Глава 10

Из-за скоропалительного отъезда Мартин отправился в поездку, обладая лишь обрывочными данными касательно севера королевства. Приуз присылал ему информацию уже во время морского путешествия. Но этого все равно оказалось недостаточно, и только теперь Март восполнил пробелы в знаниях сполна.

То, что Дейл Хорес занимал свою должность более трех десятков лет, Мартин знал изначально и позже уже читал о его заслугах на посту главы гильдии. А вот то, что на это место его назначили не приказом из столицы, а протолкнул по дружбе бывший наместник Северной провинции, стало откровением.

То, что этим наместником был сам Горден Айрторн – неприятным сюрпризом.

Это сейчас по приказу короля кресло наместника каждые четыре года занимал новый кандидат (к удовольствию Марта, лорд Форли как раз отсиживал на этом месте последний год из заявленных). Раньше же это звание было наследуемым, а древний род Айрторнов правил севером еще с тех времен, когда трон принадлежал предыдущей королевской династии, а сменилась она чуть больше трех столетий назад.

Все эти годы Северная провинция почти не зависела от столицы. Более того, во время конфликта с Аленсией, когда королевская казна оказалась категорически не готова к внезапно вспыхнувшей войне, именно север и Айрторны обеспечивали армию и флот, а затем еще и за свой счет отстраивали разрушенные в ходе военных действий порты.

Все изменилось тридцать лет назад, когда лорд Горден Айрторн решил, будто Северная провинция настолько независима от столицы, что имеет право иметь собственную армию. В ответ Лагуст Третий заявил, что север слишком много на себя берет (и, объективно, был прав) и пригрозил кровавой расправой всем, кто не преклонит колени перед королевской властью. На такую формулировку Горден Айрторн оскорбился и ничего преклонять не стал (в чем тоже был отчасти прав, учитывая былые заслуги его рода). Однако вместо поиска компромисса Айрторн принялся готовить заговор против короля и вскоре лишился головы (в чем на этот раз Лагуст был прав уже бесспорно).

Тем не менее вклад Айрторнов в благо Реонерии был также неоспорим, и, когда выяснилось, что наследники Гордена не имели отношения к заговору отца, их оставили в покое и даже не лишили ни титула, ни земель – только наместничества.

Какого черта при этом не заменили главу Гильдии магов, явного протеже казненного изменника, – другой вопрос. А учитывая то, что столичной гильдией в те времена руководил нечистый на руку белый маг Делоусис, – скорее риторический. Отец Марта никогда не вмешивался в рядовые дела Гильдии магов.

А теперь оказывается, что Дейл Хорес – старый друг старого же Айрторна. И если копать не особенно глубоко, об этом нигде не сказано. Случайность за давностью лет, или же умышленное утаивание фактов?

И не похоже, чтобы составляющего досье Приуза это слишком смутило. Может, потому что он не был знаком с «хорьком» Хоресом лично?..

Мартин резко захлопнул папку и сжал пальцами переносицу. Нельзя делать выводы, основываясь на личной симпатии или антипатии, – не на его должности.

Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь заставить себя мыслить ясно и беспристрастно. Только потом взмахнул рукой, зажигая магией настольный светильник, и снова придвинул к себе папку.

«Лорд Борден Айрторн», – гласил заголовок на следующем листе.

***

Дочитался Март до рези в глазах, пропустил ужин, засиделся за полночь и в конце концов бесстыдно уснул прямо за столом, положив голову на руки поверх присланных Приузом документов.

«Корден… Миклен…Зеннен… Арисса… Налисса… Кларисса…» – так и вертелись у него в голове имена, казалось, бесконечных детей Бордена Айрторна. Шестерых, на самом деле. Но всех их звали по одному принципу: имена мальчиков заканчивались на «ен», а девочек на «исса», из-за чего все они выглядели похожими и совершенно не запоминались.

«Борден и Марисса родили Клариссу»… – плыла в голове полуневнятная мысль, когда в дверь вдруг громко постучали.

Мартин вскинул голову, напоролся взглядом на яркий свет непогашенной настольной лампы и, на мгновение ослепнув, отчаянно заморгал, пытаясь вспомнить, где он и как сюда попал. Тело откликнулось болью в неудобно повернутой во время сна шее, и в этот момент стук снаружи повторился.

– Лорд Викандер! Лорд Викандер! – узнал Март голос владельца постоялого двора, который сам никогда не поднимался в комнаты даже к самым высокопоставленным гостям, передавая все необходимое через работников. – Лорд Викандер!

Опрокинув, вставая, стул, мысленно чертыхнувшись и так и оставив его валяться на боку посреди спальни, Мартин поспешил к двери, на ходу растирая ладонями заспанное лицо.

– Лорд Викандер, слава богам! – выдохнул хозяин, стоило ему открыть дверь.

Вид у того и правда был не просто встревоженный, а по-настоящему испуганный. И Март сперва по привычке подумал, что на постоялый двор забралась нежить или нечисть, а потому владелец, запаниковав, сам бросился за помощью к черному магу. Но магический фон оказался абсолютно чист.

– Господин Генто, что случилось?

– Лорд Викандер… – Пожилой мужчина тяжело дышал – видимо, бегом поднимался по лестнице. – Лорд Поллоу…

Мартин снова прошелся по зданию магическим зрением, но белой ауры помощника поблизости не было.

– …Его забрали люди лорда Айрторна!

На сей раз Март чертыхнулся вслух.

***

– Держите, господин Генто. Выпейте. – Март обошел диван и протянул мужчине, которого минуту назад усадил туда чуть ли не силой, стакан воды.

Тот взял стакан дрожащими руками и, пока умудрился донести его до рта, расплескал половину содержимого на брюки.

Мартин поморщился.

– И перестаньте уже трястись.

Генто глянул на него исподлобья.

– В-вы н-не знаете, кто т-такой лорд Айрторн.

Март пожал плечами. Он и раньше знал, кто такие Айрторны, – происхождение обязывало. Разве что именами детей и личной жизнью не интересовался. И, по сути, это было единственным новым, что он прочел из присланного Приузом досье.

– А вы? – Мартин подошел к креслу, расположенному боком к дивану, и сел так, чтобы оказаться лицом к собеседнику. Господин Генто дернулся, попытавшись было встать из уважения к важному гостю, но Март остановил его жестом. – А вы сами знаете, кто такой Айрторн?

– Оч-чень опасный человек. Страшнее самого короля, – голос мужчины упал до шепота, будто он только что озвучил ужасную тайну.

Март даже моргнул от изумления.

– А король такой страшный? – уточнил осторожно.

И на сей раз на него посмотрели как на полного идиота.

О прекрасный и удивительный север! Трупоеды, страшный и ужасный король… Что следующее?

– Мне очень жаль, – убитым голосом продолжал господин Генто. – Это случилось на рассвете, я был во внутреннем дворе и не слышал…

– А я спал. – Мартин отмахнулся от неуместных сейчас покаяний. – Так что произошло? Зачем мой спутник понадобился Айрторну, да еще и в такую рань?

– Лорду Айрторну, – автоматически поправил собеседник. Брови Марта поползли вверх. – Я сам не видел, но, как мне передали, лорд Поллоу только что вернулся и не успел подняться наверх, когда приехали люди лорда Айрторна… Они… Они потребовали выдать им мага с королевским перстнем…

Мартин мысленно застонал. Вот что следующее.

Что за комедия абсурда?

– И лорд Поллоу показал им печатку?

– Ну конечно, – растерялся старик. – Он же ее никогда не снимает…

И за эти два дня явно уже намозолил ею глаза всем местным обитателям. Идиот.

– Спасибо, господин Генто. Вы мне очень помогли.

Мартин поднялся из кресла и направился к вешалке с одеждой.

– Куда вы, лорд Викандер? – испугался хозяин, с неожиданной прытью вскочив вслед за ним.

Март обернулся, пожал плечом.

– В гости к лорду Айрторну, разумеется.

Господин Генто побледнел.

Глава 11

Несмотря на то что давно рассвело, на улице было мрачно, словно в вечерних сумерках. Небо полностью закрыли тяжелые, темные тучи. В воздухе, оседая холодными каплями на лице и одежде, висела влага. Из-за внезапной оттепели лежащий на тракте снег превратился в грязную хлюпающую под копытами жижу; из-под колес проезжающих мимо телег щедро летели брызги.

Передернув плечами в начинающем промокать плаще, Мартин направил кобылу к обочине, чтобы пропустить движущийся навстречу обоз, но его все равно окатило грязью до самого пояса. Похоже, люди Айрторна не зря заявились на постоялый двор на рассвете, пока по ночной прохладе дорогу еще не развезло.

Март натянул капюшон по самый нос, но от вездесущей влаги все равно не было никакого спасения – вода уже застилала глаза. Пришлось снимать вымокшую насквозь перчатку, чтобы вытереть лицо.

Из-за своей медлительности обоз, на самом деле состоящий из десятка телег и пары крытых повозок, казался бесконечным, а потом и вовсе остановился. Мартин дал лошади шенкеля.

Вскоре стала ясна причина остановки: предпоследняя телега угодила задним колесом в канаву и намертво застряла. Что бы ни лежало под перетянутым сверху бечевкой брезентом, оно явно было тяжелым, и у суетящихся по пояс в ледяной жиже обозчиков никак не получалось вытянуть телегу обратно.

Март двинул запястьем, и повозка, на мгновение приподнявшись в воздух, встала на дорогу всеми четырьмя колесами. Люди синхронно ахнули и испуганно заозирались.

Он поспешил проехать мимо.

***

Когда спустя два часа пути Мартин добрался до места, он окончательно вымок и перепачкался до самых локтей.

Придержал лошадь у подножия холма и сквозь плотную пелену мелкого дождя вгляделся в расположенный на его вершине замок. Издалека казалось, что острые шпили темных башен касаются грозового неба, а то и вовсе норовят проткнуть черные тучи насквозь.

Замок, надо же…

Никто из современных аристократов уже давно не содержал замков и тем более в них не жил. Впрочем, в том, что северяне чтили традиции и были противниками перемен, Мартин уже успел убедиться.

Он тронул лошадь, и та послушно побрела по узкой дороге, ведущей по склону вверх и петляющей меж крупных обтесанных ветром валунов и сухих кустарников, в такую погоду кажущихся совершенно черными.

Ближе к вершине холма почва стала более каменистой, а когда темная громада замка закрыла собой небо, сделалось холоднее. У подножия крепостной стены, куда и в хорошую погоду не попадало солнце, лежал снег.

Движение на этой стене Март заметил еще издали: темная фигура выскользнула из смотровой башни и побежала к воротам. Ветер донес отзвуки чьих-то голосов, но слов из-за высоты стены было не разобрать.

Что ж, во всяком случае, его увидели и не стали стрелять…

А когда до ворот оставалось всего несколько метров, тяжелые, обитые металлом створки поползли в стороны, открывая вид на выложенный камнем замковый двор – мрачный, серый и мокрый, как и все вокруг.

***

Его проводили к хозяину замка без единого вопроса. Споро повели по узким выложенным темными коврами коридорам и каменным винтовым лестницам, даже не предложив оставить внизу мокрую верхнюю одежду.

Пришлось сушиться и чиститься магией по дороге прямо на глазах часто оборачивающегося молчаливого слуги. Заметив взметнувшееся от плаща к потолку облачко пара, тот испуганно округлил глаза, но так и не сказал ни слова.

– Хозяин в гостиной, – было первым, что произнес провожатый, остановившись перед массивными двустворчатыми дверями из красного дерева, и… дал деру.

Март хмыкнул, проводив взглядом его спину в черном форменном жилете, и, сунув перчатки в карманы распахнутого плаща, толкнул дверь. Петли протяжно скрипнули.

В помещении оказалось сумрачно: узкие окна-бойницы почти не пропускали свет снаружи, а единственным источником дополнительного освещения был камин, горящее пламя которого отбрасывало на пол и стены причудливые тени.

Книжный шкаф, кресло-качалка с брошенным на нем пледом с пушистой бахромой по краям, звериная шкура вместо коврика для ног… и стоящая у камина спиной к двери огромная темная фигура, при взгляде на которую первая мысль, посетившая Мартина, была о том, что не того северянина он недавно счел похожим на медведя. В сравнении с владельцем замка жителя Пятилесок можно было назвать максимум медвежонком.

Когда петли скрипнули, лорд Айрторн осушил содержимое своего бокала, который до этого держал в руке, одним большим глотком и выплеснул оставшиеся капли в огонь. Раскаленные поленья зашипели, разбрызгивая искры, отчаяннее заплясали тени, а медведеподобная, массивная фигура, оставив хрусталь на каминной полке, стремительно развернулась.

Седые виски, испещренное морщинами лицо, квадратный подбородок и пристальный, пронизывающий взгляд из-под выпирающих вперед тяжелых надбровных дуг.

Март врос ногами в пол, так и не успев отпустить дверную ручку.

В голове тут же всплыла детская сказка о чудовище из замка, которую так любила его сестра: чудовище было огромным и злым и ело всех, кто решался ступить на его территорию. Потом оно, кажется, подобрело и женилось на принцессе. Подробностей Март уже не помнил, но точно знал, что, слушая няньку, представлял себе чудовище именно таким.