Глава четвертая. Механическое сердце

Они вышли из разрыва между мирами на рассвете.

Земля под ногами была твердой – не снег, не базальт, а бетон. Серый, потрескавшийся, с разметкой, которую Мирайя не узнала. Полосы, стрелки, непонятные символы.

– Где мы? – спросила она.

Ашер огляделся. Вокруг простирались руины – не каменные, не деревянные. Железные. Огромные конструкции, похожие на скелеты зданий, торчали из земли, покрытые ржавчиной и мхом.

– В Нижнем городе, – ответил он. – Под Красным замком.

– Под? Мы под землей?

– Да. Красный замок стоит на плато. А под ним – слои. Верхний – город знати. Средний – ремесленники. Нижний – отбросы.

– И что здесь делают отбросы в железных домах?

Ашер не ответил. Он шел вперед, лавируя между обломками. Мирайя поспевала за ним, сжимая кинжалы.

Воздух здесь был тяжелым, пах гарью, смогом. Где-то вдалеке слышался гул – не живой, механический. Ритмичный, как сердцебиение.

– Это магия? – спросила она.

– Нет. – Ашер остановился у стены, покрытой проводами. – Это то, что люди изобрели сами, когда магия стала недоступной.

– Машины?

– Не просто машины. – Он провел рукой по проводам, и те заискрили. – Механизмы, которые работают без магии. На пару, на угле, на электричестве.

– Электричестве?

– Молния в проводах. – Он усмехнулся. – Боги не любят этот город. Здесь люди научились обходиться без их даров.

Мирайя коснулась стены. Металл был холодным, но под пальцами пульсировала вибрация – глубоко, ритмично.

– И как мы пройдем через этот город незамеченными?

– Мы не пройдем. – Ашер достал из-за пазухи черную маску. – Надень. Здесь не любят чужаков.

Она надела маску – та облепила лицо, оставив только прорези для глаз. Дышать стало труднее, но воздух внутри маски пах мятой.

– А ты?

– Я не дышу, – напомнил он.

Он двинулся дальше, и Мирайя последовала за ним, чувствуя, как тени внутри нее настороженно замерли.

Нижний город оказался лабиринтом.

Улицы – если это можно было назвать улицами – вились между железных коробок, нависающих друг над другом. С балконов свисали тряпки, веревки с бельем, иногда – тела. Не мертвые. Живые. Люди в лохмотьях сидели на корточках, курили что-то вонючее, провожали их взглядами.

– Не смотри на них, – прошептал Ашер. – И не показывай оружие.

Мирайя сунула кинжалы в ножны под плащом.

Они прошли мимо группы мужчин – те играли в кости на расстеленной тряпке. Один поднял голову, посмотрел на Мирайю. Глаза у него были желтые, как у зверя.

– Эй, красотка, – сказал он. – Сними маску. Дай посмотреть на личико.

Она не ответила.

– Я сказал – сними. – Он встал, и остальные тоже поднялись. Пятеро. У двоих – ножи, у одного – цепь, у остальных – кастеты.

Ашер остановился, не оборачиваясь.

– Иди, – сказал он тихо. – Я догоню.

– Что ты сделаешь?

– То, что умею лучше всего.

Она пошла вперед, не оглядываясь. Сзади послышался хруст, потом всхлип, потом тишина.

Ашер догнал ее через минуту. На его рукавах не было крови.

– Ты убил их? – спросила она.

– Усыпил.

– Навсегда?

Он не ответил.

В центре Нижнего города стояла башня.

Не железная – каменная, древняя, обвитая проводами и трубами. На вершине горел синий огонь – такой же, как в доме Ашера.

– Что это? – спросила Мирайя.

– Механическое сердце, – ответил он. – Генератор, который питает весь город электричеством. Без него Красный замок погрузится во тьму и холод.

– И зачем мы здесь?

– Потому что внутри – портал на верхние уровни. Единственный путь, который не охраняют боги.

Он подошел к двери – массивной, стальной, с ручкой-штурвалом. На двери были руны – не божественные, а человеческие, грубые.

– Открывай, – сказал он.

– Почему я?

– Потому что я не могу. Дверь зачарована против Стражей. А против людей – нет.

Мирайя взялась за штурвал. Металл обжег холодом – таким сильным, что пальцы прилипли. Она рванула, напрягая все мышцы. Штурвал не поддавался.

– Сильнее, – сказал Ашер. – Используй тени.

Она позвала проклятие. Тени вырвались из рук, обвили штурвал, и дверь со скрежетом открылась.

Внутри было темно. Пахло маслом, горячей медью и чем-то сладким – как в библиотеке Ашера, только сильнее.

– Идем, – сказал он, шагнув внутрь.

Она последовала за ним, и дверь за ними захлопнулась сама собой.

Башня оказалась пустой.

Внутри – только лестница, винтовая, уходящая вверх. Ступени были металлическими, с дырами, из которых сочился пар.

– Нам наверх? – спросила Мирайя.

– На самый верх.

Они начали подъем. Лестница была узкой – только один человек мог пройти. Ашер шел первым, она – за ним, держась за перила.

На третьем пролете она заметила движение.

– Там кто-то есть, – прошептала она.

– Знаю.

Из темноты вышли люди. Не люди – что-то среднее между живым и механическим. Их руки были заменены протезами из блестящего металла, глаза горели красным светом.

– Остановитесь, – сказал один механическим голосом. – Эта башня – частная собственность.

– Мы просто проходим, – ответил Ашер.

– Прохода нет.

Мирайя посмотрела на их протезы – на каждом был выгравирован символ. Руна подчинения. Божественная.

– Они служат богам, – сказала она.

– Да. – Ашер шагнул вперед. – Но они не знают, кому служат.

Первый механический человек ударил – металлический кулак просвистел в дюйме от лица Ашера. Тот уклонился, выбросил руку с теневым клинком, и голова противника отделилась от тела, покатившись по ступеням с металлическим звоном.

Остальные атаковали одновременно.

Мирайя выхватила кинжалы, впустила тени. Один механический бросился на нее – она рубанула по руке, протез отлетел, но из культи ударила струя пара, обжигая лицо.

– Черт! – Она отшатнулась, чуть не упав с лестницы.

Ашер подхватил ее, прижал к стене, прикрывая собой. Его тени вырвались, разорвали второго противника на куски.

– Осторожнее, – сказал он. – У них внутри паровые котлы. Перережешь не ту трубу – взорвутся.

– Ты мог предупредить!

– А ты могла догадаться по запаху.

Он отпустил ее, и она заметила, что его рука задержалась на ее талии на секунду дольше, чем нужно.

Она отстранилась.

– Пошли.

Они продолжили подъем, оставляя за собой тела и пар.

На седьмом пролете лестница кончилась.

Они оказались на площадке с единственной дверью – деревянной, обитой железом. На двери висел замок – не механический, а магический. Черная сфера, пульсирующая красным.

– Это ловушка, – сказал Ашер. – Если мы откроем дверь, сфера взорвется.

– И как нам быть?

– Нужно разрядить сферу. – Он подошел ближе. – Для этого нужна кровь человека, не зараженного магией.

– Ты не человек.

– А ты – заражена. – Он посмотрел на нее. – Но в тебе есть частица чистой крови. Та, что была до проклятия.

– И сколько нужно?

– Каплю.

Она вытащила кинжал, полоснула по пальцу. Кровь выступила алыми каплями – и тут же почернела, смешиваясь с тенями.

– Не годится, – сказал Ашер. – Слишком много тьмы.

– Что делать?

Он взял ее руку, поднес к губам. Она замерла.

– Не дергайся, – прошептал он.

Он лизнул ее палец. Язык был холодным, но не ледяным – странно теплым. Кровь на пальце засветилась – сначала алым, потом золотым.

– Теперь, – сказал он, отпуская ее руку.

Она коснулась сферы окровавленным пальцем.

Сфера вспыхнула, лопнула, и дверь открылась.

Мирайя стояла, глядя на свой палец, где все еще горело золотое свечение.

– Что ты сделал?

– Очистил каплю, – ответил Ашер, проходя в дверь. – Моя слюна нейтрализует тени на несколько секунд.

– Ты мог просто сказать.

– А так было нагляднее.

Она шагнула за ним, чувствуя, как щеки горят. От злости. Точно от злости.

За дверью оказался портал.

Не такой, как в доме Ашера – не из света и теней. Этот был механическим: кольцо из металла, внутри которого вращались шестерни, искрили и гудели.

– Это телепорт? – спросила Мирайя.

– Примитивный, но работает. – Ашер встал в центр кольца. – Заходи. Он перенесет нас на средний уровень.

Она встала рядом. Расстояние между ними было минимальным – она чувствовала холод, исходящий от его тела.

– Держись за меня, – сказал он. – Иначе телепорт размажет тебя по стенам.

Она неохотно обхватила его за пояс. Он был твердым, как камень, но под одеждой чувствовался ритм – не сердцебиение, что-то другое. Пульсация теней.

– Готов? – спросил он.

– Нет.

– Я тоже.

Портал взревел, и мир исчез.

Телепортация была похожа на падение в колодец.

Мирайя чувствовала, как ее тело растягивается, сжимается, выворачивается наизнанку. Ашер держал ее крепко, его руки сжимали ее талию, не давая разлететься на куски.

Когда все кончилось, она упала на колени, выворачиваясь. Рядом Ашер стоял ровно, даже не пошатнувшись.

– Ненавижу телепортацию, – прохрипела она.

– Привыкнешь.

Она подняла голову. Они были в другом месте – не в руинах, не в башне. Вокруг были дома – кирпичные, с черепичными крышами, с фонарями на столбах. Улицы мощеные, чистые.

Средний уровень.

– Здесь живут ремесленники, – сказал Ашер. – Кузнецы, кожевники, портные. Они не любят гвардию, но и чужаков не жалуют.

– Нам нужно пройти незаметно?

– Нужно найти проводника. Кто-то должен провести нас через верхний уровень ко дворцу.

– И где мы найдем такого?

Ашер указал на вывеску в конце улицы: «Таверна «Сломанный зуб»».

– Там. Но будь осторожна. Хозяин – бывший убийца.

– Отлично, – сказала Мирайя. – Еще один псих.

Они пошли к таверне.

Внутри таверна оказалась темной и прокуренной. За столами сидели люди в кожаных жилетах, с татуировками на лицах. Некоторые пили, некоторые играли в карты, некоторые просто смотрели на вошедших.

– Двое, – сказал бармен, не оборачиваясь. – Садитесь.

Ашер сел за стойку. Мирайя – рядом.

– Нам нужен проводник до дворца, – сказал Ашер.

Бармен повернулся. Это был здоровяк с бритой головой, покрытой шрамами. Один глаз – стеклянный, с руной внутри.

– Проводники дорого стоят, – сказал он.

– У нас есть чем платить.

– Золотом?

– Информацией.

Бармен усмехнулся.

– Информация – товар скоропортящийся. Сначала скажи, что знаешь. Потом я решу, сколько это стоит.

Ашер наклонился ближе.

– В подвале твоей таверны спит Абоминус. Ты кормишь его трупами, которые не можешь продать на органы. Если я скажу об этом гвардии, тебя сожгут на площади.

Бармен побледнел.

– Откуда ты…

– Я много знаю. – Ашер откинулся на стуле. – Теперь. Проводник. Или я иду к гвардейцам.

Бармен молчал минуту. Потом кивнул.

– На втором этаже, третья дверь. Скажешь, что от Костолома.

– Благодарю.

Ашер встал. Мирайя – за ним.

– Ты блефовал? – спросила она шепотом, когда они поднимались по лестнице.

– Нет. В подвале действительно Абоминус. Я чувствую его запах.

– И ты не убил его?

– Зачем? Он приносит пользу. Утилизирует мусор.

Она покачала головой.

– Ты все-таки псих.