ЧАСТЬ 3. ВЕРБОВКА

РАЗДЕВАЛКА.

Хейган сидел на скамье, прикладывая лёд – кусок замороженного мяса к рёбрам.

Он пил дешёвый виски прямо из горла. Руки у него тряслись. Это был «отходняк» после адреналина.

Дверь открылась.

– Мы закрыты, – буркнул Хейган. – Автографы не даю.

– Я не фанат, – сказал Эней, входя. – Я клиент.

Хейган поднял единственный здоровый глаз.

– Ты пахнешь как «верхний», – он усмехнулся. – Дорогой одеколон, страх и чувство собственной важности. Ты ошибся дверью, профессор. Бордель этажом выше.

– Мне нужен пилот.

– А мне нужна новая печень. Но мы оба не получим того, чего хотим. Вали отсюда.

Эней сделал шаг вперёд.

– Твоё имя Хейган. Бывший лейтенант Имперского Флота. Герой битвы при Орионе. Разжалован пять лет назад за неподчинение приказу.

Хейган замер. Бутылка застыла у рта.

– Кто ты такой? – его голос стал тихим и опасным. – Ищейка? Пришёл добить?

– Меня зовут Эней. Я друг Варра.

– Варр мёртв.

– Нет. Он нашёл что-то. На Эире. И я лечу туда.

– На чем? – Хейган рассмеялся, закашлявшись. – На метле? У меня нет корабля, профессор. Моя лицензия аннулирована. Я даже самокатом управлять не имею права.

Эней достал из кармана чип.

– Здесь двадцать тысяч кредитов. Все мои сбережения. Этого хватит, чтобы выкупить твой долг у владельца арены?

Хейган посмотрел на чип. Потом на Энея.

В его глазах боролись жадность и апатия.

– Ты не понимаешь, – сказал пилот, делая глоток. – Я не хочу летать. Небо… оно напоминает мне о том, кем я был. Здесь, в дерьме, мне спокойнее. Здесь никто не ждёт от меня подвига.

– Империя придёт за мной через час, – сказал Эней. – И за Варром. Если мы не вытащим его, они убьют его. А потом найдут то, что он откопал. И тогда твоя Яма покажется тебе раем.

Хейган молчал.

Он смотрел на свою дрожащую руку. На грязь под ногтями. На стены, покрытые плесенью.

– Какой корабль? – спросил он вдруг.

– «Странник». Старый грузовик класса «Мусорщик».

– «Странник»? – Хейган скривился. – Это же ведро с болтами. У него гироскоп отваливается, если чихнуть.

– Ты сможешь поднять его?

Хейган встал. Он был огромным. Даже сутулый, он нависал над Энеем как гора.

Он швырнул пустую бутылку в стену. Осколки брызнули во все стороны.

– Я смогу поднять даже кирпич, если мне заплатят, – прорычал он. – Но если мы сдохнем при взлёте, я тебя с того света достану и набью морду.

Он выхватил чип из рук Энея.

– Пошли, профессор. Выкупай мою душу. Пока я не передумал.

ГЛАВА 3. ВЕДЬМА ИЗ СЕКТОРА ТЕНЕЙ

ЧАСТЬ 1. КВАРТАЛ НЕУДАЧИ

ТЕРРА ПРАЙМ. НИЖНИЙ ГОРОД. «СЕКТОР 13».

Они шли уже час.

Пейзаж менялся. Шумный, неоновый хаос рынка остался позади.

Здесь было тихо. Слишком тихо для трущоб.

Фонари здесь не горели – они мигали, словно электричество боялось задерживаться в проводах.

Стены домов были покрыты странным мхом, который светился бледно-фиолетовым.

Хейган шёл впереди, держа руку на кобуре, он украл бластер у охранника арены перед уходом.

– Мне не нравится это место, профессор, – прорычал он. – Ты чувствуешь?

– Что?

– Холод. И… – Хейган потёр шею. – Волосы дыбом встают. Здесь статика такая, что можно лампочку от пальца зажечь.

Эней посмотрел на свой датапад. Экран рябил. GPS-сигнал пропал.

– Это «Сектор Теней», – сказал он. – Здесь живут отбросы, у которых нет даже ID-чипов. И мутанты.

– Здесь живёт Смерть, – сплюнул Хейган. – Смотри под ноги.

На тротуаре валялись мёртвые крысы. Десятки.

У них не было ран. Они просто лежали кругами. Хвостами наружу.

– Крысиный Король, – прошептал Хейган. – Плохая примета.

– Мы ученые, Хейган. Мы не верим в приметы.

– В Нижнем Городе, профессор, если ты не веришь в приметы, ты не доживаешь до утра. Черная кошка здесь опаснее, чем патруль с огнемётами.

Они вышли на небольшую площадь.

В центре стояло здание. Бывшая часовня Древних, наполовину ушедшая в землю.

Вокруг здания пространство… искажалось.

Дождь, падающий с небес, огибал крышу часовни, словно над ней был невидимый зонт. Капли зависали в воздухе на секунду, прежде чем упасть.

– Гравитационная аномалия, – констатировал Эней, доставая сканер. – Локальное изменение метрики.

– Это не метрика, умник, – Хейган снял с предохранителя бластер. – Это Ведьма.

ЧАСТЬ 2. ДОМ СТРУН

ВНУТРИ ЧАСОВНИ.

Дверь не была заперта. Её вообще не было. Вместо двери висела завеса из старых, переплетённых проводов и бусин.

Эней раздвинул их рукой.

ДЗЫНЬ.

Бусины, а на самом деле – мелкие кости птиц, издали мелодичный звук.

Внутри пахло воском, озоном и сушёными травами.

Помещение было завалено хламом. Старые мониторы, книги, части дроидов, пустые гильзы.

Но этот хаос имел структуру.

Весь зал был опутан Нитями.

Тонкая, едва заметная леска, натянутая между стенами, полом и потолком. Тысячи нитей.

Они вибрировали.

– Не двигайся, – шепнул Хейган, замирая. – Это сигнализация. Заденешь одну – и сработает ловушка. Граната или арбалет.

– Нет, – Эней присмотрелся. – Это не ловушки. Это… музыкальный инструмент.

Из темноты дальнего угла вышел силуэт.

Девушка.

На вид ей было не больше двадцати. Худая, бледная, в безразмерном свитере.

Её глаза были закрыты плотной черной повязкой.

Но она двигалась между натянутых нитей с абсолютной, нечеловеческой уверенностью. Она переступала через леску, подныривала под провода, не задевая их даже одеждой.

– Вы громкие, – сказала она. Голос был тихим, как шелест бумаги. – Твоё сердце, солдат, стучит как молот по наковальне. А твои мысли, учёный, жужжат как рой мух.

– Сольвейг? – спросил Эней.

Девушка остановилась. Она повернула к ним лицо, скрытое повязкой.

– Имена – это ярлыки. Зачем вы принесли мне Вероятность Смерти?

Хейган навёл на неё бластер.

– Мы принесли тебе деньги, Ведьма. Нам нужен проводник через Пояс Астероидов. Говорят, ты видишь маршруты.

Сольвейг рассмеялась.

Она подняла руку и дёрнула за одну из нитей над головой.

ЩЕЛК.

Где-то наверху лопнула лампочка. Осколок стекла упал вниз.

Он упал точно на руку Хейгана.

Острый край стекла чиркнул по костяшкам пальцев, заставив его разжать руку от неожиданности. Бластер упал на пол. Выстрелил. Луч прожёг дыру в полу в миллиметре от ботинка Энея.

– Ой, – сказала Сольвейг без эмоций. – Неудача.

Хейган побледнел. Он посмотрел на свою руку, по которой текла капля крови.

– Что ты сделала?

– Я просто изменила коэффициент трения лампы в патроне, – пожала плечами она. – Маленькое изменение здесь – большое последствие там. Эффект бабочки. Вы называете это магией. Я называю это физикой.

ЧАСТЬ 3. КАРТА СУДЬБЫ

Эней поднял руки, показывая пустые ладони.

– Мы не хотим зла, Сольвейг. Мы ищем Варра.

При имени Варра девушка вздрогнула.

Она подошла к Энею вплотную.

Он почувствовал запах озона, исходящий от неё. Волосы на его руках встали дыбом.

Она протянула руку и коснулась его лица. Её пальцы были холодными, как лёд.

– Варр… – прошептала она. – Человек, который хотел взломать Бога. Я видела его Нить. Она черная. Она ведёт в Пустоту.

– Он жив. Он зовёт нас.

– Он зовёт не вас. Он зовёттебя, Эней. Потому что ты несёшь Ключ. Даже если сам этого не знаешь.

Она отошла к столу, заваленному картами Таро. Но это были не обычные карты. На них были схемы микросхем, формулы и фракталы.

– Вы хотите лететь на Эир, – сказала она утвердительно. – Через Блокаду. Шанс успеха: 0.03%.

– У меня есть корабль, – буркнул Хейган, поднимая осторожно бластер. – И я лучший пилот в этом секторе.

– Ты труп, который забыл лечь в могилу, Хейган, – отрезала Сольвейг. – Твоя Нить оборвалась пять лет назад. Ты живёшь в долг.

Она повернулась к Энею.

– Зачем мне идти с вами? Чтобы умереть?

Эней посмотрел на неё. Он вспомнил лекцию. «Свобода выбора».

– Потому что здесь ты уже мертва, – сказал он жёстко. – Ты сидишь в этой паутине и дёргаешь за ниточки, пугая крыс. Ты видишь все варианты будущего, верно? Скажи мне, Сольвейг, в каком из них ты счастлива?

Девушка замерла.

– Ни в каком, – тихо ответила она.

– Тогда выбери тот вариант, где ты хотя бы полезна. Где твоя смерть будет иметь смысл.

Сольвейг молчала минуту. Тишина в комнате давила.

Потом она сняла повязку.

Эней ожидал увидеть уродство. Бельма. Пустоту.

Но её глаза были… зеркалами.

В них не было зрачков. Только сплошная, идеальная серебряная поверхность, в которой отражался испуганный Хейган и решительный Эней.

– Я вижу Огонь, – сказала она. – Я вижу, как горит небо. И я вижу мальчика, который держит в руках солнце.

Она взяла со стола рюкзак он уже был собран.

– Я ждала вас три года, профессор. Пошли. У нас есть сорок минут до того, как Инквизиторы окружат квартал.

ЧАСТЬ 4. ПОБЕГ ИЗ МАТРИЦЫ

Они вышли на улицу.

– Сорок минут? – переспросил Хейган. – Ты сказала сорок минут!

– Вероятность изменилась, – спокойно ответила Сольвейг. – Кто-то сделал звонок. Теперь у нас три минуты.

В небе над сектором заревели турбины.

Прожекторы дронов-охотников разрезали дождь.

«ГРАЖДАНИН ЭНЕЙ! ОСТАВАЙТЕСЬ НА МЕСТЕ! ВЫ ОБВИНЯЕТЕСЬ В ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ!»

– Бежим! – заорал Хейган.

Они рванули по узким переулкам.

Сверху ударил пулемет. Очередь прошила асфальт в метре от них.

– Сюда! – Сольвейг свернула в тупик.

– Там стена! – крикнул Эней.

– Там лестница. Вы её просто не видите.

Сольвейг взмахнула рукой.

Старая голографическая реклама «Кока-Колы», закрывавшая проход, мигнула и погасла. За ней открылся люк в канализацию.

– Вниз! Быстро!

Они прыгнули в люк.

Над их головами прогремел взрыв. Ракета дрона разнесла стену, где они стояли секунду назад.

В темноте коллектора Сольвейг уверенно вела их за собой.

– Направо. Через сто метров будет патруль. Мы пройдём, пока у них пересменка. Окно возможностей – 12 секунд.

– Ты пугаешь меня, ведьма, – прохрипел Хейган, спотыкаясь в грязи. – Ты читаешь сценарий этой чёртовой жизни?

– Нет, – ответила она из темноты. – Я просто вижу баги в коде. И учу вас их использовать.

Впереди показался свет. Ангар космопорта.

Там, среди ржавого мусора, стоял он.

«СТРАННИК».

Корабль, похожий на летающий кирпич с приваренными двигателями.

– Это ваша карета? – спросила Сольвейг скептически.

– Она не красивая, – Хейган похлопал обшивку. – Зато у неё толстая шкура. Эней, плати за топливо. Мы улетаем.

ГЛАВА 4. СКОРОСТЬ УБЕГАНИЯ

ЧАСТЬ 1. ВЕДРО С БОЛТАМИ

АНГАР 17. БОРТ «СТРАННИКА».

Внутри корабля пахло не космосом. Пахло старым спортзалом и машинным маслом.

Эней провёл рукой по переборке. Металл был холодным и липким от конденсата.

– Это не корабль, – прокомментировал он, осматривая кабину пилотов. – Это музейный экспонат. Навигационная консоль пятого поколения? Хейган, этому железу сорок лет. Оно работало еще при Дедушке Императора.

Хейган уже сидел в кресле пилота. Кресло скрипело под его весом. Он с корнем вырвал панель автопилота и теперь скручивал два оголённых провода напрямую.

– Заткнись, профессор, – буркнул он, зажимая сигарету в зубах ,хотя курить на корабле с утечкой кислорода было самоубийством. – Старое – значит надёжное. Электроники минимум. Имперские хакеры не смогут взломать нас, потому что здесьнечего взламывать. Здесь все на гидравлике и тросиках.

– Топливные ячейки заряжены на 60%, – голос Сольвейг донёсся из машинного отделения.

Она не использовала интерком. Она просто сказала это в пустоту, но её голос прозвучал в головах у всех.

– Шестьдесят?! – Хейган ударил кулаком по приборной панели. Стрелка манометра испуганно подпрыгнула. – Этот барыга на заправке разбавил гидразин водой!

– Мы взлетим? – спросил Эней, пристёгиваясь ремнями, которые выглядели так, словно их жевали собаки.

– Взлетим, – Хейган сплюнул окурок на пол и раздавил его ботинком. – Вопрос в том, не развалимся ли мы, когда выйдем на форсаж. Держите свои желудки, леди и джентльмены. Папа включает зажигание.

Он дёрнул рычаг тяги.

Корабль не загудел. Он закричал.

Двигатели, спавшие десять лет, проснулись с воем, от которого заложило уши. Пол под ногами затрясся так, что у Энея лязгнули зубы.

– ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВИБРАЦИЯ КОРПУСА КРИТИЧЕСКАЯ, – замигала красная лампочка, голосового помощника на этом корыте не было, только лампочки.

– Игнорировать, – Хейган ударил по лампочке кулаком, разбивая стекло. – Поехали!