АТМОСФЕРА ТЕРРЫ ПРАЙМ.
«Странник» вырвался из шахты ангара как пробка из бутылки шампанского – криво, быстро и с кучей дыма.
Энея вжало в кресло.
Перегрузка 4G.
На современных лайнерах есть инерционные гасители. На «Страннике» гасителем работали только ребра экипажа.
Эней почувствовал, как кровь отливает от лица. В глазах потемнело. Легкие сжались в комок.
В иллюминаторе мелькали уровни города-улья.
Неон, реклама, шпили небоскрёбов – все слилось в одну цветную полосу.
– Давление в камере сгорания растёт! – орал Хейган сквозь рёв турбин. – Сольвейг! Держи поле! Если обшивка нагреется выше тысячи градусов, мы станем фейерверком!
Эней скосил глаза на ведьму.
Сольвейг сидела в кресле навигатора. Она не была пристёгнута.
Перегрузка на неё не действовала.
Она сидела прямо, закрыв глаза, теперь уже без повязки, и её руки совершали плавные движения в воздухе.
Вокруг корабля, за обшивкой, воздух светился.
Она раздвигала молекулы атмосферы перед носом корабля, создавая вакуумный карман и снижая трение.
– Температура в норме, – прошептала она. – Но нас заметили.
На радаре, круглом, зелёном, ламповом экране, появились точки.
– Патруль! – Хейган выругался. – Дроны-перехватчики класса «Шершень».
– ГРАЖДАНСКОЕ СУДНО! – рявкнул голос диспетчера в динамиках. – ВЫ НАРУШИЛИ ПЕРИМЕТР. НЕМЕДЛЕННО ГЛУШИТЕ ДВИГАТЕЛИ ИЛИ БУДЕТ ОТКРЫТ ОГОНЬ.
– Поцелуй меня в выхлопную трубу! – заорал Хейган и дёрнул штурвал на себя.
ОРБИТА.
Они пробили слой облаков.
Перед ними открылся Космос.
Но он не был пустым.
Терра Прайм была окружена Кольцом Блокады.
Это была гигантская металлическая сеть. Сотни спутников, соединённых лазерными лучами, минные поля и дрейфующие крейсера Таможенной Службы.
– Нас ведут, – сказал Эней, глядя на тактический экран. – Три ракеты «земля-орбита». Расчётное время удара – 15 секунд.
– Вижу, – Хейган работал педалями и рычагами, как органист в аду.
«Странник» завалился на бок, уходя от лазерного луча спутника. Корпус заскрипел.
– Ракеты с тепловым наведением! – крикнул Эней. – У нас есть ловушки?
– У нас есть мусорный бак! – Хейган нажал кнопку сброса.
Из кормы корабля вылетел контейнер с бытовыми отходами и отработанным топливом.
Ракеты, обманутые тепловым следом горящего мусора, ударили в контейнер.
Взрыв озарил темноту.
Осколки забарабанили по обшивке «Странника» как град.
– Мы не прорвёмся! – крикнул Эней. – Впереди Крейсер-Заградитель!
Прямо по курсу висела туша Имперского Фрегата. Его орудия разворачивались.
– Он перекрывает вектор! – Хейган пытался маневрировать, но старый грузовик был слишком неповоротлив. – Сольвейг! Сделай что-нибудь! Наколдуй нам дыру!
Сольвейг открыла свои серебряные глаза.
Она посмотрела не на фрегат. Она посмотрела на панель управления «Странника».
– Вероятность попадания – 99%, – сказала она. – Мне нужно изменить константу.
– Какую к черту константу?!
– Удачи.
Она протянула руку и коснулась старого, окислившегося предохранителя на панели.
ЩЕЛК.
Импульс.
Не электрический. Вероятностный.
На борту Имперского Фрегата, в километре от них, лейтенант-канонир чихнул.
Его рука дрогнула.
Он нажал кнопку «Залп» на долю секунды раньше, чем система наведения захватила цель.
Плазменный сгусток вылетел из орудия фрегата.
Он прошёл в миллиметре от крыла «Странника», опалив краску.
И ударил в спутник связи, висевший позади них.
БА-БАХ!
Спутник взорвался. Сеть Блокады мигнула и погасла. В секторе образовалась «слепая зона».
– Дыра! – заорал Хейган. – Держитесь, сукины дети! Входим в гипер!
Адмирал ударил по красной кнопке.
Двигатель искривления, старый, грязный, нестабильный, взвыл.
Звезды за окном не превратились в красивые линии, как в кино.
Пространство просто… треснуло.
Словно кто-то порвал фотографию мира.
Энея скрутило.
Его вырвало желчью. Ощущение было такое, будто его тело протаскивают через игольное ушко.
Звук исчез. Свет исчез.
Осталась только тошнота и ощущение, что ты падаешь во всех направлениях сразу.
В голове Энея прозвучал голос.
Не Сольвейг. И не Варра.
Это был шёпот из-за грани.
«…мы… видим… тебя…»
А потом – удар.
Свет вернулся.
Они висели в черноте, далеко от Терры. Двигатели дымились. В кабине воняло палёной резиной.
Хейган откинулся в кресле, тяжело дыша. По его лицу тёк пот.
Он достал из кармана мятую пачку сигарет, но она оказалась пустой.
– Мы живы? – спросил Эней, вытирая рот рукавом.
– Технически – да, – Хейган ударил по приборной панели, заставляя погаснуть аварийную лампу. – Добро пожаловать в Дальний Космос, профессор. Здесь нет законов, нет кислорода и кофе стоит сто кредитов за чашку.
Он посмотрел на Сольвейг.
– И кстати, ведьма. Напомни мне никогда не играть с тобой в карты.
Сольвейг слабо улыбнулась. Из её носа текла тонкая струйка крови.
– Курс на Эир, – прошептала она и потеряла сознание.
БОРТ «СТРАННИКА». 48 ЧАСОВ ПОЛЕТА.
Внутри корабля пахло отчаянием и разогретым пластиком.
Эней сидел в тесном камбузе, уставившись в кружку с мутной водой.
Система регенерации на «Страннике» работала, но вода все равно имела металлический привкус. Как будто ты пьёшь из старой батареи.
– Ты слишком громко думаешь, профессор, – проворчал Хейган.
Адмирал, а теперь – просто пилот-контрабандист, лежал на единственной кушетке, подбрасывая и ловя армейский нож.
– Мы летим вслепую, Хейган, – сказал Эней. – У нас нет плана. У нас есть координаты, которые прислал мертвец, и ведьма, которая разговаривает с лампочками.
– У нас есть корабль и топливо, – Хейган поймал нож в сантиметре от своего глаза. – В моей жизни бывали расклады и похуже.
– Например?
– Например, когда я дрейфовал три недели в спасательной капсуле с трупом второго пилота. Знаешь, о чем я жалел? О том, что у него в карманах не было сигарет.
Корабль вздрогнул.
Свет мигнул. Гравитация на секунду пропала, и вода из кружки Энея выплеснулась в воздух, превратившись в дрожащий шар.
Через секунду гравитация вернулась с ударом. Шар воды шлёпнулся на стол.
– Стабилизатор барахлит, – зевнул Хейган. – Нужно пнуть третью панель в машинном. Но мне лень.
– Мы можем развалиться?
– Можем. Но пока железо стонет, оно работает. Бойся, когда оно замолчит.
Эней встал. Его раздражало спокойствие Хейгана. Этот человек привык жить на грани смерти, а Эней привык к кафедрам и расписанию.
– Я пойду проверю навигацию, – сказал он.
– Проверь, – хмыкнул Хейган. – Только не буди нашу Спящую Красавицу. Она там колдует над маршрутом. И, честно говоря, профессор, она пугает меня больше, чем Имперский Флот.
РУБКА НАВИГАЦИИ.
Здесь было холодно. Сольвейг отключила отопление в носовой части, чтобы снизить тепловую сигнатуру корабля.
Она сидела в кресле второго пилота, поджав ноги под себя.
Перед ней горел голографический экран со звездной картой.
Но она смотрела не на звёзды. Она смотрела сквозь них.
Её пальцы перебирали в воздухе невидимые нити.
– Ты не спишь, – сказал Эней, входя. Пар вырвался у него изо рта.
– Сон – это потеря данных, – ответила она, не оборачиваясь. – А здесь слишком много переменных.
– Где мы?
– В "Серой Зоне". Между секторами патрулирования.
Эней подошёл к карте. Сектор Эир был отмечен красным.
– Сольвейг, – спросил он тихо. – Что такое Аномалия?
Девушка повернула голову. Её серебряные глаза в полумраке рубки казались двумя лунами.
– Ты учёный, Эней. Скажи мне, что такое Вселенная?
– Это материя, энергия и законы физики.
– Нет. Это Код.
Она провела рукой по воздуху. Экран зарябил, на нем появились помехи.
– Представь, что наш мир – это симуляция. Очень сложная, детальная, но все же программа. Гравитация – это скрипт. Смерть – это удаление файла.
– Ты хочешь сказать, что мы не реальны?
– Мы реальны внутри Системы. Но есть вещи… которые пришлиснаружи.
Она указала на красную точку Эира.
– То, что нашёл Варр… Это не артефакт. Это кусок Исходного Кода. Инструмент Администратора.
– Бог? – скептически спросил Эней.
– Или Вирус. Зависит от того, кто возьмёт его в руки. Варр думал, что сможет переписать мир. Убрать войны, болезни. Сделать всех счастливыми.
– Разве это плохо?
– Если ты удалишь боль, Эней, ты удалишь и сострадание. Если ты удалишь смерть, ты обесценишь жизнь. Варр хотел сделать нас идеальными. Но идеальное – значит мёртвое. Статичное.
Она посмотрела на свои руки.
– Я вижу вероятности. И все они ведут к Тишине. Варр разбудил то, что должно было спать до конца времён.
Эней почувствовал озноб, и не только от холода.
– Мы можем это остановить?
Сольвейг посмотрела ему прямо в душу.
– Мы не можем. Мы можем только выбрать, как именно наступит Конец Света. Быстро или медленно.
4 ЧАСА СПУСТЯ. СИСТЕМА ЭИР.
– Контакт! – голос Хейгана по интеркому заставил Энея вздрогнуть. – Вижу цель. Всем пристегнуться! Сейчас будет трясти!
Эней вбежал в рубку.
Впереди, в черноте космоса, висел шар.
Он был ослепительно белым.
Планета Эир. Ледяная пустыня.
Атмосфера планеты была такой плотной и холодной, что свет звезды отражался от неё, создавая вокруг планеты сияющий ореол.
– Сканеры слепнут! – ругался Хейган, борясь со штурвалом. – Там магнитная буря такой силы, что у меня компас крутится как волчок!
– Садись по приборам! – крикнул Эней. – Координаты Варра: Сектор Ноль!
– Входим в атмосферу!
«Странник» ударился о воздух.
Это было похоже на столкновение с бетонной стеной.
Корабль заскрипел. Обшивка начала раскаляться.
В иллюминаторах бушевало белое пламя.
– Держи его, Хейган! – крикнул Эней, видя, как крыло корабля начинает вибрировать.
– Я пытаюсь! Но этот ветер… он живой! Он не даёт нам сесть!
Вдруг Сольвейг встала.
Она положила руки на лобовое стекло.
Стекло начало покрываться инеем изнутри.
– ТИШЕ, – сказала она. Не кораблю. Планете.
Вибрация уменьшилась. Буря за окном на секунду расступилась, образовав «глаз» циклона.
Внизу, в разрыве облаков, они увидели поверхность.
Бескрайние ледяные поля. Острые скалы, похожие на клыки.
И в центре – черное пятно.
Лагерь археологов.
И огромная, уходящая вглубь льда скважина, из которой бил столб слабого голубого света.
– Вижу площадку! – заорал Хейган. – Выпускаю шасси! Тормозные двигатели… Давай, детка, не подведи!
УДАР.
Корабль рухнул на лёд. Проскользил брюхом сто метров, вздымая фонтаны снега. Шасси подломились с диким скрежетом.
«Странник» развернуло и ударило боком о скалу.
Свет погас.
В наступившей тишине было слышно только шипение остывающего металла и вой ветра снаружи.
– Все живы? – голос Хейгана в темноте.
– Вроде бы, – Эней потрогал голову. Кровь. Рассёк лоб.
– Мы на месте, – тихо сказала Сольвейг. – Добро пожаловать в Гробницу.
Эней посмотрел в разбитый иллюминатор.
Снаружи, сквозь метель, к их кораблю шли фигуры.
Они выглядели как люди в скафандрах археологов. Но они шли странно.
Синхронно.
Нога в ногу.
И их шлемы светились изнутри мёртвым, синим светом.
ПОВЕРХНОСТЬ ЭИРА. СЕКТОР «НОЛЬ».
Шлюз «Странника» открылся с натужным воем гидравлики, пробивающей корку льда.
Ветер ударил в них не как воздух, а как твёрдое тело.
Эней шагнул на трап и тут же схватился за поручень. Его магнитные ботинки лязгнули, впиваясь в обледенелый металл.
Температура: -85°C.
Даже сквозь термо-слой старого, с заплатами скафандра он почувствовал, как холод вгрызается в кожу.
– Видимость ноль, – прохрипел Хейган в эфире. – Мой визор залепило через секунду. Идём по приборам. Сольвейг, не отставай. Если потеряешься – превратишься в ледяную статую за минуту.
– Я вижу тепловой след, – голос ведьмы был спокойным, но напряженным. – Там, впереди. Реактор базы еще работает.
Они шли сквозь метель. Снег здесь был не мягким. Это были острые кристаллы льда, летящие горизонтально со скоростью пули. Они барабанили по шлемам, создавая постоянный, сводящий с ума шум.
Впереди из белой мглы начали проступать очертания.
Жилые модули. Огромные, похожие на бочки цистерны с топливом. Антенные мачты, согнутые ветром.
– Странно, – заметил Эней, сверяясь со сканером.
– Что именно? Тот факт, что мы гуляем по морозильнику? – огрызнулся Хейган.
– Нет. Периметр. Силовое поле отключено. Но нет следов разрушения. Двери модулей закрыты. Окна целы.
– Может, они эвакуировались?
– Нет шаттлов, Хейган. И нет следов взлёта. Они все еще здесь.
Они подошли к главному входу в Центральный Модуль.
Над дверью мигала оранжевая аварийная лампа. Ритмично. Как сердцебиение.
Хейган стер снег с панели управления.
– Замок заблокирован изнутри. Уровень доступа: «Красный».
– Отойди, – Эней достал декодер: подарок Варра, который он хранил пять лет.
Он подключил устройство.
На панели пробежал код.
ЩЕЛК.
Дверь с шипением поползла в сторону. Изнутри вырвалось облако пара.
– Оружие к бою, – скомандовал Хейган, включая подствольный фонарь. – Входим.
О проекте
О подписке
Другие проекты