Олег ее почти не слышал, стараясь преодолеть приступ слабости. Наконец ему удалось сесть. Временная глухота лишь помогала ему сосредоточиться на внутренних ощущениях. Каким-то чудом удержав равновесие, он замер, собираясь с силами. Предстояло самое трудное — встать.

— …ты меня слышишь? Ну что за глупое упрямство! — донеслось до него.

Он что, ничего не слышал? А что она говорила до этого? Опять потерял сознание? Нет, это никуда не годится. Он обязан встать.

— Нет, ты только посмотри на себя. На тебе же лица нет. Вот упрямый!

Олег сидел бледный, с закрытыми глазами. По его лицу струился пот.

Илса сжала кулачки.

Надо же быть таким упрямым! Неужели не понимает, что не сможет и шагу ступить? Да и одежда… Он, наверное, еще не понял, что лежит совсем голый. Ночью ей и маме пришлось стащить с него всю одежду. Она была в крови, от нее так разило камерным запахом, что пришлось сразу засунуть в стиральную машину.

А Олег сидел и решал — готов ли он к решающему подходу? Накопил силы или торопится? Один раз он уже переоценил себя. Тогда все кончилось декомпрессией позвонков. Отец всегда вдалбливал: работай только со своим весом, природа не дура, она настроила твои органы под твой костяк, а штанга — это насилие и деформация. Олег тогда не послушал, поддался на уговоры друзей, выступил за команду... и снаряд мгновенно наказал за пренебрежение собственными принципами.

С тех пор он признавал только турник и бег. Тело вернулось к норме, но урок впечатался в память намертво: никогда не бери вес, который тебе не принадлежит.

А в теперь на него обрушился именно такой вес — чужой, запредельный. И он снова его взял.

***

— Юрий Иванович, посмотрите, пожалуйста! — Нина Суркова, улучив момент, подошла к преподавателю. — Вы говорили, чтобы мы приносили всё интересное из области психологии. Вот это… мне показалось очень важным.

Герасимчук едва сдержал недовольство. Раньше психология мало кого интересовала, но сейчас мода на эту науку стала раздражать. Но что поделать — студентка проявила инициативу, нужно соответствовать. И избавиться от восторженной дурочки, притащившей очередной «шедевр» на быструю экспертизу.

Он бодро взял листы, рассчитывая быстро отделаться… и замер. Маска вежливости сползла.

Первым лежал гибрид ягуара и человека. Два хищника, слившиеся в единое тело. Юрий Иванович долго всматривался в изображение. Вытянутая голова венчала треугольник мощных мышц шеи, сливающейся с плечами. Тяжёлый внимательный взгляд приковывал к себе, не позволяя отвести глаза.

— Интересно, — пробормотал Герасимчук. — Очень интересно.

— Вам нравится? — Нина замерла.

— Это… это восхитительно! Просто великолепно! — Голос преподавателя повысился. — Поздравляю, Суркова. Это нечто уникальное. Работа выполнена так, будто изображение не нарисовано, а… проявлено. А кто автор?

Нина предусмотрительно убрала подпись Олега при копировании. Ей не хотелось подставлять отца, притащившего вещдоки домой.

— Подружка сказала, это рисовал маньяк, — выпалила она. — Из интернета стащила.

— Врёт твоя подружка. Жаль, что это копия, — мне хотелось бы видеть оригинал… — в раздумье проговорил Герасимчук. — Вот если бы…

— Так вы считаете, это писал не маньяк? — допытывалась Нина.

— Маньяк? — удивился Юрий Иванович. — Да нет, что ты. Здесь слишком много холодной логики для безумца. Оставь мне эти копии, я покажу их Соколову. Знаешь, о ком я?

Нина кивнула. Кто же в их институте не знал об Андрее Георгиевиче? Знаменитый учёный, про которого столько легенд ходило, что уже не знаешь, верить в них или нет. Любому другому Нина запретила бы показывать эти копии, но Соколову отказать не могла.

— Вы только их никому больше не показывайте, — художник находится под следствием, а мой папа будет его адвокатом. Если кто-то увидит эти рисунки, у папы будут неприятности.

— А кто сказал, что эти копии мне дала ты? — Улыбнулся Юрий Иванович. — Но в любом случае, обещаю — картины увидит только Андрей Георгиевич.

***

Игорь подъехал к дому Олега, ни от кого не таясь. Следят? Да и хрен с вами! Пускай ломают голову, зачем он здесь. Пока догадаются про гараж… Да пусть вначале найдут этот гараж! Тупицы.

Для маскировки зашёл к одним соседям, к другим. Везде спрашивал, готовы ли те выступить свидетелями в суде. И, уже заполучив ключи, не поленился — ещё три лишних квартиры обошёл. На эти мероприятия Игорь затратил минут сорок. Потом демонстративно вышел из подъезда, раздражённо пнул колесо своей подержанной, хотя и резвой «Хонды Аккорд» и, громко хлопнув дверью, направил её в сторону торгового центра. Там, в вечерней сутолоке, топтуны его наверняка потеряют. Пусть машину охраняют.

Войдя в центр, Смоленский потолкался среди покупателей, зашёл в кафе, быстро выпил кофе и заел пончиком. Пусть топтуны «фиксируют»: объект любит сладкое.

Из кафе Смоленский направился в отдел, где продавались дешёвые китайские куртки-аляски. Примерил одну, другую. Давно собирался такую купить — большая, просторная, под ней что угодно можно спрятать.

— Упакуйте мне вот эту, чёрную, — не глядя ни на кого, попросил Игорь. Заметив на прилавке большой пластиковый пакет, ткнул пальцем: — Вот в него, пожалуйста. И добавьте ещё вон ту чёрную шапочку. Что там на ней написано? Sky?

Продавщица, занятая другим покупателем, оглянулась. К удивлению Смоленского, она оказалась молодой и довольно миловидной брюнеткой. Девушка прошла к кассе, что дало возможность Игорю, как истинному ценителю, отметить, что и с этой стороны сотрудница магазина выглядит впечатляюще.

Ух ты, какая фигурка! Как же она с такими данными работает в этой шараге?

Игорь отсчитывал деньги, а сам отчаянно косил глаза на ножки, что так соблазнительно выглядывали из-за стола с аппаратом.

— Скажите, а не могли бы вы мне помочь в одном маленьком, но важном деле? Мне мой водитель сказал, что будет ждать возле служебного выхода, а где он — я не знаю… — В голосе Игоря звучали просительные, даже робкие нотки, а глаза смотрели на девушку с нескрываемым восхищением. Она непременно должна это заметить! — Вы не подскажете, как туда пройти?

— Ну, вообще-то у нас это не практикуется. — Девушка лукаво улыбнулась. В её больших каре-зелёных глазах плясали искорки. — Да ладно, всё равно здесь настоящий проходной двор — столько фирм, столько людей… Вон видите, возле сорок шестого номера есть проход? Вот туда и идите. Спросят куда — скажите, что на склад за товаром. И заходите чаще!

— К вам — всегда! — весело ответил Смоленский. — Вас как зовут? Меня Игорь.

— А меня Катя. — Продавщица улыбнулась. — Да вы всё равно не запомните!

— Ещё как запомню! — Игорь улыбнулся в ответ. — Обещаю: на этой неделе обязательно увидимся!

Повернув там, где показала Катя, Игорь быстро пошёл по длинному коридору. Там действительно было столько людей, что на него никто не обращал внимания. Всё, пора. Не замедляя шага, достал куртку. На ходу оторвав ярлык и ценник, влез в неё прямо поверх кожаной, что была на нём. Завершил смену образа, надев чёрную вязаную шапочку с надписью «Sky». Натянул её по самые брови, резко присел, будто завязывая шнурки.

Огляделся. Ничего подозрительного. Игорь выпрямился и повернул назад, в зал торгового центра. Скорым шагом прошёл к ближайшему выходу и оказался на улице, перпендикулярной той, на которой осталась его «Хонда». Пусть ещё постоит — у него пока другие планы.

Игорь остановил частника и попросил отвезти к гаражному кооперативу. Он знал, где находится гараж Олега, — в центре третьего ряда. Частник подвёз его прямо к воротам. Дежурный охранник знал Игоря и пропустил с условием, что, высадив пассажира, водитель тут же уедет. Игорь кивнул. Трасса, у которой располагался кооператив, была оживлённой — найти того, кто отвезёт назад, не проблема.

Вначале пришлось повозиться со светом: перегорела лампочка, а копаться в темноте не хотелось. Тем более пользоваться спичками в чужом гараже. Поди знай, что здесь находится. Пока Игорь искал запасную лампочку, времени прошло немало. Хотя куда теперь торопиться? Сегодня менты сюда точно не нагрянут.

Вкрутил лампочку, включил свет.

Чекан тоже пришлось поискать. А когда Игорь его нашёл — даже опешил. Точно на топорик похож. Нет, скорее на миниатюрную кирку. Отполированная деревянная рукоять, тяжёлая, хорошо сбалансированная головка из серебристого металла. Одна сторона — миниатюрная тяпка с острым лезвием, другая — клювообразное четырёхгранное остриё из калёного металла.

Странный инструмент. Скорее смахивает на оружие. Но Олег чётко сказал: «Его могут принять за оружие». Значит, всё-таки инструмент ремесленника? Ну да ладно, бог с ним. Главное, что этим чеканом никто не убит, — иначе Олег не стал бы его подставлять, прося забрать из гаража.

Смоленский неожиданно вздрогнул.

Обернулся.

Вокруг — никого.

Что это? Страх? Холод? Или он что-то услышал, но не осознал — что? Чёрт побери, Олег, да что вокруг тебя такое творится, если даже в пустом гараже страх прошибает?

Игорь зябко поёжился и, сунув чекан под куртку, направился к выходу. Выключил свет, прикрыл дверь и повернулся, чтобы закрыть замок. Одной рукой придерживать тяжёлую створку и поворачивать ключ было неудобно — пришлось прижаться к воротам всем телом.

И это спасло ему жизнь.

Что-то огромное просвистело у Игоря над головой и с силой врезалось в дощатую створку. В разные стороны полетели щепки.

Игорь, разворачиваясь, выхватил чекан и ударил в темноту. Бил не прицельно — рефлекторно отмахивался. Но удар оказался точен. Ещё не понимая, что происходит, Игорь почувствовал: оружие что-то зацепило. Раздался сухой звук рассекаемой ткани. Следом ударил едкий химический запах, от которого из глаз брызнули слёзы.

Инстинктивно Игорь вжался спиной в кирпичную стенку соседнего гаража. Из-за слёз он почти ничего не видел, но вокруг стояла такая тишина, что он бы даже чужое дыхание услышал. Но его не было!

Игоря трясло. Он был уверен, что нанёс кому-то травму.

Вонь из гаража стала исчезать, но противник не показывался.

Игорь смахнул шапку, вытер слёзы. Проморгался.

Вроде всё в порядке, глаза целы.

В гараже ни шороха.

Значит, пора.

Одним прыжком он оказался у входа. Рывком распахнул дверь, не глядя нанёс удар. Чекан просвистел в воздухе — никого не задел. Но Игорь иного и не ждал. Отмахиваясь в обратную сторону, сделал шаг вперёд. И вновь чекан не нашёл противника.

Оказавшись в гараже, прижался спиной к стене, приставным шагом ушёл вправо.

Противник не шевелился.

Нашарив левой рукой выключатель, Игорь нажал его.

Слабая лампочка зажглась…

В гараже никого не было. Никого! Даже свежих пятен на полу…