19.

Утро, как многим известно, начинается не с кофе. Несмотря на ночные бдения, и Феликс, и Семён проснулись рано. Ученый все утро провел в комнате отдыха, сразу предупредив Феликса, чтобы тот его не беспокоил. Медитация – инструмент умственного самосовершенствования, который избавляет человека от негативных эмоций, помогает контролировать себя, и каждый свой день Семён начинал с этого упражнения. Он всегда был подвержен стрессу и старался бороться с этой проблемой.

Тем временем Феликс предвкушал поездку. Сегодня он все вспомнит. Даже нет – сегодня он узнает, кто он, где живет и с кем. Возможно, наконец встретится с родителями и крепко обнимет их. А еще обязательно познакомит их с Семёном. С Биллом он бы тоже хотел их познакомить, но…

«У Билла такой своеобразный характер, и родителей я не помню, вдруг они решат, что Билл для меня плохая компания?.. Нет, я смогу их убедить в обратном! Интересно, они меня ищут?»

В прихожей раздался звонок. Феликс поспешил открыть, пока посторонний звук не помешал Семёну, и замер от радости: Билли! Учитывая, что вчера Семён лично дал ему выходной, Феликс искренне сомневался, что увидит своего необычного няня еще раз. Но он пришел, сам, хотя был не обязан!

 «Значит ли это, что мы теперь друзья? Или ему некого подкалывать?»

– А самолет летит, колеса терлися, а вы не ждали нас, а мы приперлися! – Билл потрепал волосы Феликса. – Хей, не помер, значит, вчера. Ты, конечно, даешь, хоббит, я думал, у тебя башка взорвется!

– Б-ботам пришлось бы долго кухню отмывать… – Феликс скромно потер руку.

– Черт, твой припадок раскрыл в тебе чувство юмора! – рассмеялся Билл. – Моя школа! Иди, ставь чайник, мелкий!

«Страшны ли эти слова? Божечки, надеюсь, я не настолько изменился. Все же совсем не хочется подражать Билли в некоторых вещах!»

Феликс вприпрыжку побежал на кухню. А Билл, думая, что Семёна нет дома, решил пройтись по квартире. Он лениво пересек коридор, провел пальцем по зеркальной стене, с любопытством оглядывая полуоткрытые двери – Семён не одобрял лишние передвижения по дому, поэтому Билл хорошенько и не знал, как выглядит его жилище за пределами кухни и гостиной. И сейчас его внимание привлекла маленькая комната, полностью устеленная татами и разделенная на две части перегородкой. Окно было плотно завешено, тускло горели ночники, едва слышно играла успокаивающая музыка. Пахло тут приятно, благовониями.

– Оп, офигенное место для отдыха, – ударил в ладоши Билл, направившись к окну и распахивая шторы. – Билл, ты гений! Слышь, хоббит, а есть че пожрать?!

Сзади раздался необычный звук, напомнивший Биллу свист.

– О, чайник! – Билл радостно обернулся и тут же почувствовал, как его обдало холодком. На полу в позе лотоса сидел Семён и угрожающе смотрел на парня.

– Ой, а вот и вы! А я вас нашел… Кхм… – Билл пятился к выходу. – Ну, вы тип теперь водите. Думаю, вам стоит побыть тут и посчитать…

Каково же было удивление Феликса, когда после прозвучавшей на весь пентхаус фразы «есть че пожрать?!» Семён «открыл» Биллом новый проход. Билл кубарем влетел в кухню, пробив бумажную стену, и замер в нелепой позе вверх ногами. Феликс ошарашено отпрыгнул и перевел взгляд на дыру в стене. Там на заднем плане мелькал Семён, яростно шагая из стороны в сторону и сжимая и разжимая шарик-антистресс. Феликс глубоко вздохнул и решил ничему не удивляться.

– Чаю? – дружелюбно спросил он, обращаясь к Биллу.

– А может, найдется че покрепче? – опираясь о стол, поднялся Билл.

– То есть стена, я так понимаю, была для тебя недостаточно крепкая?! – Семён шагнул в кухню через новый проход. – Ты что же тут делаешь ни свет ни заря, дорогой мой Билли?!

– Так мне вчера на работе дали выходной, – съехидничал Билл, – и я подумал, что могу прийти в гости.

– Ты и «подумал» – две вещи несовместимые! – прорычал Семён. – Ладно, раз уж пришел, отвезешь нас в ЦОБ.

– Куда?

– Дорогуша, не прикидывайся более тупым, чем ты есть! – ученый продолжал мять в руке шарик.

– Вы бы об стены не швыряли, а то действительно последнее отобьете. – Билл взял из рук Феликса чашку с чаем и сделал глоток.

– Хорошо, Билли, приношу свои искренние, пошел в жопу, извинения! – шарик так сильно сжался в его руках, словно вот-вот лопнет. – Феля, дорогуша, завтракай и поедем.

Семён направился к выходу из кухни.

– А вы к нам не присоединитесь? – уточнил Феликс у его спины.

– Я уже сыт по горло… – пробубнил Семён в ответ. – Мне нужно позвонить по поводу ремонта.

– У вас намечается ремонт?

– Да, Билли, а еще большая стирка в скором времени.

«Удивительно, йога и медитация, оказывается, так хорошо укрепляют человека не только духовно, но и физически, – размышлял Феликс, с хлюпаньем потягивая чай. – Может, мне тоже стоит этим заняться? Тогда я стану таким же сильным, как Семён. О, и тогда ко мне точно никто из хулиганов не пристанет! Кстати о хулиганах…»

– Билл, а как Леви? Ты оставил его себе?

– Кого? – переспросил Билл. – А, ты про этого демона в кошачьей шкуре. Да, кошак теперь мой. Я думал, ты о нем больше не заговоришь. Кот, который тебя чуть не угробил, разве ничего в голове не екает?

– Н-ну, кот не виноват в том, что у меня аллергия, правда?

– Эт точно, – Билл протянул кружку обратно Феликсу. – Ну короче, надеюсь, Леви останется со мной. Обычно коты у меня долго не задерживаются.

– А я смогу к тебе приходить?

– Че? – удивился Билл. – Зафига?

– Я бы мог приходить играть с Леви…

– Ага, и ловить приходы, ты что, мазохист? – Билл встал в дверях, собираясь уходить. – Таких приколов от тебя мне больше не надо. Если что, я буду ждать внизу, у машины.

– Ты тоже завтракать не будешь?

– Я захватил батончики из холодильника.

Билл тряхнул парой шоколадок и удалился. Феликс остался за столом, одиноко глядя в чашку с недопитым чаем. Аппетит куда-то пропал.

«Неужели вернулось чувство потери?»

20.

Здание ЦОБа было видно за версту – в основном благодаря огромным буквам, горящим над крышей. Центр оформления браслетов – такие корпуса были расположены по всему городу, поэтому добираться было несложно. Феликс спокойно сидел, откинувшись на спинку кресла и держа руку на ремне безопасности, когда его внимание вдруг привлекла одна развилка. Почему-то она казалась до боли знакомой, Феликс даже привстал, но Билл свернул, и мальчик не успел разглядеть название улицы.

– Стойте! – Феликс забарабанил руками по спинке водительского кресла, оглядываясь назад. – Я, кажется, видел то место! Семён, Билл, пожалуйста, давайте развернемся!

– Слышь, истерик, успокойся, – ответил Билл, выравнивая руль, – тут одностороннее движение, как я тебе развернусь?!

– Н-ну припаркуй этот гроб где-нибудь! – тряс сидение Феликс.

– «Гроб»? – возмутился Семён. – Феля, что за выражения?

– Если бы это был гроб, на заднем сидении бы сейчас не болтали!

– Понятно, у кого он набрался, – покосился Семён на подчиненного. – Билл, еще раз…

– А че я сделал-то?!

Семён проигнорировал вопрос и подкрутил колесико магнитолы, другой рукой сжимая мячик.

Как будто сразу что-нибудь взорвется,

Не потеряй контроль,

Не потеряй контроль,

Как будто сразу умрешь от эмоций,

Не потеряй контроль,

Не потеряй контроль. ³

Билл припарковал машину у здания ЦОБа:

– Прибыли, ваше величество!

– Феля, дорогуша, мы обязательно вернемся к твоим «кажется» видениям, как только узнаем о твоем официальном прошлом. – Семён проигнорировал Билла и со строгим, но смиренным видом развернулся к Феликсу. – Договорились?

– Да, – прикусил губы мальчик и вышел из машины, хлопнув дверью.

– Господи, дай мне сил, – потирал виски Семён, – еще немного, еще немного…

– Вы уверены, что хотите идти с пацаном в ЦОБ? – Билл обратил внимание на особо нервозное состояние начальника. Тот как раз протирал руки антисептиком и проверял, на месте ли запасные перчатки. – Там ж наверняка опять очереди.

– С моими связями, думаю, в очереди нам сидеть не придется.

Билл ухмыльнулся и мысленно поставил крест на психике Семёна. Очереди в подобных заведениях были и будут всегда, и всем плевать, кто ты, Бог или Сатана – все равно будешь сидеть и ждать, ибо какая-то Марья Васильевна пришла по записи… Пусть и опоздала на два часа.

– Ты пока посмотри, что за улица на том повороте, но не тяни, – Семён тоже вылез из машины, – мы ненадолго.

«Наивный», – успел подумать Билл, прежде чем дверца машины захлопнулась.

Что бы там Семён о себе ни возомнил, какой бы известной личностью ни являлся, поход в ЦОБ делает из любой важной шишки обычного смертного.

– В смысле мне нужно взять талончик и ждать? – глаз Семёна подергивался. Номер на карточке явно давал понять, что задержаться все же придется. – Поймите, но у меня категорически нет времени…

– Молодой человек, – тучная пожилая женщина обратила на него недобрый взгляд, – правила одинаковы для всех, встаньте в очередь!

– Послушайте!

– Я не собираюсь повторять! – рявкнула она, четко проговаривая каждое слово, да так, что ее бордовые губы то растягивались, то собирались в трубочку. Семён притих, ощутив, как легкий холодок пробежал по спине. Он постоял еще пару секунд, а потом скрипнул зубами, пробубнил себе что-то под нос и с явной неохотой направился в сторону свободных диванов, ровно напротив экрана с талонами.

Феликс тихонько присел рядом: правила есть правила, их нужно соблюдать. Он покосился на ученого и поймал его злой взгляд, направленный на работницу ЦОБа. Та отвечала ему тем же. Мужчина сидел согнувшись, опираясь локтями о собственные колени, и нервно тряс ногой.

– Семён, – обратился к нему Феликс, стараясь сгладить ситуацию, – в-вам не стоит так нервничать, перед нами всего лишь три человека, это не займет много времени.

– Да, Феля, ты прав, – Семён прерывисто вздохнул и стянул перчатки с рук, чтобы в очередной раз сделать дезинфекцию, – я совершенно спокоен. Иногда стоит подождать.

Прошло около получаса. Боты уже успели привезти кофе всем, кто ожидал больше пятнадцати минут. «Какое все же необычное место, – размышлял Феликс, – время тут течет медленно или вовсе останавливается. Обычно в подобных местах уже давно все сотрудники либо роботы, либо симбионты, а тут живые люди. Хотя… в той женщине можно усомниться… ЦОБ – сумрачная зона города, точно. Надо будет это записать…»

– Талону №014 приготовиться.

Семён выдохнул и засобирался: встал с дивана, оправил рубашку, вновь достал антисептик из сумки.

– Здравствуйте, – вдруг обратилась к Семёну молодая женщина с длинными русыми волосами. Она мило улыбалась, а из-за ее длинной голубой юбки выглядывала девочка лет пяти. «Неужто фанаты?» – проскочило в голове Феликса. Семён легко улыбнулся, приглаживая волосы:

– Чем могу помочь?

– Я бы хотела поменяться с вами талончиками, – протянула женщина карточку с номером 27, – вы же следующий? А я, поймите, мать, я не могу долго ждать, у меня дела.

Улыбка Семёна тут же испарилась.

– Простите, но нет, – холодно ответил он, – тут каждый ждет своей очереди.

– В смысле «нет», – добродушный тон незнакомки тоже сменился на более грубый, – вы должны!

– Что вы сказали? «Должен»? – глаза ученого округлились от такой наглости. – Я вам ничего не должен!

– Талон №014 просим пройти в 9 кабинет.

– Я мать-одиночка с ребенком, – она продолжала гнуть свое. – Неужели вы не можете пойти мне навстречу?!

– В таком случае я тоже «мать-одиночка»! – бросил Семён, хватая растерянного Феликса за руку. – Пойдем, Феля!

И они поспешили скрыться за дверью кабинета. Феликс поежился, чувствуя, как взгляд незнакомки прожигает ему спину. «Все же хорошо, что я здесь не один, а с Семёном… Я бы, наверное, не решился отказать».

В кабинете дело пошло быстрее. По крайней мере, сначала им так показалось. Встретила их молодая улыбчивая девушка в строгом сером костюме и с собранными в пучок волосами. Она доброжелательно поприветствовала клиентов и жестом пригласила их присесть за белый стол со встроенным голограммным экраном.

– Здравствуйте, какой у вас вопрос?

– Добрый день, – Семён с важным видом сел на стул, пригладил волосы и бросил едва заметный взгляд на тонкий встроенный экранчик на жилетке девушки. На экранчике переливалось имя. – Анна, этот молодой человек потерял свой браслет, и нам нужно восстановить его данные.

– Я вас поняла, – девушка опустила голову и несколькими кликами вызвала нужную ей панель на экране стола, а затем вновь взглянула на посетителей. – Во-первых, должна сразу предупредить, что утеря браслета влечет за собой административную ответственность. Поэтому придется оплатить штраф. Если гражданин достиг шестнадцати лет, он имеет право оплатить его самостоятельно. В противном случае за него это обязан сделать гражданин, достигший шестнадцати лет.

– Шт-траф? – глаза Феликса испуганно округлились, и он инстинктивно обернулся на Семёна, но тот и глазом не моргнул, продолжая мило улыбаться девушке.

– Со штрафом проблем не будет, я готов заплатить за мальчика.

– Прекрасно, – Анна повторила процедуру, и в этот раз с края стола выдвинулся небольшого размера купол с красным свечением, – прошу, отсканируйте свой браслет, чтобы мы идентифицировали вашу личность.

Семён слегка подался вперед к сканеру, отодвинув рукав пиджака. Красный луч прошелся по экрану браслета и сменился зеленым свечением, затем купол автоматически задвинулся обратно.

– Личность подтверждена, Хорошеньких Семён Дмитриевич, – Анна пробежала глазами по экрану, проверяя нужные ей данные. – Семён Дмитриевич, подскажите, а кем вы являетесь мальчику?

– Я друг семьи, – с невозмутимым лицом ответил Семён.

Феликс совсем перестал понимать, что происходит, но решил довериться Семёну: все же он взрослый, он лучше знает, что говорить, да и сам Феликс вряд ли придумал бы ответ лучше, чем «я его гость».

– Это так? – неожиданно обратилась Анна к мальчику. Феликс на миг замер, не зная, стоит ли врать сотруднице ЦОБа.

«Но если иначе у Семёна будут проблемы? И у меня? И все затянется еще дольше, и я еще дольше не увижусь с родными… Дурак, Семён знает, как лучше, тебе просто нужно подыграть ему!»

– Д-да, это д-действительно так! – уверенно ответил мальчик.

– Хорошо, Семён Дмитриевич, тогда после того, как браслет будет сделан, вам нужно оформить доверенность, чтобы вы с мальчиком могли сюда прийти и забрать браслет, или же мальчик в следующий раз может просто прийти сюда с родителями, – Анна вновь взглянула на голограммный экран, – а то я вижу, что вы человек занятой… Но штраф вы можете оплатить прямо сейчас.

– Я вас понял, но у меня только два вопроса: сколько потребуется времени на восстановление браслета? И какова сумма штрафа?

– Сумма штрафа идентична размеру вашей заработной платы!

Феликсу на мгновение показалось, что улыбка девушки стала на долю шире и радостнее после того, как она произнесла эти слова. А вот мирная улыбка Семёна стала медленно таять.

– Сем-мён, я-я-я… – Феликс хотел было сказать, что он вернет все до копейки, но ученый остановил его.

– Тихо-тихо. Хорошо, Анна, я вас понял, – Семён сделал вдох и вновь прошелся рукой по волосам, – а что по поводу моего второго вопроса?

– После того как мы снимем все данные, готовность самого браслета займет около месяца.

– Месяца?! – Семён аж закашлялся, выхватив платок из кармана. – Мы не можем ждать так долго! Девушка, я настоятельно прошу войти в наше положение и сейчас же изготовить браслет! Вы верно подметили, что я очень занятой человек!

– Семён Дмитриевич, я прошу не повышать на меня голос, – девушка оставалась невозмутима, но улыбка с ее лица исчезла, – таковы правила, и если вы не сможете вновь порадовать нас своим визитом, то это сможет сделать кто-то из родителей мальчика, не стоит вам так нервничать. После изготовления браслета его можно забрать его в течение месяца, так что я уверена, что кто-то уж точно найдет окошко в графике ради своего ребенка. Вы все же сам себе начальник, если я правильно понимаю.

Феликсу казалось, что лицо Семёна багровеет на глазах. Мальчик даже представить не мог, в какой скандал может вылиться этот диалог. В голове крутилось одно:

«Это все из-за меня… Если бы я не потерял браслет, ничего бы не случилось…»

Феликс настолько погрузился в самобичевание, что сам не заметил, как по щекам побежали слезы. Семён и Анна оглянулись на ребенка. Красное лицо Семёна стало приобретать обычный цвет. Анна же, завидев слезы мальчика, протянула ему коробку салфеток.

– Тебе водички принести? – ласково спросила девушка.

Феликс отрицательно помотал головой, но салфетку все же взял.

– Анна, я вас очень прошу, давайте я доплачу за срочность, наверняка у вас есть такая функция, – миролюбивым, почти умоляющим голосом произнес Семён.

– Хорошо, – сдалась Анна, – я попробую что-нибудь сделать.