Однако для того, чтобы завоевывать женщин, красота ему не нужна; сам по себе сильный аромат мужественности, который источают подобные натуры, это самонадеянное неистовство, безоглядная сила, аура войны и победы действуют сильнее всякого соблазна; женщины никого не любят сильнее и страстнее, нежели мужчину, которого одновременно боятся и боготворят, при виде которого их захлестывает легкое, щекочущее чувство ужаса и опасности, усиливая их желание до загадочных пределов. Однако если такой разбойник не просто «mâle»[71], дикий быкоподобный самец, а, как в случае с Босуэллом, эта неприкрытая грубость окружена вместе с тем ореолом придворной культуры, если ему к тому же присущи ум и находчивость, то сила превращается в неотразимость.