, не вызывало сомнений – не по годам смышленая Эль была порой настоящим стихийным бедствием и до пробуждения сил. Чего только стоило, когда она, улизнув от матери, увела из стойла и притащила в гостиную коня. Благо в конюшне был тогда один Мрак, а он ни за что не навредил бы ребенку.

Томлин, маг, которому Мартин адресовал послание, подозрительно долго молчал, очевидно, выписывая в ответ очередное: «Инцидент исчерпан, поэтому мы не стали вас беспокоить». И Март, вздохнув, распечатал другой конверт – от Приуза – в несколько раз больше и пухлее предыдущего.

В нем оказалась целая сшитая папка.

***

К закату Мартин уже знал, что ассоциация оказалась верна: снус в их доме появился точно так же, как и когда-то Мрак посреди гостиной. Обнаружив забредшую от соседей нечисть, Эль приняла ее за большого черного кота (то, что у снуса вместо шерсти иголки, девочку, видимо, не смутило) и, завернув его в стащенную у кухарки шаль, приволокла домой.

Сигналки на такую наглость, конечно же, не отреагировали, потому как хозяева могут впускать внутрь кого угодно.